Вечность и Безумие

Тибальт ощутил такой прилив сил, что, казалось, готов был весь замок голыми руками поднять. На всех парах он вылетел из комнаты и намеревался уже броситься к выходу из северного крыла замка, как вдруг его ноги сами собой понесли его в обратную сторону. — Скалигер, ты идёшь? — как бы невзначай поинтересовался Капулетти. — Хотя, нет, сиди, не то загнешься ещё по дороге, так Эрмина меня не простит потом, — засмеялся он и небрежно махнул рукой. — Ещё посмотрим, кто из нас загнётся, а кто заблудится на пути к выходу! — сверкнув ярко-зелёными глазами, парировал тот. Легко спрыгнув с кровати, юноша уже собирался переступить порог, разделяющий его комнату и длинный коридор, но тут же согнулся пополам от резкой боли: — Черт, какого Эскала спустя столько времени.?! — взвыл он. — А я что говорил, дурья ты голова? — закатил глаза Тибальт. — Вот ведь упрямый, как осёл! Хотя, почему «как»?..       Быстро спустившись вниз и выйдя во двор, оба они почти наперегонки метнулись к таинственной чёрной карете. В ней были хорошо занавешены все окна, узнать её пассажира не представлялось возможным. Молоденький, но очень серьёзный и чопорный паж важно открыл резную дверцу, пропуская вперёд невысокую даму в тяжёлом чёрном платье и плотной вуали, скрывающей лицо и волосы. POV Эрмина Как только передо мной открыли дверцы, я почувствовала, что сейчас либо упаду без сознания, либо… либо не смогу ничего толкового сказать. Стоило мне откинуть чёрный шлейф вуали, как всё погрузилось в непроглядную пелену. Если бы меня спросили, что я сделала, что сказала, что почувствовала в тот момент, когда вышла из кареты, то я совершенно честно ответила бы, что ничего не помню. POV Автор Меркуцио крепко обнял девушку, прижав её к себе. — Почему так долго? — Я приехала, как только появилась возможность, — качнула головой Мина. — У вас все живы? Я слышала, что Парис тоже был со мной в Мантуе. — Он приехал три дня назад, все остальные не выезжали из Вероны, — успокоил ее делла Скала. — Эй, а с братом уже здороваться необязательно, да? — обиженно прикрикнул Тибальт, скрестив руки на груди. Эрмина засмеялась и подошла к Капулетти. — Прости, — лукаво улыбнулась она. — Вы уже совсем поладили, как я вижу. — Ни-ког-да! — хором воскликнули мужчины. В главной приёмной зале замка было очень светло. Делла Скала и Капулетти сидели на длинном диване и ждали, когда Тибальт вернётся вместе с графом и графиней Капулетти. Меркуцио оценивающим взглядом окинул свою невесту, а точнее, её платье, которое скрывалось за черной накидкой. — Почему не в красном? — ехидно поинтересовался он. — За кого же это ты без меня успела замуж выскочить? — Замуж я уже наврядли когда-нибудь выйду… — наигранно грустно ответила она, но тут же снова улыбнулась. — Ты действительно не помнишь это платье? Я была в нём в первый день в Вероне. — Золотой — цвет вечности, — скорее самому себе сказал юноша. — А фиолетовый? — подняла брови девушка. — Фиолетовый — цвет богатства, власти… Но в большей степени это цвет безумия, — усмехнулся тот. — Вечность и Безумие, вот так парочка! — раздался громкий голос младшего Монтекки откуда-то сбоку. Эрмина от неожиданности вздрогнула и вскочила на ноги. — Да сиди, сиди, — хмыкнул Меркуцио, потянув её обратно за руку, но тут же сам вздрогнул от пронизывающей боли в животе. — Чёрт! — И давно ты там стоишь? — всё же вернулась на своё место Мина. — Достаточно для того, чтобы успеть наслушаться ваших любовных разговоров, — весело ответил Ромео, разведя руками. — Да кто бы говорил, синьор «Романтика в обличье человека»! Ещё раз так напугаешь… — угрожающе сверкнул ярко-зелёными глазами юноша. — Понял-понял! — поднял молодой человек руки в примирительном жесте. — В следующий раз буду просить пажа при моем входе громко объявлять «Его Светлость Ромео!» Их разговор прервал тот самый паж, который распахнул двери залы, чтобы в неё важно прошествовали Эскал с остальными племянниками и синьор Капулетти с женой. — Веселье начинается… — тихо прошептала Мина, опустив голову под тяжелым взглядом отца. — Да будет праздник! — ободряюще хмыкнул юноша, сверкнув глазами.