I never wanted to be your enemy

-Чон, отвали!- рычит Ким, стоит парню снова прижаться причинным местом к его заднице. -А то что? Пойдешь альфам подставлять задницу?- дразнит. Тэхен делает глубокий вдох и ставит кружку с кофе на место, чтобы не расплескать. Сегодня Чонгук пахнет интенсивнее, чем обычно. Его слишком много вокруг, что до боли в висках раздражает. Или нет? И его присутствие не бесит так сильно как раньше. Правильно говорят, что ко всему привыкаешь.Но Тэхену такие привычки не нужны. Омега разворачивается, замахиваясь кулаком для удара, но тонкую кисть моментально перехватывают. Блондин не сдерживается и пищит от боли, когда хватка становится сильнее, светлые пряди падают волной на лицо и колени вмиг подгибаются. На коже словно ожоги от чужих прикосновений, они горят пламенем. Или сам омега горит? За долю секунды он уже лежит распластанный по плитке на кухне. Чонгук опускается на корточки, ласково убирает с лица мешающиеся волосы и целует в лоб словно покойника. Он понял все еще несколько дней назад. Правда омега до конца так и не осознал, что его ждет. А постоянное присутствие альфы под боком только приближало неизбежное. Брюнет это знает, поэтому старался быть как можно ближе, навязчивее, делая это не без удовольствия, конечно. -Это может продолжаться вечно, Тэ,- устало вздыхает.- Мне самому надоел этот спектакль.- протягивает ладонь в помощь.- Давай, я тебе помогу. -Мне ничего от тебя не нужно,- отталкивает здоровой рукой предложенную ладонь и пытается быстро встать. Но попытки успехом не заканчиваются. У Тэхена перед глазами вертолеты, не может их отличить от реальности. Сердце бьется чаще, мгновенно бросает в жар. Дыхание затрудняется и кажется, что в тишине квартиры его вздохи, словно басы в колонке на всю мощность. Он закрывает глаза, мысленно успокаивая тело и душу. Но все внимание направлено на один единственный запах, что кажется таким вкусным, но и воротит одновременно. Омега часто облизывается, пытается делать вдохи реже, чтобы не сойти с ума окончательно, не умереть на этом полу. -Тебе нехорошо, да?- ухмыляется альфа и все-таки тянется рукой к желанному лицу. Ким не отворачивает голову, просто не понимает, в какую сторону отворачиваться, теряется в пространстве. Боится, наоборот, прильнуть к чужой ладони. -Вот видишь,- поглаживает нежную кожу, что кажется кипяточной,- ничего страшного не произошло. Ты не рассыпался. А теперь мы уложим тебя в постель. Чон бережно подхватывает омегу под бедра, чтобы аккуратно поднять с пола. Тэхен слабо упирается в плечи, но голова кружится и приходится опуститься на чужое плечо. -Успокойся,- рычит альфа, которому также тяжело прямо в этот момент.- Иначе трахну! Ким тяжело сглатывает, пересекаясь со жгучим взглядом напротив, мгновенно замирая в оцепенении. -Вот видишь, не трудно,- ласково шепчет и тянется за поцелуем, но омега отворачивает голову. Попытка не пытка. Чонгук укладывает на кровать блондина, который сворачивается в клубок от резей в животе. Альфа спустя минуту дает парню таблетку и стакан воды и оставляет Кима одного. Тэхену очень больно, от громких звуков сносит крышу, а еще горит там, где не ласкали уже очень давно. Омега лежит на постели, старается дышать как можно размереннее, но выходят вдохи как у запыхавшейся собачки. А еще он течет, течет так сильно, что комнату затапливает едким запахом ландышей. Аромат наполняет пространство и дышать становится нечем. Ким встает, чтобы открыть окно, но буквально на первом шаге падает на пол, дрожь по телу внезапно накатывает. Чонгук здесь, буквально сидит в соседней комнате, выжидая чего-то, до зубной крошки стискивает челюсти, чтобы не сорваться, вести себя спокойно. Хочется, чтобы Ким умолял, просил, валялся собачкой в ногах. Но за дверью тишина, потом глухой стук. Омега лежит на полу, текущий, мокрый, неповторимо прекрасный. Волосы от пота уже завились на висках, губы покраснели от покусываний, взгляд не такой уж холодный в итоге. -Уйди,- выдавливает по слогам, сдвигая ноги вместе, чтобы альфа не видел этого позора. Не сдержавшийся и вошедший Чонгук смотрит на парня как на произведение искусства. Хочется погладить эти золотые локоны, а потом натянуть на кулак, чтобы шея по позвонкам хрустела. Сцепить руки на шее, чтобы омега задыхался и просил еще. -Я открою окно. Чонгук делает глубокий вдох, стоит прохладному воздуху заполнить легкие. Он все-таки несмотря на протесты, помогает омеге подняться. -Чёрт, - стонет Тэхен. Член ноет уже невыносимо и пара ласковых прикосновений ему сейчас до невыносимого необходимы. Он заламывает брови, но руки держит при себе. Остатки разума покидают медленно, но все еще присутствуют. Чонгук все еще рядом, все еще пожирает его глазами, не может оторваться. -Не смей. Или я... -Откусишь мне руку?- ухмыляется. -Можешь сделать это потом, я разрешаю. Тэхен со всей силы отбивает от себя ладони, что тянутся к его штанам. Для омеги это как последний барьер перед неизбежным. Но крепкие ладони знают свое дело. Самообладание Чона поражает. Он контролирует каждую клеточку своего тела перед течным омегой. И для Тэхена это поразительно, потому что как бы он ни отпирался, ему тоже хочется. Сопротивляться уже нет никаких сил, поэтому Ким расслабляется, принимая все, что позволит себе Чонгук. Он чувствует, как холодит кожу уличный воздух, когда штаны с бельем оказываются в районе колен и даже облегченно вздыхает и закрывает глаза. Чон сверху любуется умиротворенным лицом. Ему хочется поцеловать каждый участок тела, облизать, покусать. Но вместо этого альфа облизывает собственную ладонь и аккуратно обхватывает твердый член мужа. Тэхена подбрасывает на постели от первого прикосновения, спина выгибается дугой и рот открывается в немом стоне. Рука движется по плоти нарочито медленно, собирая естественную смазку, что блестит жемчужным отливом. Первый стон пугает не только альфу, но и омегу, не ожидавшего проигрыша инстинктам, но после этого он полностью расслабляется, затуманенным мозгом отдается во власть альфы, окончательно проигрывая. Чонгук большим пальцем ласкает уретру, массируя ее, увлажняя смазкой, что течет все обильнее. Ладонь интенсивно водит по члену, то полностью обхватывая, то окольцовывая лишь двумя пальцами, чтобы подразнить прикосновениями. Наградой служат стоны, скулеж, а еще невероятно красивое удовлетворение на лице омеги. Золотые волосы разметались по постели, пухлые губы в слюне изгибались буквой «о». Альфе хотелось быть в нем прямо сейчас, видеть не только член, но и обнаженные ключицы, манящие изгибы тела под ним. У самого жестко стоит, но пользоваться омегой не станет. Тэхен словно пьян, в бреду наверняка не понимает, что над ним висит возбужденный Чон. Все, что он может- лишь принимать ласки, но никак не принимать решения. Их ароматы смешиваются. Это похоже на весну в сосновом бору. Хвойные оттенки переплетаются с запахом ландышей освежающе и невероятно приятно. Киму становится жарко и он вяло поднимает рубашку до груди. Брюнет помогает ему снять предмет одежды и, не сдержавшись, ртом прикусывает один из сосков, все также работая внизу рукой. Альфа вылизывает участок кожи, зубами задевая чувствительное место, и этого оказалось достаточно. Тэхен с криком кончает, выстреливая прямо между ног Чонгука. Он еще некоторое время дрожит от ощущений, медленно открывая глаза, но после поворачивается на бок, засыпая. Тело получило разрядку, теперь надо восстановить силы для следующего всплеска. Чонгук уходит в душ, расправляется со стояком в гордом одиночестве. Его самого колотит от свежих воспоминаний, от чувственных стонов и невероятной отдачи в целом. Тэхен красивый, до ужасного идеальный, а еще невыносимо желанный. Их первая встреча испортила сразу все. Но он не жалеет, потому что в те времена его интересовало совсем другое, он бы не смог дать Киму те отношения, которые тот заслуживал. И даже в последующие года ничего бы не изменилось. Альфа до сих пор не уверен в своей моногамности по отношению к Тэ. Но факт в том, что этот омега только его и касаться его, причинять боль и удовлетворять может лишь он один. Он как болезнь проник глубоко и руками сжал сердце. Чон выходит из душа в одних спортивных штанах и ложится рядом с омегой. Тот, почуяв запах хвои, сразу тянется к нему неосознанно, подползает ближе, укладывая голову на грудь в районе сердца, и кладет руку на талию, пресекая попытки к побегу. Альфа на это лишь ухмыляется, обнимая парня за плечи, с удовольствием задыхаясь в аромате ландышей. Он не хочет думать о том, что на трезвую голову Ким бы скорее предпочел спать на диване в гостиной, нежели с альфой. *** Чонгук старался быть терпеливым и выносливым. Он каждый раз дрочил омеге, когда таблетки уже не помогали, когда боль становилась невыносимой, но все равно мастурбация – это не секс. И Тэхен скулил в бреду, просил кого-то послать ему член. Но имя Чона так ни разу и не произнес. У альфы сдавали нервы, зажимы для носа уже начали больно давить на кожу. В итоге на четвертый день альфа ушел из дома, оставив беспомощного мужа одного. Ему нужно было вдохнуть воздуха, проветриться, возможно, потусить с Хосоком. Что он и сделал. Вечер в алкогольном угаре не оказался отличным выходом из ситуации. Каждый раз стоило очередной омеге сесть на его бедра, перед глазами мелькали пшеничные волосы и вечер скатывался в бездну. Хосок в шутку предлагал сам оказать Тэхену услуги интимного характера и отвечать потом за все последствия. Но шутка не зашла и кое-кто чуть не получил перелом. Чон вернулся в квартиру ближе к полуночи. Идеальная тишина встретила его в кромешной тьме. Он взволнованно прошел в пустую спальню и по очереди начал обыскивать комнаты. Тэхен лежал на кухне рядом с разбитым стаканом и пачкой обезболивающего. Видимо, омега решил сам устранить проблему, но не вышло. В итоге альфа поднял замерзшего парня с пола и укутал в одеяло. Этой ночью Тэхен к нему не жался во сне. *** На шестой день Ким проснулся сам. Он приподнялся с кровати, сразу схватившись за голову. Ощущения ужасные, словно после похмелья, но зато мысли ясные. Омега почти ничего не помнит, последние несколько дней как в тумане, лишь какие-то кусочки пазла мелькают, но в полноценную картину не входят. Он поворачивает голову, замечая рядом мирно спящего Чона. И залипает на несколько секунд. Альфа лежит на спине, обнаженным по пояс, темные пряди спадают на лоб, а губы надуты, из-за чего кажется, что Чонгук чем-то недоволен во сне. На секунду омега думает, что не стал с криками выпихать его с постели, а просто… что просто? Все равно? Или это кажется само собой разумеющимся? Тэхен аккуратно встает на ноги, подмечая, что его зад не болит, значит, проникновения не было, что несомненно радует. Но то, что он видит в зеркале, повергает в шок. Огромное количество багровых пятен облепили тело. Это не синяки, нет. Это засосы. Метки тянутся от шеи и до тазовых косточек, не выше, не ниже, словно это было поле для свободы действий. И Ким совершенно не помнит ни одну из них, ни как Чон их ставил, ни когда их ставил. И Чон ли это делал? Что между ними было? Чем они занимались? Какие вольности себе позволял Чонгук? -Нравится? Из-за спины выглядывает альфа, который проснулся буквально секунду назад и бесшумно подкрался. Он выглядит безумно уставшим, но видимо довольным. Потому что его персональный ад закончился. -Это как понимать?- указывает на засосы. -Тебе нравилось,- ухмыляется. Тэхен открывает рот, чтобы что-то сказать, но поворачивается лицом к собеседнику, спрашивая в лицо: -Чонгук, мы спали? -Спали,- спокойно заявляет, после чего лицо омеги искажается в непонимании,- но не трахались. И ты должен меня поблагодарить за это. Тэхен молчаливо смотрит на него, думая как поступить дальше. Все туманно и непонятно. Поэтому омега просто уходит в душ, оставляя парня смотреть ему вслед. *** Чонгук готовил завтрак, когда омега вышел из душа еще более уставший, чем был до этого. Альфа мотает головой, ставит на стол две тарелки с омлетом и кружки кофе. Они едят в тишине. И это так странно на самом деле. Не чувствуется никакого напряжения, при том, что у Тэхена куча и один вопрос по поводу прошедшей течки. Можно ли это считать миром? Почему Чонгук не воспользовался моментом? Зачем помогал в ущерб себе? Захочет ли что-то взамен? Да и в принципе образ заботливого мужа совсем не вяжется с ним. Последние пять лет альфа жил мечтами о том, чтобы трахнуть неподатливого омегу. Столько драк было, столько жестоких слов сказано. А по итогу это был понт? -Что изменилось? Тэхен не уточняет, потому что альфа сразу понимает, о чем речь. Но в ответ получает лишь дерганье плечами. -Чонгук, ты не тот человек, который может воздержаться от соблазна. Ты не делаешь ничего за просто так. Поэтому скажи мне, в чем дело? Брюнет поднимает глаза на омегу, который очень хочет услышать ответ. -Ты беспокоишься, да?- хмыкает.- Боишься, что я что-то сделал? -перегибается через стол ближе.- Или попрошу сделать? На самом деле я думал об этом, но трахать безвольное тело совершенно не интересно. И я думал, почему ты впал в полное беспамятство во время течки. И меня осенило. Когда у тебя последний раз был секс, Тэхен? -К чему этот вопрос? -Ответь, пожалуйста. И помни, что я для тебя сделал,- давит альфа. -Давно. Очень давно. -Вот и ответ на мои вопросы. А в ответ на твой могу еще сказать, что я заинтересован, чтобы партнер тоже был в процессе в сознании. Не важно, хочет он того или нет. -И? -Мне нужно, чтобы ты осознанно смотрел на меня, пока я двигаюсь в тебе,- рука альфы ложится на тонкое запястье, при этом взгляды пересеклись и сцепились намертво,- чтобы каждый твой стон и крик также был слышим тобою, чтобы прикосновения чувствовались не как призрак после течки. Тэхен тяжело сглатывает, медленно вытаскивая руку из хватки. -Ты хочешь, чтобы я добровольно лег под тебя? -Не лег, а переспал. -Одно и тоже. -Но каждый из нас вложил разный смысл, не находишь? Чонгук обратно развалился на стуле, не сводя с омеги глаз. Почему-то сейчас он ему кажется таким маленьким, со всеми этими непонятками и провалами в памяти. Тэхен молча уходит в спальню, пролежав там целый день. Он решает обо всем забыть и в следующий раз не проебываться так сильно. Омега стирает все простыни, что пропахли их естественными ароматами, всю одежду, что заляпана пятнами спермы. Делает капитальную уборку, раскладывает не распакованные вещи, пока Чонгук на работе, а у него отгул. Делает все, чтобы не думать, занимает себя делом. Но выходит не очень и мысли постоянно устраивают мясорубку в голове. Ничего не произошло. Никто никому ничего не должен. Хансу звонит ближе к концу дня и заботливо спрашивает как у него дела, потому что лучшей отмазки, чем течка, Чонгук придумать не смог. Старший омега все порывался к ним приехать и помочь с вещами, но это просто предлог, чтобы посмотреть как дела у пары. Тэхену такого не надо, поэтому он говорит, что все уже готово и беседует еще несколько минут, пока не приходит Чонгук. Они не здороваются, но Ким просит пройти его в гостиную, чтобы поговорить. Он не уверен в своей речи, хотя бы потому что не уверен в своих чувствах. Внутри какой-то бардак после урагана и в такие моменты нужно дать себе время подумать. Но если омега даст себе время, то может вообще отказаться от разговора. -Перейду сразу к делу. Я в курсе чего ты хочешь. И я благодарен, что ты честен со мной. Но,- усмехается,- мне кажется, наша жизнь стала похожа на сериал «Том и Джерри». Постоянные твои догонялки за мной. Я не… я точно не помню, что было во время течки и да, у меня давно не было секса. Спасибо, что не воспользовался моим положением. Но зная тебя и твои мотивы, хочу тебя спросить, точно ли ты хочешь просто секса? -Что ты имеешь в виду? -Я не люблю тебя, просто для справки. Поэтому ты уверен, что я всего лишь твое очередное желание? Тэхен смотрит прямо, тем самым холодным взглядом. Держит лицо, но сам боится услышать ответ. Ему самому каждое слово кажется бредом каким-то, но пусть он выставит себя идиотом, чем будет мучиться в догадках. Омега не уверен в своем признании на сто процентов, но все равно говорит это, чтобы узнать мысли альфы. -Ты, что, шутишь?- Чон смеется, прикрывая рукой дрожащие губы. На самом деле Чонгук и сам не знает ответа, поэтому вопрос кажется ему страшным. -Ты иди проспись. Сперма до конца не вытекла, да? Ким ничего не отвечает, лишь хмурит брови на издевку, пока Чонгук уходит из дома. *** Они заходят в квартиру громко смеясь, пугая уже спящего омегу. -О, Тэхена-а, ты пахнешь зашибенно,- громко говорит Хосок, хотя Тэхен еще даже не вышел в коридор. Парни разуваются и проходят в гостиную, звеня бутылками. Ким молча за ними наблюдает, пока Чонгук не тянет его в центр комнаты, сажая рядом с собой. От его алкогольного дыхания завяли бы даже цветы, но вид парня все равно идеален сексуален, портят образ лишь мутные глаза. -Ты задал мне вопрос сегодня. Я думал, что тебе ответить и попросил Хосока помочь мне,- альфа странно улыбается, переводя взгляд на друга. Тэхен непонимающе хмурит брови. Но когда чужая рука касается его плеча, понимает, что оказался между двух пьяных альф. Он встает резко, чтобы подняться на ноги, но ему не дают. Чонгук сильнее и пользуется этим, когда прижимает омегу к полу, заламывая руки и приближаясь к уху. -Хосок давно на тебя засматривался, целых пять лет я ему отказывал, хотел быть первым. Но сегодня он мне поможет понять, насколько же сильно мое влечение к тебе? Тебе же нужен ответ, да? -Чонгук, ты пьян!- рычит омега.- У нас был серьезный разговор, не делай из этого драму. -Драму развел ты! Тебе просто надо было сказать «спасибо» и захлопнуться. Но нет, ты решил поиграть со мной? Вызвать ревность, кинуть в лицо свои серьезные разговоры. -Да что ты несешь?- Ким брыкается под тяжелым телом, стараясь высвободиться. Для пьяного альфы Чон очень силен, даже язык подвешен, хотя это все одни эмоции. -Хосок, смазка и резинки в нижнем ящике тумбы в спальне,- парень кивает и уходит из поля зрения.- Твои слова ранили меня,- шепчет, хотя Хосок их вряд ли услышит.- Теперь я хочу, чтобы тебе было также больно, как и мне. -Чон, ты не в себе, твою мать, отпусти меня! Чонгук перевязывает запястья омеги своим ремнем, разрывает майку, оставляя ее болтаться на связанных руках, а штаны просто снимает и отходит. Тэхен поначалу пытался ударить брюнета головой, задеть ногой, но все это никак не помогало ситуации. Кричать не было смысла, его не услышат и просто заткнут рот. А лежать с кляпом во рту еще унизительнее, чем просто лежать. От Чонгука не убежать, он не отпустит. Хосок кидает предметы рядом с чужим лицом, присаживаясь на корточки. Он тянет за золотистые локоны, вынуждая парня с трудом сесть на колени лицом к младшему. -Ты пожалеешь, Чон!- выплевывает в самую душу. Но получает в ответ молчание. Хосок грубо наклоняет светлую макушку в бок, зарываясь в чужую шею носом. Ему нравится, безумно нравится. Он языком ведет вдоль плеча, задыхаясь в цветочном аромате. Тэхен молчит, стойко терпит, не сводит глаз с Чонгука, что уставился на представление. Омега спиной чувствует чужой член, что уже готов. Но вот в штанах брюнета по-прежнему тихо, хотя и смотрит во все глаза. -Твоя течка только прошла, но запах,- вдыхает еще глубже,- он такой же сильный и возбуждающий. Мой уже встал, ты, наверно, чувствуешь. -Прости, но нет. Наверно, размер не настолько впечатляющий, не сдержался от колкости Ким. Хосок смеется сначала, но потом толкает в спину так, что омега ударяется головой. И дежавю в голове мелькает воспоминаниями переезда в дом Чонов, когда альфа также толкнул его на пол. Тэхена немного ведет, картинка смазывается на мгновение, но когда он чувствует горячее дыхание на уровне своей шеи, сознание сразу же возвращается. Ким не будет пытаться остановить весь этот спектакль, даже если Хосок и правда станет засовывать в него свой член. Ему все равно не убежать, даже в силовой категории не выиграть. Он не будет стонать и подвиливать бедрами, как они любят. Но позволит завершить начатое с одним условием: -Хосок, я хочу все время смотреть на Чонгука, если ты не против,- старается говорить как можно спокойнее, но голос все равно скачет, словно его настигнет истерика. Не дождутся они его слез. -Вау, да ты извращенец. Мне нравится, -смеется альфа. Альфа нацепляет на Тэхена ремешок, чтобы свободно висел на шее и тянет за него омегу на себя. Тот с хрипами поднимается на колени и разворачивается лицом к Чонгуку. «Что это за хуйня?»-молча спрашивает. Но в ответ снова молчание. Когда старший гладит руками тело, скользит языком вдоль позвонков, пальцами мнет бледную кожу, Киму хочется ополоснуться. От каждого прикосновения хочется блевать. Все не так. И запах альфы противен, как и он сам. Лаймовый аромат душит, не дает нормально соображать. Омега изо-всех сил старается не дергаться, не показать себя слабаком. Но как же хочется прикрыть глаза. Такой роскоши он себе не позволит. Чонгук мудак и полная тварь, но блондин не верит, что тот может так просто взять и уступить свое. Если это игра, то Чон будет проигравшим. А если нет, то… то Тэхен отрежет ему член как и обещал. Каждый в итоге выполнит свое обещание. Пусть омегу посадят, но нет ничего лучше, чем реванш. Омега верит, что Чонгук сломается. Хосока тригерит, безумно хочется засадить Тэхену. Его несет от алкоголя, поэтому ничего кроме желания наконец-то овладеть телом, он не видит. Ладони скользят вдоль боков, поднимаются к спине с идеальной осанкой и окольцовывают грудь. Омега чувствует его голой кожей, слышит, как делает глубокие вдохи и старается держать себя в руках, не отводить лица от глаз напротив. Брюнет мазохист. Он понимает это сразу, как только его друг начинает целовать кожу, которую он также губами ласкал буквально два дня назад. Неприятно. Но на лице ничего абсолютно, он держит лицо также умело как и его муж. А все дело лишь в том, что Чонгук не пил сегодня настолько много, чтобы выдержать эту пытку. Зато очень много думал. «Я тебя не люблю». Вроде обычная фраза, он бы и сам такую сказал и говорил не один раз. Но как-то вдруг больно. Непривычно неприятно. Парадокс в том, что и Чонгук тоже Тэхена не любит. Но установка «просто нагнуть» почему-то уже в его голове не актуальна. Стадия «ненавидеть» также пройдена. И где же он тогда находится сейчас? Прямо сейчас и выясняет. «Но факт в том, что этот омега только его и касаться его, причинять боль и удовлетворять может лишь он один.»- просятся в голове недавние мысли. Терпит. Хосок выгибает омегу в спине, ставя в коленно-локтевую, и поглаживает мягкие ягодицы. Шлепает пару раз, наслаждаясь как кожа трясется под бельем от чужих прикосновений. Тэхен молчит, в его глазах искрится последнее терпение, еще немного и вспыхнет пожар. Но Чонгук терпит. Альфа приспускает боксеры, касаясь уже обнаженной кожи. Берет в руки смазку, разогревая в ладонях. Ким начинает дышать часто, стоит только одному пальцу проникнуть внутрь. -Твою мать, как туго. Ты вообще трахался с кем-нибудь?- ворчит Хосок. Но Тэхен не отвечает, сдается первым и опускает голову, потому что от мерзости ситуации ему хочется разорвать себя на части. Нет сил смотреть в эти глаза, переоценил собственные силы. Он резко дергается, когда альфа начинает двигать пальцем и пытается встать, но его резко дергают за ремешок и он падает снова на колени. Только в этот раз Хосок держит его ладонью за шею, пригвоздив к полу так, что вены вздулись лабиринтом на руке. Чонгук терпит. Но когда Тэхен начинает хлюпать носом, терпение заканчивается. Пузырь лопается с громким хлопком, а внутри зиждется желчь. Она медленно растекается, доходя до чужих сплетенных тел. Чонгук грубо отталкивает Хосока, что уже готов был всунуть сразу два пальца. -Я передумал. -Чувак, ты что реально?- вопит пьяный и недовольный Хосок. -Бери вещи и проваливай,- Чон сглатывает тяжело, в голове словно вертолеты. -Твою мать, ты же шутишь, да?- рычит старший, указывая на стоячий член. Брюнет мотает головой и выпроваживает друга за дверь, кидая напоследок его вещи. Он возвращается в комнату, где Тэхен все также лежит вниз лицом и беззвучно плачет. Нервы сдали. Чонгук аккуратно расстегивает ремень. Запястья под ним красные, натертые до крови в некоторых местах. Снимает ремешок с шеи. Тэхен медленно садится на колени и начинает растирать запястья. Больно. И физически и душевно. Чужая рубашка накрывает ссутуленные плечи, осанка уже не такая идеальная, да и упрямство тоже. Силы растворились вместе с тем, как Хосок активно пихал свои пальцы, куда не следовало. -Ну, что узнал насколько сильно влечение ко мне ?- хрипло спрашивает Тэхен. -Да. Звонкая пощечина обжигает щеку. Чонгук заваливается на бок, рефлекторно прикладывая ладонь к лицу. Больно. И физически и душевно. Удар сильный, даже ногтями задел. Но по ощущениям он достоин гораздо большей боли, чем это. -Заслужил. -И не только это!- омега почти кричит, не скрывая истерики. Слезы катятся без остановки и Тэхен даже не хочет их остановить. Просто ревет как не в себя. И легче не становится. Только когда крепкие руки ложатся на талию и притягивают ближе, а аромат хвои забивает ноздри, становится легче. Не настолько, чтобы прекратить реветь, но настолько, чтобы немного успокоиться. -Зачем, Чонгук?- спрашивает после получасового плача. –Что ты на самом деле хотел проверить? Он лежит между ног альфы, пялясь в стенку и царапает чужую коленку. Не до конца уверен, что хочет знать ответ, но лучше сделает себе еще хуже сейчас, чем будет делить это мракобесие на дозы. -Ты сказал, что не любишь меня. Это было… неприятно слышать. И я хотел проверить, а люблю ли тебя я? Рука Тэхена прекращает царапать коленку мужа. Альфа сразу понимает, что это не к добру. -Ты позвал Хосока трахнуть меня, чтобы что-то там решить в своей голове?- хладнокровно, без эмоций, почти шепотом. -Да. -Ты последний кусок дерьма на этой планете, Чон Чонгук. Тэхен медленно разворачивается, с абсолютно спокойным лицом продолжая: -Ты кретин. Омега берет подушку с дивана и со всей силы начинает бить ею брюнета. В удары вкладывает всю энергию, параллельно покрывая парня матом. И это первый раз, когда альфа слышит столько матерных слов изо рта мужа. -Я тебя убью, убью,- запыхавшийся Тэхен садится напротив, восстанавливая дыхание. На самом деле Чонгуку было не больно, но он тоже немного запыхался. Да и не мог ничего он ему сделать, не в той весовой категории, хотя кое-что другое сделать он все еще может. -И что ты там почувствовал? Чонгук молчит, отворачивая голову, но Тэхен берет в руку его лицо заставляя смотреть на себя. -Я все еще могу отрезать тебе член. Ты не выполнил свое обещание- не изнасиловал меня. Но это не значит, что я не выполню свое,- и это уже угроза разъяренного омеги. Чонгук мягко убирает чужую ладонь, притягивая парня ближе, но тот сопротивляется, поэтому альфа прекращает попытки. Сейчас он не станет напирать. -Ты мне нравишься. -Что это значит? -Это значит, что я не хочу, чтобы с тобой был кто-то, не потому что я хочу тебя нагнуть, а потому что хочу быть рядом. Я не хочу просто с тобой переспать, я хочу, чтобы и ты этого хотел тоже. -Звучишь очень странно. Ты не перегрелся?- Тэхен язвит, а у самого сердце бешено колотится. -Нет, но судя по тому, с какой интенсивностью ты меня дубасил минуту назад, то все возможно,- альфа смеется, но Ким совершенно спокоен и намека на улыбку на красивом лице нет. -Не подходи ко мне ближайшие дни. Не хочу тебя видеть. Тэхен встает и уходит в ванную, оставляя Чонгука тоскливо смотреть ему вслед. Он снова все испортил. Только теперь пяти лет у него нет. *** Чонгук кретин. В кого из родителей он такой уродился неясно. Но решения, что крутятся в этой голове, пугают. Тэхен и не предполагал, что с ним рядом живет сумасшедший. У омеги крепкая нервная система. Спасибо родителям и Чонам. Но осадок, что остался после того вечера, не дает нормально дышать, словно к легким изнутри присосался паразит, который делает больно, напоминая о кошмаре. И это бесит. Потому что руки трясутся, не могут набрать текст, удержать документацию. И да, куча бумаг просто разлетается в стороны, когда Тэхена снова накрывает тем вечером. Он садится на корточки, чтобы все собрать, как видит маленькие пальчики, что также собирают документацию в кучку. Чимин. -Держите,- слегка улыбается. -Спасибо,- блондин кивает, не в силах ответить тем же. -Я хотел извиниться. -За что? -Думаю вы понимаете, о чем я. Чонгук сказал, что вы в разводе и вы тоже, ну… -Я понял. -И еще спасибо. После ваших слов я стал внимательнее к чужим словам. -Я рад, что ты понял все правильно и сделал выводы. Чимин кивает, но не уходит, жует губу, словно собирается с мыслями. -Я спешу,- поторапливает его Ким. -Во время наших… встреч, Чонгук называл меня вашим именем не один раз. Просто хотел, чтобы вы знали. Тэхен почему-то не удивлен, лишь хмыкает на слова парня и качает головой. -Спасибо, что поделился. И, Чимин, для тебя не Чонгук, а мистер Чон. Будь пожалуйста внимательнее с этим. Пак кивает и с поклоном уходит. Для Тэхена же эта информация как еще один груз. *** Проходит неделя. Неделя молчания, безразличия и пустых взглядов. Но только снаружи. На самом деле Тэхен обжигался от каждого взгляда мужа, направленного на него дома, на работе, словно эти ожоги были ощутимы. Чонгук ждал. Снова переехал в другую комнату, не трогал омегу, даже не здоровался. Но готовил завтрак на двоих, приносил кофе в кабинет на работе, даже заставил Хосока извиниться перед омегой, хотя Хосок тут тоже жертва ненормальных методов Чонгука познать себя. Но друг просьбу выполнил и получил по морде, как и сам Чон в тот раз. Тэхен понимает, что молчание тяготит, что хочется разговаривать с мужем, цапаться с ним по поводу и без, терпеть его приставания и в целом, чтобы Чон снова смотрел на него как на равного, а не как на песочные часы, что рассыпятся, когда песок окончательно ускользнет. Но и спустить все так просто нельзя. Нельзя. Чонгук не безразличен Тэхену, глупо отрицать очевидное. -Чонгук, я не хотел тебе говорить, но у меня есть кое-кто. Альфа отрывает голову от завтрака и непонимающе смотрит. Его смущает фраза и пугает, что Ким наконец-то заговорил с ним спустя долгое время. -И? -Я говорю это, чтобы ты не набил ему морду, если вдруг увидишь. Это все, что я прошу. Чон разбито улыбается. И это даже физически больно сделать. Он проиграл битву, в которой постоянно нарушал правила. И как итог то, ради чего он готов был добровольно отказаться, просто уходит к другому. -Ясно. Он тебе нравится? -Да. -Ты переедешь к нему -Я не могу, ты сам знаешь. -Я не скажу родителям,- альфа первый отворачивается.- Можешь собираться. -Ты, блядь, придурок! -В смысле? -Боже, Чонгук! Я говорил о тебе! -Чего? Что за шарады, блин? -Неприятно, да? Вот и я ненавижу, когда ты на мне свои эксперименты испытываешь. -Так я тебе нравлюсь?- самодовольно улыбается альфа, облокачиваясь на стул Тэхена. -Ой, да пошел ты! Омега встает, чтобы пойти в спальню, но Чон перехватывает руку и встает сам, дергая на себя. -Пусти, кретин! -О, нет! Думаешь, я всю неделю на цыпочках ходил, чтобы ты снова ускользнул из моих рук? Я хочу поцелуй. -Набери Хосока. Он же тебе во всем помогает,- дразнит Ким. -Нарываешься,- рычит. -Серьезно? Ты мне смеешь угрожать после всего? Да пош… Договорить не дают чужие губы. Чонгук целует сразу грубо, не может сдержаться, боится, что парень ускользнет из его рук, растворится. Его руки окольцовывают шею, притягивая ближе, большими пальцами надавливают на подбородок. Между ними не любовь, не взаимопонимание, но притяжение настолько сильное, что страшно. Тэхен отвечает рьяно, ибо заебался сопротивляться. Ему тоже хочется, но и треснуть по этой самодовольной роже хочется точно также, как и целовать. С ним всегда по-темному, всегда неправильно, но омега ловит себя на мысли, что привык, что даже нравится и кайфует от этой грубости. Чонгук прикусывает чужую губу, с силой оттягивая до недовольных стонов. Языком гладит небо и тянет за пшеничные локоны, чтобы голову повернул. Все резко, собственнически, словно минуту назад спустили рычаг. Дикость просыпается в обоих, руководит и торжествует. -Вот так бы сразу,- улыбается альфа, отстраняясь первым. Тэхен закатывает глаза, давая себе время отдышаться. -Если ты думаешь, что прощен, то ты ошибаешься. -Да, ну! Я готов вымаливать прощение всю ночь. -Чон, отвали. Я ведь не шучу,- говорит серьезно и убивает весь веселый настрой брюнета. -Ладно. Извини меня. -И? -И я не буду вести себя как кретин. -И? - И как мудак тоже. -Я надеюсь,- чеканит Ким.- Теперь пора на работу. Со стояком справляйся сам. -Тэхен, ты же помнишь, что я тебе помогал во время течки, да?- скулит альфа. -Мы уже давно квиты, если ты не в курсе. «Вот сука»- думает Чон, но вслух не произносит.