Do you want to fuck the future?

А дальше пошло по накатанной. Фбровцы важничали, Негодяи провоцировали: грабили всё подряд, присылали подарочки, выкладывали всякую ерунду в соцсети, намекая на свой возможный следующий налёт. А когда агенты ставили наблюдение в своих «крайне неприметных» фургонах, то менее чем через час к каждому из них приходили курьеры различных кафе и ресторанов с коробками пицц, иногда китайской едой или набором мексиканских лепёшек. Фбровцы злились, рвали и метали, а всё больше копов из участка смеялись над своими «старшими» коллегами вместо выказывания праведного гнева относительно действий преступников. В конце концов, это особое чувство, когда наконец-то выставляют дураком кого-то другого, а не тебя, и этот «кто-то другой» перед этим успел проехаться по мозгам и обвинить в некомпетентности. Лен после каждой своей выходки прямо лопался от гордости, а ещё был перевозбуждён, как подросток, тёрся вокруг мартовским котом, напрашивался на вопросы, лишь бы Барри переспрашивал, и можно было похвастаться вовсю. Ну и в постель мигом затаскивал в процессе жаркого шёпота на ухо о своих победах над самообладанием федералов. Отморозок хренов, чтоб его. Иногда Лен пропадал на два-три дня, срываясь с места, один раз чуть ли не из постели во время секса, когда ему в башку стукнула очередная, мать её, гениальная идея. Хотя ему хватило приличия закончить дело до конца, но потом наскоро вымылся и свалил, толком ничего не объяснив. Ситуация с ФБР одновременно веселила, но и начала доставать. Сегодня, правда, Лен был дома. Дрых без задних ног после своего очередного «дела», придавив Барри половиной своего веса к кровати. А потом Барри разбудил звонок телефона. При чём не своего обычного – телефона Барри Алена, – мобильную связь которого тот привык отключать на ночь, пока противостояние с ФБР не закончится (кажется, и половина копов вне своих дежурств уже делало то же самое, мол, не дёргайте нас, агенты, сами разбирайтесь с Негодяями и их выходками), а с телефона Флэша, с которого Барри выкидывал фотки в инстаграм. Поэтому он и не сразу понял, что звонят именно ему – рингтон был другой. Лен недовольно заворчал, а Барри с третьей попытки попал по зелёной иконке. Да кто вообще знает этот номер? – Красный, ты срочно нужен, – послышался голос знакомый, но спросонья не совсем понятно чей. – Ты кто? – борясь с желанием сбросить звонок, спросил Барри. – Это Хартли, просыпайся, мать твою! Через три минуты у Лизы будут федералы, её телефон с инсты отследили! Вытащи её! И уничтожь телефон! – Ч-что? Адрес назови, – сон пусть сняло и не полностью, но Барри уже готов был сорваться с места. Лиза же... это Лиза. Услышав необходимое, Барри тут же повесил трубку и открыл карту на смартфоне. Так, туда он успеет. Только накинув кроссовки, Барри рванул прочь, не успев даже Лену ничего сказать. Лизу он не мог оставить. Лиза никогда не попадала в тюрьму, никогда. И пусть Барри не желал ввязываться в этот фарс между ФБР и Негодяями, нельзя было отдавать им Лизу. Ради Лизы Лен точно наплюёт на соглашение и прольёт реки крови, если кто-то навредит его сестре, если просто подумает, что кто-то мог навредить его сестре. Барри пронёсся по улицам, пару раз чудом не столкнувшись с машинами или людьми, взлетел по лестнице к квартире, профазировал через дверь, определил спальню. Не выходя из спидфорса, схватил телефон в жёлтом чехле, пропустил через тот вибрацию, превращая в труху все микросхемы, нашёл и золотую пушку на тумбочке, подхватил ту – если Лиза хоть в чём-то была похожа в этом на своего брата, то потерю основного оружия не простила бы. А затем, чуть замедлившись, дабы не навредить, вытащил Лизу из-под одеяла. Та уже приоткрывала глаза, проснувшись от шума. И со своей «ношей» Барри побежал обратно, буквально разминувшись с ударным отрядом ФБР. Остановился он только вновь в убежище Лена, опустил Лизу на пол, коротко, но ярко выругался, скидывая дымящиеся кеды. Только порадовался мимоходом, что пусть они с Леном и торжественно выбросили тот «матрацик для утех» и теперь могли трахаться в других местах (не без пары неудач, вылившихся в пару ожогов и одной поломанной кровати, но всё же), привычка спать в трусах и футболках осталась у обоих. Так было как-то... уютнее, что ли. Лиза тоже выматерилась вырвала у него из рук свою пушку и наставила на него. Только сейчас Барри понял, что на ней нет ничего кроме полупрозрачного пеньюара, нервно икнул и быстро поднял глаза. Дело даже не в том, что Лен убьёт его за разглядывание его сестры (или убьёт за это сама Лиза), но всё равно пялиться как-то неправильно. Он же не из... этих. – Что тут происходит? – недовольно спросил Лен, выходя из спальни. Наверняка услышал голос сестры. – Какого хрена, Скарлет? – Мне Хартли позвонил. Сказал, что тебя, – Барри перевёл глаза на Лизу, всё ещё чётко держа линию взгляда не ниже её бровей, – вычислило ФБР. Пришлось... вот... – Дал бы мне хотя бы одеться! – фыркнула Лиза. – Хартли сказал, что у меня три минуты. И я видел агентов, когда убегал с тобой. Была бы одетой, но в федеральной тюрьме. – Я принесу тебе одежду, поспишь на диване, а завтра решим, что делать, – объявил Лен и направился обратно в спальню. – Насладился пробегом с такой прекрасной мной в руках? – тон Лизы изменился, она уже не готова была убить на месте, защищая себя или попранную честь. Теперь она издевалась, подначивала. – Фетиш на Снартов, милашка? – Ой, да иди ты, – Барри закатил глаза, махнул на неё рукой и последовал за Леном. Оба Снарта сразу – это слишком. Лен, в отличие от пацана, толком не поспал за ночь. Барри объявил, что ему утром на работу и растянулся на кровати, а вот Лену пришлось долго висеть на телефоне с Хартли и остальными Негодяями, пытаясь понять, насколько федералы близко к ним. Выходило, что тем удалось выследить лишь телефон Лизы, они в рекордные сроки получили ордер и организовали облаву, Пайперу удалось перехватить их сигнал лишь в последний момент. Насколько в последний, что только Флэш успел бы вытащить Лизу. К счастью Барри не послал его, а правда спас ее. Надо бы поблагодарить мальчишку, по-настоящему поблагодарить. Барри спас его сестру, пошёл на прямое нарушение закона ради неё. То есть можно было понять логически, что иначе Лен бы порезал кучу этих федеральных свиней, спасая Лизу. Лизе не место в тюрьме, она была сильной, сильнее всех, кого Лен знал, но... нет, ей в такое место нельзя. Никто не посмеет тронуть его девочку, никто. Лиза и без того была куда аккуратнее своего брата, не давала себя поймать, а когда их тандем попадал в переделку... Лен без раздумий отвлекал внимание на себя, позволяя ей уйти, зная, что выдержит заключение, зная и, что сможет выйти сам или с помощью сестры. Лиза всё же женщина, да, сильная, способная на многое, но женщина. С ней могли сделать всякое, тем более людишки, так привыкшие к своей власти, внезапно поймавшие того, кто оставлял их дураками. Боже, если бы Барри не успел, кто-то бы мог... Это всегда было главным страхом: то, что кто-то мог навредить Лизе, сделать с ней что-то, не давая ей возможности сбежать, как когда-то делал их отец. К счастью, при всех его отвратительных качествах, насильником-педофилом он не был, но были же и другие мрази со значком. Ярость из-за возможного, но не случившегося, сжигала изнутри, так что удалось забыться лишь на час, а то и меньше. Утром же всё было мило и даже по-домашнему. Барри носился пусть и быстро, но не на спидфорсе, завтракал как целая рота спортсменов, Лиза пила кофе в его – Лена – спортивных штанах и футболке. Довольно щурилась, беззаботно болтала ногой. Всё хорошо, его сестрёнка в безопасности, с ним. И с Барри, который никогда не причинит ей вреда, наоборот, спасёт, как показала практика. Узел ярости потихоньку рассасывался, всё было хорошо. Это его семья, его любимые люди. – Ленни, ты выглядишь, как труп, – с улыбкой поделилась Лиза и отправила в рот кусочек жареного бекона. – Зато ты, как вижу, благоухаешь вовсю, – фыркнул Лен, присаживаясь рядом и отбирая чашку с кофе. – Эй, милаха, а тебе понравилась наша пробежка? Успел облапать самую шикарную женщину в своей жизни, да ещё и почти голую, со своей-то скоростью? Лен поморщился. Лиза явно веселилась. В её голосе не было ничего серьёзного, точно не было, знала же, что если правда начнёт обвинять кого в таком, её брат просто взорвётся. Но нет, только пыталась вогнать Барри в краску. Да и не стал бы тот устраивать ничего подобного, слишком хороший. Настолько, что и мысли бы подобной не допустил. Лен видел, как тот твёрдо и уверенно отводил взгляд не из страха даже, а потому что сам был таков. – Не забудь про ту жутко смешную шутку, что я слышал уже сотню раз, – фыркнул Барри. – Это про какую? – обернулась на него Лиза. – У нас был секс, пока ты поворачивала голову, – подмигнул Барри, заливая себе кофе в термокружку. Лиза оглушительно рассмеялась и бросила в него смятую салфетку. – Эх, а когда я тебя впервые встретил, думал, что ты куда невиннее, – покачал головой Лен. – А я – что ты куда проницательнее, но как мы все жестоко ошибались, – парировал Барри. – Ладно, я на работу, у нас явно будет завал после неудачной облавы. – Не дай им дрочить на моё нижнее бельё! – крикнула Лиза вслед закрывающейся двери, а потом повернулась к своему брату. – Не проеби всё, Ленни. – В смысле? – устало спросил он, заливаясь кофе. – В прямом. Не проеби этого мальчика. – Лиз, – вздохнул Лен. – Нет, я серьёзно. Ленни, ты посмотри на себя! Этот милаха – лучшее, что случалось с тобой за всю жизнь. Ну, за исключением меня, конечно. – Конечно, – послушно кивнул он. – Вот. Посмотри на себя. Ты... Ленни, ты знаешь, я люблю тебя, но, правда, посмотри на себя, ты был... – Лиза покачала головой. – У тебя никогда не было ничего подобного, с... да никогда, наверное. Когда ты в последний раз был в запое? Настоящем запое, Ленни? Когда Флэш появился в твоей жизни, даже как противник, ты изменился. Да, была та глупая, идиотская, безрассудная выходка с твоими путешествиями во времени, но... даже это. Раньше ты только всё тщательно планировал, грабил, а в перерывах бухал и скорее существовал, а не жил. А теперь... не проеби его, братец. Другого такого, кто примет тебя со всеми твоими тараканами, твоим образом жизни, но при этом не даст скатиться в конец... И если ты прибежишь ко мне плакаться, оттолкнув его своим мудачеством, я дам тебе пинка под зад. – Не помню, чтобы ты была такой сентиментальной, – буркнул Лен, чувствуя крайнюю неловкость. – Не помню, чтобы ты был таким влюблённым, – ответила ему Лиза. – Короче, я тебе голову откручу, если обидишь милаху. А теперь скажи, какая из твоих квартир станет моей. И именно квартир, Ленни, склады и прочие клоповники оставь себе. Девушка любит комфорт. – Засранка. – От придурка слышу.