По сюжету спектакля

— Тебе точно удобно?,— спрашивает Банчан, удобно умещаясь головой на груди Намджуна, от которой ощущается тепло даже через фотболку. — Да,— старший притягивает к себе, обводя руки вокруг талии Чана. Они болтают о работе Намджуна, Соле, учебе Банчана и скорых экзаменах. Старший сказал, что если бы мог, то сдал бы экзамены вместо него. Обсуждают поход в дворец, впечатления. Намджун радуется, что младшему понравилось пребывание там. Они удобно лежат, обнимаясь, как тут забегает в комнату Сола. Оба пугаются и уже настраиваются, чтобы отлипнуть друг от друга и сесть в разные стороны дивана, будто ничего и не было. Но Сола никак не реагирует на то, что они вместе и просто садится рядом, улыбается и говорит: — Меня сегодня учительница математики хвалила, что я хорошо отвечаю на уроках.— Улыбается во все свои зубы и лезет к ним обниматься. Намджун успокаивается и обнимает дочь, целует в лоб. Чан тоже спокоен, продолжает неподвижно лежать и наблюдать за милой картиной, как два его родных человека радуют друг друга. Так и радуют его одновременно. — Ты молодец,— мягко улыбается Чан, рукой перебирая ее мягкие волосы,— а я вот не знаю математику - никогда она мне не давалась. — Папа ее хорошо знает! Он тебя научит!— Громко воскликнула Сола и стала на ножки, смотря на этих двоих. Намджун с Банчаном тут же начинают смеяться, понимая не совсем то же, что и Сола. Намджуну предстоит ещё многому научить Чана.

***

Ему скучно и грустно, когда тот на работе или в разъездах по работе. Банчан и не помнит тот момент, когда привязался, но до сих пор помнит тот день, когда начал обнимать подушку и представлять Намджуна (он до сих пор это делает). Он сам по себе очень тактильный и ему нужны касания или хотя бы неловкие взгляды, но лучше все вместе. Он краснеет, когда думает о чем-то более интимном, ему непривычно и неловко. Его никогда не посещали такие мысли ранее до появления Намджуна в его жизни. Потому что он тот, с кем хочется, и дело не только в интиме. Этот мужчина настолько идеален, что хочется хоть немного соответствовать ему, поэтому Чан всегда думает о том, как выглядеть лучше. Он стал не только пересматривать весь свой гардероб перед каждой встречей с Намджуном, но и читать книги, саморазвиться - оказывается, это интересно. Сегодня вечером Банчан должен снова пойти к нему в гости, ему почему-то не по себе, будто что-то случилось или случится. Несмотря на то, что такие мысли посещают его каждый раз, когда Намджуна нет рядом. Без него не так, без него беспокойно. «Это такое странное чувство, когда ты не можешь ни на чём сконцентрироваться, ведёшь себя рассеянно - а все потому что думаешь лишь об одном человеке и об его объятиях. Его руках, глазах, его изящной талии, его сильном характере»— философствует Чан, пока идёт по осенним дорожкам по пути к квартире Намджуна.

***

Ещё больше Банчан думает об интиме, когда смотрит на Намджуна, который сейчас снимает пальто и садится рядом и как всегда, по привычке, обнимает за талию и целует в шею. Банчан все же прогрессивный человек, он умеет пользоваться интернетом и поисковиком, поэтому ему ничего не мешало вчера найти несколько подкатов, но таких, чтобы не переходили грань. — Мне холодно,— отзывается Чан, смотрит на Намджуна и вскидывает одну бровь вверх. Сам Намджун не намерен долго думать, поэтому он резко встаёт, идёт к стене напротив, берет пульт и что-то на нем клацает, затем садится обратно. Банчан смотрит на него с нахмуренными бровями, будто требуя объяснения своим действиям. — Что? Я камин включил, ну... так теплее же, да? Чан решает, что эту войну ему точно не выиграть, но попытаться ещё раз можно: — Я ненавижу твоих друзей и они также ненавидят меня,— игриво произносит Чан, а потом от смущения отворачивается. — Та ну, если Юнги пошутил над тобой, это не значит, что он ненавидит тебя,— Намджун обнимает и целует в щеку,— не расстраивайся, я ему уже сказал об этом. — Та ну нет же, Джун, ты разве не знаешь этот прикол?— тот отрицательно кивает,— это строчка с песни, ее обычно используют, когда признаются в чувствах, не слышал? — У меня не настолько много времени, чтобы следить за этим всем,— как-то разочарованно,— но это мило. Чану сложно даётся сейчас спокойно сидеть, когда внутри все бушует, гармоны играют, а рядом сидит он. Хочется его потрогать, погладить, возможно, укусить... Его парень суровый, но он только снаружи таким кажется, внутри он сладкий и мягкий, как вата. — Где Сола? — Так только три часа, она в школе до шести, потому что у нее дополнительные занятия. Ты же обычно в такое время ее забираешь. — А... да, извини. Чан выглядит расстроенным. Он понимает, что никогда не осмелится сделать первый шаг или намекнуть на это напрямую. И также понимает, что если первый шаг сделает Намджун, то он благополучно струсит и убежит. —Эй,— Намджун наклоняет голову и смотрит в самые глаза, он выглядит обеспокоеным,— Что-то случилось? Расскажи мне, я же рядом. — Все в порядке, просто... Я потом расскажу. Намджун прекрасно знает, что человеку нужно время, чтобы собраться с мыслями, поэтому не будет давить, лишь обнимает и целует, на этот раз в губы, прижимая младшего к себе. Тот не против, лишь сам пододвигается ближе, и в какой-то момент они оба падают на диван. Чан лежит сверху на Джуне, пока тот давит своей спиной на мягкую постель дивана. Для Намджуна ничего странного, а Банчан отстраняется и сидит на его бедрах, смотрим сверху, а снизу прекрасный вид - его мужчина, который смотрит на него также требовательно, но более уверенно, закусывая губу и томно вздыхая. Намджун начинает тянуть футболку младшего к верху, чтобы снять её, но тут же его останавливают. Он не понимает, почему, поэтому просто ждет, пока Чан что-то скажет. — Походу, момент «потом» пришел. Намджун мягко смотрит и спрашивает, встать ли им, но младший отвечает, что не нужно,и так удобно сидится. — Что тебя тревожит, расскажи мне. — Эм, ну... С чего начать. Я думаю, ты в курсе, что я... У меня никогда не было близости, интимной. — Да, я знаю. — Блин, извини, мне стыдно, пожалуйста, давай завершим этот разговор и забудем за это,— Банчан закрывает ладошками лицо и тяжело вздыхает, ему сложно даётся каждое слово, а то, что он уже сказал - режет душу, он надеется, что никак этим не обидел Намджуна. — Ну, ты чего, тебе нечего стыдится,— он приподнимается и садится так, что Чан все ещё остаётся сидеть у него на бедрах, и опирается на спинку дивана,— Я же не собирался ничего делать с тобой, я знаю, как это важно для тебя. — Я просто... боюсь. Очень. — Чего именно ты боишься?— улыбается Намджун и целует парня в нос - он такой милый, когда смущается. — Я не знаю, как это объяснить. Знаешь, когда ты волнуешься, что что-то сделаешь не так, ошибёшься, а итог... — Пожалуйста, не думай о таком, мы никуда не спешим,— его лицо напротив лица Чана, они смотрят друг другу в глаза и нервно дышат, в особенности младший, его сейчас изводит из себя - у него дрожат не только руки, но и сердце. К этому моменту в комнате очень потеплело, поэтому обоим невероятно жарко. Чан решает бороться со всеми комплексами и делать первый шаг не только на встречу Намджуну, но и для себя. Он снимает футболку и бросает ее куда-то в сторону, тут же прилипает к Намджуну, наслаждается тем, как горячий воздух тут же стал прохладным и как он проходится по спине. Намджун заводит руку за спину и гладит ее, второй держит за подбородок и целует. Рукой оглаживает теплую кожу на ребрах, заводит выше и задевает соски, от чего второй тяжело дышит. — Спасибо, что ты со мной. Я не знаю, как показать то, что я чувствую, но... — Полюби себя так же, как любишь меня, тогда поверю. Они дают веру в будущее, оба борятся с проблемами, кто-то с личными, кто-то - с публичными. Просто второй «кто-то» уже давным-давно осознал себя и все, что он хочет, но он также готов ждать столько, столько понадобится первому. Комплексы не уйдут в пустоту без какой-либо поддержки. И он готов дать её, присвятить всего себя - он все готов отдать этому человеку, лишь бы ему было хорошо и комфортно. — Доверься мне, все будет хорошо.