Don't Wanna Fall in Love, dude!

POV Билли Джо Армстронг Понятия не имею, во сколько я просыпаюсь, засыпаю, да и вообще бодрствую... За эти четыре дня беспрерывного лежания в кровати, я потерял какой-либо счет времени. Я не знал, где Майк, как дела у Тре, какая на улице погода, о чем сегодня говорила та сексуальная телеведущая новостей... Ни-че-го. Я просо отдалился от внешнего мира и замкнулся в себе, лежа в темной комнате и смотря то в потолок, то на Тре, который ни на секунду не желал оставлять меня. Что сказать о моем состоянии?... Тоже, ровным счетом, ни-че-го. Я чувствовал, как режет мои глаза свет и как они закрываются, когда я долго на что-то смотрю. Как размыто плывут предметы перед ними, когда я их открываю. И как же у меня болит голова. Эта гребаная, блять, голова. На нее всегда что-то давит, заставляя ослабевшие глаза закрываться, а голосу становиться тише. Тре знал это и старался не говорить со мной без особой нужды. Иногда он тихо говорил мне что-то. Тихо-тихо... Так, что я бы не услышал, стоя хотя бы в трех метрах дальше от него .Этот бедняга делал все, как ему говорили врачи и как хотел он сам. Я точно знаю, что каждый день в шесть часов вечера он давал мне какие-то антибиотики. От них становилось тяжело дышать, но голова не беспокоила меня своей болью, которая не прекращалась ни на секунду... Я не помню, что происходило со мной в первый день, после того, как я проснулся. На второй день глаза перестали так часто закрываться, и спать хотелось реже. Но голова болела. Она всегда болит. Я успел привыкнуть к этому и перестал обращать внимание на тихую ноющую боль. Тре видел, как я поправляюсь. Или не поправляюсь... Он улыбался. Слабо улыбался, смотря на меня, положив руку на мою ладонь и осторожно сжимая ее. Как будто боялся, что я исчезну и оставлю его наедине с его грустью и беспокойством. И я старался улыбаться ему. Правда, старался... Изначально это были лишь слабые подергивания в уголках губ, но потом все стало более живо. Или это я ожил? Я часто хотел получить от него чего-то большего, чем простую улыбку. Черт, как же я хочу к нему прикоснуться. Не просто держать его за руку, а нормально прикоснуться. Крепко, живо, как я обычно это делаю. Как бы одним яростным касанием так и сказать: "Я живой, блять! Я тут, с тобой! У меня все хорошо!". Но единственное, что я могу - это держать его за руку и мечтать о том, как поцелую его. Примкну к этим, так любимым и дорогим мне губам и никогда не отпряну. Ни-ког-да... На второй я попросил у него зеркало. Когда он поднес его ко мне, я подумал, что умер. Это меня очень испугало. Бледная кожа, потухшие безжизненные глаза... Возникало такое впечатление, что жизненная сила (или как это там называется?) покинула меня, и умер ни я, а моя душа. Я долго думал на эту тему... Философствовал, так сказать. Но философ из меня никакой. Все мои суждения о моем состоянии заканчивались на том, что внутри что-то сломалось. Или душа, или стержень... Нахер это. Я ничего в этом не понимаю и никогда не пойму. Ибо я нехера не философ. Я музыкант и фронтмен Великой (Великой,мать его!!) панк-рок группы, что зовется Green Day! Черт, а ведь все что я умею - это заниматься музыкой. Все. На этом список моих умений заканчивается. А вдруг я навечно болен и не смогу работать в группе?! Вот! Именно после этих мыслей я ожил! Да, в моих глазах загорелся огонек жизни и на второй день мне стало (наконец-то, черт возьми) лучше! Но осуществить те самые, так желанные мне объятья, я не мог. Просто живые глаза и более нормальный цвет кожи - все. В остальном - никаких, блять ,изменений. Это меня выбешивало и у меня начиналась гребанная истерика. Какие-то идиотские слезы, паники, злость и еще большие головные боли. А Тре продолжал быть рядом. "Все хорошо, Билли" - ласково и спокойно шептал он мне на ухо, а затем целовал в уголок губ. Так нежно и осторожно, как будто боялся, что от одного его неверного движения я рассыплюсь в прах. Черт, в одном этом поцелуе чувствовалась вся его любовь...Я начал понимать, что для настоящей искренней любви много не надо. Ни подарков, ни цветов, ни походов в дорогие рестораны… Нет. Достаточно лишь проснуться и увидеть его рядом. Мне большего не нужно. На третий день, мне стало еще лучше и я смог нормально говорить. Но говорить приходилось все равно тихо. Ибо голова продолжала все также болеть, но уже не отдавалась звоном от каждого моего слова, пусть и тихого. - Как ты себя чувствуешь? - с улыбкой прошептал Тре, проводя рукой по моей ладони. - Лучше, - слабо улыбнулся я в ответ и (уже) крепко взял его за руку. - Выглядишь хреново. - усмехнулся я, сжимая его ладонь в своей. - Ну, спасибо, Билли, - закатил глаза он, и так осознавая тот факт, что выглядит не самым лучшим образом. - Но если быть честным, то мне наплевать, как я выгляжу, - серьезно проговори он. – Сейчас главное, чтобы поправился ты... - прошептал он, сделав акцент на "ты" и приблизился к моему лицу. - Все остальное подождет, - с улыбкой проговорив это в самые губы, Тре осторожно припал к ним, нежно целуя и проводя большим пальцем по костяшкам моих пальцев. К слову, я до сих пор не мог понять, как Тре мог оставаться таким добрым и ласковым все время. Сейчас вообще трудно сохранить и найти такие качества, какими обладал он: честность, сострадание, добродушие и справедливость. Где бы мы ни были: на людях или дома, он был любящим парнем, который готов был поддержать меня и быть внимательным ко всему, что я делаю. Он всегда знал: куда я иду, с кем я иду, зачем я иду и почему я иду. Не знаю, как ему это удавалось и, видимо, никогда не узнаю. Осторожно перебравшись к нему на колени и, обняв за шею, я прижался к его груди, продолжая тихо шептать: - В очередной раз убеждаюсь в том, как же мне с тобой повезло, Тре. - Ну, перестань, - усмехнулся барабанщик,-обняв меня за талию. - В мире полно людей, которым повезло не меньше, чем тебе. - Приведи пример. - Э-ээ... - задумчиво закусив губу, и обратив свой взор к "небу", Тре начал вспоминать самые ярчайшие примеры настоящей любви. - О, Ромео и Джульетта, - только и смог выдать он. - Они умерли в конце. - Бони и Клайд. - Тоже умерли. - Тот чувак из Титаника и... - он не успел закончить, как я перебил его. -Тоже умерли-ии...-протянул я и тихо посмеялся. -Но они все умерли вдвоем, - усмехнулся музыкант и поцеловал меня в губы. - Я всегда буду с тобой, Билли. До самой гребаной смерти... (Свое мнение о прочитанном напиши~)