Габритальские траблы

Габриэль Агрест запаниковал. Несколько минут назад он перевёл взгляд от экрана планшета на часы и ужаснулся, осознав, что до Рождества осталось меньше 8 часов: он так заработался над эскизами юбок, что забыл даже о приглашении на ужин в дом Одри и Андреа Буржуа. Не была решена главная проблема - отсутствие идеального подарка самой очаровательной женщине на свете - Эмили. Он прошептал её имя по слогам и вздохнул: девушка из богатой семьи отказалась от своего положения ради него, начинающего модельера, а он пока был не в состоянии осыпать её бриллиантами и укладывать спать на ложе из роз. Пока для сна у него для неё было только кигуруми - пижама, которую он шил в те часы, когда возлюбленной не было дома. Эмили застала его, задумчиво глядящего в окно небольшой гостиной арендуемой ими квартиры. Он даже вздрогнул, когда она, неслышно подкравшись в туфлях, обняла его со спины: - Ты не думала о карьере ниндзя? - Нет, только о карьере актрисы. - У тебя всё получается идеально. А я не могу даже подарок тебе придумать. Есть, конечно, один вариант, но там ничего особенного. - "Ничего особенного" меня очень интересует. Может, ты отменишь встречу с Одри и Андре? Давай встретим Рождество дома только вдвоём. Это был бы прекрасно. С тех пор, как ты занялся дизайном, мы стали проводить меньше времени вместе. - Ты представляешь, как отреагирует твоя подружка? Эмили засмеялась, чуть откинув голову назад, и Габриэль залюбовался ею: часть волос была собрана заколкой, и только несколько белокурых прядей свободно лежали на плече. Голубой топ и узкие светлые брюки позволяли восхититься фигурой, а смех казался ему звоном колокольчиков. Продолжая смеяться, Эмили попыталась произнести коронную фразу Одри "Это нелепо!", и Габриэль не мог сдержать улыбки: - Она будет кричать, я рискую оглохнуть. - Ты не звони ей, отправь смс. Мы запрём двери, и она не сможет к нам пробраться! Желание Эмили было исполнено, а телефон - выключен сразу же после отправки сообщения Одри, и Габриэль прошёл на кухню помочь Эмили с праздничным ужином. Все его умения в приготовлении пищи заключались в идеальной нарезке продуктов и разливу шампанского по бокалам, поэтому Эмили приготовила ужин почти сама, взяв с мужа обещание научиться готовить хотя бы блинчики. После ужина она прошли в гостиную, и Эмили вытащила из-за дивана что-то тяжёлое в плотной упаковке. Габриэль развернул подарок: внутри лежали дуги, какие-то детали и полиэфирное полотно баклажанового цвета. - Палатка? - Да! Наверное, мы нескоро вновь отправимся в поход, поэтому давай разложим её тут рядом с ёлкой. Она приложила материал к Габриэлю: тёмный оттенок фиолетового цвета красиво сочетался со светлой кожей мужа. - Мне кажется, что тебе подойдёт костюм такого цвета. - Не буду ли я смотреться бледным, как моль? Эмили отрицательно покачала головой, а потом потянулась и легонько чмокнула супруга в уголок губ. Габриэль хотел поцеловать её в ответ, но она ловко выскользнула из его рук: - Показывай свой подарок - как ты его назвал? "Ничего особенного"? Габриэль помедлил, а потом вручил ей большой подарочный пакет. Эмили вытащила сиреневый кигуруми и звонко рассмеялась: - Единорожка! Это очаровательно! - Это ты очаровательна. А в этом будешь ещё милее. Хотя, будем честны, ещё милее быть просто невозможно. Эмили провела пальцами по ровным стежкам и улыбнулась: - Говорят, что оттенки фиолетового нравятся сумасшедшим. - Ну я-то точно сойду с ума от любви к тебе. Габриэль отодвинул диван и разложил палатку рядом с искусственной ёлкой, а Эмили расстелила там матрас. Получилось довольно романтично: палатка, втиснутая между диваном и ёлкой, освещалась мерцанием лампочек гирлянды, за окном крупными хлопьями пошёл снег, а в небольшой квартире стояли, приобняв друг друга, счастливые молодые люди. - Налей ещё шампанского, а я пока переоденусь в свою новую пижамку. Габриэль улыбнулся: - Но долго ты в ней не пробудешь. - Уж я надеюсь. Эмили и впрямь выглядела очень мило в кигуруми: сзади был хвост, которым она помахала, а на капюшоне - рог. Они допили шампанское и забрались в палатку, словно скрывшись от всего мира. Какое-то время они смотрели на разноцветные огоньки гирлянды через палаточную ткань и обсуждали планы на будущее: о будущей коллекции одежды и сценариях фильмов, о том, что когда-нибудь они будут жить в огромном доме, а не снимать эту квартиру, а потом заведут ребёнка. Габриэль поглаживал бедро Эмили, а она - его плечи; иногда они встречались губами в коротких поцелуях, а потом Эмили провела пальчиком по лицу Габриэля от уха до подбородка и остановилась на его губах: - Как актриса заявляю, что нам нужно отрепетировать один процесс, он пригодится, когда придёт время для ребёнка. Габриэль поцеловал её пальцы: - Надеюсь, наша репетиция затянется. Она поползла к выходу, думая, что они направятся в спальню, но Габриэль придержал её за хвост на пижаме. - Не будем далеко ходить. Декабрьское небо, серое из-за падающего снега, вовсю окрашивалось за окном в яркие цвета, а из палатки за ненадобностью выкинули сиреневый кигуруми.