Стать членом твоей семьи

- Простите? – переспросил Изуку. Ему подумалось, что он ослышался. – Что вы только что сказали? - Ты этим ядом тоже отравлен. Из-за меня. Прости! – уже конкретнее сказал Шото, раздосадовано и с явным чувством вины глядя в пол. - Ч-что? – прошептал омега, так тихо, что казалось никто не мог его услышать. Но в пещере образовалось эхо даже от шепота. - Не сиди на камнях, - попросил Тодороки, многозначительно поглядывая на пушистую меховую шубу – единственное, что он успел захватить из поместья, когда они убегали. Специально для того, чтобы Мидория себя ничего не отморозил. - П-почему? - Они холодные. Говорю же, не сиди! Отморозишь себе чего-нибудь… - Т-так… это неважно сейчас, - Изуку махнул рукой, словно отбрасывая от себя надоевшую муху. – Ч-что вы там говорили про яд? - Много чего говорил. Разве непонятно? Я отравил тебя, вот и всё! Теперь ты заражён, как и я! - Н-но… я же чувствую себя по-прежнему! И вообще, когда это произошло? – растерянно спросил омега, чувствуя себя как-то неуютно. - Т-ты… не собираешься злиться? – в недоумении спросил Шото, ожидавший услышать в свой адрес множество нехороших слов. - В смысле? - Ну… я отравил тебя, ты не понимаешь? - Пока что из-за этого ничего дурного не произошло, - заметил Изуку. – И вообще, ваше высочество, вы сначала растолкуйте, что, да как, а потом я и злиться буду. - Наверное, ты прав, - прыснул альфа, удивляясь его серьёзному тону. – Хорошо… понимаешь ли, этот яд… имеет очень двоякие свойства. Нужно соблюсти множество правил, чтобы всё получилось. Но даже, когда всё получается, появляются новые проблемы. Неконтролируемая ярость, например, это мой случай. - Правда, что ли? Никогда не видел, чтобы вы сильно злились, - протянул задумчиво Мидория, поднимая глаза вверх. - Даже не знаю, что тебе на это сказать. Судя по всему, в твоём окружении никто просто не относился к тебе по-доброму, поэтому ты и не представляешь, что может быть по-другому. - Не говорите так, - покачал головой омега, хмурясь, - мои родители… мои настоящие родители были очень хорошими. Просто… хотя да, возможно вы и правы. - В общем, может быть, ты просто внимания не обращаешь. Иногда на меня накатывает дикое желание, кому-нибудь… раскрасить лицо. - В смысле, красками? - В смысле, избить, - вздохнул Тодороки, закрывая глаза ладонями. – Извини, что тебе приходится всё это слышать. - Н-ничего. - И с этим желанием очень сложно бороться. Однако, когда я с тобой, оно проявляется удивительно редко, - улыбнулся альфа, с любовью глядя на Изуку, что с интересом наблюдал за искорками костра. - Правда? Раз так, то я рад. - Угу… если тебе интересно, таких «побочных эффектов» невероятно много. Головные боли, неконтролируемые страх или тот же гнев. А ещё… иногда, когда я начинаю забываться или чувствую себя нехорошо, мой организм… как бы это сказать, переходит в состояние полной боевой готовности, и я никак не могу этому помешать. Это очень-очень страшно, что бы ты знал. - А я и не думал, что вам так тяжело, - с заботой вздохнул Мидория, мягко улыбнувшись. – Слушайте, а кто это всё придумал, может есть противоядие? - Кто придумал, не знаю. Точнее, не помню. Вроде какой-то полководец, желавший объединить земли посредством силы. В принципе, это довольно логично. Создавать сверхлюдей, желающих только убивать-убивать-убивать. Очень удобно, надо признать. - Ну да… а противоядие? - Нет. Его нет, - покачал головой Шото. – В те времена, когда это создавалось, людей было много, и после битвы они никому не были нужны. Поэтому, скорее всего, их просто натравливали друг на друга, пока все не умирали. - О, боги, как жестоко! - Действительно, жестоко. Но знаешь… я по опыту могу сказать, что, чем больше убиваешь, тем больше хочется. А когда держишь себя в руках, то постепенно привыкаешь. Хотя иногда я и срываюсь… - Как тогда, на холме? – вспомнил Изуку, для убедительности подняв указательный палец вверх. - Именно! – улыбнулся Тодороки, посмеиваясь. - А ваши волосы… и глаза… почему были чёрными? - Ну… не уверен. Это гнилая магия, запрещённая, кто знает, на чём она там базируется. Но, вроде как, на превращении человека в демона. Когда я был ребёнком, иногда у меня вырастали клыки, когти и даже рога! - Ребёнком? Да сколько же вам было лет тогда?! - Вся эта ерунда началась с четырех, когда пробудился мой магический дар. - С четырех?! – Изуку в ужасе прижал ладошки ко рту. - Какой ужас! - И правда… - вздохнул Шото, расфокусированным взглядом уставившись в стену. – Тебе не холодно? Всё-таки ночь. - Вроде нет. Продолжайте, пожалуйста! - А что продолжать-то? Я вроде уже всё рассказал. - Нет! Вы ещё не сказали, как могли отравить меня! А главное, зачем! - Ну да… ещё раз, прости меня, пожалуйста. Это была одна из самых серьёзных ошибок за всю мою жизнь. - Н-ничего… - Мидория смутился и погрустнел, - ну так что? - Это… ты не подумай, что я пытаюсь свалить с себя неумолимую вину, но… на самом деле зачинщиком всё ещё был мой отец. Понимаешь ли, чтобы создать этот яд нужно очень-очень много времени и сил. А чтобы подсадить на него человека – в три раза больше! И это… очень больно, - вздохнул Шото, неприятно поморщившись от воспоминаний, - поэтому… для этого необходимы физически очень сильные люди. Вот мой отец и ставил упор на экспериментах на альфах. - Ясно, - кивнул Изуку, практически физически ощущая, как у него в голове всё переворачивается. - Ты… уверен, что хочешь услышать продолжение? Может, завтра? - Нет, я уверен, - настойчиво заявил Мидория, кивнув. - Что ж… наверное, это и к лучшему. Чем быстрее ты поймёшь, насколько я перед тобой виноват, тем быстрее сможешь принять правильное решение, - прошептал Тодороки себе под нос. – Но, как все люди знают по опыту, у альф… ниже болевой порог, чем у омег. Поэтому намного выше риск сойти с ума из-за бесконечных головных болей. - О-о… может быть. Но мне кажется, что боль ломает любых людей, пол тут ни при чём. - Ну да… а ещё… альфы намного легче идут на агрессию, поэтому предпочтительнее, чтобы носителем яда был омега. Ведь мой отец переживал, что его дети, упав в путы гнева, перережут ему глотку в ночи, - усмехнулся Шото, каким-то нездоровым взглядом уставившись в стену. - Ваше высочество, не говорите таких ужасных вещей, пожалуйста! – испуганно попросил Изуку, от неприязни морщась. - Прости. Но, как по мне, всё это очень неприятно. - Ваше высочество, но ведь… если я правильно понял, лучше, чтобы носителем яда был омега. Тогда почему же опыты проводили на альфах? - Я же сказал уже, нет? Во-первых, потому что процедура отравления очень выматывающая, физически слабый человек, скорее всего, умрёт. Во-вторых, когда мой отец всё это начинал, он ещё не знал, что так будет. Вот и хотел иметь себе солдат-альф. - А-а-а… Простите меня, пожалуйста, за грубость, но… ваш отец – ужасный человек! - Ишь, удивил! – засмеялся весело Тодороки. - А ты думаешь, почему я его так ненавижу? - Ненавидите? – удивился Мидория. - Хотя… учитывая всё это, такое отношение логично, - признал он в итоге. - В общем-то, так… Я…, так странно, с одной стороны, не хочу иметь с ним ничего общего, но с другой стороны, не могу не прислушиваться к его советам. Ведь только он один знает, как сделать последствия яда менее жуткими. - Ох, мне вас так жаль! – с сочувствием вздохнул Изуку, глядя на него с заботой. - Не стоит. - Ещё как стоит! – заявил он и смутился. – Та-а-ак… то есть, просто так вживить яд в тело омеги не получилось бы из-за плохого иммунитета, это понятно. Но как же тогда? - А ты сам не догадываешься? - Н-н-нет. - Энджи очень долго науськивал мне женитьбу именно из-за этого, - заметил Шото, - так что… как ты понимаешь, ты тоже оказался замешанным в этом эксперимент. - Ох, вот как… и что же? - И что же? Я долго отказывался, ведь… чисто с человеческой точки зрения не хотел кого-то травить! - Ну вот, значит вы не такой уж и плохой человек! Зачем вы себя корите? - Ты до конца сначала дослушай, а после выноси вердикт. Мой отец предоставлял мне выбор, но, когда ему это надоело, он попросил императора, ведь они в очень хороших отношениях, навешав ему лапши на уши, устроить эту свадьбу. Тут уже ни я, ни ты отказаться не могли. Точнее могли, но точно не сделали бы, это ведь приказ императора. - Это да, - вздохнул Мидория, с забавой вспоминая, в каком он был ужасе, когда узнал о собственной помолвке. - И… теперь к самому печальному во всей этой истории. Уверен, что хочешь узнать? - Уверен! Чего вы во мне так сомневаетесь? Это оскорбительно, между прочим! - Я вовсе в тебе не сомневаюсь. Изуку… просто боюсь, ты очень сильно огорчишься. Не хочу, чтобы из-за меня ты ещё и расстраивался. - Неважно. Давайте рассказывайте! - … - Шото трусливо отвернулся, чувствуя себя нашкодившим юнцом, который пришёл извиняться перед своими родителями. - Пожалуйста, ваше высочество! Не вы ли сказали, что постараетесь стать со мной ближе! А ближе, это значит, что не должно быть никаких секретов! - Конечно, - Тодороки улыбнулся, любовно на него глядя. – На нашей свадьбе я всё думал о том, куда же тебя можно спровадить. А после, поняв, что это невозможно, решил, что ты ведь можешь просто здесь жить, а я постараюсь не обращать на тебя внимания. - О… а я тогда думал, что это со мной что-то не так. - Но, как видишь, не вышло. Сначала я подумал, что… раз ты, пусть и косвенно, но из-за меня оказался здесь, то стоит как-то облегчить твою жизнь. Так у тебя и появилась лаборатория с травами. Потом я подумал, что для того, чтобы никто ничего не заподозрил, мне стоит проводить с тобой больше времени. А потом… - А потом? – Изуку доверительно подался вперёд, в нетерпении. - Нет, я не влюбился, не надо так смотреть, - отмахнулся Шото, а омега обиженно насупился и отвернулся красный, как рак. – Это может прозвучать немного мерзко, но ты был очень красивый. К тому же, мы уже официально были женаты. Так что… я подумал, что не будет ничего такого в том, чтобы связаться с тобой и… - В смысле? - Детей заделать. - А-а-а… - Но это была просто мысль! Я вовсе не собирался этого делать! – заранее предупредил Тодороки. – А потом через несколько дней Энджи пригрозил мне, что убьет тебя, если между нами ничего не будет. - Ну, об этом вы мне и раньше говорили. Я только не могу понять, в чем смысл? Какая ему вообще разница?! - Во-первых, ребёнок. Ты только представь, как силен будет человек, если унаследует всё то, что я приобрёл из-за яда! Поэтому мой отец очень хотел внука. Тоже чисто ради эксперимента. - Вот как… Пусть это и мерзко, это довольно умно, - вздохнул Изуку, чувствуя себя как-то гадостно. А он и не знал, что всё так… - А во-вторых? - Что «во-вторых»? - Ну вы сказали во-первых. Значит должно быть и во-вторых. - Ах, ну да. Во-вторых, это… - Тодороки слегка смутился и отвернулся, - ты же знаешь, если альфа и омега проводят ночь вместе, то… альфа должна взять на себя ответственность, верно? - Должна, - согласился Мидория, - но вы это к чему? - И поставить метку. - Ну да. И что? - А ты не понимаешь? - Н-нет… а должен? - Ну… - Шото усмехнулся, - Изуку, метка – это как раз тот самый способ заразить другого человека ядом! Ты же лекарь, должен это знать! - А-а-а, - протянул омега с пониманием, чуть ли не щёлкая себя пальцами по лбу. – И правда. Так получается… - Мидория нервно хихикнул, прикасаясь к шраму на своей шее. - Да, - кивнул альфа и с виноватым видом глянул на Изуку, - п-прости… - Н-ничего… в смысле, можно об этом поподробнее? - А что я ещё могу сказать? Изуку, послушай, я знаю, что поступил, как свинья. Мне нужно было просто отослать тебя куда-нибудь, где Энджи не смог бы тебя достать! А не устраивать всё это… - Не скажите, - омега насупился, исподлобья гневно на него поглядывая. - В тот момент я… ещё тебя не любил. И пусть мне и было тебя очень жаль, это не выглядело чем-то очень-очень ужасным. А потом… отец сказал мне, что я должен… заставить яд внутри твоего тела пробудиться. И в этот момент я понял, что… ты, скорее всего, после такого уже не выживешь. - А… как этот яд можно пробудить? - Уверен, что хочешь знать? - Н-ну… - омега неуверенно посмотрел на выход из пещеры. Оттуда дул сильный ветер, пробирающий до костей, а ещё начался дождь. – Наверное, нет. Вы же этого не сделали, так что… - Это и было той основной причиной, почему я отослал тебя. А пирог просто стал предлогом. Прости, дать тебе денег в дорогу было нельзя. Энджи бы узнал, думаю. - Вот как… То есть, если бы я остался, всё стало бы ещё хуже? - Примерно так. Отец бы надавил на меня, и я не знаю, каких ужасных вещей ещё бы натворил. - Раз так, то… спасибо, - мягко улыбнулся Мидория, глядя на Тодороки с какой-то благодарностью. - Не говори так! Я чувствую себя от этого ужасно! - И-извините… - И не извиняйся! - Хорошо. А что было потом? - В каком смысле? Потом уже ничего не было. - Ну… мне просто интересно узнать, что вы потом думали и вообще… Почему решили вернуть меня обратно? - Потому что… - Шото прикрыл глаза и мечтательно улыбнулся, - я тебя люблю. Не знаю, когда осознание этого пришло в мою голову, может тогда, когда Чиё сказала, что ты беременный, или тогда, когда я зашёл к тебе в комнату, чтобы что-то сказать, и только потом вспомнил, что тебя там уже нет. - О-о-о, - омега покраснел и потупил взгляд, - так мило! - Ну, может быть, - усмехнулся Тодороки. Ему стало заметно легче из-за того, что удалось всё высказать. Хотя реакция Мидории ясна была ещё не до конца, это настораживало. – К тому же, Изуку, ты носил от меня ребёнка! Я не мог бросить тебя неизвестно где! - Ну-у… - Почему ты мне вообще сразу всё не рассказал? - Ну-у-у… - Не было бы всей этой нервотрёпки! - Ну простите меня. Просто я думал, что вы злитесь. И решил, что, если останусь здесь только из-за ребёнка, это будет как-то низко. - И вовсе не низко. - Послушайте, а тогда чего вы так убивались? Даже если вы меня и отравили, то яд же не активен, вы сами сказали! К тому же, я чувствую себя вполне хорошо! Здесь нет вашей вины, не корите себя! – Изуку улыбнулся, подсаживаясь к альфе поближе и устраивая свою голову у него на плече. - Хотелось, чтобы это было так! Я чувствую себя таким эгоистом! Да и… мне нужно было тебя предупредить, но я был слишком… поглощён мечтой о детях, что не подумал о тебе. - В смысле? Что там ещё? - Я боюсь, что… эта беременность будет очень сложной. И что ребёнок будет высасывать все твои силы, так что мы не можем быть уверенными, что ты… выживешь в родах. - Ваше высочество, а вы разве не знали, что умирать при родах – нормально? Точнее, это ненормально, конечно, плохо, но… это случается довольно часто, никакой яд тут ни при чём. - Ну и хорошо, что ты так думаешь. Тем более, нам вообще как-то повезло. - О чём это вы? - Я недавно с тобой пытался заниматься магией, помнишь? - Конечно! Это было совсем недавно! - Ты меня прости, но это, на самом деле, было для того, чтобы проверить, насколько яд в твоём теле активен. - А как? - Если бы твои способности резко возросли, это значит, что твоя кровь уже очень сильно заражена, и болезнь, а это именно болезнь, прогрессирует. - Вот как… Ну, тогда вы правы, нам повезло. Мои чакры вообще ни на что не способны, так что, можно сделать вывод, что я в порядке! - Это прекрасно, - Тодороки внимательно посмотрел ему в глаза, а после наклонил голову и мягко поцеловал Мидорию в макушку. - Вы чего? – удивился омега и тут же смутился. - Ничего… Они помолчали некоторое время, сидя вот так вот бок к боку и глядя на хлестаюший дождь, а после, видимо, Изуку решил, что Шото всё-таки нужно поспать. Он отполз чуть дальше, вынуждая альфу завалиться набок, и положил его голову на свои колени. - Можно спросить? – тихо подал голос Тодороки, уткнувшись ему носом в живот и обняв руками за спину. - О чём? - А это имеет значение? - Нет. Спрашивайте, что вас интересует? - Изуку… Ты… так спокойно отреагировал на мои слова… почему? Я ведь поставил твою жизнь под угрозу и вообще вёл себя, как… какая-то свинья, правда. Неужели ты не обижаешься? - Я… даже не знаю, что сказать. Я вроде как и должен на вас злиться, тут нельзя спорить, но я не могу! Тем более, всё то, что вы сделали было может и не очень хорошо, но мне оно не принесло большого вреда, как видите. - Но сам факт, Изуку! Сам факт! - А что, факт? Факт в том, что вы мне не безразличны, поэтому я готов вас простить, - улыбнулся Мидория. – К тому же, вы сами, что не маловажно, раскаиваетесь! Извиняетесь и понимаете, что поступили нехорошо, это… само по себе достойно уважения. - Может быть… - Да не может быть, а точно! Да и… вы поделились со мной такой важной для вас темой и пообещали, что будете стараться становиться лучше! Так что… мне большего и не надо, - вздохнул Изуку, невесомо поглаживая его пальчиками по голове. - Правда? - Конечно… - Спасибо тебе, Изуку, - альфа посмотрел на него снизу-верх, улыбаясь и чувствуя такое давно забытое успокоение души, - спасибо… и ещё раз, прости. Обещаю, в будущем, я тебя никогда больше не подведу! - Угу… - омега тоже улыбнулся, но быстро отвернулся, чувствуя, как его глаза становятся влажными, а внутри всё сжимается. Это чувство просто невозможно описать словами. Он вроде как был полностью согласен с тем, что только что сказал, но с другой стороны… Никогда прежде он не чувствовал себя настолько потерянным и разбитым. «Он начал относиться ко мне по-другому и раскаиваться только после того, как полюбил. А до этого ему было по большей части всё равно… - подумал омега, покусывая свои губы. – Это нормально, заботиться только о любимых людях, но… почему же мне от этого так плохо?!»