Do you want to fuck the future?

Барри продолжал причитать по поводу медленно (очень медленно, с точки зрения самого быстрого парня из знакомых Лена) растущего количества подписчиков в его инстаграме. И что его отрыв от Мардона оставался не то что неизменным, но даже рос. Барри страдал, причитал, жаловался всем и обо всех, пытался делать оригинальные фотографии, но результата, как видно, не добивался. Эти пять дней у Лена была непроходящая мигрень, он уже готов был за шкирку притащить пацана к Лизе, мол, сделай ту же херню, что и с его инстой, и раскрути эту истеричку, пока он не вынес всем (и в первую очередь самому Лену) мозг. Единственное что сдерживало, так это то, что Лен хотел сохранить лучшие ракурсы для себя, а у Лизы не было таких ограничений, но скоро и этот бастион бы пал. И неудивительно, что Лен как-то пропустил факт внезапной геройской, чтоб её, вечеринки в Стар Лабс, куда собирались прийти не только команда Флэша, но и команда Стрелы с Легендами, и что Лена как-то туда умудрились пригласить, а он не успел вовремя отмахнуться или прикрыться срочным делами. То ли его пригласили как одного из Легенд (даже если Лен от них свалил), то ли как плюс один от Флэша, не важно, но в итоге вот она – вечеринка. Так что Лен стоял себе в уголке, цедя бутылку пива, и старался особо не отсвечивать, да не пересекаться с Сарой во избежание очередных конфликтов. Но хрен там – ещё какие-то минут пятнадцать, и благодаря – кому же ещё – Барри Лена утянуло в человеческий водоворот. Хорошо хоть этот живой ураганчик не к Легендам его утянул, хотя... Куин и его подельники... что ещё хуже? И Куин уже третий раз рычал на него с угрозами утыкать его стрелами. Как ново. – Куин, я тебя уже предупреждал, что утыкивалку отморожу. И отморозил, если не помнишь. Но могу передумать, что утыкивалка – это твой лук, и решить, что лучше тебе отморозить пару бесполезных частей твоего бесполезного тела, – огрызнулся Лен. – Лен, пожалуйста, не надо убивать моих друзей, даже если они... такие, – Барри закатил глаза, но даже не напрягся. – Да кто говорит про убийство? Отморозить руки – крайне неприятно, но не смертельно. Уж поверь информации из первых... – Лен хмыкнул, – рук. – Ч-что? – Да так... Пришлось отхреначить себе руку, чтобы спасти Мика от тех вон козлов, – Лен кивнул в сторону Легенд. – Долгая история, к счастью, на Волнолёте её смогли вернуть. Странно, что я уже тогда не успел подумать, что всё это геройство мне выйдет боком. Я за всю криминальную жизнь столько не отхватывал, как за те пару месяцев. – Я уже сотню раз пожалел, что убеждал тебя стать героем, – Барри приобнял его за талию, совсем не смущаясь своих геройских друзей. – И тебя это устраивает, Барри? Всё вот это? – буквально прорычал Куин. – Живой парень-преступник лучше мёртвого парня-героя, – пожал плечами Барри. – Тем более, я уверен, что в нужный момент Лен поступит правильно. – С чего ты так уверен в этом... преступном отбросе? – выплюнул Куин да приложился к своему стакану с виски. – Сколько раз он тебя предавал? И сколько раз ещё предаст? Лен запнулся всего на миг, на маленькую секундочку, потому что в какой-то мере этот гондон был прав. То есть Лен никогда особо не сомневался в выборе своего жизненного пути. Разве что сомнительным был его поход в герои, это он точно зря, пусть и вышло всё... неплохо. Не умер в итоге, с Лизой помирился, суперспособности получил, пацана этого... Кто знает, хватило бы ему смелости без, так сказать, околосмертного опыта настолько явно подкатить к Флэшу, а не дальше перебрасываться с ним флиртом на ограблениях. Но да, в целом, Лен не сомневался в себе и своих действиях, не жалел даже о том неприятном инциденте в аэропорту. Он получил своих Негодяев, спас кучку металюдей от вечного заточения на затёртом острове и, возможно, использования их как оружия безжалостной военной машиной правительства. Но всё равно Барри имел все причины не доверять Лену, даже ненавидеть его. Но вот они здесь. И сейчас лучший геройский дружок Барри тыкал того носом в очевидную проблему. И Лен уже собрался с мыслями, подготовил язвительную ремарку на грани оскорбления, даже рот открыл, но Барри его опередил: – Олли, ты правда думаешь, что я безмозглый мальчишка? Мне, так на минуточку, уже под тридцать! Я знаю, во что и с кем ввязываюсь! И не тебе в это лезть, после всего того, что ты сам творил! Так что будь добр захлопнуть варежку по поводу моих чёртовых отношений! – Но если этот ублюдок... – Эй-эй, к моему большому сожалению, мой папаша-гондон был вполне женат на моей матери, когда зачал меня, так что попрошу без необоснованных наездов! – Лен успел себя взять в руки и даже вернуть привычную усмешку на лицо. В его деле нельзя позволять всяким там выбивать себя из колеи больше чем на секунду. – Если этот законнорожденный говнюк, – не дал себя сбить Куин, – что-нибудь устроит, то я и все мои союзники... – Начнут бегать по Централ-Сити с луками? Серьёзно, народ, луки? У всех? – перебил его Лен. – Никакой оригинальности! – На самом деле, лук есть и у меня, – фыркнул Барри. – Откуда? – Так Олли мне дал как-то при встрече... – Круто, а лук откуда? – не смог не воспользоваться моментом Лен. На секунду в их небольшой группке воцарилась тишина, а потом и Куин, и его сестрица, и ещё какой-то там пацан, любящий рассекать в красном, и блондика-хакерша, синхронно подавились своими напитками. – А лук я купил на «ибэе», – решил добить шутку Барри, словно эти придурки со средневековым оружием уже и так не были уничтожены. На них было жалко смотреть. Капитан Холод похитил честь Стрелы, а Флэш был его подельником. Лучшее ограбление если не года, то месяца. Лизе эта история понравится. – Так что там за история с твоей рукой? – спросил Барри, устраиваясь удобнее на подушке рядом с ним. До этого пацан не поднимал никаких серьёзных тем, никак не комментировал их столкновение с Куином и его подпевалами. А сейчас это. Хотя сам же виноват, сам решил повыделываться. – Ну, если вкратце... Ты ведь знаешь, что сделали с Миком? Что его превратили в межвременного охотника за головами? Мы как-то схлестнулись, он смог победить... Но не убил меня, а просто приковал внутри корабля, а я понял кто под маской. У меня рядом была моя криопушка, а времени не было совсем... Так что отморозить и разбить руку было единственным решением, чтобы спасти Мика, пока его не убили. – И Леонард Снарт не смог справиться с какими-то наручниками менее... членовредительскими методами? – Барри пихнул его острым локтем в бок. – Это были инопланетные наручники будущего, между прочим! То есть я бы справился, если было бы время разобраться, но... именно его у меня не было. – А ты знал, что тебе смогут руку... ну... вернуть, когда?.. – Не знал. – Ты... – Барри вздохнул. – Не делай так больше, ладно? Мне нравятся твои руки, – пацан обхватил его ладони и сухо ткнулся губами в костяшки. – Как я уже говорил ранее, серьёзно отхватывать я начал, только когда согласился на эту глупую миссию. Так что сейчас мне бояться особо нечего, – Лен пожал плечами. Этот разговор ему не сильно нравился, пусть Барри и так нежно касался губами его рук. Лен отвернулся и потянулся к прикроватной лампе, дабы выключить свет, да так и остался лежать на боку. А Барри вдруг прижался к нему со спины, притёрся к нему крепко-крепко, ткнулся лицом ему в шею. – Я знаю, что ты меня больше не предашь, – жарко зашептал ему пацан, щекоча кожу дыханием. – Просто знаю. А если и сделаешь это, то у тебя будут причины. Как тогда, с перевозкой. Мне потребовалось много времени и несколько внешних пинков, чтобы понять, что та труба ускорителя была ужасна, а то что их ждало на Лян Ю было бы ещё хуже. Не знаю, общаешься ли ты с другими метами, но скажи Хартли, Мардону и Шоне, что мне очень жаль, что мы с ними так поступали. Ты поступил правильно, когда я не смог. – Так уверен во мне, пацан? – Лен никогда не признается, что в голосе прорезалась странная хрипотца. И хорошо, что он лежал спиной к пацану, потому что... ну просто потому что. А глаза щиплет от пыли, надо бы пропылесосить. – Ты – хороший человек, Лен. Я не просто так говорил, что ты можешь стать героем. Может ты и не всегда был... законопослушен, жизнь тебя толкала не в ту сторону, но я знаю, что подо всем этим ты – хороший человек. – Быть героем у меня не особо вышло. – Ну да. Рука, потом взрыв. Я понял. – Нет, не только это, – Лен выдохнул. Он никогда об этом не говорил ни с кем, кроме Легенд, не хотел об этом говорить, хотел вырвать это из себя, но... – То, что случилось с Миком – это из-за меня. Из-за того, что мне в какой-то момент понравилось всё это геройство. Я позволил этой эйфории вскружить мне голову. Мне слишком понравилось, слишком. Не представляешь насколько меня затянуло, как я был горд собой, носился как грёбанный павлин, распушив хвост. А Мик... ну, он не менялся так же быстро, как я, ему все эти высшие цели были тогда по боку. Поэтому я буквально вышвырнул его с Волнолёта, оставил позади, чтобы он не мешал мне скакать на грёбанном белом коне во имя высшей цели. Его нашли и сломали, его разум разрывали на части из-за меня, из-за того, что я сделал. И даже после всего этого, Мик меня не убил, а лишь приковал в чёртовой оружейной. Вот такой вот из меня герой, – Лен выплюнул последнее слово с презрением. – Когда я вор, то цель – лишь деньги. А когда цель лишь деньги, то между ними и своими людьми, я выберу своих людей, по крайней мере когда речь идёт о моих настоящих людях, как Негодяи, я брошу цацки ради них не раздумывая, не подставлю их. А когда цель высока и велика, то она может ослепить, и тогда... – Труба ускорителя. Будет труба ускорителя, – тихо прошептал Барри. – Я больше не хочу, чтобы меня ослепило нечто великое и важное, от чего я опять проебу всё, что мне дорого. Лучше уж тырить дорогую херню, чем однажды понять, что наделал дерьма, гоняясь за грёбанными единорогами. – И вот почему я в тебе так уверен. И почему считаю, что ты – хороший человек. Пусть и тыришь всё, что к полу не прибито. – Справедливости ради, мы как-то утащили статую, привинченную к полу во время выставки... – Ну, конечно! – Барри шутливо шлёпнул его ладонью по лопатке, а потом вновь принялся играть в прилипалу. – Тыришь всё, что к полу не прибито, а что прибито – отхреначиваешь и тыришь! Ты ж мой прекрасный воришка! – и звонко чмокнул за ухом. Вот же... мальчишка. – Кстати... знаешь, что у Стрелы тоже есть инстаграм? – И что? – И то, что и у него подписчиков больше, чем у меня! Нет, я понимаю, за него аккаунт явно ведёт Фелисити, но бли-и-и-и-ин! И у него тоже! Лен только вздохнул. Опять началось. – Ле-е-е-ен! Ну, Лен! – Чего тебе? – Слушай, а давай совместное фото сделаем? Или даже видео? М? – Бля, что ты, что Лиза! Почему все, кого я люблю, пользуются моей неземной красотой ради дешёвой интернет-популярности?! Барри возмущённо засопел, а потом резко замер, как окаменел. А через полсекунды Лен тоже. Понял, что ляпнул. Он же... он же не... Это ж просто слова... Слова, которые... Лен честно пытался вспомнить говорил ли он их когда-либо хоть кому-то кроме сестры, но не смог. И теперь он... бля. Расчувствовался, вывалил слишком многое, а теперь ещё и это... – Бля. – Лен? Ты... Так, эй, ладно понял, оно само. Лен, температура падает, Лен! Лен сжал зубы и приказал себе успокоиться, пока он всю кровать льдом не покрыл. Барри-то в порядке будет, этот спидстер, если что, быстро свалит, а вот потом спать на промёрзшей, а потом медленно оттаивающей постели – то ещё удовольствие. Как и спать вдвоём на узеньком диванчике или одноместном «матраце для утех». – Всё хорошо, Лен? Лен, пожалуйста, скажи, что ты сейчас не наделаешь глупостей из-за того, что сказал, что любишь меня чуть раньше, чем планировал. Пожалуйста, Лен? – Всё прекрасно, Скарлет, – выдавил из себя Лен, сжимая пальцы Барри своими у себя на груди. – Давай я завтра позвоню Лизе, чтобы она поработала с твоим аккаунтом? Авось, Мардона обгонишь. – Конечно, хорошо, – Барри ощутимо расслабился, скользнул губами по шее.