Ещё одна из рода Малфой

— Подвинься, Драко. Мне места не хватает. В этом году Касси сидела с теми же людьми в Хогвартс-экспрессе. Пэнси, Крэбб, Гойл, Драко, Тео и она. Шестеро за одним столом. Только теперь Драко сидел возле Нотта, а Касси — на краю. Все в слизеринских мантиях, с зелено-серебристыми галстуками. В том числе и Касси. Теперь она не переживала о распределении. Были другие заботы. — Вы слышали, что сбежал первый узник из Азкабана? — Паркинсон нагнулась к Малфоям через весь стол и прошептала. — Ага. Вроде ваш родственник, верно? — уточнил Тео, показывая пальцами поочередно то на Драко, то на Касси. — Сириус Блэк. Верно. Наш… двоюродный дядя, — совершенно спокойно ответила Малфой. Практически сразу после дня рождения Касси Сириус сбежал из Азкабана. Сначала это очень напрягло её семью, но, как позже выяснилось, он охотился на Поттера. Верно, ведь именно Сириус предал его родителей. Через несколько недель жёсткого контроля своих детей, Малфои успокоились. Касси отчётно помнила, как ещё в июле она даже в сад выходила с родителями. Они очень переживали за безопасность своих детей, поэтому даже письма писать было запрещено. Это были самые ужасные несколько недель для Касси, но и тогда она находила себе работу. Малфой могла спокойно читать книгу, подаренную Асторией, и не бояться, что отец или мать могут трансгрессировать в комнату, ведь на Малфой-Мэнор было наложено антитрансгресионное заклинание. Но теперь Касси переживала за Поттера. В этом году она не видела его в Косом переулке. Она была свидетелем того, как Грейнджер покупала себе питомца, то как Визли выходили с «Флориш и Блойтс», но с ними не было Поттера. Странно. «Интересно, он изменился за это лето? Наверное, возмужал… Остался ли он таким же смелым, будучи под прицелом?» «И опять эти мысли, да? Когда ты уже успокоишься, Касси? Влюбилась в первый раз…» «Нет, не влюбилась! Нельзя!» «Влюбилась, влюбилась…» Личности опять спорили. На все Касси имела два мнения. На каждое происшествие, на каждого человека, на всё. Было ли это хорошо, или плохо… Но то, что эти мнения очень кардинально отличались друг от друга, часто мешало ей сосредоточиться и сделать правильный выбор. — Вы не боитесь его? Может он захочет и Малфоям… — Что ты несёшь? — прервал Гойла Драко. — Все знают, цель Блэка — Поттер, а никак не Малфои. Мы к нему не имеем никакого отношения, — он скривился, как будто только что съел целый лимон и посмотрел в окно. Касси хотела добавить, что даже Вальбурга Блэк, его мать, выжгла портрет Сириуса на семейном гобелене, как и портрет Андромеды, тети Касси. Мать неоднократно рассказывала ей о своей семье перед сном. Это были как сказки. О роде Блэков. — Касси! Малфой услышала знакомый голос. Обернулась. У двери стояла Астория с Дафной. Касси быстро встала и подбежала к подруге. Поезд затрясся. Обе чуть не упали. Было бы неловко, если бы Малфой распласталась на полу вагона. Сестры Гринграсс заняли последний свободный стол. Касси, не долго думая, присоединилась к ним. Точнее, к Астории. Как только Дафна уселась поудобнее, она сразу же достала маленькую книгу и начала читать, забыв об окружающих. Места для Стори за столом Драко не хватало, но Малфой была совсем не против покинуть их компанию. А что они подумают — это их проблемы. Касси официально не входила в состав «банды Драко». Только сидела возле них в столовой. И всё. В гостиной она разговаривала либо только с Драко, иногда ещё и с Ноттом. В прошлом году она вообще не разговорила с Драко целых два месяца. Касси обернулась. Прошлась взглядом по спине Драко. Заметила Трэверс, которая сидела вместе с Эйвери и Фоукс. Мерлин, как же Касси не хотела возвращаться к ним. Не то чтобы они плохие подруги, просто в Хогвартсе есть Астория. Ей не нужны никакие Трэверсы, Эйвери и Фоуксы. Дай Салазар, Стори распределят на Слизерин, и тогда можно будет поговорить со Снейпом, чтобы они жили вместе. В любом случае, отец всё решит. Деньги Малфоев всегда все решали. Это нравилось Касси. Никаких забот, если у тебя есть немного или много лишних денег. Вдруг в вагоне стало очень холодно. Касси выдохнула и изо рта пошёл пар. Белое облако растворилось в воздухе. Затем она вдохнула через нос и холодный воздух заполнил её ноздри. Малфой вздрогнула. — Мерлин, стекла замёрзли, — еле проговорила Астория дрожащим голосом и указала на окно. — Всё нормально, — Касси схватила руку Стори и сжала. Она была очень холодная. Весь вагон напрягся. Затянулась гробовая тишина, которую никто не смел нарушить. Радость и счастье вмиг исчезли. Касси обернулась к Драко. Он посмотрел на неё, тоже дрожащий от холода. Малфой встала и направилась к брату. Она еле шла. Для её телосложения, такого хрупкого и нежного, холод был адом. Драко снял с себя мантию и накинул на Касси. — Драко, не надо… — Успокойся, — он не позволил ей закончить. — Мне страшно. Что это? — прошептала Касси, когда они сели. Драко обнял её за плечи. — Не знаю. Но, не бойся. Касси учуяла в его голосе нотки страха, только скрытого. Её брат никогда не выделялся особой храбростью. Похоже, что он удачно это скрывал ото всех. Но не от Касси. Так же как и она не могла ничего от него скрыть. Так быстро как и стало холодно, так же быстро и вернулось тепло. Все выдохнули с облегчением и сразу же начали обговорить случившееся, как будто на эти несколько минут, они лишились дара речи. — Забирай, — сказала Касси брату и скинула мантию. — Спасибо. Он улыбнулся. Малфой заметила презрительный взгляд Пэнси. Мерлин, как же она ревновала, что Драко хотел согреть не её. Но Касси всего лишь сестра. Хотя Паркинсон это не интересовало. «Интересно, а она ревнует Драко к тому яблоку, которое он ест уже целую дорогу или нет?» Касси улыбнулась от одной мысли. Ревность к яблоку. — Чего смеёшься? — Драко ткнул ей в плечо. Касси не ответила, только покачала головой.

***

— Первокурсники! — Малфой услышала знакомый голос и толпа детей чуть не сбила её. В прошлом году она была среди первокурсников. Салазар, как Касси волновалась тогда. Никогда не забудет это чувство. Она помахала рукой Астории и подбежала к Драко. Дождь лил как из ведра. Они успели насквозь промокнуть под проливным дождем, пока все шестеро добежали до кареты. Густые белые волосы Касси стали тяжёлыми из-за лишней влаги. Нотт открыл дверь и наконец-то она смогла забраться в карету. Малфой заняла место возле окна. Напротив — села Пэнси. Когда зашёл Драко, она положила руку возле себя, мол садись здесь, но Малфой проигнорировал этот жест и занял место возле Касси. Настроение Паркинсон упало ещё больше. Сейчас оно находилось где-то на дне Черного озера. — Сикум, — произнесла Касси, когда дверь кареты захлопнулась. Затем повторила тоже самое ещё 5 раз и все слизеринцы теперь сидели полностью сухие. — Ого. Впечатляет, — напомнил о своем существовании Крэбб и прошёлся рукой по мантии. Касси никак не отреагировала на его слова. Она знала, что её знания заставляют всех восхищаться ею. И Малфой это нравилось. Её знания не ограничивались материалом первого курса. Слава — вот что поднимало её уже и так высокую самооценку. — Вы слышали, о чём говорили гриффиндорцы? — спокойно сказала Касси, продолжая смотреть в окно. Тишина. Она не видела, но представила взгляд каждого в этой карете. Конечно, больше никто из них не слушает слов гриффиндорцев. А зря. Вздох. — В поезде были дементоры. Наверное, искали Сириуса Блэка, — Касси ухмыльнулась. Ну да, преступник поедет в Хогвартс на Хогвартс-экспрессе. Он же не хочет попасться на глаза другим. — Один из них напал на Поттера. Тот потерял сознание. Ей было искренне жаль Гарри. Почему именно он? Может, потому что Блэк ищет его? Касси видела как Поттер еле шел к каретам. Еле шел… Уже бессилен. За локоть его поддерживала Грейнджер. Малфой быстро пробежалась по ним взглядом, но запечатлеть состояние Гарри, было не сложно. Бледный, с опущенной головой… Тогда, больше всего на свете ей хотелось подбежать к нему и обнять. Да, её мысли опять о Поттере. В этом году он стал ещё более привлекателен. Волосы как будто стояли дыбом на голове, но это только украшало. Вообще не уложенные, они только подчеркивали его отвагу. Мерлин, все-таки, он был очень красивым… Опять за своё? Ну-ну. Продолжай в том же духе. Этот сарказм в голове у Касси. Она сама себя ненавидела за мысли о Поттере, но они не покидали её разум или может это Касси не хотела их отпускать… — И ты об этом так спокойно говоришь? — услышала Касси хриплый голос Пэнси. — Ну да. Не на тебя же напал дементор, — Малфой смеряла Паркинсон малфоевским взглядом. — Хотя было бы неплохо, — очень-очень тихо прошептала Касси, но сразу же почувствовала пинок в бедро от брата. Вот когда не надо, то всё слышит. Зато Паркинсон не теряла позиций. Глупая и глухая. Все на месте. — Дементоры теперь свободно «прогуливаться» за пределами Азкабана? — сказал Тео, нервно постукивая пальцами по коленке. — Отец ничего не рассказывал об этом. Или ты что-то ещё знаешь, Касси? — Драко посмотрел на сестру прищурившись. — Я только знаю, что в Малфой-Мэноре я последняя, кто будет узнавать новости из Министерства. И это ещё хорошо, если узнаю, — дерзко ответила Касси. Она заметила, что малфоевский характер начал проявляться в ней. Ей хотелось всем грубить, кто недопонимал её и играл роль дурака. Или не играл. Её бесили «не такие» как она. Но она ничего не могла с этим поделать. Сначала говорила, потом думала. В последнее время это стало привычкой. Хотя раньше было совсем наоборот. — Давайте семейные разборки будут проходить в конфиденциальности, а не в карете, — отрезала Пэнси, наблюдая, как глаза Драко наполняются злостью, а на языке уже вертится фраза, которая пробудит агрессию со стороны Касси. Малфои угомонились. Касси продолжала смотреть в окно. Дождь, лужи, мокро, грязно, противно…

***

Нотт смотрел куда-то вверх, пока профессор Флитвик ставил галочки напротив имени каждого ученика. Очередь была очень большая. Касси еле видела острые шпили ворот. — Куда ты смотришь, Тео? — Малфой вышла с очереди и подошла к другу. Он молчал. На его лице было отвращение. — Они такие мерзкие, — прошептал мальчик. — Кто? — спросила Касси. Она никого не видела. Только кареты, стоящие одна за другой. — Значит ты их не видишь, — Нотт глубоко выдохнул. — Фестралы. Тео опустил голову и направился к очереди. Касси ещё несколько секунд разглядывала воздух, но не решилась дотронуться до невидимого существа. — Значит, кареты не волшебные? — переспросила Малфой, подбегая к Нотту. — Да. Ты ведь знаешь о фестралах, верно? О, да. О фестралах она знала. Их видят только те, кто видел смерть. Слава Мерлину, Касси ничего не знала о ней. И не хотела бы знать, совсем. Она всегда боялась смерти. Это был её самый большой страх. — Да, читала, — неловкая тишина. Они шли, стараясь минуть лужи, но это получалось сложно. Обувь промокла, и использовать заклинание было бы непрактично, ведь дождь продолжал лить. — Она любила тебя, я уверена в этом, — Касси почему-то решила начать разговор о матери Тео. Нотт только кивнул. Касси остановила его и положила руку на грудь. — Она здесь. Она вечно будет жить в твоём сердце. Человек не умирает до тех пор, пока память о нём живёт, — сказала Малфой и улыбнулась. Тео ответил взаимностью и крепко сжал её руку. — Спасибо тебе, Касси. Мерлин, твои руки такие холодные, — он резко поднес ладонь к рту. Касси почувствовала как теплый воздух наполняет её. — Не за что.

***

— Поздравляю всех с новым учебным годом, — крикнул Дамблдор и поднял вверх руки, после аплодисментов. В этом году после распределения хор имени профессора Флитвика, как его называла Касси, пел песню. Они часто выступали перед Рождеством или на Хэллоуин. Малфой тоже хотела вступить в их труппу, но данные не позволяли. Танцевать она умела с самого детства, но петь… Это было трудно. Возле Касси сидела Астория. Обе были очень рады, что Гринграсс на Слизерине. Этого и стоило ожидать. Возле них сидели Паркинсон, Крэбб и Гойл. Напротив — Драко с Тео. — Я бы хотел сказать несколько слов прежде чем все мы приступим к нашему великолепному пиршеству, — продолжил директор. — Во-первых, я рад приветствовать профессора Люпина, вашего нового преподавателя Защиты от Темных Искусств. Удачи профессор, — Альбус показал рукой на мужчину, лет 40. На вид он был стар. Профессор Люпин был одет в потрепанную одежду, местами с дырками. Следовательно, возникал вопрос: где он бродил всё это время? Совершал подвиги? Надеюсь, не такие «подвиги», как профессор Локонс. — Поттер, Поттер, — Касси повернула голову и увидела очередную стычку Гарри и Драко, которую как и всегда инсценировал последний. «Мерлин, почему тебе не живётся без ссор, Драко? Зря я тебе рассказала о дементоре…» — Говорят, ты раскис, — продолжил Драко и видимо, Нотт ему подражал: наигранно изобразил человека, теряющего сознание. «И ты туда же? Что случилось, Тео? Ещё минуту назад ты сидел никакой, после встречи с фестралами и воспоминаниями о матери…» Вообще Нотт редко подражал Драко. Он предпочитал наблюдать. — Без сознания упал, — договорил Драко. Касси хотела остановить эту сцену, но её опередили. — Заткнись, Малфой, — процедил сквозь зубы Визли и схватил Поттера за плечо. Касси облегчённо вздохнула. Слава Мерлину, это не переросло в что-то больше. Если бы Поттер успел что-то кинуть в ответ… — Как известно Сильванус Кеттлберн, наш преподаватель по уходу за магическими существами, решил уйти в отставку, чтобы проводить больше времени со своими оставшимися конечностями. К счастью, могу сообщить вам, что эту должность займет не кто иной, как наш Рубеус Хагрид, — Альбус указал рукой, уже в другую сторону, на того самого великана, с которым Касси в прошлом году переплывала Чёрное озеро. Хагрид попытался встать, но тут же чуть ли не опрокинул стол. — А теперь неприятные известия, — Дамблдор поднял два указательных пальца вверх и напрягся. — По распоряжению Министерства Магии, Хогвартс некоторое время будут охранять дементоры Азкабана, — зал зашумел. — Теперь понятно, почему дементоры были в поезде, — прошептала Астория. — Меня это требование совершенно не порадовало. Дементоры будут стоять у всех входах в Хогвартсе. Хотя меня заверили, что их присутствие никак не отразится на нашей жизни, запомните: дементоры притягивают ваши тайные страхи, их не проведешь фокусами или хитростью. Поэтому, я прошу каждого из наших учеников, ни в коем случае не злить их. Они не ведают пощады. Не умеют прощать. Но знайте, счастье можно найти даже в темные времена, если не забывать обращаться к свету, — закончил Дамблдор, в полностью затихшем зале. Никто даже не шептался. Глаза каждого были подрыт испуга. Дементоры в Хогвартсе… — А теперь — пир, — резко прервал тишину директор, и по хлопку, на столе появилась еда. Зал снова наполнился разговорами о каникулах. Смех и радость наполнили Большой Зал.