то, что не убивает, хотя бы калечит.

надоевшая мелодия будильника. Глеб с усилием расщепляет глаза и берет телефон в руки. как оказалось, будильник играл не в первый раз, а в шестой, и встал он не в десять, как надо было, а в четыре. парень садится и корит себя за то, что он снова проспал поездку на студию. а еще стыднее из-за того, что голубину плевать на произошедшее и на беспокойства друга, с которым он должен был записать фит. какая разница, что и когда выйдет? его фаны схавают все, что он подаст, так зачем стараться? Глеб давно осознал, что что-то в его жизни идет не так. больше не хочется писать альбом, который он обещает уже почти месяц, больше не хочется тусоваться с друзьями, с которыми он проводил все свое время, больше не хочется иметь столько внимания, хотя раньше он наоборот старался создавать инфоповоды. осознал это давно, но сделать ничего не может. или не хочет. из-за подобных мыслей горький кофе стал еще сильнее горчить, потому Глеб не выливает его только из-за лени. поставит кружку на стол и забудет. как и о всех планах. парень много раз повторял, что не любит людей, но все равно едва ли не с утра тащился на какие-то вписки. ему не было интересно на них ничего и никто, но как-то по иному проводить свои свободные дни он не умел. да и научить некому. потому сейчас глеб снова садится в такси и едет по незнакомому адресу. неизвестность его ни капли не смущает, ведь из-за сотни приглашений в личке, подобное вошло в привычку. на улице лето, но на балконе холод, как зимой. голубин не меняется и ему все так же плевать на людей, потому сейчас он стоит тут один в тонкой футболке уже не с таким роскошным Johnnie Walker, как ему казалось раньше, в руке. он не выпьет его один, но все равно никого приглашать к себе не станет. обычно когда парень пьян, он максимум хочет спать, но никак не плакать. хотя какая разница? этот день с самого начала идет по пизде, можно ожидать чего угодно. к глазам поступают слезы, а в горле появляется ком. он плачет навзрыд, но все равно надеется, что скоро это пройдет, он выпьет ещё пару глотков виски и уедет с этой скучной тусовки. глеб помнит еще с юношества, что после слез становится легче, но сейчас ему уже навряд-ли станет лучше. его любимая девушка ему изменила, друзья оказывается общались чисто ради денег, мать и отец считают разочарованием, брат предал и уехал в другой город. он полностью разбит и внутри частично мертв, и даже если счет карточки не может помочь, то как ему поможет эта бабская хуйня? глеб настолько сильно погружается в подобные мысли, что забывает где он, но в реальность его возвращает скрип двери. - нихуя ты - низкая фигура с хриплым голосом прошла к противоположной стороне балкона, подожгла сигарету и бестактно забрала из рук глеба бутылку, отпив оттуда пару глотков - сначала ты показался менее эмоциональным. обладатель этого голоса вел себя очень по-дружески с глебом, потому младший уже приготовился к осознанию, что он опозорился перед каким нибудь недо-другом. он вытер глаза концом своей белой футболки и посмотрел в нужную сторону - лицо знакомое. вроде, артем? - пошел ты - у младшего не было сил и желания на большее, все таки не особо хочется ругаться с кем-то после того, как ты ныл. - так что у тебя произошло? - артем сделал ещё глоток и посмотрел на глеба, тот молчал - можешь меня снова послать, чтобы я тебя не доебывал. на этот раз я точно замолчу. будь голубин потрезвее, он бы, может, и промолчал, но алкоголь уже выпит, и слова в голове выстроились в рассказ. открываться практически неизвестному человеку оказалось проще, чем дорогому, поэтому глеб сказал намного больше, чем планировал, но он сожалел об этом не так сильно, как ожидал. карьера младшего может пойти под откос, если некоторые тайны глеба узнает кто-то ещё, но сказано так много, что уже бояться и скрывать нечего. если кто-то спросит - оправдается алкоголем. все таки что у трезвого на уме, то у пьяного на языке, а голубин до этого даже никому не мог ничего рассказать. - я даже какое-то время думал, что вся эта хуйня с селфхармом помогает - глеб протягивает руку, на которой красуются достаточно глубокие порезы от ладони до самого локтя. - в общем и целом - пиздец - голубин заканчивает свой рассказ и выжидает паузу, а после смотрит на собеседника, выжидая реакцию - я же надеюсь, это останется между нами? - а мы уже кто-то? - у артема с подробным непроизвольным флиртом всегда все было плохо - о твоих порезах, кстати, уже многие знают. ты слишком часто носишь футболки. - но ты же все равно никому не скажешь, да? - глебу, наверное, впервые за свою жизнь было стыдно, ведь он и вправду придурок, если ожидал, что никто ничего не заметит. - да, да, никому ничего - будто просто повторил шатохин и выкинул скуренный бычок в окно. - меня, кстати, глеб зовут, а тебя артем, да?

***

парни сидели на каких-то набитых чем-то пакетах, потому что на балконе все так же холодно. тема практически не сменилась, но теперь хотя бы о своих проблемах рассказывает не только глеб. может быть, этому поспособствовал алкоголь, а может просто дружелюбная атмосфера, но в любом случае артем тоже рассказал о своей жизни, которая оказалась ничем не лучше. на полу рядом лежала пустая допитая бутылка, но зато открылся новый не менее популярный напиток - golubitskoe estate. с его открытием появились и более дружелюбные и хотя бы веселые темы в диалоге, а также парни перебрались в комнату, ведь большая часть людей уже или съебалась, или спит, а на балконе все так же холодно. на настенных часах той комнаты уже было пол третьего, но это не учитывая то, что они отстают. артем уже начал собираться домой, попутно пытаясь найти свою олимпийку. - ты тут остаешься? - артем замечает, что глеб практически не сдвинулся с места. - вполне могу. а что? волнуешься? - у голубина, конечно, тоже с флиртом все было плохо - ну а вообще да, я вполне могу остаться тут. - нихуя ты наглый - с какой то усмешкой, надевая и застёгивая олимпийку, говорит артем - я запомню на всякий случай, если решу тебя к себе в гости позвать. - да нет. тут просто живёт мой очень хороший друг - сделал акцент на последних словах голубин, давая понять, что только хозяин квартиры считает, что младший его друг. а шатохин через силу хихикает и надеется, что они то с голубиным точно друзья. - ну, тогда пока - артем подошёл к кровати, ожидая, пока глеб попрощается, но тот никак не отреагировал. - а знаешь - как-то излишне задумчиво произнес младший - тебе, наверное, скучно будет одному домой идти. младший наскоро надел свои кроссовки и вышел за артемом. этот вечер оказался лучше, чем можно было ожидать.