melancholia

Ренджун потерял доверие к людям еще с детства. Постоянно зациклен на собственных недостатках и ищет выход из положения не самыми лучшими способами. Руки дрожат при любом физическом контакте, слюна становится вязкой и густой, так что заглатывать становится больно. Сейчас близок с единственным человеком и имеет парочку приятелей, чтобы скоротать время в приятной компании. Друг и приятели знают о некоторых его "бзиках" и с пониманием относятся к некоторой дистанции в отношениях. Но вот уже последние несколько лет подкравшийся в жизнь близкий друг проявляет излишнюю заинтересованность, заставляя Хуана нервничать каждый раз с большей силой. Недавно друг добился своего, и теперь Ренджун делит квартиру на пару с самой шумной и яркой звездой( не по имени солнце, но тем не менее) - Ли Донхёк. Парень, который не просто затисался в скучный и серый мир Хуан Ренджуна, прожигающего остатки времени за работой художника, фотографа - смог буквально снести с ног и озарить ослепительной вспышкой, по круче, чем вспышка профессионального аппарата Хуана. Хёк - это постоянное пение в душе, гель для душа с запахом манго и бесконечные разговоры о красивых парнях без стеснения собственной ориентации. Это уверенность и явные поддержка и заряд. Грусть и самая настоящая печаль, после мелодрам на ночь или расставаний с вновь не подходящими парнями, а может просто умиление с щенят, из-за которых он ревёт порой "КАК САМАЯ НАСТОЯЩАЯ СУКА И БЛЯДЬ" как выражался Ренджун, после того как успокаивал и пытался подшутить, вызывая безусловную реакцию "стервозной мадам", но уже с хитрым прищуром и готовностью съязвить в лишний раз и получить добрую порцию смеха, улыбок и возмущений. Но каким бы Хёк не был вычурным в представлениях других людей, для Рена - это тот человек, с которым он согласился делить квартиру, делить кров, делить жизнь на двоих под одной крышей и не зря. Донхёк каждое утро врывается в комнату Ренджуна, залезает под его одеало, крепко обнимает со спины и шумно выдыхает в шею, согревая пальцы рук, ноги от утренней прохлады в комнате Хуана. Хуан по началу не сопротивляется и даже поддаётся чужим прикосновениям и сам слабо мажет губами по чужим щекам, а что остаётся? Это Ли мать его Донхёк, и ему просто так не убежать от него, да и не хочется тратить энергию на ложные возмущения, недовольство и якобы презрение. Сегодня, завтра и послезавтра - ВСЕГДА. Он готов каждый день просыпаться и нежиться в объятьях самого близкого, самого тёплого и такого уютного Хёка. Утренние ленивые потягивания в кровати, объятия и теплое тело Хёка первое, что происходит с Хуаном утром каждого дня. Затем отлипают друг от друга и для каждого по секрету от друга не хотя. Рутина в ванной, свеже заваренный кофе для Хуана обязательно со сливками и зелёный чай для Донхёка, каши по утрам, на которых настаивает Донхёк и кубики горького шоколада по инициативе китайца (раз уж кашу ввёл ты, то я шоколад). — Донхёк-а, мне осталось отредактировать парочку фото и закончить с оформлением сайта, поищи фильмы. Потом, ммм, я хочу взять перекусить. И не отлынивай, котик, от домашних забот. Твои чёртовы проебывания не прозрачны для меня. Не отлынивай от работы твоя очередь- стук подушечек пальцев по клавишам --->отправлены документы с фотографиями. — Что ты, я не отлыниваю - где-то раздалось над самым ухом, низким и наигранно злорадным голосом — Твою мать блять - лишний штрих по всему холсту - я блять просил, Хёк, не делать так ! — Слушаюсь и повинуюсь, принцесска - поцелуй в шею - только не злись из-за поцелуя, пошел я работать — Ввот и идд-ди - вспыхивают щеки и дрожат колени. После парочки нудных часов с оформлением, уборкой - оба уже стоят перед витринами и вгрызаются в друг друга яростно защищая упаковку чипсов со своими любимыми вкусами: — если ты не забыл, то в прошлом месяце на твоё 23-хлетие, Ли Донхек, мы брали целую гору пачек чипсов со вкусом краба, я хочу чёртову упаковку с зелёным луком и сметаной. что блять непонятного??? — а я говорю, что крабы вкуснее, и они дорогие, а это значит однозначно это лучший выбор. что дороже - то и лучше. — ты бля тупой, какие нахрен дороже. они стоят одинаково. крабов там нет. это усилители гребанного вкуса. - берем крабы и точка - твою точку я запихаю тебе же в задницу - я не против- заигрывает бровями - сведёшь меня до белого каления, берём обе упаковки. не хочу блевать от твоих крабов. Хёк продолжает улыбаться на протяжении всей прогулки по гиппермаркету и тайком берёт красное сухое - любимое Ренджуна, в знак благодарности за разрешения конфликта и оплачивает уже сам на кассе, пытаясь обратно запихать кошелёк Ренджуна в его собственный карман, а при сопротивлении применяет самый действенный способ усмирить: — Дорогой, сегодня плачу я - прижимает к себе и сжимает пальцы на талии- просто прими мой скромный подарок - и целует в шею на глазах у кассира от чего Ренджун зарывается носом в собственную толстовку нервно просовывает купюры обратно в карман, пытаясь мысленно посчитать до 10, пока Хек рассчитывается за вино и закуски и складывает все в пакеты. В публичных местах на Ренджуна действуют только голодный взгляд Хёка, его напористые пальцы и уверенный, ничем не прошибаемый голос. Ренджун просто давится воздухом и делает то, что от него требуют, пытаясь снять собственное напряжение счётом до 10. После таких выбросов Хёка, они всегда молча продвигаются в нужном направлении без драм и лишних издевательств. Хёк закрывает дверь левым плечом, ставит пакеты на кухне, Джун без лишних слов заходит на кухню и разбирает содержимое пакетов. Неожиданно руки одного обвивают со спины второго, охватывают теплом и запахом манго. Голова устраивается на плече, пальцы перебирают почти весь плейлист и наконец находят нужную песню: the neighborhood - devil's advocate. Бедра обоих начинают медленно покачиваться в такт ритму, улыбки озаряют лица, сердцебиение двух влюбленных резонируют и сливаются в общее. Песня поглощает все шумы и посторонние звуки, охватывает всю квартиру и сопровождает хозяев вплоть до гостиной с большим плазменным экраном и уютным огромным диваном, напротив которого журнальный стол с бутылкой любимого вина Ренджуна, чипсами, и кажется вишней- Хёк каждый раз настаивает на вишне; из-за сочной и спелой вишни на теле Ренджуна по утрам так и хочется откусить добрый кусок кожи с шеи, но даже поцелуи - это катастрофа для Ренджуна, которую он переживать стал менее тревожно, а что говорить о засосах и укусах на шее...Тем не менее, Хёк ест агрессивно, заглатывая ягоды и изображая гримасу с самой едкой злобой(хочется ему не просто вишни с продуктового, а Ренджуна, пропахшего насквозь вишней). Вновь злосчастный фильм жанра психологического ужаса, после которого без того психоактивного Ренджуна бросает в долгие и тягучие раздумья, Донхек лишь наблюдает за очередными бессознательными движениями пальцев Ренджуна в воздухе, причудливо вырисовывающими узоры. Донхёк не в курсе узоры это или снова кадры из детства Хуана. Он просто наблюдает, он просто наблюдатель, а занимается он наблюдением уже несколько месяцев, незаметно для второго бросив попытки заставить ревновать к другим или вызвать хоть какое-то чувство заинтересованности, граничащее с пылким и броским желанием захватить и подчинить, проникнуться любовью и страстью любить. По просьбе Донхека, черный экран после просмотра фильма сменяется на приглушённые песни Ланы Дэль Рэй — "west coast". Хёк нарочито медленно продвигается в центр гостиной и все также медленно стягивает до сих пор висевшую на плечах кожаную куртку. Поднимает руку над головой и плавно рисует кистью руки по воздуху и заносит руку за спину, поворачивается торсом и буквально скручивает длинные ноги, визуально вытягиваясь всем телом: — изящно и грациозно, Ли На эти коментарии танцор лишь склоняет голову набок и расплывается в улыбке, все еще не поднимая взгляд на сидящего напротив парня. Танцы - всплеск эмоций, попытка вытащить из собственных чувств, переживаний и снова погрузить с головой в омут. Пальцы касаются плеч и глубоко впиваются в кожу: — попробуй и тебе станет легче. Пальцы младшего пробегаются по спине вниз, руки подхватывают хрупкое тело. Электрические разряды передаются по многочисленным нейронам, доходят до нервных окончаний и вызывают дрожь в теле. Вздох. Хуан также изящно выгибается в пояснице под присмотром Ли, плавно отводит руку в сторону, сгибая ту в лучезапястном, а второй рукой проводится по бедру самопровозглашенного хореографа. Останавливает на середине бедра и обхватывает её ладонью: Siouxsie Sioux & Brian Reitzell - love crime. Судорожный выдох обоих. В следующие секунды ладони Хёка под футболкой Ренджуна. Пальцы касаются острых выпирающих костей , продвигаются к груди затем ниже к животу, успокаивающе поглаживая напряжённые от затаившегося дыхания мышцы, заставляя вновь менять длину и приспосабливать лёгкие к наполнению раскаленным до предела воздухом.