Они похожи

Они похожи, мелькает в мыслях Рукии. В её воспоминаниях холодная рука, сжимающая горло и жуткая улыбка, в которой нет веселья. В ней нет ласкового тепла, какое было в улыбках её друзей, в ней нет злой насмешки, которое можно было увидеть в изгибе губ капитана Ичимару. Это была улыбка, полная леденящего душу равнодушия, словно она — ничто, всего лишь очередная ступенька на пути к трону, всего лишь глупый кролик, застывший перед удавом. Иногда она замечает похожую улыбку у своего друга, и от неё сердце замирает, а в душе загорается первобытный страх. Они похожи, думает она, пока тёплая дружеская улыбка не разбивает это оцепенение, и Кучики выбрасывает глупые мысли из головы. Они похожи, мимолётно отмечает Урахара. Он привычно скрывает веером лицо, но только не хитрую улыбку, а опустившееся уголки губ. Тень полосатой панамки прячет нахмуренные брови. В его памяти глаза цвета шоколада, в которых жестокость причудливо переплеталась с насмешкой. В этих бесчеловечных глазах всегда горел огонёк чего-то безумного, но лишь в ту ночь Киске отчётливо увидел и осознал его. Порой он видит схожий взгляд у своего ученика, и всегда это заставляет застыть на месте, не веря, не желая верить. Они похожи, думает он, пока не встречается глазами с привычным взглядом, горящим яркими, но светлыми эмоциями и забывает об этом. Они похожи, бегло думает Хирако. В его сознании, как наяву, возникают события, связанные с бывшим лейтенантом. Их полные лжи и лицемерия разговоры, скрывающее презрение друг к другу, а порой и завуалированные оскорбления. Но, на самом деле, отчётливей он помнит голос. Многие называли его проникновенным, даже чарующим, но Шинджи всегда слышал в нём то, что было скрыто. Властность, жажда крови, капля безумия. Его голос всегда был словно яд, капающий с клыков змеи. Временами он слышит знакомые нотки в голосе младшего собрата, чувствует на языке привкус этого яда, и от столь зловещего сходства цепенеет, чувствуя, как липкие щупальца страха опутывают его душу. Они похожи, думает он, пока не слышит звонкого юношеского голоса и с облегчением отбрасывает свои домыслы. Они похожи, с отвращением считает Гриммджоу, пряча внутри тревожное смятение. Он навсегда запомнил реяцу предателя. Она несла в себе лишь железный вкус крови, забивающийся в глотку, ощущение тяжёлых кандалов на руках, приковывающих к земле, ожидание гильотины, падающей сверху. Джаггерджак испытал все чувства приговорённого к смертной казни, когда эта реяцу прижимала его к каменному полу. Она опутывала его, подобно голодной хищнице, словно именно её хозяин был истинным пустым, а не он. Реяцу чёртового мальчишки, доведённого до битвы, дарила ему те же ощущения, тот же вкус горячей крови и те же стальные оковы на запястьях, отчего он невольно испытывал позабытый давно страх. Они похожи, сплёвывает Гриммджоу вполне реальную кровь на землю, мимолётно чувствуя злую насмешку над Нойторрой, не ощущавшим того же. Они похожи, осознаёт с пугающей ясностью Гин. Хоть его глаза и скрыты, да только Ичимару всегда наблюдает. Он замечает каждое непроизвольное движение, в котором скользит властность, каждый шаг, каждый взмах и жест. Все они выверены до миллиметра, все отточены до жуткого совершенства, никаких лишних действий. Даже когда он играл неловкого капитана — всё было лишь идеальной сыгранной ролью. Иной раз он думает, что во Владыке больше от змеи, чем от человека. Мельком он замечает, что все движения временного шинигами столь же плавны и выверены, словно это дитя лишь играло в нескладного подростка, как когда-то и сам Владыка… Они похожи, шепчет он, когда, чувствуя, как тело холодеет, теряя последние искры жизни, замечает движения, поступь шинигами и закрывает глаза. Они похожи, в пылу боя появляется страшное понимание в голове Яхве. Стили боя подходили друг к другу, словно эти двое уже сотни лет сражались бок о бок. Движения одного легко подхватывал второй, они двигались слитно, словно целое. У них не было проблем, они не мешали друг другу, молниеносно нанося удары по Баху и защищая спины друг друга. Он уже не мог отличить, с какой стороны в него вонзалось лезвие мёртвого зампакто, а с какой — чёрные парные клинки. Даже апельсиновые волосы, на которые он ориентировался, больше не могли помочь. Глаза застилала пелена. Они похожи, невольно произносит беззвучно он, понимая, что проиграл. Мы похожи, говорит Айзен, когда Ичиго приходит к нему, мы слишком похожи. Потому что я сотворил тебя таким. Куросаки кивает и невольно растягивает губы в привычной им улыбке. Они оба понимают, что ничего ещё не кончилось, как бы ни желал этого весь мир. Их история ещё даже не началась, всё, что происходило раньше и происходит сейчас — это останется лишь в их воспоминаниях, ведь потом не останется никого, кто бы вспомнил о временном шинигами или предателе Готея. Мы похожи, соглашается Ичиго, и Соске тихо смеётся. Потому что это была единственная возможная правда. Главная истина для них. Айзен смеётся, когда Ичиго начинает играть в семью с глупой маленькой принцессой. Он знает, что играть эту роль ему быстро надоест, для талантов мальчика она была слишком скучной и незамысловатой. Но Соске понимает, что это он успел наиграться в театр за сотни лет, а Куросаки только ступил на этот путь. Скоро их истинная история начнётся. Она принесёт многим боль, слёзы и разбитые надежды, но для них это будет весёлой прогулкой, где можно, наконец обнажить свои истинные лица. Те, кто отправлен на перерождение, говорить не смогут, они не вспомнят этих дней, а Айзен сможет научить Ичиго тому, чему ещё не успел. Впрочем, он сомневался, что мальчика стоило чему-то учить. Всё же… Они Слишком Похожи.