Лисёнок

Худшее, что может произойти, если что-то пойдёт не так, — я умру. Но я в любом случае планировал сделать это рано или поздно.

      Шлепки двух тел друг об друга. Сладкие стоны шатена раздавались по всей комнате, их было слышно в каждом уголке. Казалось, что ещё чуть-чуть и по бедру начнёт стекать белая густая жидкость…       — Тсуна… Тсу… — почему он произносит моё имя?       — Тсу-кун, ответь уже! — крикнул кто-то прямо над ухом.       — А? Что? — я озирался по сторонам, пытаясь понять когда я только успел оказаться на кухне дома.       — О! Наконец-то ты вышел из своего транса! — хихикнула ка-чан, прикрыв рот ладонью. Да не уж то я так глубоко ушёл в мужскую еблю, что не заметил, как меня звала мама?       — Яой меняет людей…— мысли об этом ни капли не смущали или ещё что-то подобное. — Мам?       — Тсу-кун, у нас скоро гости придут, я напоминаю. А то ты уже похоже забыл об этом, — улыбнулась ка-чан, отворачиваясь обратно к плите, где приятно пахло что-то до жути вкусное. За еду маман и душу продать не жалко!       — Уже?! — удивлённо протянул я, осознав то, что мне только что сказали. Глаза сами посмотрели на календарь где красным маркером было выделено «20 августа». Уже неделя прошла, а я и не заметил…       — Ну что поделать! Я был занят регистрацией на фикбуке!       Это, кстати, было довольно сложно. Идти на японский сайт с фанфиками я не хотел, так как я до сих пор хреново знаю язык… А вот Книга Фанфиков это своё, родное. Но, конечно, это не отменяет того, что в будущем я зарегистрируюсь и на японском сайте.       — Тсу-кун? — меня тихонько позвали и я оторвался от своих мыслей о том, какая поза в моей первой работе (в этой жизни, естественно) будет следующей.       — Да, ка-чан? — показал, что слушаю и начал давиться слюнями… Какой запах!       — Пока мы с Ки-чан будем разговаривать ты же останешься с Хибари-куном и Сасагавой-куном… — начала мама. — Постарайся с ними подружиться. А то я волнуюсь, что ты у меня совсем без друзей живёшь! — ка-чан посмотрела на меня обеспокоенным взглядом. Я только широко улыбнулся.       — Ка-чан, не переживай, я очень-очень постараюсь! — мама на это облегчённо вздохнула. Она подошла ко мне и слегка ущипнула за щёчку.       — Ура, у моего сыночка наконец-то появятся друзья! — она хихикнула и вернулась к своим делам.       Да-а-а… Подружусь я с ними минимум из-за того, что это выгодно для моего будущего. Не только как Дечимо, но и как школьника.       Я переводил свой взгляд от одной стены к другой, останавливался на настенных часах, считая минуты и искренне надеялся на то, что мою скуку скоро что-то да развеет.       Мои глаза устали бегать по всей комнате и я опустил взгляд вниз, прямо на свои руки. На них были надеты чёрные беспалые перчатки, которые мне дал в подвале не пойми кто. Самое интересное в этих перчатках — я их почти не чувствую. Они как будто стали моей второй кожей. Да и я наконец-то смог немного поуправлять этим огоньком!       — Этому я рад даже больше!       Да, тренировки пламени определённо продвинулись. Только вот как-то вызвать это пламя пока не получается. Да и если честно страшно мне его вызывать… Только вспомню все фанфики, которые читал в своей прошлой жизни, так в дрожь бросает. Во многих из них писали, что пламя не только врагам пиздюлей раздавать помогает, но оно также может сжечь и твою кожу к чёртовой матери! А я физической боли ой как боюсь…       — Кстати, Тсу-кун! — заговорчески снова позвала ка-чан. Я засунул свои раздумья о пламени в жопу и принялся внимать словам своей матушки. — Сегодня вечером должен позвонить твой то-чан… — от упоминания этого человека хотелось скривиться, но я сдержался. — И я спрошу у него насчёт твоей поездки к нему на работу! — ехидная улыбка мамы заставила меня снова думать о том, что ей точно о чём-то да известно.       — Поездки…? — я уже успел забыть об этом с этой историей с перчатками. — А о-он согласится? — неуверенно протянул я, всем своим видом показывая, что нет, мне не похуй.       — Ну как он может отказать собственному сыну? — меня снова ущипнули за щёку. — Да и у меня свои способы уговоров! — ка-чан подмигнула мне и опять отвернулась.       Ладно, буду верить в то, что у меня снова получится встретиться с Девятым и папашей! Всё-таки у меня ОЧЕНЬ много планов на этих двоих…       — Кстати, ка-чан, — начал я, вспомнив об одном событии, которое произошло недавно. Надо бы поинтересоваться как там у них дела. — Как поживает Такахаси-сан и его мама? — хихикнул я, вспоминая лицо этого парня, когда моя ка-чан предложила ему себя на роль сиделки.       — А, ты об этом… — не отрываясь от плиты, пропела мама. — Я позавчера познакомилась с матушкой Такахаси-куна. Очень милая женщина! — от этих слов я искренне улыбнулся. Нана и в аниме была очень доброй (хоть и наивной). В наше время такие люди редкость. Как же я рад, что у малого такая потрясающая мама. — Она, кстати, очень захотела с тобой познакомиться, Тсу-кун! Не хочешь сходить к ней со мной в следующий раз? — ка-чан повернулась ко мне, ярко улыбаясь.       — Ваа~ А когда? — я соскочил со стула, опираясь руками на стол. В глазах так и горела решительность!       — Хм-м… Даже не знаю… Такахаси-сан на две недели в больницу отправляют по поводу её ног, поэтому мы ещё не скоро встретимся… — мама серьёзно задумалась.       — В б-больницу…? — максимально пугливый и переживающий голос. Я всё ещё жду свой Оскар!       — Не волнуйся, ничего серьёзного, — меня погладили по голове, успокаивая своим прикосновением. — Просто обследования и профилактика. Такое она каждые полгода проходит!       — Ясненько… — я робко улыбнулся. — Тогда давай потом сходим к ней после больницы! — начал хлопать в ладоши я, резко меняясь в настроении.       — Ха-ха, есть, капитан! — мама шутливо отдала честь и посмеиваясь вернулась к готовке. — Почти готово~ — Я улыбнулся этому её бормотанию и вернулся к раздумьям о геях и их совместной жизни.       Нормально подумать о своих геюгах мне сегодня, видимо, не дадут, так как раздался звонок в дверь. Мама быстро выключила плиту и побежала открывать нашим гостям.       — Ну что же… Да начнутся голодные игры! И пусть удача всегда будет с нами! — сам себе шепнул под нос я, спрыгивая со стула и подбегая к маме.       — Приветик, Нана-чан, Тсунаёши-кун!

***

      –…и после этого он больше не поднялся! В итоге тот, за кого я болел ЭКСТРИМально выйграл! — Рёхей описывает уже примерно четвёртый бой по боксу, который смотрел неделю назад… Как у него ещё память от такого не отшибло — вопрос открытый. — Круто, правда?! — я промычал что-то непонятное, но такой ответ громкоговорителя, видимо, вполне устроил. — А ещё…!       На последующий пересказ я уже не обращал особого внимания, просто рассматривая свою комнату. Какие у меня всё-таки обои красивые…       Глаза сами зацепились за фигуру Кё-чана, который стоял возле окна и смотрел куда-то вдаль. Он выглядел максимально серьёзно и отстранённо. Но иногда его кулаки сжимались — похоже не одного меня бесит этот разговор в одни ворота.       Рёхей же сидел на стуле, который стоял возле рабочего стола. Он увлечённо рассказывал о чём-то не особо меня интересующем, иногда жестикулируя руками. М-да, ему всего семь лет, а уже фанатеет от бокса. Мне кажется больше этого вида спорта он любит только свою сестру Киоко. О ней будущее Солнце, кстати, тоже успело нам рассказать.       –…кстати, у меня будет День Рождения двадцать шестого августа. Мама ЭКСТРИМально сказала пригласить кого-нибудь из друзей, но я ещё не успел хоть кого-то завести… — пепельный блондин слегка смутился (что меня сильно удивило!) и остановил свою речь на пару секунд тишины. — Поэтому может вы придёте? — и улыбка до ушей!       Вау, неужели это продвижение в наших отношениях? Я, конечно, понимаю, что ничего особо не делаю ради нашей дружбы, но я с самого начала не собирался брать инициативу. Мне оно сейчас не нужно.       — Хибари, ты же не откажешь своему ЭКСТРИМальному другу? — ой, зря ты это сказал конечно… Земля тебе пуховиком.       Ке-чан истратил свои последние нервы и в его руку попало первое, что нашлось. То был мой кубик-рубик, который я пытался разобрать сегодня днём, сидя на подоконнике. Стальные глаза холодно посмотрели на свою жертву и орудие убийства квадратной формы полетело прямо в цель.       Рёхей, слава святому вазелину, вовремя нагнулся. Ура, сегодня без трупов и проломленных голов!       Похоже радовался я рано, так как измученная мной головоломка ударилась об острый угол и разлетелась на несколько частей. Одна из них, кстати, летела мне на данный момент прямо в нос.       — Савад…! — не успел Рёхей договорить, как я поймал эту синенькую часть кубика-рубика правой рукой, слегка шипя с непревычки.       Это не было слишком сложно, я это на чистых рефлексах сделал. В прошлой жизни мне часто прилетало мячом, поэтому теперь у меня имеется вот такая привычка. Да и часть эта летела не так быстро, как те чёртовы мячи…       — Моим одноклассникам отдельное место в Аду…       — ЭКСТРИМально нифига себе! — удивлённо чуть ли не прокричал Рёхей. — Как ты это сделал?! — это что, настолько невозможно со стороны выглядело, что даже Хибари стоял в прострации?       — Руками, — коротко съязвил я и посмотрел на свои руки. В мизинце появилась острая боль.       М-да, я и забыл, что эта «техника» (если эту хуйню можно так назвать) в моей голове хоть и осталась, но тело-то за мозгами не поспевает… По ладони начала стекать тоненькая струйка крови. Больно пиздец.       — Как же я ненавижу физическую боль…!       Опять этот тяжёлый взгляд, направленный на меня. Ничего особенного, просто Ке-чан опять хочет прожечь во мне любимом дырку. В голове закралась мысль о том, что лучше бы я не ловил эту чёртову часть кубика-рубика…       — Кея~ Пора домой, — дверь скрипнула и в мою комнату вошла Кику-сан. Женщина, вы даже не представляете, как сильно я рад вас видеть!       От моей спасительницы немного несло спиртным, но я старался не заострять на этом внимание.       — Сасагава-кун, ты с нами. Мы тебя проводим, а то уже поздно~, — пропела Хибари-старшая и выпархнула из комнаты как бабочка. Чтоб я так жил в свои тридцать лет…       Кея молча отошёл от подоконника и пошёл в сторону выхода. Всё это время я смотрел ему вслед, боясь, что меня сейчас просто выбросят в окно. Я не знаю за что… Просто было ощущение того, что смерть дышит прямо над ухом.       — Неплохая реакция, зверёк, — коротко бросил брюнет и вышел из комнаты. Сидя в прострации я не сразу понял, что за Ке-чаном вышел и Рёхей. Ему я на чистом автомате пообещал прийти на его День Рождения и уже через секунду остался в комнате один.       — Серьёзно, мне показалось, или Ке-чан смутился после своих же слов?       Через пару минут мы с ка-чан уже провожали наших гостей. Кику-сан пообещала в следующий раз принести мне чего-нибудь вкусненького и иногда поглядывала в сторону своего сыночка. Чую, дома Ке-чана забросают вопросами…       Всё-таки он ещё совсем ребёнок. Будь на его месте сегодня его будущая версия, то на меня бы вряд ли обратили внимание. Но нет, Облачку всего восемь. Ещё не всё потеряно. Есть шанс перевоспитать эту булочку.       Рёхей, на удивление, вёл себя тихо, смотря на меня и Хибари-младшего так странно, будто мы перед ним сексом занялись. Его так удивило то, что не преступный хищник назвал меня зверьком?       — Чувак, я сам в ахуе, не смотри на меня так…       Так максимально странно и закончился этот максимально странный вечер…

***

      Неделю спустя…       Вместо того, чтобы писать фанфики я всю неделю занимался японским. И ведь вроде в плане грамматики я уже довольно неплох, но… Кику-сан сказала ка-чан по секрету, что я для своего возраста говорю крайне неуклюже и «грубо». Вот и мама передала мне её слова, посчитав, что я нормально отнесусь к такой критике. М-да, как говорится, по секрету всему свету.       В итоге я старался разработать своё произношение. Проговаривал слова при ка-чан и просил её повторять их, чтобы услышать отличия в произношении. Конечно, за неделю мало что могло измениться, но теперь я знаю над чем мне стоит работать усерднее… Эх, если бы во мне не сидел русский мужик, то всё получилось бы намного быстрее…       Из-за таких интенсивных занятий на День Рождения Рёхея я шёл ментально уставший и с заплетающимся языком. Последнее мешало веселиться сильнее, чем что-либо другое. А ведь Солнцу целых восемь лет исполняется!       — Даже наблюдающий за мной Ке-чан мешает намного меньше, чем эта усталость…       Кстати, насчёт самого праздника. Торжественная часть, в которую входили знакомство с гостями и застолье, прошла почти незаметно для меня. Пришёл я, конечно же, с ка-чан, которая успела за один вечер подружиться со всем семейством Сасагава. Родители этого семейства, к слову, оказались очень неплохими людьми. Правда они оба часто говорили, что много работают, а за детьми во времена их командировок присматривает няня. Но с ней мы так и не познакомились, к сожалению. Сасагава-старший сказал, что эта женщина у них уже давно работает, но Рёхей не захотел видеть её на своём празднике, вот и не пригласили.       — Интересно почему~? — думал я, попивая сок. Иногда подслушивать разговоры взрослых намного интереснее, чем играть со сверстниками.       — Хей, ты же Тсунаёши, да? — кто-то робко позвал меня. Ну вот, дети всё-таки и до меня добрались.       Я опустил голову вниз и слез со стула. Передо мной стояла маленькая милая девочка с короткими рыжими волосами и карими глазами. Последние смотрели на меня с таким интересом, что стало страшно.       — Да… А ты Киоко, верно? — не узнать это чудо в перьях, в которое был влюблён малой в аниме, я не мог. Но вообще, она очень миленькая и спокойная с виду. Она моего возраста, ей тоже пять лет. И, насколько я помню, Тсуна постоянно попадал с ней в один класс в школе… Хоть где-то ему повезло!       — Да! Приятно познакомиться! — девочка широко улыбнулась, сложив руки за спиной и слегка нагнувшись вперёд. Она была чуть ниже меня ростом, одетая в лёгкое зелёное платье до колен. На ногах сверкали белые туфелики с небольшими чёрными бабочками. — Пошли поиграем! — меня взяли за руку так и не услышав ответа. Думаю, я просто не могу отказаться, меня всё равно потащат за собой.       Пришли мы во внутренний дворик. Киоко быстро нашла мячик, который лежал возле крыльца и подозвала меня к себе. Она быстро объяснила правила игры и сказала встать на несколько шагов подальше.       Перекидывая друг другу этот красный мяч, краем глаза я заметил, что к нам хотел подойти Хибари. Он сегодня весь день только на меня и смотрит. Но не своим «взглядом хищника», а так… Заинтересованно, что ли? Только вот, сегодня День Рождения у кого? Правильно, у Рёхея. Поэтому можно легко понять, что Ке-чану покоя никто не давал. Бедный хищник…       — Тсунаёши-кун? — осторожно позвала меня Киоко. Я отвлёкся от наблюдения за бедным Облачком и повернулся к ней лицом. Она поймала мячик и перестала играть. — А почему ты в перчатках? — девочка села на траву, прислонившись спиной к дереву. Она похлопала по месту рядом с собой и я спокойно сел там в позу лотоса.       — Ну… Мне просто нравится? — первое, что пришло на ум. — Мне их ка-чан подарила просто. Вот и ношу их всегда, — я слегка улыбнулся. — А что, они тебе не нравятся? — хитро прищурился, заглядывая в карие глаза напротив.       — Что?! Нет! — Киоко прикрикнула, отмахиваясь руками, будто это грех какой-то… — Просто я сама такие же хочу, но няня постоянно говорит, что я девочка и мне такое не пойдёт… — она расстроенно вздохнула и отвела взгляд.       Что блять…? Ну вот опять! «Ну ты же девочка»! Тьфу! Что за разделение?! Заебали уже… Это же так…! Ладно, спокойно.       — А родители что говорят? — я взял руку Киоко и приставал свою рядом. — У нас же руки одинаковые! Почему тебе не пойдёт? — по-детски я начал возмущаться. Девочка рядом хихикнула.       — Мама с папой не знают, так как я не хочу их тревожить… Они так мало дома появляются… — снова разочарованный вздох. Ага, пазл в моей голове начинает собираться. Вот почему Рёхей не хотел приглашать на свой День Рождения няню. Она похоже и его и Киоко заебала в край уже. А вместо того, чтобы поговорить об этом с родителями, они молчат в тряпочку. Не удивлюсь, если эта ситуация и повлияла на такой невинный характер Киоко в будущем. Если ей всё её детство будут твердить, что «ты девочка, ты должна», то она и вырастет этой «девочкой, которая всем должна». Ну уж нет! Не позволю!       — Тогда ты должна обязательно им обо всём рассказать! — возмущённо протянул я, отпуская руку девочки. Она на меня удивлённо посмотрела, как будто жаловаться родителям — это плохо и неприлично. Не удивлюсь, если ей это в голову тоже няня вбила. Вот тварь конечно… — Я своей ка-чан постоянно всё рассказываю и она всегда мне помогает! Тебе твои мама с папой тоже помогут, я уверен! — и улыбка до ушей.       — П-правда? — ой, я ребёнка до слёз довёл… Это же насколько сильно эта няня им жизнь испортила…       — Бедные дети…       — Конечно правда! Только не плач! — я сел напротив Киоко и заглянул ей прямо в глаза. Она решительно начала вытирать слёзы и смело кивнула, готовая на всё.       — Я обязательно им расскажу! Честно-причестно! — я хоть и не люблю детей, но не признать их милоту не могу никак. Бозе, какая Киоко увушная~       — Вот и молодец! — также решительно кивнул я ей в ответ и мы оба засмеялись с наших лиц. Быть ребёнком так просто…       Дальше мы просто продолжили болтать на разные детские темы. Она рассказывала о своём брате (у них похоже семейное так делать), а я говорил о том, что очень люблю писать разные произведения. Я не знаю зачем я это ляпнул, но теперь Киоко очень хочет прочитать то, что я пишу. А у меня пока нет в планах ломать чужую детскую психику. Поэтому мы с ней договорились, что, когда мы вырастем, она сможет прочитать всё, что я напишу. Это называется: Лис выкрутился из ситуации.       — Кстати, Тсуна-кун, у тебя такие глаза необычные, — неожиданно протянула Киоко, когда мы замолкли на несколько секунд. К чему это она?       — Разве? Обычные карие глаза… — я пожал плечами. У неё же по сути такие же. Чем ей мои так понравились… На меня удивлённо уставивились.       — Карие?! Но у тебя же один глаз темнее другого! — девочка всплестнула руками, возмущённая моими словами. — Я никогда такого раньше не видела, вот и удивилась! А ты тут смеёшься надо мной! — Киоко обиженно надула губки, а я в прострации смотрел куда-то вперёд… Неужели начались изменения?!       — Киоко-тян, где у вас зеркало? Можешь отвести меня? — быстро пробормотал я, хватая девочку за руку. Она, позабыв все свои обиды, кивнула и, встав на ноги, побежала куда-то в дом, таща меня за собой.       Мы бежали по дому, пробежав мимо столовой, где сидели все взрослые. После я чуть не упал на лестнице, но Киоко удержала меня на ногах. Мы бежали мимо спален и в итоге остановились возле двери в конце коридора. Туалет.       — Вот! — меня запихнули в проход и быстро закрыли дверь. Киоко оглянулась вокруг и, увидев небольшой стульчик, начала двигать его к раковине. Через пару секунд я опомнился и помог ей его передвинуть. — Вставай! — меня пихнули в спину и я запрыгнул на этот невысокий стульчик. Беру свои слова назад! Ребёнком быть пиздец как сложно!       Уже через пару секунд я удивлённо рассматривал себя в зеркале, уделяя особое внимание глазам. Коико терпеливо ждала меня, сидя на краю этого стульчика.       — Вау… — шепнул я себе под нос. Один глаз и вправду стал темнее (и как только эта девочка смогла это разглядеть, если было уже темно?). И ведь я помню, что ещё утром всё было как обычно! Это он за один день так изменился? Просто офигеть не встать…       — Убедился? — хихикнула Киоко, щипая меня за ногу. Я ойкнул и слез со стула, садясь рядом. — Ты правда не замечал этого? — удивлённо прошептала девочка, будто боясь, что нас кто-то услышит.       — Не замечал… С утра всё нормально было! Я в этом уверен! — также шептал я. Нет, ну вдруг реально кто-то услышит?       — А вдруг ты заболел? — нервно проговорила девочка. — Тебе лучше всё взрослым рассказать! — меня тыкнули в плечо и, взяв за руку, вывели из комнаты.       — Ага… Я поговорю с ка-чан до… — Не успел я закончить предложение, как кто-то внизу крикнул:       — Дети, идите сюда! Время задувать свечки!       — Идём! — Киоко широко улыбнулась и потянула меня за собой на первый этаж. Мы спокойно спускались по лестнице, когда я вдруг выдал:       — Ёши, — на меня удивлённо взглянули карие детские глаза, явно не понимая зачем я это сказал. — Зови меня Ёши, а не Тсуна-кун, — улыбнулся, слегка хихикая с лица собеседницы.       — Тогда ты меня просто Киоко! Без всяких суффиксов! — мне ответили ещё более широкой улыбкой. Я только кивнул в ответ.       — Что же… Похоже, у меня появился первый друг в этой жизни… По-тихоньку я начинаю исполнять желания малого! Да и День Рождения Рёхея прошёл на удивление хорошо…

***

      Ненадолго вернёмся в прошлое: неделю назад…       — Любимая, ты же прекрасно знаешь, что я очень много работаю… Я не смогу присматривать за ним должным образом, — паникуя, бормотал Емитсу, ходя вокруг двери в кабинет Девятого Босса Вонголы.       «Он же всё равно будет в офисе! Да и ты только недавно мне говорил, что у тебя начнутся выходные в октябре… Я уверена, что Тсу-кун будет счастлив провести свой День Рождения с то-чаном!» — весело донеслось из трубки. Контролировать свои эмоции при разговоре с женой намного сложнее, чем на важном совещании… Да и говорит Нана таким тоном, что сразу понятно: ответ «нет» не принимается.       — Всё зависит только от решения Босса, — мужчина сдался под напором любимой женщины. — Я сейчас с ним поговорю и перезвоню тебе попозже, хорошо? — в голосе отчётливо было слышно отчаяние.       «Конечно, дорогой! Удачи тебе», — и гудок… Емитсу глубоко вздохнул и постучался в дверь. С той стороны послышалось серьёзное «входите» и мужчина послушно вошёл.       — Емитсу? Ты же только вышел… Забыл что-то? — поинтересовался Босс, снова зарываясь в огромное количество бумаг на столе. На это Внешний Советник тяжело вздохнул и начал рассказывать о том, что только что произошло. Сначала Девятый несерьёзно отнёсся к словам своего Советника, но после слов о Тсунаёши встрепенулся и отложил одну из важных бумаг подальше. А уже под конец рассказа Емитсу Тимотео был готов лезть на стенку. У них так много дел на данный момент, что будет совсем неудивительно, что маленького Наследника кто-то похитит. А у Королевской семьи столько врагов, что даже Репетитор-киллер Реборн* позавидует. А у него враги со скоростью звука плодятся (причём сам брюнет не может объяснить такую свою популярность).       — Но Нана сказала, что хочет отправить Тсуну где-то в октябре, чтобы он встретил свой шестой День Рождения здесь, — эти слова вселили в Тимотео хоть какие-то надежды.       — Хорошо, тогда пусть едет к нам за несколько дней до своего праздника, — Девятый слегка улыбнулся, просто вспомнив этого маленького робкого мальчика. — Мы и начать его обучение сможем. Да и пусть освоится где-то, где не будет мамы рядом. Это полезно, — признавать свою слабость к этому мальчишке Босс Вонголы не хотел. Но, чего греха таить, да, он просто соскучился. А эта ситуация — отличный предлог встретиться.       — Но вдруг Тсунаёши что-нибудь поймёт или увидит? — Емитсу очень боялся за сына. Он был почти уверен в том, что мальчик легко может здесь пострадать, но ослушаться приказа он в любом случае не сможет.       — Ему всего пять, Емитсу. Не преувеличивай, — хохотнул Тимотео, снова возвращаясь к докладам, заявкам и так далее. — Можешь идти, — Внешний Советник кивнул, понимая, что это окончательное решение, и вышел из кабинета. Идя по коридору большого особняка Емитсу набирал уже давно выученный номер своей жёнушки. Их разговор долго не продлился и закончился на таком привычном «люблю тебя, пока». Кажется, что без этих слов у Внешнего Советника не будет никаких сил хоть на что-то.       — Плохое у меня предчувствие… — пронеслось одновременно в головах отца и сына.

Продолжение следует…