Крепкая мужская дружба

Они познакомились в 1988 году, на одном из рок концертов. Курт был фанатом Цоя, у него была целая куча его песен, на кассетах, несмотря на то, что он не понимал ни слова. Но всё же он узнал перевод, добрый друг, Крист Новоселич перевёл любимые песни Курта.       Это не был концерт Вити, и не был концерт Курта. Они оба сидели за кулисами и обмолвились парой слов, после чего у них завязалась долгая беседа, после которой они пошли в бар. Напившись в стельку, мужчины совсем одурели, но пока ещё немного соображали, направились домой. Однако сделали это вдвоём. Ночь выдалась прекрасной, кажется всем понятно, что же там происходило. После этой ночи они стали «друзьями», даже лучшими. Но скорее всего, в тайне встречались.       На следующий год Виктор Цой, приехал в США, как турист, для освоения выбрал город Сиэтл, в котором, по чистой случайности, жил Курт Кобейн. Витя подошёл к телефонной будке, достал монету, которая была привязана на ниточку. Опустив орудие скряги, он набрал чей-то номер. Виктор изучал английский, но у него был ужасный акцент. После десяти минут непонятных звуков, звонок прекратился, а монетка на ниточке отправилась в карман.       Вечером, Виктор Цой отправился в забегаловку, в которой готовят омлет из двенадцати яиц. После советского музыканта, в дверях показался Кобейн. Они дружески обнялись и сели за один столик. Затем, заказав себе по кофе, начали о чём-то болтать. Блондин потянулся к губам Вити, но брюнет ловко увернулся, что заставило Курта обидеться. — Дома… — извиняясь, сказал Цой. — Это не СССР, тут это в порядке вещей, — всё ещё обиженный говорил длинноволосый. — А вдруг нас узнают и донесут? — испугался, гражданин советского союза. — Тут люди отличаются, — успокоил того Курт.       Ничего не отвечая, Виктор наклонился и поцеловал блондинчика. Единственный, кто на это смотрел – одноглазый, старый кот и что-то подсказывало, что он вообще слепой. После забегаловки, друзья пошли гулять. Курт рассказывал Витьку про Сиэтл, по-дружески обнимая его за талию, которой не было. Друзья гуляли до ночи. Вскоре оказалось, что младший спит в машине. Товарищи залезли в транспорт, после чего его начало шатать из стороны в сторону.       Мужчины слились в поцелуе, попутно снимая одежду друг с друга. Резким движением, солист группы "Кино" развернул своего товарища. Теперь солист "Нирваны" стоял на четвереньках и смотрел в окошко машины. Ночь, тихий, безлюдный район, поэтому Курт просто смотрел в темноту. Виктор полез в карман штанов, что-то зашелестело и разорвалось, наделось…       Виктор по-дружески обнял Кобейна, а тот застонал. Движения продолжались, а он всё кричал. Возможно ему не нравилось, когда его так обнимают, или очень даже нравилось…       Цой натирал символ власти Курта, делая ему и себе приятно. Кобейн держался одной рукой за переднее сиденье машины, а другой за заднее сиденье. Цой снова развернул своего друга, только нежнее. Блондин сел товарищу на колени и начал прыгать, как на большом мячике. Длинноволосый обнял приятеля за шею, по щекам Курта прокатились слёзы, Виктор успокаивал друга поцелуями по всему телу. Казалось будто машина сейчас перевернётся, Кобейн кричал так, что хотелось вызвать полицию, скорую и пожарников. Последний громкий звук и Курт расслабленно упал в объятия товарища, кто-то разлил молоко.       Они вдвоём вытерли сперму и быстро оделись. Оба были очень довольными. — А есть тут недорогой отель? — спросил Виктор. — Конечно, — ответил ему приятель, странно улыбаясь.       Добравшись до отеля, они сняли номер на двоих. Курт пошёл в душ, Витя присоединился. Под струёй тёплой воды они тёрли друг другу спины, обнимались и целовались. После душа мужчины голые сели на кровать, включили кондиционер и телевизор. Цой начал нежно гладить друга, тот в свою очередь устремился в его объятья.       Нежно, кончиками пальцев, советский гражданин прикасался абсолютно ко всем частям тела своего американского коллеги. Коллега в свою очередь закрывал глаза от удовольствия. В это время по телевизору шла программа про садовников.       Блондин начал целовать торс Вити, спускаясь всё ниже и ниже. Когда спустился к паху, то начал ублажать брюнета. Брюнет в свою очередь еле сдерживал стоны и удивлялся оральным навыкам рок звезды. Программа про садовников стала чуть громче, чтобы не смущать постояльцев соседних комнат. Стоны тоже стали чуть громче.       Цой бережно уложил друга на гору из подушек и начал целовать. Опять полез в карман. Витька удобно пристроился и начал работать. В этот раз ему удалось чуть лучше, крики были громче и отдача посильней. Блондин царапал спину последнего героя, но того ничто не смущало. У него было дело поважнее, он щупал худое тело и ему это явно доставляло удовольствие. На этот раз сам Курт перевернул товарища. Теперь уже Кобейн был сверху, он сидел на Вите как на коне. Цой шлёпнул его плоскую задницу из-за чего оба засмеялись, но дело продолжили.       Брюнет резко двинулся вперёд от чего Курт упал на матрас, походу это и было его планом. Он аккуратно усадил блондина себе на колени и крепко взял его волосы, было видно, что Курту больно, но почему-то его это не смущало. Длинноволосый сплёл руки вокруг шеи своего друга, а тот в это время нежно гладил его. Кобейн громко застонал, его тело обмякло и они вдвоём упали в гору подушек, так и заснув.       Следующий день выдался весёлым. Курт Кобейн и Виктор Цой изучали Сиэтл, непринуждённо болтали и просто хорошо проводили время, как друзья. Курт рассказывал про свои планы на будущее группы, про альбом, Витя про то, как живётся в Советском Союзе.       Этой ночью они остановились в доме возле озера. Уютный дом, только они вдвоём, что может быть лучше? Сходив в местное кафе, они взяли с собой еды. Сели на диван, включили телевизор и смотрели мультики. Виктор Цой игрался с волосами Курта, пытался заплести косичку, расчёсывал, гладил их. Цоя удивляли американские мультики, они очень отличались от советских, но он не мог понять, хорошо это или плохо. — Как насчёт покупаться? Тут озеро прям перед домом, — предложил советский музыкант. — Ну не знаю. Холодно… — засомневался его американский коллега. — Да не парься, не замёрзнешь, — быстро выдал Витя и побежал к озеру, не закрыв дверь. — Была не была! — весело закричал Курт и побежал за ним.       Витя снял с себя абсолютно всю одежду и на всех скоростях залетел в воду, Курт последовал его примеру. Они начали резвиться и плескать друг в друга водой, бороться. После ненадолго остановились смотря друг на друга. Длинные мокрые волосы, голубые глаза, улыбка на розовых губах. Полностью голый, худой Курт. Короткие, мокрые, тёмные волосы, карие глаза. Кобейн подошёл чуть ближе и они начали целовать друг друга. Блондин запрыгнул на товарища, обняв его руками и ногами, Виктор чуть не упал в воду. Они были вдвоём, ночью, в большом озере… Стоны разлетались эхом, было жалко тех, кто это услышал. Витя аккуратно взял друга и, что есть силы кинул его. Пролетев пару метров, Курт плюхнулся в воду. Послышалось громкое: — Ну ты и козёл!       На следующий день Виктор улетал обратно. Им было грустно прощаться, но они с нетерпением ждали следующей встречи. На прощание друзья обнялись. Виктор уже успел отойти на пару шагов, как Курт с большой скоростью запрыгнул на него и поцеловал. Всё же они распрощались, а Витя весь полёт думал как будет рассказывать друзьям, про красивую блондинку с длинными волосами и голубыми глазами.