Volleyball Tenderness

Весна. Вечерний ветер разносил запахи ярмарки по всей округе, горячий шоколад, печенье, свечи, всё это сливалось в один прекраснейший запах. Прохожие выглядят так красиво, одежда мерцает в свете фонарей, улыбки так заразительны. Ойкава точно не прогадал, когда заказывал билеты на медовый месяц в Японию. Вечера здесь просто восхитительны. — Тут так красиво, — Алья говорила, завороженно смотря на звёзды, — это что-то невероятное, — вот бы остаться здесь подольше Тоору обнял девушку со спины и уткнулся носом ей в макушку, вдыхая её запах. Сейчас ему хотелось остановить мир, лишь бы этот момент не заканчивался. — Мы можем побыть здесь ещё немного, — я сделаю всё, что хочешь. — Я же шучу, — я уже поскорее хочу вернуться, я соскучилась по друзьям.

***

— Да, представляешь, — Алья сидела на диване и разговаривала по телефону, — там очень красиво, я ещё привезла вам подарки. Девушка не заметила, как пролетело время и на улице уже темнело. Звонок в дверь. Алья не хотя встала и пошла открывать, посмотрев в глазок, девушка ужаснулась и резко распахнула. Парень стоял с разбитой губой и рассеченной бровью. — Боже, что случилось, — Алья взяла лицо парня в руки, — не молчи, Тоору. — Упал, — небрежно откинув руки девушки в сторону, Ойкава прошел в глубь квартиры. — Эй, я с тобой разговариваю, — Алья схватила за рукав парня, — не смей себя вести так со мной. — Мы женаты, мы обещали все друг другу рассказывать, — так что говори Алья заставила парня сесть на кресло, а сама убежала за аптечкой. Учась на ветеринара, она знала как оказывать самую простую медицинскую помощь. Достав перекись и пластырь, она принялась обрабатывать побои. Тишина. Атмосфера так себе, ведь у Альи трясутся руки, она не может никак помочь, ведь она даже не знает, что произошло. Закончив «обработку», девушка пошла на кухню, так как не может видеть его таким. Она осторожно садится на стул, чтобы не шуметь и тихонько сворачивается в клубок и начинает плакать, от своей безысходности, от своей неосведомлённости, потому что она не знает, что случилось, а они обещали рассказывать всё друг другу. Алья не знает, что делать, она боится рассориться с Тоору, она не хочет его терять. Если бы ей так ответили Надья, Кейт или Лин, то она бы не дала им даже возможности себя оттолкнуть, но Тоору — это другое. Спустя пару минут Алья взяла себя в руки, она решительно встала и направилась к Ойкаве. Ворвавшись в комнату, она увидела парня, свернувшегося в клубок. Его глаза были красными, будто вся жидкость испарилась из них. Он лежал, тихо всхлипывая, шепотом что-то наговаривал, плечи дрожали, а руки сжимали простыни. Такое состояние Алья видела лишь раз, когда умерла мать Ойкавы. Она жила одна, занималась своим бизнесом и никогда не жаловалась, всегда радовалась за сына, поддерживала и являлась ему опорой. Но она никому не сказала о болезни, прожила прекрасную жизнь и последние месяцы жила для себя. Мабучи не хотела, чтобы люди страдали из-за её смерти, она хотела чтобы люди всегда помнили о ней и вспоминали только с радостью. Но Тоору настолько сильно потрясла новость о её смерти, что он хотел покончить с собой. И лишь Алья вытащила его из пучины отчаянья, помогла подняться и подарила любовь, в которой он нуждался. Она стала для него всем и с того дня он решил, что не собирается отпускать её. Девушка аккуратно подсела на край кровати и долго не решалась действовать, она осторожно подняла руку и дотронулась до волос Ойкавы. Парень вздрогнул от неожиданности и резко вскочил, отчего в его глазах потемнело и он упал…в обморок

***

Взволнованная Алья, дрожащими руками, мешала чай в кружке, стеклянными глазами смотря в даль. Она ждала звонка от Лин, ведь именно она забрала Ойкаву в больницу. Руки непривычно дрожали, ногти впивались в нежную кожу, только так можно отвлечься от всего. Из транса Алью выводит звонок Лин: — Сейчас всё нормально, лёгкое переутомление, — открывай, мы здесь. Лицо девушки сразу приобрело здоровый оттенок, она побежала к двери. Радостно открыв дверь, девушка с такой нежностью и любовью обняла Тоору, будто вечность его не видела. Парень с такой же любовью ответил ей. Стоявшая рядом Лин, быстро попрощалась и удалилась. Стоя у входа многоэтажки, она достала сигарету и зажгла её, смок дыма вышел изо рта и приятная горечь разлилась внутри. Лин небрежно стряхнула пепел и продолжала выпускать ядовитые пары. Черная машина подъехала, окно опустилось и оттуда показалась голова Кея — Нахуй ты приехал, — девушка, яростно смотрела на водителя, — я могу самостоятельно доехать до больницы — Не строй из себя хуй знает что, — залезай, я же уже извинился. — Грх, похуй Лин села в машину, всё так же злясь на парня, решив, что нужно себя как-то отвлечь, она решила позвонить Алье. Телефон неприятно звонил, мешая двум людям сливаться, они сейчас отдавали друг другу себя, извинялись за всё и объяснялись за все недосказанности. Ведь они обещали друг другу.