Маленькая мисс Фретшер

Меня зовут Кэролайн. И это моя история, но не про меня. Каждому в этом мире живётся нелегко. Кто-то терпит, борется, выживает, а кто-то бросает всё, даже не начав. Эта история о девочке из нашей школы. Правда, сказать, она бывшая ученица нашей школы. Сейчас о ней мало слышно. Наверное, даже, её никто не помнит. Несмотря на разные слухи, я всё равно считаю её хорошим человеком. Многие считали её наркоманкой, шлюхой или просто изгоем. И почему о ней так думали? Может быть, потому что она не из элиты или вообще из сельского района? Но обо всём по порядку… *** Мои волосы уложены шикарно, идеальное сочетание одежды поражало всех. Это был мой вечер. Сегодня последний день в * (Северная Каролина). Уже через неделю я пойду в школу Нью-Йорка, заведу новых друзей. Именно таким образом я осуществила свою мечту в реальность. Кстати меня зовут Долли. Мне шестнадцать, я никогда бы не уехала из *, но моя мама заново вышла замуж, и нам придётся переехать в крупнейший город. Не то чтобы я боялась переезжать, но это было волнительно. Новый город, новая жизнь, новые эмоции и друзья. Я - хороший человек, меня должны принять в обществе. Стоя за кулисами, я волнуюсь, конечно, это всего лишь наша маленькая традиция: когда кто-то несовершеннолетний покидает *, устраивают гулянье, проводы. Уезжающий должен спеть или станцевать что-то в стиле кантри. Далее конечно идёт торжественная речь, о том, что он никогда не забудет его друзей, родных и в скором времени обещает вернуться. Там в импровизированном зале меня ждёт семья, лучшая подруга и человек которого я люблю с детства. Единственный плюс нашего переезда это то, что он живёт в городе, и я надеюсь, что он будет дружить со мной и там. Вечер мог бы длиться вечно, всё одно и то же. Одни и те же люди желаю удачи в новой жизни, тупые шуточки подруги о ритме жизни в городе, мимолётные взгляды с ним. - Я так рад, что ты переезжаешь! Это отличная возможность для тебя. Город даст тебе намного больше, чем *, - к концу вечера он подошёл ко мне. - Мне не по себе! Это ужасно, наверное, жить там? – меня одолевал страх. - Боже! Да ты как пяти летний ребёнок, который боится пойти в садик!!! - Артур, я там никого не знаю. Да и город большой. Всё что угодно может случиться! - Я буду рядом, - сказал он, явно не подумав. Может быть, он и знал о моих чувствах, но я их тщательно скрывала. Я лишь улыбнулась. Пусть будет, что будет. Жизнь одна и я готова прожить её ярко. Я буду проигрывать и выигрывать. Будут и сложные моменты, плакать я не буду - обещала я сама себе. Настало время пламенной речи. Я говорила от души, но и про себя уж немного думала, как достал меня этот *. Вот приеду и отожгу в этом Нью-Йорке. Речь длилась около тридцати минут, моя подруга успела даже всплакнуть. У меня с ней были немного натянутые отношения. Мы часто ссорились, иногда дело доходило до драки. После одного инцидента она попала в больницу на месяц. Но какой была бы я подругой, если бы не носила ей вкусняшки в палату, не караулила её по ночам. Это всё могло продолжаться месяцев так 5, но вскоре обнаружилось, что она симулировала: её мама работала в больнице и договорилась с врачом, который всё это время был лучшим работником и «наблюдал» Люси. Всё закончилось увольнением того доктора, предупреждением маме Люси и нашей дружеской дракой. У меня остались душевные раны после такого использования меня. Но вскоре я её простила. Сегодня мне разрешили остаться у неё на ночь. Мы залезли на крышу старого сарая и долго молчали. Она, наверное, рада была избавиться от меня. - Обещай, что не найдёшь там другую подругу, - нарушила она молчание. Я молча посмотрела на неё, в её глазах играла злость. – Обещай! И ещё обещай. Что будешь звонить мне, писать. В городе тебе будет одиноко. Ладно, ты будешь общаться с Артуром, но не переусердствуй. Ты же понимаешь о чём я? – - Да, - еле выдавила я. – Ты обо мне так печёшься? – - Слушай, цыпа! Я бы скинула тебя на*** с этой крыши, не порти себе хотя бы вечер! – она помолчала минутку, потом добавила – Будешь сигарету? – Я отказалась. Она нервно отсела от меня подальше и закурила. Может быть, это и к лучшему? Ну, может мне поссорится с ней сейчас, чтобы она не страдала потом, не ждала моих писем и звонков. - Эй, Люси, - громко позвала я её. Она оглянулась с искрой сожаления в глазах. Я не могла сказать ей что-нибудь плохое, ну не могла просто – Спасибо за всё! Спасибо за то, что ты моя подруга и поддерживаешь меня всегда. – После моих слов её лицо расплылось в улыбке. Мы сидели на крыше до трёх, потом нас начали кусать комары, и мы побрели домой, громко смеясь. Этой ночью мы стали ещё ближе. И нам было больно отпускать друг друга. В обед она провожала меня в аэропорту. Она была со мной так долго, насколько это было возможно. Когда стали объявлять регистрацию, мы попрощались. Она смотрела, как я уходила, она ждала, пока взлетит самолёт, она хотела чтобы рейс отменили – потом мне так сказала её мама. Моя мама просто светилась от счастья. Когда мы подымались по трапу самолёта. Могу поспорить, она была рад выйти замуж снова, переехать. А помнит ли она вообще имя моего папы?? А может я внебрачный ребёнок? Я всегда стеснялась говорить на эту с кем-либо. Полёт прошёл удачно: я слушала музыку, мама листала журналы. Нас встретил тот самый Клаус. Мама сразу же бросилась к нему на шею целоваться, это его смутило. Одет он был вполне приятно: чёрные джинсы с тёмно-синим свитером. Я конечно не гуру в моде, но скажу честно, ему идёт. Он улыбнулся и приветливо помахал мне рукой. Мы поладим, надеюсь. Нью-Йорк был пропитан некой уверенностью, я стояла и не могла понять, зачем я здесь, что мне здесь нужно? Я же могла спокойно остаться в *, за мной бы там присмотрели до моего совершеннолетия. Я начала доставать телефон, чтобы позвонить Люси, но мама схватила меня за руку и повела к машине, бубня себе что-то под нос. Сев на заднее сиденье, я снова включила музыку, чтобы оттолкнуть эту реальность и избежать расспросов Клауса. Красота города проскальзывала через окно, параллельно с восхищением Нью-Йорк вызывал у меня ужас. Наша поездка продлилась где-то час, особых пробок не было. Машина Клауса остановилась напротив многоэтажки. Я вылезла из машины и принялась доставать вещи. - Может тебе помочь? – неуверенно отозвался Клаус. - Не надо. Я сама. – Отрезала я. - О боже!!! Какое милое местечко. – Трещала моя мама, - Многоэтажка этажей так на семнадцать. Это так круто! - - У нас одиннадцатый этаж, - напомнил Клаус. – Вы подождите у входа, пока я припаркую машину, - улыбнулся он. Здание выглядело более чем шикарно. Около входа стояли два швейцара, и когда кто-то выходил или входил, они снимали фуражки, желали удачного дня или вечера и называли фамилию этого человека. Это выглядело очень банально, но мне понравилось, ведь скоро я войду, и мне скажут: «Доброго дня, мисс Фретшер!». Но мои планы оказались всего лишь планами, нас поприветствовали как одну семью: «Добро пожаловать домой!». Конечно, мне открыли дверь, я в этом и не сомневалась. Надо же, я всего час с чем-то в Нью-Йорке, а уже думаю обо всём свысока. Спроектировано это здание было весьма успешно. На двух последних этажах находились баня, бассейн, джакузи и спортзал, на первом ресторан и магазины одежды, косметики и обуви. Под нулевым этажом было два подземных - парковка. Всего было 23 этажа, мама почти ошиблась. Но что самое оригинальное каждой семье отдавался целый этаж. Я как услышала это, сразу представила наш новый дом. Интересно, у меня же будет отдельная комната? Да, будет. Я осталась внизу, около кондитерского киоска, пока мама объясняла какому-то парню, куда нести вещи. - Ты уже выбрала, сладенькая? – обращалась ко мне продавщица. - Нет, спасибо, я пока смотрю, - робко ответила я. - Я выбрала! Дайте мне мармеладных животных и леденец. – Гордо сказала девушка моего возраста. - Держи, - дала ей продавщица пакетик, в который сложила всё. - Сдачи не надо, - сказала девушка, дав продавщице 20 долларов. - Удачно дня, мисс Сноу, - просияла продавщица. Эта мисс Сноу повернулась ко мне, осмотрела меня с ног до головы, ухмыльнулась и пошла к лифту на 12 сантиметровых каблуках. В чём я точно была уверенна так: 1) Эта Сноу – дочь какой-нибудь шишки; 2) Эта шишка упала с редкой, богатой елки или сосны; 3) С этой занозой мне придётся жить. Когда лифт уехал, я купила шоколадку и пошла искать другой лифт, в том мне просто противно было ехать. Мне повезло, что в многоэтажке было пять лифтов. Я зашла внутрь с десятью людьми, все они что-то страстно обсуждали. Я поняла, что у этого города очень сумасшедший ритм жизни. Пока мы ехали, я написала сообщение Люси: «Дорогая, со мной всё в порядке. Сейчас буду разбирать вещи, уже нашла городскую шмару. Люблю. Скучаю!». Кто-то из взрослых посмотрел на меня с недоумением. Лишь выйдя из лифта, я поняла, что он смотрел на мой старенький телефон Samsung раскладушку. Зайдя в квартиру, я сразу же побежала в ванную, ванная была совмещена с туалетом. Всего таких ванно-туалетов в нашей новой квартире было два. Я быстро умылась, расчесалась и посмотрела в зеркало. На меня смотрела та самая деревенская дурочка, наивная малышка. Над которой уже посмеялись два человека. Я была чужим для них? Я выглядела не так? Мои размышление прервала мама, сказав, что я одна вещи не разобрала. Нехотя я вышла из ванны. У меня была маленькая премаленькая комната в *, а здесь комната была больше. Мой отчим забеспокоился о планировке и сказал, что они с мамой могут переделать комнату. Но меня всё устраивало. Удачно расположенная большая кровать, стол с ноутбуком, ковёр, фотообои на стене, лампа и многое другое радовали мои глаза. Это был мой маленький рай, здесь я была защищена. Будь у меня такие апартаменты в *, я бы чувствовала себя королевой. Разложив вещи, я ещё раз осмотрела комнату. Идеально – вот подходящее слово.