Девушка, что пришлась по душе Ишигами Сенку

      За победу нужно платить. В этот раз платой за воздушный бой оказалась обшивка самолёта и довольно жёсткая посадка.       Проклятье неудачи Сенку дало сбой, и они  приземлились неподалеку от нынешнего расположения их корпуса силы, чудом отделавшись так легко. Рюсуй выбрался из самолёта сам, Ишигами потребовалась помощь: ещё не восстановившийся организм ученого дал о себе знать, и он безвольно повис на руках у товарищей, не успев сделать и пары шагов. Его быстро и осторожно подхватили, оттащили подальше от места аварии. Сейчас Сенку практически ничего не осознавал, сил хватало только на судорожное болезненное дыхание и борьбу с подступившей тошнотой.       — Нужно доставить его на корабль как можно скорее, — голос Рюсуя вплыл в сознание, перемешивающее образы. Нанами как обычно старательно сохранял самообладание, но Сенку догадывался, что капитану пришлось упереть руки в бока, чтобы никто не заметил, как дрожат его пальцы.       Кохаку все ещё держала Сенку на руках, как будто боялась отпустить. Он не возражал, понимая, что очередная смена положения не доставит ему приятных ощущений. Время от времени девушка что-то негромко говорила ему, он не мог разобрать, но интонация и тон успокаивали.       — Я в порядке, — Ишигами усмехнулся и тут же поморщился. Ежу понятно, что он совсем не в порядке, но ему необходимо было утверждать обратное, чтобы остальные не теряли присутствия духа, или чтобы не пытались отгородить его от истинного положения вещей. Или просто чтобы хотя бы что-нибудь сейчас было в порядке, хотя бы на словах…       — Я знаю, — голос Кохаку, обращённый к нему, был странно убаюкивающим и понимающим. В следующую секунду интонация изменилась: она впервые за это время обратилась к остальным.       — Я еду с вами, — это было уже громче и твёрже. — Тайджу должен остаться здесь, Рюсуй поведет, а я прослежу.       Никто не стал спорить. По крайней мере, Сенку не услышал ни одного возражения. Он прикрыл глаза, возможно, отключившись на какое-то время, а пришел в себя уже в знакомой машине, всё в том же положении.       — Кохаку… — непривычная интонация для вечно уверенного в себе, местами даже бесстыдного, капитана, Нанами как будто подбирал слова. — Тебе лучше не появляться пока на корабле.       — Почему это? — в голосе было слышно искреннее недоумение и беспокойство. Наверняка она начала перебирать в голове самые странные варианты, начиная от захвата корабля врагом, заканчивая сделкой с Мозу на правах владельца гарема.       Рюсуй мельком глянул на Ишигами, но учёный проигнорировал этот немой вопрос. Во-первых, тема разговора его совершенно не интересовала, и они сами в состоянии сделать выводы. Во-вторых, у него сейчас есть более насущные проблемы, вроде лихорадочной дрожи во всем теле.       — Девушка, которая лечит Сенку, согласилась это делать, но у нее была одна просьба… Она предложила ему встречаться.       В образовавшейся паузе было слышно мерное гудение мотора и слабое дыхание ученого. Кохаку все ещё прижимала Ишигами к себе не рискуя укладывать на полу, так как машину сильно трясло. Сенку не мог сказать что положение беспомощного ребенка ему нравится, но выбирать не приходилось, к тому же девушка держала его бережно, не причиняя лишних неудобств. В ее объятиях было тепло и спокойно.       Пока Кохаку не вздрогнула. Едва-едва, но ее задели слова сказанные Рюсуем. Она уже знала это. Все уже знали, после слов сказанных Луной по связи и переведенных Юкио. Она хорошо сдерживала внешние признаки беспокойства, но ученый был слишком близко, и из-за болезненного состояния этот толчок от него не укрылся.       — Я конечно не думаю, что ты сделаешь что-то безумное. Но Сенку пришлось согласиться и…       — У нас с Сенку нет никаких отношений, — строго оборвала его девушка.       В этом была вся Кохаку: капитан мог поклясться, что она также беспокоилась бы и за Хрома, и за Гена, и за Цукасу, с которым враждовала не так давно, и даже за самого Нанами, но то, что девушка испытывает вполне определенную симпатию к Ишигами, подтверждали все. Это было не явно, и, тем не менее, заметно на интуитивном уровне.       Несмотря на этот факт, Кохаку спокойно объявила о своей «неудаче», фактически признавая поражение.       Послышалось слабое хихиканье: Сенку смеялся. Это не особо улучшало его нынешнее состояние, но парень взглянул на друзей и в глазах на секунду вновь зажёгся привычный огонёк.       — Львица… — едва слышно прошептал Ишигами. Это всё, на что его хватило сейчас. Голова кружилась от недостатка кислорода и боли в груди, к которой он уже начал привыкать за эти недели. Но это было действительно забавно. Забавно осознавать, что Кохаку смогла совладать со своими чувствами и отодвинуть эмоции, выбрав сухие факты. Они не встречаются. И ему не нужно решать эти глупые нелогичные вопросы, возникающие из-за отношений сейчас. Он может просто отдохнуть.       — Все в порядке. Рюсуй, я бы хотела всё-таки попасть на корабль. Чтобы увидеть ее. Девушку, что пришлась по душе Ишигами Сенку.       Кохаку поймала взгляд ученого и улыбнулась. Она собрала все внутренние силы для этого, и улыбка вышла доброй и счастливой, как если бы Хром признался Рури, и у них начались отношения. Даже если Сенку был вынужден согласиться, это не отменяло того, что он мог быть не против. Кохаку не хотела бы мешать в таком случае, но она хотела увидеть эту девушку, которой проиграла.       Ишигами замер на пару секунд, пытаясь внимательно рассмотреть выражение лица собеседницы. Он не считал что хорошо разбирается в эмоциях, более того он очень плохо разбирался в отношениях и не хотел разбираться. Но что-то во взгляде Кохаку было не так и это всё-таки нужно решить сейчас. Как бы ни хотелось отдохнуть.       — Ты… хочешь… — грудь сдавил кашель, не давая договорить. Взмокшего от липкого пота лба коснулись теплые пальцы.       — Сосредоточься на дыхании. Мы со всем разберемся, а ты постарайся уснуть, — голос вновь тихий, уверенный и успокаивающий.       «Да…».       «Уснуть…».       Это то, чего ему так хотелось сейчас.       Остальное может подождать.       Кохаку… может подождать.       Сенку знает это лучше других, потому что она ждет уже давно и ничего не требует. Тот момент с объятиями на острове был единственным, когда она попросила какую-то награду, и та была дружеской, потому что Сенку не интересуют отношения. Не сейчас. Это «не сейчас» длится очень долго, и будет длится ещё, и Кохаку будет ждать столько, сколько нужно. По крайней мере, так было.       «Увидеть ее».       «Девушку, что пришлась по душе Ишигами Сенку».       Это слишком похоже на последнюю просьбу.       И ему на десять миллиардов процентов необходимо выполнить ее.       Разумеется, Кохаку сразу узнала нового члена экипажа и, Рюсуй был прав, осталась дружелюбной, рассказав о падении самолёта так, будто делилась с Юзурихой или Рури историей о том, как Ишигами и Хром чуть не подожгли бесценный склад. Досадное происшествие, а Луна может помочь справиться с его последствиями.       — Я отнесу его куда нужно, — предложила Кохаку.       Каблуки медика застучали где-то впереди, палуба сменилась коридором ведущим в каюту. Сенку осторожно уложили на его нынешнюю кровать, напоминающую операционный стол. Учёный судорожно вздохнул и сразу же усмехнулся, задержав на Кохаку странный взгляд, все ещё мутный от боли.       — Юзуриха…       — Сейчас позову ее, — Кохаку напоследок коснулась руки Ишигами, кажется собираясь погладить ее, но только чуть сжала. Пальцы Сенку странно вздрогнули и он отвернулся.

***

      — Кохаку! — голос Огавы нагнал девушку уже на палубе. Юзуриха подбежала к ней и остановилась пытаясь отдышаться. — Сенку сказал, что ты хотела что-то увидеть.       — Все нормально, — Кохаку понимала, что ее натянутая улыбка сейчас треснет и разлетится на кусочки, а это будет очень-очень глупо и совсем не логично. — Я уже.       — Он попросил обязательно передать. Сказал, что это важно, — перебила рукодельница. Она покопалась в сумочке и через пару секунд вручила Кохаку что-то маленькое, ярко сверкнувшее на солнце.       «То, что ты хотела увидеть»…       Небольшое карманное зеркальце едва не выпало из дрогнувших пальцев.