Наследник Мироздания

Ноябрь.

Чем прекрасен последний месяц, уходящей осени? Скажу вам, что многим. К примеру, листья боле не имеют зелёного пигмента. Он навеки был разрушен коричневым цветом, засыхающей листвы или же изменён на более приятный. Начиная с октября деревья остаются жёлтыми, чаще всего, но бывают и красные листья этих высоких гигантов. По правде говоря, зрелище поистине прекрасное. Вышагивая по живописной улице, мы наблюдаем жёлтые и красные одеяния деревьев, которые больше не будут зелёными. Это намного лучше, чем вечнозелёные листья, которые уже всем нам так приелись. Но не в этом отличие последних месяцев осени от первого. Дело в том, что не только зелёный цвет полностью пропадает, так ещё и большое количество деревьев остаются совершенно голыми, ведь они готовятся к приходу холодов. И лишь хвойные ели и сосна остаются одинаковыми, как мы помним, даже они могут быть красивыми. Как по мне, такого описания вполне достаточно, поэтому можно перейти к нашему сюжету. На протяжении всего октября, наш художник и юный актёр слонялись по колледжу вместе. Мечта защищал своего друга всеми силами, но он не мог вечно быть рядом. Инка всё же избивали, не так сильно, как в прошлом, но достаточно много для настоящего. В больнице он не был, благо хулиганы имели головы на плечах, поэтому не допускали каких-то серьёзных травм. Медпункт он посещал лишь пару раз, и то из-за Дрима, который заставлял его туда приходить. Первая половина месяца прошла под присмотром Мечты. Инку доставало около 7 раз, пару раз из которых он оказывался в медпункте. Доказательства медленно, но верно заполняли телефон Дрима, давая больше улик против этой шайки хулиганов. Казалось, что всё прекрасно. Дрим защищает Инка, хоть и не всегда удаётся, доказательства копятся, хулиганы правят лишь изредка. Но негатив не обошёл стороной наше «солнце», в последствии чего Позитив был сломлен отрицательными эмоциями, которые подкосили его здоровье, заставляя лежать дома. Во второй половине октябрьского месяца за художником присматривал Кросс. Дрим доверил это дело тому, кто действительно справится, вдобавок не расскажет их тайну. Поначалу их совместное время было неловким. Крест не знал, о чём поговорить. Инк чувствовал себя виноватым в случившимся с Позитивом, а ещё тем, что Кросс оказался замешан в его проблемах. Лишь один короткий разговор, начавшийся монохромом, смог успокоить его и полностью довериться «телохранителю». Крест был очень добр, внимателен, мягок, а также вежлив в отношении бедного скелета. Они сразу же подружились, так что Инку стало намного комфортнее и не так страшно. Над художником больше не издевались, почти. Остаток месяца он провёл за общением с Кроссом, который был весьма интересным и тихим собеседником. Было два случая, когда творец пострадал под присмотром друга. В первый раз его вновь избили, Крест тогда очень долго себя винил в том, что оставил его одного, после этого случая он стал более внимательным и не оставлял одинокого скелета одного. Второй раз удалось остановить. Хулиганы даже не успели ударить Инка, как внезапно возник Кросс. Именно с этого момента они их больше не беспокоили, так что ребята могли спокойно общаться и гулять в здании. И это ещё не всё. В течении всего месяца наш творец неоднократно ранил свои руки и ноги, заставляя чёрную жидкость пачкать кости, а сами кости покрываться шрамами и трещинами. Это был самый настоящий и первый селфхарм в жизни Инки. Но постойте. Инк — скелет, откуда эта жидкость? Как мы все знаем, у скелетов нет органов, крови или нервов. Они нуждаются в еде, сне и дыхании также, как и любые другие существа. Так откуда кровь? Дело в том, что он родился таким. Ни он, ни родители, ни врачи не нашли этому объяснения, вреда или пользы, поэтому он жил как обычный скелет. Из-за этой особенности ему дали такое имя, Инк. Эта чёрная и немного густая жидкость была похожа на чернила, нежели кровь. А в чём смысл прозвища от хулигана? Инк — это скелет, а маленький инк — это чернила, которые капали из его костей, в момент избиения. Художнику было страшно слышать это прозвище лишь потому, что кроме родителей никто не знал об его особенности. Кто-то, кто избивает тебя, знает такой секрет. Это было очень больно. Если есть селфхарм, значит есть и суицид? Нет. Возможно действия Инка кричат о том, как он хочет умереть, но нет. Это лишь заглушение его моральной боли, заглушение чувств к лучшему другу. Наверняка это будет шоком, но этот скелетик ни разу в жизни не думал о самоубийстве. Нет, конечно такие мысли часто присутствовали в его голове: «Если бы мой уход всё изменил», «вот бы моё исчезновение помогло им», «можно было бы решить все проблемы моей смертью» и др. Это были лишь мысли. Он не стал бы воплощать их в жизнь, как бы его существование не было ужасно. Помните первый день Эррора в колледже? Когда он посетил крышу, Инк рассказал ему трагическую историю, что произошла с неким «человеком», пытавшимся покончить с собой. Какие же мысли были в вашей голове, по поводу этой истории? Может вы были согласны с Глюком? Инк и вправду выглядел так, будто врал о чём-то важном. Учитывая обещание, которое они дали друг другу, вполне можно подумать, что художник пытался покончить с собой, а мысли Эррора лишь заставляют поразмыслить над этим. Творец пытался покончить с собой и врал об этом своему лучшему другу, так как всё ещё не решается быть с ним откровенным. Звучит очень убедительно? И по его характеру, по действиям, всё вполне вписывается в происходящее, верно? А вдруг, он соврал не об этом? Что, если не он пытался покончить с собой, а его заставили или столкнули хулиганы? Это звучит более убедительно, так как сокрытие происходящего на крыше, поможет ему утаить историю прошлого, в котором он подвергался избиению в течении года. Это ведь звучит ещё более убедительно? Спешу вас огорчить, но на самом деле Инк не соврал. «Человек», о котором он говорил, и вправду покончил с собой на его глазах. Наверняка вы думали, что художник врёт своему лучшему другу, вновь. А Эррор же опять считает, что Инк что-то недоговаривает. Это так удивляет, слышать правду, верно? Наш юный творец, после того, как дал обещание, старался говорить правду везде, даже в этой истории на крыше. Понимаете, Эррор был не прав, когда думал о том, что Инки вновь о чём-то молчит. Его лучший друг и вправду дорожит их дружбой, из-за чего старается быть честным. Давайте вернёмся в тот злополучный день, когда безликий человек умер на глазах Инка.

Воспоминание.

«Это был совершенно обычный день. Инк, которого вновь избили хулиганы, решил подняться в своё любимое место, — крышу. Она являлась популярной, так как вечно содержала в себе кучу народа, но сейчас пустовала, так как многие предпочли выйти на улицу. Инк приходил сюда чтобы побыть в одиночестве и спрятаться от задир. Благо хоть так он мог быть в безопасности какое-то время. И вот, когда он был наверху, когда открыл дверь, он увидел человека, что стоял на выступе, будто желая упасть. Как можно тише художник закрыл дверь и медленно пошёл к самоубийце. Время будто замерло, позволяя ему подойти настолько близко, чтобы смертник его не увидел, после чего он отступил немного вправо, дабы быть в периферии зрения человека. Смертник, заметив Инка, даже не удивился, лишь произнёс: — Что, попытаешься меня остановить? Инк не знал, что нужно делать в такой ситуации. Он видел смерть лишь раз, когда убили его родителей. Но тут совсем другое. Этот человек сам пытается избавиться от своей жизни. Для художника это было непонятно, неправильно. Как можно отказаться от жизни, какой бы плохой она не была? Он просто не понимал, как можно взять и убить самого себя. Поэтому лишь кивнул на этот вопрос. — Не трать на меня своё время. Меня скоро не станет, тебе не стоит быть здесь. — Почему ты делаешь это? Разве твои родители и друзья не будут плакать? — Спросил Инк. — Пф, родители? У меня их нет. Мать умерла при родах, отца посадили за убийство. О друзьях и вовсе молчу. — Но как же твои приёмные родители? Или те, кто тебя знают? — Вновь спросил Инк. — Моим приёмным как-то плевать на моё существование. Единственный, кто будет обо мне плакать, это тот второкурсник, что избивал меня. Хотя не думаю, что ему есть дело до меня. Человек развернулся спиной к краю, раскинул руки в стороны, готовясь к скорому падению. Толпы зевак уже стояли внизу и смотрели за происходящим. Кто-то упал в обморок, другие снимали это на свои смартфоны, третьи же звонили разным службам спасения, а кто-то побежал за преподавателем. — Послушай, что я скажу, парень. Если у тебя есть те, кто действительно переживает о тебе и любит, — береги их. Какой бы тяжёлой не была жизнь, пока есть те, кто заботятся о тебе, живи. Живи ради тех, кому ты нужен. Не делай то, что делаю я. Это моя просьба к тебе. После этих слов, юный смертник полетел вниз и через пару секунд оказался на земле. Кровь быстро растекалась от его головы, а на лице застыла грустная улыбка, будто бы он удивился тому, что произошло. Инк? Оу, он сидел на этой крыше, свесив руку вниз, упираясь другой о выступ. Эти слова парня заставили его задуматься, из-за чего он не успел спасти его. Он не успел схватить его за руку. Не успел. Упав на «пол» крыши, его охватила истерика, которой он поддался и заплакал. Вновь кто-то умер рядом с ним, вновь кого-то не стало, а ведь он мог помочь, ведь мог спасти. Не успел. Просто не успел. Продолжая корить себя за смерть неизвестного ему человека, он кое-что осознал. Утерев слёзы, он решил, что смерть незнакомца будет не напрасной. Инк дал себе обещание, что никогда в жизни не покончит с собой, пока есть те, кто его любит. Он никогда не отнимет у себя жизнь. Ради этого мёртвого тела. Ради человека, что дал ему хороший совет».

Конец воспоминания.

Теперь вы понимаете, почему художник не пытался покончить с собой? Дело в его дяди, о котором он и дал то обещание. Он ни за что не оставит Рипера в одиночестве. Они всё, что осталось от их семьи. Инк не станет оставлять Рипера. «А как же Эррор?» Спросите вы. На самом деле ему было очень тоскливо и страшно. Дрим заболел от сильного негатива, что источал художник. Найтмер и Кросс вечно советовались между собой о его состоянии. Глюк был с ними, но его беспокоило неведение. Он боялся, что же могло произойти с Инком, из-за чего Позитиву стало плохо? Этот страх был так ужасен, но даже находясь в этом состоянии он не нарушил слово. Глючному очень хотелось схватить Инка за руку, посмотреть в его глаза, меняющиеся время от времени, и произнести лишь одну фразу: «Что случилось?» Ему постоянно хотелось сделать это, узнать, что же действительно происходит в жизни его лучшего друга. Слово и обещание. К сожалению, он не мог их нарушить, поэтому ему приходилось ждать и надеяться, что скоро всё станет ясно. Состояние Дрима… Что ж, всё было достаточно… Плохо? Это был второй раз в жизни, когда негатива стало больше, чем он смог перенести. Если брать во внимание, что не только рядом с Инком он получил столько дряни, а вспомнить про то, как часто бывал на базе, то выходит так, что получал двойную дозу. Намного хуже, чем эти полгода, проведенные им на базе. В детстве его состояние было плохим, но благодаря родителям восстановился быстро, благо у такой «болезни» есть вполне лёгкое и доступное лечение. Позитив. Чем больше положительных эмоций рядом с ним, тем больше он впитает себя, выталкивая комки негатива. В этот раз всё было не так хорошо. Состояние младшего брата было настолько ужасно, что он даже с кровати встать не мог, негатив буквально вдавил в постель, не давая возможности встать. В течении половины месяца за ним присматривал брат и парень. Кросс приходил каждый день и смотрел за ним тогда, когда Найт уходил «по делам», но мы знаем, куда уходил скелет. Найтмер был с Дримом почти всё время, так как они живут вместе. Вместе с Кроссом они поднимали настроение больному и всячески веселили его. Это сработало, поэтому в начале ноября он смог встать с кровати и уже спокойно ходил на учёбу. Буквально на следующий день, после того, как Мечта упал в обморок на учёбе, между Инком и Найтом состоялся разговор, раскрывший тайну первого.

Воспоминание.

«Крыша. Такое спокойное и тихое место. Здесь мало, кто бывает, поэтому можно спокойно покушать, отдохнуть или спрятаться от всех, погрузив себя в мысли. Так и поступил скелет, что прямо сейчас стоял, держась за ограждение и смотрел куда-то вдаль, наслаждаясь тишиной. Его тихие мысли прервал звук открывающейся и закрывающейся двери, которая ясно дала понять о новом госте, решившим посетить сие место. Подойдя к ограждению и прислонившись к нему спиной, Найтмер сначала просто стоял, будто думал о своём, совсем не замечая художника. Лишь Инк, что начал разговор первым, прервал его мысли. — Как там Дрим? С ним всё в порядке? — Он с постели встать не может, словно негатив скопился одним большим камнем. — Вздохнул старший близнец. — Мне жаль. Я не думал, что всё будет так плохо. — С сожалением произнёс художник. — Инк, ты хороший. Правда хороший друг для всех нас. — Внезапно перевёл тему скелет. — Но простить тебе случившееся с моим младшим братом, я не могу. Конечно, Дрим сам виноват не меньше, но именно из-за тебя он сейчас не в состоянии быть здесь. Я уверен, что ты не хотел ему вредить, но… — Знаю, не извиняйся из-за этого. — Улыбнулся Инк другу, после чего улыбка ушла и он вновь смотрел вдаль. — В этом только моя вина и я не прошу меня простить. Просто знай, что мне правда жаль. Если бы я знал о том, как сильно это на него повлияет, то не позволил ему быть рядом с собой. — Нет, не в этом дело. — Покачал головой Найт. — Будь ты не рядом с ним, это всё равно не обошло бы его стороной, так как последние полгода у него слишком много скопилось негатива. Рано или поздно он бы стал больше и Дрим провёл время в постели, как сейчас. Вина не только на тебе или нём, ещё и на мне, так как я не могу оберегать его от всякого негатива. — Не можешь, так как он есть в каждом. — Не отрицал свою вину Инк. — Но ты можешь сделать так, чтобы он общался только с теми, в ком не так много этой дряни. Так же будет проще. — Согласен, но именно сейчас я так и делаю, правда он до сих пор где-то это находит. — Найтмер отлип от заборчика и повернулся к Инку, продолжая говорить: — Ты мой друг, также как и Эррор и Кросс. Я никому из вас не простил бы случившееся с моим младшим братом. Он мой самый близкий, я в ответе за него. Мне нельзя допустить того, что с ним может произойти что-то плохое, понимаешь? Ты всё ещё мой друг, но… — Я же говорил, всё в порядке. — Вновь улыбнулся художник. — Это моя вина и мне не нужно твоё прощение. — Спасибо, что понимаешь. — Вздохнул Найтмер. Они простояли так какое-то время, наслаждаясь тёплым, октябрьским воздухом, прежде чем один из них заговорил. — Так, когда ты признаешься Эррору? — Что? О чём ты? — Немного удивился и испугался Инк. — Ты думал, что удастся скрыть это? Видимо, ты плохо меня знаешь. — Но как? Дрим не смог заметить, а рядом с тобой я был не так часто. — Для брата было главной задачей защитить тебя и оберегать. Не думаю, что его волновали твои чувства к Эррору. Может он даже и не заметил, кто знает. — Ответил Найт. — А я это увидел сразу. Ты вечно смотрел на него, вздыхал, в твоих глазах были сердечки, а ещё у тебя было учащённое дыхание и бешеный стук души. — Ты и это можешь увидеть? — Удивился творец. — Хаха. Нет. — Усмехнулся Найтмер. — Это обычно бывает у тех, кто влюблён. В общем, я увидел это достаточно быстро. Но главное не это. Ты ведь по этой причине попросил оставить тебя одного? — Верно, мне нужно было подумать, что делать дальше. — И что ты решил? Когда признаешься? — Я всё ещё не уверен, что не испорчу нашу дружбу своим признанием. Это ведь нарушение нашего обещания. — Инк. Скажу тебе прямо. Эррор никогда бы не подумал о том, что это нарушение. — Вымолвил друг Инка. — Как знаю его я, у него бы и в мыслях не было такого. — То есть, я могу признаться ему? — Конечно. Даже нужно признаться. — Тогда… Я признаюсь! — Будто воодушевился он. — Как только наберусь храбрости, сразу признаюсь. — Хороший настрой, но не тяни с этим, он ведь ждёт. После этих слов Найтмер покинул своего друга, оставляя его наедине со своими мыслями».

Конец воспоминания.

Мда, всё же вечно скрывать свои чувства не выйдет, да, Инки? Будем ждать, когда же он сможет признаться. Хм, Хоррор? Вам так интересно, где же этот негодник, ведь его отстранение закончилось почти неделю назад? Ну, кто сказал, что он появится на учёбе сразу же, после конца отстранения? Делать ему здесь больше нечего. Информацию достать не выйдет, так как он испортил отношения со всеми, кроме близнецов, которых до сих пор шантажирует. Хоррор может прийти когда угодно, через день, неделю, месяц, а может и через год. Кто знает, когда он объявится. Организация хорошо заботиться о том, чтобы сохранить его нахождение в колледже, поэтому с отчислением проблем нет. Что же до Рипера… Могу лишь сказать, что слова Инка заставят его принять решение. Очень глупое решение.