Чувство жизни

Настю колотило так, будто она только что прыгнула с головой в сугроб, а зубы беспрерывно стучали, не попадая друг на друга. Вокруг стоял шум — гости стали просыпаться, пытаясь понять, что собственно произошло. Катуха, будучи ближе всех, уже диктовала адрес скорой. Ден присел рядом с Настей и, обняв ее за плечи, говорил что-то успокаивающее. А Саша со Степой побежали вниз на улицу. Но девушка не обращала внимания, ни на кого. Она была в шоке. — Я убила его. — тихо сказала Настя себе под нос. — Вот, этими вот руками, толкнула его! — пристально глядя на ладони, продолжила. — Я же знала, что балкон шатается, знала, что он опасен. Господи, зачем мне нужно было пихать его? — она схватилась за голову. — Молчи. Не говори этого никому. — серьезно сказал Ден, когда увидел, что рядом с ними теперь никого нет. — Это просто несчастный случай, никто не виноват. — Ты издеваешься? — истерично засмеялась Настя. — из-за меня умер человек, а ты говоришь, что я невиновна! Если бы я только успела схватить его … — девушка на миг замолчала, будто осознав. — Ты! Зачем ты мне помешал? — Ты дура? — удивился он. — Он бы потянул тебя за собой. И сейчас вместо одного трупа на траве лежало бы двое! Тяжело сглотнув, Настя, молча, смотрела в серые глаза и не узнавала человека напротив себя. — Он жив! — раздался крик Саши снизу. Настя тут же подскочила на ноги. Все сознание захватила надежда. Она была так рада, что по ее вине никто не погиб. С улыбкой она повернулась к Дену, но так ничего и не произнесла, заметив с каким мрачным лицом тот смотрел вниз. Еще ничего не кончено, поняла вдруг она. Макс придет в себя и расскажет все полиции. Расскажет, кто толкнул его. Настя в ужасе закрыла лицо руками. Макс скажет, что упал по ее вине. Настя сидела на кухне, грея озябшие руки об горячую чашку. Клеенка, накинутая поверх скатерти, сплеталась из множества переплетенных стебельков в причудливые узоры. Девушка хаотично водила по линиям, повторяя рисунок. Прошедшие два часа окончательно высосали из нее последние силы. В голове все еще были свежи воспоминания. Она четко помнила, как бело было лицо Макса, когда его увозили медики на каталке. Помнила, как громко хлопнули двери машины, и заработала сирена. А еще она помнила, как Ден соврал следователю.       — Повторите еще раз, как и почему это произошло? — спросил мужчина. — Желательно подробней, пожалуйста. — Максим был пьян, дурачился. На балконе было скользко после дождя. —неуверенно говорил Ден, в растерянности постоянно запуская ладонь в отросшие волосы — Мы говорили ему успокоиться, но он не слушал нас. Он поскользнулся и упал спиной на ограждение. Мы не поняли, как это вообще произошло, но он начал заваливаться вместе с ним вниз. — Ден будто в неверии замахал головой. — Мы даже представить не могли, что Макс — вот так вот упадет. — Вы — Денис Серов и Анастасия Петрова, не выезжаете из города до окончания следствия, — сказал следователь, что-то помечая у себя в бумагах. — Мы с вами еще свяжемся. Настя просто молчала, позволив Дену делать так, как он считает нужным. Но в душе у нее все кричало. Она стояла напротив следователя и в ту же секунду могла сказать ему правду. Ее пожирал стыд. Тихо засмеявшись, она положила голову на скрещенные руки, навалившись на стол. — Настюш, пойдем ты ляжешь. Так сильно разнервничалась, что вот-вот уснешь за столом. — ласково сказала Евгения, заходя на кухню. — Я немного прибралась и расстелила тебе постель. Я останусь с тобой сегодня. — Спасибо, Евгеша. — тихо сказала Настя, чувствуя, как долго сдерживаемые слезы пробиваются наружу. Евгения видя, как подруга быстро смахивает слезы рукой, подошла к ней, обнимая. — Все будет хорошо, — успокаивающе протянула она. — он поправится. Ты и не заметишь, как быстро его выпишут. Может, еще и на свиданку сгоняете, а? — подмигнула. Настя через силу выдавила улыбку, в тайне мечтая, чтобы Макс оставался без сознания как можно дольше. . *** Прикрутив последний саморез, Ден закрепил рамку автомобильного номера и, кряхтя, поднялся на ноги, затекшие от долгого сидения в одном положении. Потянувшись, он оглянулся в поисках напарника. Темноволосый мужчина лет тридцати, одетый в зеленый рабочий комбинезон, нашелся в каморке, дверь в которую находился в углу своеобразной мастерской. — Я значит работаю за двоих, а ты сидишь в телик залипаешь. — недовольно сделал вывод Ден, стягивая заколку с длинной челки. — Где справедливость, Влад? — Ее не существует, мой маленький друг. — философски протянул тот. — Оглянись вокруг, в каком мире мы живем? Одно дерми… — Это был риторический вопрос, можешь не продолжать. — поспешил остановить его Ден, зная в какую лекцию это может вылиться. — Я закончил с машинами, номера тоже сменил. Передай боссу — все сделал, как пожелали бритоголовые, пора и ручку позолотить. — Возникли какие-то проблемы. Придется подержать их в мастерской еще неделю, остаемся пока без клиентов. — тяжко вздохнув, Влад потянулся за пультом. — Что сложного перегнать тачки ночью? — фыркнул Ден. — Никто и внимания не обратит. Влад лишь пожал плечами и вернулся к просмотру телевизора, недовольно вдавливая запавшие кнопки пульта. Ден снимал рабочий комбинезон, когда серьезный голос Влада разрезал тишину. — Босс сказал, в этот раз они доплатили за молчание. — Какая невиданная щедрость. — язвительно ответил Ден спустя минуту тишины, и со всей силой хлопнул дверцей металлического шкафчика. Путь от мастерской до университета занимал не более получаса пешком. Прикинув, что он успеет как раз ко второй паре, если выйдет прямо сейчас, Ден поспешил ретироваться от настроившегося на задушевную беседу коллеги. Не то чтобы ему было бы плевать на происходящее у него под носом — нет, совсем нет. Когда владелец мастерской начал подкидывать своим работникам нелегальную работенку, были и те, кто написал заявление сразу же, а еще были такие как Ден — отчаявшиеся нищеброды, берущиеся за любую грязную работу. Поэтому единственное, что его беспокоило это задержка оплаты. Бритоголовые, как их ласково называли в мастерской, по догадкам Дениса, толкали краденые тачки, хоть и происходило это редко. Машины пригоняли целыми, им лишь оставалось привести их в божеский вид, сменить номера и подержать оговоренное время в гараже. Но чаще им в руки приходили убитые, как по стандарту черные с тонированными окнами, тачки. Ден хорошо запомнил тот день, когда впервые приехали бритоголовые. Тогда он минут десять как завороженный водил пальцем по контуру аккуратной круглой дырочки в лобовом стекле и с запозданием осознавал куда вляпался — такие повреждения не оставить простому щебню с дороги. Невезучий Макс, улетевший звездочкой с четвертого этажа, был повседневной рутиной. Этот недо-герой-любовник, словно кошка, перевернулся, с учетом четного этажа, и мягко приземлился. Как жаль, что не пятый. *** Слоеное, посыпанное шоколадом, пирожное сиротливо лежало на блюдце. На протяжении десяти минут, Анастасия гипнотизировала его взглядом, лишь изредка, втыкая в сладкое тесто чайную ложку. В конце концов, сидящая на соседнем стульчике, Евгения не выдержала экзекуции и перехватила занесенную руку подруги в воздухе. — Настя, хватит летать в облаках. — сказала, дождавшись, когда та переведет на нее внимание. — Нельзя весь день питаться одним только кофе. Прикончи, наконец, это несчастное пирожное и пойдем. Следующая пара начнется через полчаса. Вчера, а если точнее сегодня ночью, Настя так и не смогла заснуть. Стоило ей закрыть глаза, как в ушах раздавался напуганный крик Макса. Каждую минуту, этой казалось бы, бесконечной ночи, ей хотелось набрать номер следователя и во всем сознаться. Но страх за свою шкуру пересиливал совесть. Принять свой эгоизм оказалось не так просто. Среди вчерашних гостей были и одногруппники. Настя сидела как на иголках, ожидая, что хоть кто-то из них подойдет и скажет, что он знает какая она лживая сволочь. Но этого не происходило. Прошла первая, а затем и вторая пара — тишина. Выходит, все действительно были настолько пьяны, что никто не осознавал происходящего. Неизвестность развивала паранойю. Настя залпом допила остывший кофе, не обращая внимания на обеспокоенный взгляд подруги. Прости, Евгеша, но сейчас не до твоих материнских замашек. Из толпы студентов, наводнивших кафетерий, взгляд зацепил светлую макушку Дена. Тот заметил, что на него обратили внимание, и кивнул в сторону выхода. — Я… Мне нужно отойти. Я догоню. — обрывочно произнесла Настя, быстро спрыгивая с высокого стула. — Какая муха тебя укусила? — крикнула в след убегающей подруги, Евгения. Ей оставалось только в очередной раз удивиться неожиданному испарению Насти в неизвестном направлении. *** — Прогуляемся? — спросил Ден и, не дожидаясь ответа, направился в сторону сквера. Еще недавно радовавший зеленью парк, теперь наводил лишь уныние. Грозовые тучи, нависшие над городом, лишь сгущали краски и ни капли не добавляли позитива в жизни. Поежившись от сырости, Настя плотнее закуталась в шарф по самый нос. — Чего ты хочешь от меня? — задала не дающий покой вопрос она, когда они остановились в безлюдной части сквера. Ден обернулся и окинул ее голодным взглядом с ног до головы. Столкнувшись с ее усталыми глазами, он ответил: — Я, детка, хочу от тебя куда больше, чем ты могла бы мне дать. — несчастно вздохнул он. — Ничего не хочешь сама мне сказать? — Ты позвал меня сюда только за этим? — Настя недовольно нахмурилась. — Хочешь услышать слова прощения или быть может благодарности? — Я бы не отказался ни от того ни другого. — хмыкнул Ден. — Плевать мне на твое прощение, но ты должна мне. Я прикрыл тебя перед ментами. — Это называется медвежья услуга, дорогой. — Настя натянула на лицо милую улыбку, стараясь не переходить на крик. — Когда Макс очнется, что ты прикажешь мне делать с открывшейся правдой? — Если очнется. — безмятежно исправил он. — Боже мой, да как ты можешь быть таким спокойным! — не выдержав, все-таки повысила голос. — С чего ты взял, что он не напишет заявление и на тебя в том числе? Если бы ты не затеял драку… — Как мило с твоей стороны перекладывать вину на меня. — грубо перебил ее Ден. — Не полезь ты целовать первого встречного парня, я бы не стал бить его. И именно ты — слышишь меня, ты! — толкнула его. — он схватил Настю за плечи и приблизившись вплотную произнес. — Это ты угробила его жизнь. Вдоволь насладившись изменениями на лице Насти, чередующимися от злости до ужаса, он с силой оттолкнул девушку от себя. — Не заставляй меня пойти рассказывать наш маленький секрет всему университету… или, например, господину следователю? — Насте хотелось расцарапать его лицо до крови, лишь бы стереть эту самодовольную улыбку. — У тебя нет доказательств. — собравшись, выдавила из себя она. — Максик лично подтвердит мои слова, не так ли? — подмигнул и жестко произнес. — Советую тебе сидеть тихо и наслаждаться временем на свободе пока он без сознания. Делай, как я говорю, и все будет хорошо, детка. После разговора с Деном, Настя как в тумане дошла до нужной аудитории и также, просидела всю оставшуюся пару. На вопросы Евгении, что упорно толкала ее локтем в бок, она лишь безразлично махала головой, не замечая, как сильно переживает подруга. После звонка она быстро закинула тетрадь в сумку и поспешила покинуть корпус университета, снова оставив растерянную Евгению в одиночестве. Противные серые тучи все-таки залили город продолжительным ливнем. Под пронзительный грохот грома, и вымокнув до нитки, Настя зашла в квартиру и громко хлопнула дверью. Мокрая одежда неприятно липла к телу, с волос слетали мелкие капли на, и без того подпорченный, ламинат. Да пошло оно все — к чертовой матери! Настя решительно достала вино с холодильника и, откупорив пробку, сделала большой глоток прямо с горла. *** Когда через два часа раздался звонок входной двери, Настя была уже глубоко пьяна и открыла третью бутылку вина. — Интересно, какая ж су… милейшее создание решило меня посетить? — потолок решительно молчал, не находя слов для ответа. — Хорошо-хорошо… сама узнаю, как и всегда. Поднявшись, она на цыпочках подошла к двери и взглянула в глазок. Скривившись, Настя задрала голову вверх и тихо прошипела: — Вот о нем мог бы и предупредить, тогда я бы сделала вид, что умерла. — Открывай дверь, Настя! — крикнули с той стороны. — Я слышу музыку и знаю, что ты стоишь и пялишься в глазок как старая бабулька… Вспыхнув за секунду, она резко открыла дверь, тем самым задев, стоявшего на лестничной клетке парня. — Твою мать, больно! — возмутился Ден, потирая ушибленное плечо. — Однако… ты теперь всех так встречаешь, или только для меня особый прием? — довольно ухмыляясь. Настя опустила голову, наконец, обращая внимание на свой внешний вид. Она открыла дверь в нижнем белье. Остатками разума она представляла насколько «прекрасно» выглядела. Шалавы с трассы нервно курят в сторонке, настал звездный час Анастасии Петровой! — Ох, я ждала не тебя. — разочарованно вздохнула она, пластично, как ей казалось опираясь на дверной косяк. — Кстати, ты должен помнить этот комплект — это ведь ты мне его подарил! Совсем незадолго как мы... кхэм, пардон, расстались. — невзначай вспомнила она, медленно проводя кончиками пальцев руки по черному кружеву лифа. — Чего добру пропадать, не правда ли? Дай думаю, выгуляю… — Нехило ж ты наклюкалась, — больше для себя сказал Ден, пристально следя за движением руки свей уже бывшей девушки и тихо добавил. — несчастная жертва алкоголизма. — А ты собственно, чего пожаловал? — ласково спросила и потянулась руками верх, вставая на носочки. — плохую погодку переждать? — Да, переждать — месяца так на три. — сглотнув, без эмоций ответил. — В смысле. — тупо переспросила Настя. Собравшись и, наконец, обратив взгляд на ее лицо, он ответил так просто как умел только Ден: — Я переезжаю к тебе, детка. — нежно улыбаясь. Оглушительную тишину прервал грохот упавшего на лестничную клетку чемодана.