Призраки прошлого

      Наверное, он бы умер, стоя в этой очереди, если бы не его рост и возраст. Он с лёгкостью проталкивался через толпу, поэтому оказался в числе первых кто попал внутрь здания.       Почему он, как и хотел, не нашел другой вход? Ну… Его лень его убила и он решил таки дождаться, пока все зайдут. Да и он успел поболтать с косплеерами, фендомы которых знал. Ожидание того, пока фест начнет открытие было мучительно долгим, но когда Ларссон попал внутрь время будто начало идти, словно бешеное. Всё, суетясь, куда-то шли, что-то делали и один Торд просто в ступоре осматривался. — А, точно, первый ряд, пятое место. — Мужчина быстрым шагом направился в конец некого «зала». Повсюду было много косплееров и магазинчиков, которые продавали всякие аксессуары, красивые вещички — одним словом — стафф того или иного фендома. Торд старался на этом не зацикливаться, а сосредоточиться только на одной своей цели — Мэтт Харгривз.       Звучит так, будто он хочет его убить, да и взгляд у него такой, будто он идёт расстреливать кого-то. Рогатый был слишком напряжён, но ему пришлось успокоится и снять напряжение, чтобы никого не спугнуть. Подходя уже ближе он остановился около стойки Мэттью. Негативные мысли всячески мешали Ларссону хоть как-то двигаться и думать, потому он неуверенно мялся на месте, глядя лишь в одну точку. По лбу пробежала испарина, а кадык подпрыгнул и опустился, когда Мужчина громко вздохнул.       Из транса его вывел сам Харгривз, подняв голову на Торда. Он в недоумении вскинул бровь и отвлекся от подписи постеров, подходя к Ларссону. — Подсказать что-то? — Мэтт держал в руках ручку, опустив её чуть ниже своей груди, держа руки на уровне живота. Курильщик, в замешательстве, то открывал, то закрывал рот, сминая губы. Он сунул руку в карман и вытащил паспорт, раскрывая его и тыкая прямо в чужое лицо. — Мэттью, нам нужно поговорить. — Ларссон отвёл взгляд и осмотрелся. Люди либо осматривали вещи на прилавке, либо культурно ожидали, когда Харгривз закончит говорить. Кстати о последней личности — он мрачно опустил головку и кивнул. — Выйдем на улицу.       Мужчины прикуривали где-то на задней площадке всего здания. Оперевшись о заборчик, отгараживающий асфальт от газона, они стояли отстранённо друг от друга. Оба были слегка нервными. Торд постукивал ногой по земле, а Мэттью, подняв голову вверх, смотрел на небо, перебегая зрачками то вправо, то влево, будто что-то ища. Молчание между ними продлилось долго. Харгривзу было необходимо собраться с мыслями, а Рогатый не хотел мешать в этом другу. — Так значит ты… Теперь тут живёшь? Или приехал? — Рыжик поднял руку, отстранив сигарету от своих губ, выдыхая пушистый дым. Ларссон задумчиво кивнул несколько раз. — Живу здесь… После всего переехал. — Ларссон покусывал губы, переминался с ноги на ногу, — Я пришёл, потому что хочу поговорить… — Очевидно. — Улыбнулся Мэтт и перевел взгляд на Торда. Курильщик опустил брови, расслабившись, — Мы давно не виделись, если можно это так сказать. Ты… Изменился. — Лобстер осмотрел Рогатого с ног до головы и подошёл ближе, протягивая свободную руку, зарываясь ей в чужие волосы. Ларссон осторожно поддался вперёд, закрывая глаза. — Пришлось много чего в себе поменять, как видишь, меня никто не узнаёт. — Мэтт убрал руку, стряхивая пепел на землю. Он махнул рукой и в подтверждение кивнул. — Я тоже тебя не узнал, но… Зачем это всё? Так заморачиваться просто ради того, чтобы тебя не узнали фанаты, из проекта которого ты ушел. — Харгривз явно чувствовал себя подавлено. Не уж то Торду настолько отвратительно вспоминать об этом, что он решился полностью поменять свою жизнь? Или причина заключается в другом? Торд понял, что Мэтт развивает свою мысль не в ту сторону, в какую нужно, потому осторожно приобнял его за плечо. — Мне было стыдно за свой поступок. Я сделал неправильно, поступив так с вами, с Эддом… Вы ведь старались. Больше чем я, больше чем кто-либо. — Курильщик облизал пересохшие губы и сжал потеющую ладонь на плече друга, — Вы страдали больше, чем я, но я просто ушел и струсил. И сейчас я пришел извиниться. — Слова Торда тронули Харгривза. Он не сказал чего-то необычного, особенного, великолепного, но… Его искренние эмоции, его мимика, аккуратное объятие. Лобстер хорошо знал этого Ларссона. — Я понимаю твои чувства. — Прежде, чем Рогатый что-то скажет, Мэттью тоже должен выговориться, — Мне сложно одному. И морально, и физически… Я делаю это ради Эдварда. Ради нашего проекта. Все воспоминания… Это так приятно, сохранить что-то такое, что останется кусочком нашей общей жизни… — Тепло улыбнувшись, Рыжик вспомнил те зелёные, как верхушки деревьев в лесу, глаза. Те густые волосы, словно шоколад, тянущийся маленькими струйками-волосками вниз.       Он любил его. И жалел, что не сохранил эту жемчужину, не сохранил его жизнь… Зато он сохранит их воспоминания, оставив в проекте всю свою любовь к нему. Торду после этих слов стало совсем не по себе… — Я… Вернусь в проект и помогу тебе в его реализации как смогу. — Удивление собеседника нельзя было передать словами — эта гримаса удивления, его вскинутые до конца лба брови, искажённые в изумлении глаза, слегка приоткрыл рот. Всё это слегка смешило Ларссона и он осторожно улыбнулся, — Я решил так, поэтому пришел сюда. Я не хочу больше убегать. Я хочу помочь тебе. — Торд… — Мэттью выкинул сигарету и осторожно обнял Мужчину, а он и его в ответ, — Я буду счастлив твоему возвращению. Спасибо тебе. — Харгривз отстранился и потрепал Торда по голове, на что тот пощурился, посмеиваясь. — Не за что! В моих планах вернуть Старого глупого Тома обратно. — Рогатый был на позитиве до того, как увидел нахмуренное лицо Рыжего, — Я что-то не так сказал? — Он сам решил это, Торд. Если ты захотел вернуться добровольно, то он так же добровольно ушел. Он не лезет в мою и твою жизнь, вот и ты не лезь в его. — Мэтт скрестил руки у груди. Это не устроило Торда и он закатил глаза. — Мэтт, ты не сможешь остановиться меня, ты знаешь это. Я решил, что во что бы то ни стало верну этого придурка сюда обратно. Мы друзья. Мы семья. Мы должны быть вместе. Если мы ещё что-то для него значим, он не останется равнодушным. — Харгривз вздохнул и потёр переносицу. Кто здесь действительно глупый, так это Торд. Но это делает его тем, кем он сейчас является. И это много значит для Мэтта. — Делай что хочешь, но я тебя предупредил — ты не можешь лезть в его жизнь. — Да, да — Флегматично махнув рукой Рогатый выкинул бычок сигары в мусорное ведро, направляясь в здание вместе с Харгривзом обратно.       Всё оставшееся время на фесте Мужчина помогал Рыжику, поглядывая на Томаса, что, оказывается, был не так далеко от их стойки. Смотря на то, как Риджуэлл общается с фанатами, он перестал волноваться так сильно, как раньше — Том был очень мил с людьми, делал комплименты, заводил разговоры на разные темы, чтобы пообщаться с ними побольше. Ларссон, на минуту, захотел побыть одним из этих фанатов. Почувствовать чужое дружелюбие и…       Увидеть его улыбку.

Только для него.