Наследник Мироздания

POV Dream Мы узнаём о времени лишь из разговора охранников, таких любезно добреньких к нам. Прошёл уже день, как опыт над Инком и побочные действия давали о себе знать. Его всё время рвало, но иногда это прекращалось на время, так что в эти моменты он делился с нами полученной информацией, которую учтиво дала доктор. Помимо его плохого самочувствия и нашей беспомощности в этом вопросе, очень отвратительное чувство, когда твой друг совсем рядом, за стеной, подверженный побочным действиям неизвестного вещества, так плохо себя чувствует и ты, кто не может ему помочь и вынужден лишь слышать эти звуки и испытывать те же жуткие чувства, что и он, ещё и моя аура нам всё портила. Из-за самочувствия Инка, я не мог так сладостно улыбаться и давать им хоть какую-то дозу позитива, дабы мы смогли продержаться под этим заточением. Ещё и мой брат, что как и я мог чувствовать его эмоции, тоже был не в лучшей форме. И так выходит, что Инк за стеной с шумом умирает, хотя мы не знаем, так ли это, а рядом со мной мой старший брат просто загибается от тех эмоций, что испытывает художник, так ещё моя аура исказилась настолько, что мне плохо. Кроме как пытаться улыбаться через силу я больше ничего не мог. Конечно, это были поддельные эмоции, но весьма сильные. Позитив исходил из меня и смешивался с негативом вокруг, что создавало весьма тошнотворную атмосферу, из-за которой нам всем становилось лишь хуже. Братик неустанно просил меня прекратить источать положительные эмоции по двум причинам. Во-первых, это вредило не только им, но и мне. А во-вторых, хоть я этого не видел и не чувствовал, но брат и Инк говорили, что я будто бы схожу с ума, заставляя и их чувствовать себя ужасно. К сожалению, ничего другого было сделать нельзя, и мне приходилось из раза в раз переставать что-либо чувствовать, хоть это и не давало никакого эффекта. Вскоре послышался звук лифта и чужие шаги, вероятно настало время нас с братом пускать на опыты. Полученную от творца информация мы запомнили и сохранили в голове, но кто знает, как на нас отразится этот экстракт «Анти РШ». Дверь в нашу камеру открылась и, под блеющие звуки нашего сокамерника, которые мы предположительно закрыли кирпичом, но их можно было ощутить, к нам зашли двое монстров с ключами и шокером. Они заберут нас обоих или кого-то одного? Когда они подошли ко мне и начали открывать замок на цепи моей левой руки, стало ясно, кто им понадобился прямо сейчас. Я особо не сопротивлялся и спокойно выжидал, пока цепь откроется и ожидал оглушения шокером. Но мой брат решил действовать, несмотря на риск и отсутствие былого разума, сломавшегося под гнётом нашего положения и не имения возможность найти положительные эмоции. — А ну отпустите его, вы, сволочи! — Он ударил свободной рукой морду ближайшего к нему монстра, после чего в довершении пнул его. — Только попробуйте с ним что-то сделать, я вас всех убью! — Казалось, он тоже потерял рассудок как и я, но, вероятно, из-за отсутствия ауры он был чуточку сильнее и мог ещё что-то придумать. В отличие от меня. Его действие пользы не принесло, лишь навредило. Второй монстр ударил его носком ботинка прямо по челюсти, из-за чего Найт ударился затылком о стену и больше не двигался, пока его пинали и дальше. Мне было больно на это смотреть, а тем более чувствовать. Ничего не оставалось, как просто закрыть глаза и ждать шокера, который быстро меня вырубил и позволил прекратить слышать эти удары по брату, так сильно причиняющие мне и ему боль. Я — эгоист, Найти, и пора бы уже прекратить это отрицать. Хотя бы ради тебя, если не себя.

***

Очнулся я с самым ужасным чувством, которое хотел бы никогда не знать. Было ощущение, будто во мне хранится весь негатив всего мира. Это и есть побочное действие этого экстракта? Меня от бессилия и всей ненависти, что появилась в душе, разрывало на части. Все эти эмоции были настолько невыносимы, что хотелось кричать. Призвав свою душу, я убедился в своих догадках. Она больше не светила тем солнечным оттенком, стала намного тусклее, вдобавок в некоторых местах она стала чёрной, вероятно эта жижа вьедается или искажает душу. Если так и продолжится, то что со мной будет? Перенести столько негатива я не способен, к тому же при смерти от него никогда не был, так что не знаю, может ли меня это убить. Пожалуй, рисковать и проверять я это не стану. — О, т-ты уже проснулся, Дрим. — Прозвучал знакомый голос, и я узнал его обладателя, в лице доктора. — Совсем не ожидала встретиться с тобой в таких обстоятельствах. Г-грустно, верно? — Грустно, наверное, должно быть мне? Вам же всё равно. — Вполне холодно отозвался я, окинув её взглядом. С каждой секундой чувствую себя всё хуже и хуже. Нужно постараться сохранить весь позитив для остальных. Сейчас надежда только на него. — Хех, з-здесь ты угадал. — Честно признала она. — Ну, что? Как с-самочувствие? — Если я скажу, что преКОСТНО, это будет считаться за правильный ответ? — Уточнил я, сотворив некий каламбур из слов. — Смотрю, ты ещё можешь ш-шутить, а значит коньки внезапно не откинешь. — Она взяла стул и села напротив меня, тем самым удивив. — Твой друг, вероятно, не смог тебе рассказать о том, с чем я с ним поделилась, так ч-что могу повторить для тебя, но в более краткой форме. Ради тебя я много говорить не стану, хоть и терять мне нечего. — Разумеется, посвятите меня в свои планы и расскажите, что же за странную субстанцию вы в меня вкачали? Она состоит из негативных эмоций? Иначе почему мне так хреново? — Уточнил я, один из ингредиентов данного «зелья». — Что ж, буду говорить к-кратко, а поймёшь ты или нет — не моя проблема. — Улыбнулась она, поправив очки. — То, что мы тебе ввели, называется «Анти РШ», экстракт на основе р-решимости и прочих ингредиентов, не буду опровергать твоё предположение, но и соглашаться не стану. — Начала она свою важную речь. — Его главная цель: выкачать из души все эмоции и с-сделать из её обладателя бездушную марионетку, которая станет одним из солдатов главы. С их помощью она намеревается захватить весь мир, так что в рядах солдат, ей нужны лидеры-воины — наследники. Мы ещё н-не нашли подходящего, так как все умирают, поэтому будет здорово, если подойдёт кто-то из вас троих. Ещё лучше, если это будет Инк. В-вопросы? — Никаких вопросов. — Улыбнулся я в ответ. — Из нас хотят сделать солдат и захватить мир. Всё ясно. Ничего другого и не ожидалось от главы. — Тогда, если у т-тебя не осталось вопросов, мы вынуждены попрощаться. — Она поднялась со стула и показала жест рукой, зовя кого-то позади меня. — В-встретимся через неделю, Дрим. Очень надеюсь на то, что ты доживёшь до этого дня и поучаствуешь в нашем плане. Слова напоследок? Я тихонько усмехнулся и с улыбкой поднял голову, отражая на лице весь оставшийся позитив, который смог вытащить из своей души, дабы он не исчез. Чувствую теперь себя сумасшедшим, но это единственный способ спасти других. — Вам это с рук не сойдёт. — Засмеялся я в голос, из-за чего она отозвала охрану и присела напротив. — Не надейтесь, что мы будем тихонько ждать своей смерти. Нас ищут и нас найдут. Когда мы выберемся, вас всех убьют, сотрут в порошок. Никто из вас больше не встанет и не причинит боли невинным. Я знаю, что нас вызволят, можете запугивать как хотите, но я не сдамся. Я верю в наше спасение. Она смотрела на меня с каким-то беспокойством и лишь после тяжело вздохнула, переведя взгляд куда-то в сторону. Неужели я действительно говорю странные вещи? — Не хочу отобрать у т-тебя надежду, но ты действительно думаешь, что они так быстро и легко найдут базу? К твоему сведению, она не на таком очевидном месте находится с вывеской: «Это база!». Пока твоё с-спасение найдёт это место, вы уже будете мертвы, если не потеряете память без эмоций. — Нас найдут и вас всех убьют! — Закричал я с улыбкой на лице. Она сразу же вздрогнула. — Знаешь, Х-хоррор мне рассказывал о тебе и твоём брате. И если раньше я считала это бредом больного, то теперь, исходя из того, что я вижу сейчас, м-могу с уверенностью сказать, что он был прав, когда назвал тебя бесполезным игроком. — Бесполезным игроком? Что ты имеешь ввиду? — Я малость не догонял сути нашего разговора, вернее, монолога доктора. — Я считаю, что более т-точное определение для тебя это — эгоистичная жертва или же жертвенный эгоист, выбирай по вкусу. — Предложила она, смотря на меня с такой гордостью, якобы привнесла вклад в развитие мира и сделала что-то хорошее. — Что ты хочешь этим сказать? — Поинтересовался я, сморщившись от внезапного покалывания в душе. — Я хочу сказать, что ты з-занял чужую роль, Дрим. Изначально не ты должен был быть игроком и ты это прекрасно понимаешь. Ты просто подумал, что вправе решать это, хотя это не т-так. — Произнесла она нарочито. — Да, конечно, ты достаточно умён и в стратегии толк от тебя немалый, но если бы ты ещё этим пользовался. В-ведь как получается? Ты решил, что ты игрок, а не фигура, и ладно, если бы ты действительно управлял своими фигурками и как-то оправдывал себя, но ты это делаешь? Р-разумеется нет, ты даже не пытался это сделать. А почему? — Почему же? — Язвительно передразнил я, спросив. — А вот з-здесь и начинается самое интересное. — Заявила она с улыбкой. — Роль игрока ты взял для того, чтобы побыть героем для других. Р-ради внимания, ради хороших слов о своей персоне ты это делаешь. Ведь если ты игрок, представший перед всеми как герой, то к тебе и отношение п-подобающее будет, верно? — Предположим. — Нет, ну это же логично, разве не так? Только какой смысл в том, что она мне говорит? Какой от этого толк и что она этим хочет добиться? Уж как по мне лучше было бы, если бы она сказала что-то полезное, чем отчитывала меня, как ребёнка и копалась в психологии моей личности. — Вот. Но под этой м-маской геройства скрывается жертвенная натура. Скажи, какая бы не была ситуация, первая идея её решения обычно всегда одинаковая? Ты приносишь себя в ж-жертву и спасаешь других? Я призадумался, отведя взгляд. Душу будто в огонь сунули, настолько сильно она жгла. На моём лице появилась дрожащая улыбка, завидев которую дрогнула и учёная. Если так и дальше пойдёт, то я уже не смогу держать себя в руках. В голове не пойми что происходит. Чувствую боль, от которой хочется просто избавиться. А дальше как пойдёт? Мне будет также плохо, как Инку или хуже? Как моё состояние отразится на других? — Хорошо, ты такой герой, спасаешь всех жертвуя собой, а п-почему и для чего? Ты ведёшь себя как жертва, чтобы они не осуждали тебя. Ты делаешь из себя героя, ч-чтобы о тебе хорошо думали. Ты взял на себя роль игрока, хоть и не являешься им, для того, чтобы привлечь к себе внимание и не остаться в одиночестве. А п-почему? Не потому, что ты хочешь помочь другим по доброте душевной или с целью получения выгоды для себя, с-совсем нет. Я права? Я молчал, стараясь не слушать её. Какой толк слушать то, что и сам знаешь? В чём смысл выслушивать то, что сам так долго отрицал и пытался забыть, скрыть, будто этого и не существовало? Я просто хочу, чтобы она уже заткнулась. Моя душа становится всё тяжелее и горячее с каждой секундой. Конечно, выглядит она уже, мягко говоря, ужасно, но ощущения намного хуже. Мне огромных сил даётся выдавливать из неё остатки позитивных чувств, которые я уже почти не ощущаю. — Если не разбирать по отдельности эти маски, к-каждая из которых хранит за собой ещё одну, то можно заключить вполне обоснованный вывод: ты — эгоист. Ты хочешь умереть, хочешь оборвать свою жизнь и для этого лезешь в самое пекло, где можешь пострадать, представляешь из себя героя, чтобы не п-получить осуждения за эгоизм и иметь после смерти людей, которые будут положительно отзываться о тебе, а ещё ты повесил на себя ярлык игрока, чтобы в-возвысить себя в их глазах. — Заключила она, совсем неприятное решение. Для себя ли? Я то уже свыкся со всем. — И возникает очень странное противоречие: ты и эгоист, и жертва. Как же б-быть здесь? По логике вещей ты делаешь всё для себя, а получается, что ещё и д-других спасаешь. Как же так? — Понятия не имею. — Ответил я настолько равнодушно, насколько смог. Сил говорить через улыбку не хватало, а если этим увлечься, то можно и пожалеть. Лучше так. — Тогда с-скажи мне, Дрим, ты ведь запудрил себе и всем мозг этим планом лишь потому, что не можешь сам наложить на себя руки? Что тебя останавливает? Твой брат, д-друзья, собственная слабость? — Вера… — Тихо пробормотал я, из-за слабости и боли. Хех, никогда бы не подумал, что так погружаюсь в эту странную вещицу духовного мира. — Что? — Вера. Моя вера. — Повторил я, с неприязнью взглянув на неё. Давай ты меня обратно в камеру кинешь, а? У меня нет ни желания, ни сил с тобой говорить. А выдавливать из себя улыбку и тратить эти дорогие эмоции, я не рискну. — Ты не похож на в-верующего. — Произнесла она, спустя пару секунд молчания. Вероятно пыталась понять, что это не шутка. — Но если и так, то скажи: самоубийство — это грех, так ведь? Но насколько я п-помню в какой-то заповеди есть и не лги. — Я кивнул. Что-то похожее там было, но я не уверен в какой форме оно было записано. — Если так, то ты не думаешь, что уже согрешил кучу раз, придумав все эти маски? Ты с-считаешь, что умрёшь от чужой руки чистым и без греха? Спешу тебя огорчить, но здесь все грешны, нет чистых, особенно с-среди нас. Согрешил кучу раз? Создаётся впечатление, будто она знает меня лучше, чем я сам. Так вообще бывает? Всё, что я хотел сделать, всё, что мне нужно было, — это не имеет больше значения? Потому что я грешник? Тогда какой смысл во всём этом? — Я считаю, что наш мир — это испытание, которое есть у каждого из нас. Какое бы оно ни было сложным, но мы все должны пройти его, чтобы доказать самим себе чего мы стоим. — Решил поделиться я, своим взглядом на мир. Терять мне нечего, а если и умру, то пользы не принесу, как и вреда не причиню. — Своё испытание, как ты поняла, я пройти не смог, а потому и сдался, признав поражение как личность, так и одна из душ. А так как это не норма для мира, также как и самоубийство, то это считается девиантным поведением, которое тоже не норма. К сожалению, у меня нет сил ни пройти испытание, ни стать девиантом, покончив с собой, так что я просто существую. Я просто никто или пустая душа, существующая без цели в этом мире. — Если и так, н-неужели ты готов отдать всё, чтобы освободиться из этого мира? — Возможно. — Я даже ответил не задумываясь. — А как же твой брат? Ты о н-нём совсем не подумал? Оу, верно… Я же не один в этом мире, какой дурачок. Найтмер, братик мне очень дорог. Это самое близкое мне существо, не считая родителей, хотя что с теми? Живы они ещё и сможем ли мы вновь увидеться, когда это всё кончится? Мой брат всегда оберегал меня, защищал, был моей опорой в беде и в радости. Может его характер весьма странный и бессвязный, порой и противоречивый, но он всегда был добр ко мне. Он всегда был тем, кто давал мне надежду и шанс, пускай он и видит мир таким, какой он есть, но всегда твердил мне о том, что даже чудо вполне способно случиться, если верить. Так что я не могу уйти и бросить его из-за своих эгоистичных желаний. Кросси? Он стал таким же родным для меня, как и брат. С ним я хочу построить свою жизнь и прожить её полностью, без сожалений. Я не могу с ним так подло поступить. Как и со своими друзьями. Они нуждаются во мне- Нет, я нуждаюсь в них, просто всегда отрицал такую очевидность. Если я сделаю то, что всегда хотел, то навсегда обрету покой, если он существует, разумеется. Но какой ценой? Болью своих ближних? Угасшей надеждой в их душах? Может я и слабый, может эгоист, но… До меня только сейчас дошло, что я просто не готов оставить их. Я… Я хочу жить! Я не хочу умирать, не хочу уходить от них, никогда не хотел. Быть может… Есть возможность пересмотреть свои мечты?.. Я не стал отвечать на заданный вопрос, так как уже не видел смысла врать себе и другим, как и честно признавать врагам свои ошибки. Просто вздохнув, я опустил голову и задумался лишь о том, что же будет со мной дальше. Душа всё больше тускнела, да и чёрных пятен стало больше. Кто знает, смогу ли я пережить этот опыт или же так и умру? Напрасно умру? Всё, что мне сейчас под силам, это пытаться сохранить остатки позитивных эмоций, хоть что-то. Аура уже в ужасном состоянии, но на большее я не способен. Надеюсь, на ребят это не сильно повлияет. Из раздумий меня вывел голос доктора Альфис, которая приказала двум монстрам освободить меня, развязав верёвки и сняв цепи. После этого они взяли меня за локти и собирались увести, но они не вырубили меня, это очень важно, полагаю, как она задала мне вопрос, на который я до сих пор не могу ответить: —«Если твоей первоначальной целью являлось искупления грехов, путём смерти чужими руками, то что ты будешь делать теперь, раз знаешь, что не хочешь умирать и никогда не хотел?»

***

Какова же моя цель теперь? Мы вышли из небольшой лабораторной комнаты, находившейся на верхних этажах, и поехали вниз, на первый. Куда же ещё могли мы поехать? Братик… Я ведь столько врал тебе, столько боли причинял своим молчанием, даже не сосчитать. Кросси… Вранья ты получил намного меньше, но всё же я поступил очень ужасно. Да и друзей своих подавно друзьями не считал, что уж тут врать. Остаётся лишь вопрос: что делать сейчас? Если я найду в себе силы, то обязательно всем расскажу о том, что скрывал, но… Цель. Какая она теперь у меня? Как мне её найти? С этими вопросами я вскоре приехал на нижний этаж, где меня проводили до двери камеры, гостеприимно открыли её, пнули меня туда, и зашли следом. Найтмер, при виде меня, сразу оживился, я даже смог увидеть трещину на его черепе от удара. Но как только наши глаза встретились, то я тут же отвёл взгляд. Чувствую себя виноватым во всём, даже смотреть на него не могу. — Дрим, ты как? В порядке? Они тебе ничего не сделали? — Он с таким беспокойством смотрел на меня и произносил эти слова, что меня пробрало до мурашек. Настолько сильно я в упор не замечал его волнения и всегда относился к этому, как к пустой вещи. Не отвечая ему, я выжидал, пока цепь на моей руке вновь прикуёт меня к стенке, что вскоре и случилось. Монстры ушли, хлопнув дверью, Найт достал кирпич из стены, и я смог услышать за ней звуки радости от Инка. Хотя может быть это всего лишь рвота. По-видимому, Найт уже почувствовал мою ауру, по этой причине он так резко замолк и не мог ничего сказать, да и Инк ничего не произносит. Как я вас понимаю, ребята, я сам не знаю, что делать и что хочу услышать сейчас от вас. — К-как ты перенёс экстракт? — Дрогнувшим, от волнения, голосом, вымолвил брат, повернувшись ко мне. — Не очень хорошо, — плохо, если точнее. — Горько усмехнулся я, кашлянув. — Что тебе говорили? — Поинтересовался Инк, после очередного подхода. — В целом тоже, что и тебе. — Отозвался я. — Только мне ещё и мою сущность раскрыли… — Как можно тише пробормотал я. — Значит, завтра за мной должны прийти? Что ж, буду надеяться, что перенесу я это нормально. — Усмехнулся он, продвигаясь ко мне. — Что будем делать, Дрим? — Спросил художник. — Понятия не имею… — Честно заключил я, вздыхая. — Кроме, как ждать спасения, мы больше ничего не можем. Ещё и аура моя всё портит. — Не вини себя ни в чём, окей? — Найтмер протянул ко мне свободную руку и притянул к себе, уложив меня головой на своё плечо, приобнимая. — Мы сейчас здесь, с тобой, всё образуется и будет хорошо. Только не сдавайся раньше меня, ладно? Нам твоя надежда ещё понадобится. — Спасибо, братик. — Это всё, на что у меня хватило сил, прежде чем я, по-видимому, отключился от усталости, засыпая в руках брата. Интересно, будет ли он меня и дальше так обнимать, если узнает правду? End POV Dream