Вечность и Безумие

Тонкие, бархатные лепестки ярко-красного цвета; она судорожно сжимала их в руках целыми горстями. Они быстро таяли между пальцами, превращаясь в горячую кровь. — Смерть, — дрожащими губами прошептала Эрмина. Прямо перед ней стояла абсолютно белая девушка и, ехидно ухмыляясь, ласково поглаживала юношу по волосам. Мина хотела что-то выкрикнуть, но горло словно свело холодными тисками. Бенволио и Ромео уставились на неё, не понимая, на кого она устремила взор. Брат тоже неотрывно смотрел в одну с сестрой точку такими же испуганными глазами. — Нет! Не отдам! — она рывком притянула к себе тело Меркуцио, больше похожее на тряпичную куклу, и прижалась к его груди. Девушка в белом беззвучно рассмеялась. Кто все они такие, чтобы сопротивляться Смерти?! Но она умеет ждать и его подождёт. Вдруг Мина почувствовала, как под её щекой гулко забилось сердце. Живое сердце живого человека! Ещё секунда, и зелёные глаза сверкнули из-под длинных ресниц. Один неуверенный вдох, второй… Тибальт почувствовал огромное облегчение. За его спиной разочарованно махали руками Капулетти, но он был невероятно счастлив. — Он живой! — обезумаев от радости и треся Бенволио за плечи, восторженно кричал Ромео. Блондин, словно, забыл, как правильно стоять и просто опустился на колени рядом с другом. — Что же теперь делать? Как сообщить всё принцу? — перебивая друг друга запричитали братья Монтекки. — Assez! * — оборвал их Тибальт. — Мы идём в замок Эскала. Сейчас же! И осторожно поднял на руки лёгкого как пёрышко Меркуцио. Тот тихо зашипел, сильнее прижав руку к ране: — Я тебе это припомню, Кошачий Царь! — процедил он сквозь зубы. — Прости меня, — грустно улыбнулся мужчина. — Мы оба знаем, что я расчитывал на другой исход. — Убить ещё одного Монтекки? Нет, если учитывать, что им мог стать Ромео, я был бы даже не против… — ехидно усмехнулся Меркуцио. — Я всё слышу! — обиженно выкрикнул юноша, надувшись как большой индюк. — Матерь Божья… — паж так и обомлел, когда перед его глазами возникли трое молодых людей с ещё одним на руках и девушка. — Чего застыл? Беги, сообщи принцу! — рявкнул Тибальт. Эскала даже предупреждать не пришлось, он сам услышал, что в его замок пожаловали гости и велел привести к себе одного из них. Правда, внутри компании было решено идти двоим: Ромео и Тибальту. — Так значит, снова нарушаете покой улиц? — скрестив руки на груди, поднял брови герцог. — Ладно, я не говорю про Меркуцио, я не удивлён тобой, Тибальт… но Ромео-то куда?! — Простите, Ваша Светлость, — склонили оба виновных головы. — И что прикажете мне делать? — продолжил тот с возмущением. — Тибальт, я без зазрения совести могу приказать повестить тебя… — Ваша Светлость, мы… — огромными от ужаса глазами посмотрели они на него. — Но я этого делать не буду, — изогнул он правую бровь. — Теперь уже ничего не исправить, и мы можем надеяться только на милость Всевышнего. *** — Успокойся, дитя моё, — погладил девушку по голове брат Лоренцо. — От нас ничего не зависит, мы можем только молиться… — И принц сказал то же самое, — вдруг совсем безэмоционально кивнула Эрмина. — Он прав, дитя моё. Мина сделала глубокий вдох. Они со священником сидели прямо в приёмной на мягких пуфах, обитых красным бархатом. Из окон, занавешенных тяжёлыми портьерами, не пробивался ни один солнечный луч, в помещении царил удручающий полумрак. Вскоре из комнаты Меркуцио друг за другом вышли Бенволио и Ромео. На лице последнего читалось какое-то странное выражение; оно одновременно было похоже и на страх, и на гнев, и на отчаяние… Лицо же его старшего брата наоборот, не выражало ровным счётом ничего. — Всё просто ужасно! — наконец нарушил тягостное молчание младший Монтекки. — Ужаснее просто некуда! Капулетти спрятала лицо в ладонях, волосы тяжёлыми медными прядями спадали на плечи, скрывая их. — Ромео, — укоризненно покачал головой брат Лоренцо. — Будь сдержанней в присутствии дамы, к тому же перед тобой невеста твоего друга, и ей сейчас вдвойне непросто. Та прикусила нижнюю губу, с досадой осознавая, что сама не может себя контролировать и выглядит неимоверно жалко в глазах всех этих мужчин. Собрав последние силы в кулак, она постаралась унять дрожь по всему телу и успокоиться. — Тебе лучше уехать, — к ним присоединился ещё один мужчина. Девушка подняла блестящие от слёз глаза на того, кто оказался перед ней. Тибальт выглядел очень растрёпанным и взволнованным. На ярко-красной рубашке темнели багровые пятна, но руки уже были чистыми. — Тебе стоит покинуть город, — уверенно повторил Капулетти положив руку на плечо сестре. — На время, разумеется. Сейчас Верона как никогда опасна, Монтекки жаждут мести, они могут получить желаемое. Даже если ты — Его невеста. Тебя это не спасёт. — А как же ты? — внимательно посмотрела она на брата. — Мы оба покинем город на несколько дней. Я поеду в Падую, а ты — в Мантую, там есть наши родственники, если ты помнишь. Остальные наблюдали за ними с нескрываемым интересом. Больше всех был удивлён Ромео, всегда знавший Тибальта как эгоистичного задиру, который только и живёт ради личной выгоды и драк. Но с момента знакомства с Эрминой юноша начинал лучше понимать этого человека, даже сопереживать ему. _________________________ *Хватит!