Надпись

Парень с ярко рыжими волосами, одетый в обычную школьную форму шёл по коридору. Коридор освещал свет из окон; вокруг шумели люди. На встречу вышел парень, волосы цвета платины и повыше ростом.  — Накахара-сан! — крикнул парень, это был Ацуши Накаджима — третигодка средней школы. Несмотря на рост, было понятно, что он младше рыжего парня.  — Да? — откликнулся рыжий.  — У вас ведь завтра день рождение?! — поинтересовался Накаджима.  — Ага. — подтвердил рыжий. В мире, когда человеку исполняется семнадцать, появляется связь с соулмейтом — человеком, с которым вы связанны душами. После семнадцатилетия на теле могут появиться надписи, которые соулмейт оставляет на своём теле. Но наблюдается такое крайне редко. Соулмейт может ещё даже не родился, ему не исполнилось семнадцать или уже мёртв. Даже если связь появляется, он может быть на другом конце планеты, говорить на другом языке и многое другое. Очень мало случаев, когда соулмейтами оказывались знакомые друг другу люди. Но даже если шанс один из ста, все всё равно надеются, что им он выпадет. В число таких входил и Чуя Накахара — второгодка старшей школы. Уже завтра ему исполняется семнадцать.  — А тебе ещё сколько ждать? — спросил рыжий, пока они вместе шли по коридору.  — Два года ещё. — ответил Накаджима.  — Понятно. Проходя мимо класса 2-А, Накахара остановился. — Ладно, увидимся.  — Увидимся — попрощался Накаджима и продолжил ход. Чуя вошёл в класс. Учёба началась меньше месяца назад и у каждого уже было своё место. Место Накахары было на первом ряду, около окна, ну как: парты были одноместные, но объединены по две. Он сидел по правую сторону. В начале года Накахара надеялся, что будет сидеть один, но его посадили на третью парту с Осаму Дазаем. Осаму Дазай — высокий парень с темно-каштановыми волосами был спокойным учеником. Он общался с другими, но друзья у него навряд ли были. Он никому не рассказывал о себе, да и Накахара особо не проявлял интерес. Чуя подошёл к парте и кинул сумку.  — Доброе утро. — тихим голосом поприветствовал его Осаму.  — Доброе —ответил тот и сел за парту.  — Сейчас будет японский.  — Ага, я уже в курсе.  — Расписание вывесили? — спросил Осаму.  — Давно уже. Ты бы вышел из класса хоть раз. Осаму промолчал. Он не очень любит разгуливать по школе. Прошли уроки. Всё собрали свои вещи и уже вышли во двор. Накахара стоял вместе с Осаму и другими двумя. Тут к ним подошла девушка: тёмные волосы, подстриженные под каре с заколкой, в халате.  — О, здравствуйте, Ёсано-сан! — крикнул голос из толпы. Акико Ёсано — медсестра. Три года назад она закончила школу, где-то отучилась и пришла работать. Ходят слухи, что её соулмейт — богатый американец и она поддерживает с ним общение. Хоть это и слухи, сама Ёсано их не отрицает.  — Как ваши дела? — спросил кто-то из толпы.  — Так себе, никто не приходит… — уныло ответила девушка. Она любит, когда к ней приходят ученики. Обычно к медсёстрам приходят те, у кого голова болит, живот сводит, но не в её случае. У неё на приёме была уже точно половина всех девочек школы — любовные штучки всякие: кого-то парень бросил, у кого-то социальные проблемы и тд. Школьный психолог так сказать, все её знали. Все, кому надо было в одну сторону, собрались и пошли. Накахара с настроением шёл домой. Уже завтра он узнает, есть ли у него соулмейт. Утро. Сегодня выходной, так что рано вставать не обязательно.  — Чуя, вставай! — прозвучал женский голос по ту сторону двери.  — Встаю, мам! — отозвался Чуя. Дом был двухэтажный; спальня Чуи была на втором. По лестнице он спустился вниз и его встретили домашние.  — С днём рождения! — женщина подошла и обняла своего сына. Озаки Коё — мать Чуи Накахары. Высокая, стройная женщина с шикарными розово-красными волосами, заплетёнными в пучок. На вид ей лет сорок. Семья жила без отца. Чуя был сыном от первого брака, но когда ему было два года, семья распалась. В комнате находилась ещё одна девочка лет четырнадцати. Маленькая с тёмными волосами, худенькая, словно кукла. Изуми Кёка — младшая сестра Чуи от второго брака. Но с этим браком тоже не сложилось и в итоге Озаки растит детей сама, оставив свою фамилию, а дети носят фамилии отцов.  — С днём рождения, Тю! — поздравила девочка. Она называет его так ещё с самого детства.  — Я тут приготовила для тебя. — женщина обняла сына за плечи и повела к столу.  — Спасибо — улыбнулся Накахара. Еда у Озаки всегда была вкусной. После трапезы Чуя встал из-за стола.  — Было вкусно!  — На здоровье. — ответила женщина и принялась убирать со стола. Чуя поднялся на второй этаж в ванную комнату. Встал перед зеркалом и стал рассматривать тело.  — Ничего нет… Рыжий снова спустился в низ.  — Мам.  — Что?  — Ничего нет.  — Попробуй, напиши что нибудь на руке.  — Ага. Обратно вернулся в комнату, открыл тумбочку и взял маркер. «И что мне написать?» — подумал он про себя и первым пришло в голову только одно. Привет  — Ладно, пойдёт. — сказал себе Накахара и тут его позвала мать.  — Чуя, тут к тебе пришли! — громко позвала женщина.  — Иду! — ответил рыжий, положил маркер на стол и побежал к лестнице.  — Тут твои друзья.  — Ага. — Чуя подошёл к открытой двери. На улице стояли двое парней и девушка — Накаджима, Тачихара и Хигучи.  — С днюшкой! — выкрикнул Тачихара, тёмно рыжий парень с пластырем на носу, и протянул коробку.  — Спасибо — ответил Чуя.  — Поздравляю! — тут же выкрикнула Хигучи и повисла на плечах Чуи.  — Ага…  — С днём рождения! — последним поздравил Накаджима.  — Спасибо вам всем. — Чуя поблагодарил всех, спихивая Хигучи с себя. — Войдёте?  — Нее… — отказался Тачихара, — Мы собирались в киношку, ты с нами?  — А… Э… Конечно! — немного подумав, согласился рыжий.  — Вот и отлично, иди собирайся! — точно в хорошем настроении крикнула Хигучи. Ребята прошли в гостиную, а Чуя поспешил на второй этаж. Минут 10 и он уже был готов. Наряжаться не стал: белая футболка, укороченные чёрные брюки (футболка заправлена), кросовки и естественно, самый любимый аксессуар — чокер, он носил его везде, разве что только не спал с ним. У Накахары были довольно длинные волосы для парня — Озаки не настаивала укоротить стрижку, поэтому Чуя ходил как ему нравится. Свои волосы он заплёл резинкой, так что вышел низкий хвост.  — Всё, я готов. — рыжий спустился в гостиную и стал обуваться. — Мам, я в кино.  — Возьми деньги. — женщина протянула деньги сыну.  — Ага. — парень взял деньги и с остальными вышел из дома. По пути ребята разделились на пары. Спереди шли Тачихара и Хигучи, а следом за ними Накаджима и Накахара.  — Слушай, а ты не обнаружил нечего? — спросил светловолосый парень.  — А? — не понял рыжий.  — Я про соулмейта.  — Ааа, ты про это… Ацуши обожает тему с соулмейтами — он ждёт не дождётся, когда ему самому исполниться семнадцать.  — Нет. — ответил рыжий.  — Жаль. Они почти пришли и тут Тачихара повернулся к задним.  — Хотите прикол? — усмехнувшись, спросил он.  — Ну давай. — заинтересованно согласился Накаджима. Тачихара вновь развернулся.  — Вчера короче, мать с бабушкой разговаривала. У моей бабушки года четыре назад появился соулмейт, так вот, он на прошлой неделе набил себе татуху с львом на спине, теперь моя бабушка с ней ходит! Все четверо засмеялись.  — Пфф, не повезло твоей бабушке. — проговорил Накахара, продолжая смеяться.  — Ну. — поддержал Тачихара. Ещё минуты три и они уже были на месте.  — Сейчас, подождите! — выкрикнул Накаджима и побежал в сторону стендов. Он бежал на встречу к худому парню. Как и волосы, парень весь был одет в чёрный. Ацуши схватил его за руку и направился обратно к компании.  — Это Акутагава, Акутагава Рюноске, первогодка старшей. Мы недавно познакомились и я спросил, не против ли он составить нам компанию. — торопливо протараторил Накаджима.  — Приятно познакомиться… — тихо сказал Акутагава. После знакомства все направились в здание. Время пролетело очень быстро. После кинотеатра они ещё гуляли в парке. И вот настал момент расходиться. Обратно уже Чуя шёл один, рассматривая свои руки. Придя домой, осмотрелся внимательнее и принял тот факт, что ответа от соулмейта не будет.

***

Сакура уже давно отцвела и наступило лето. На дворе была невыносимая жара, и все ждали окончания первого триместра. Вот-вот и наступят каникулы. Прошли последние уроки. После линейки ученики собирали свои вещи и отправлялись по домам. Накахара вышел из класса и ему навстречу вышли Ацуши и Рюноске. Было очень заметно, что они подружились.  — О, Накахара-сан, собрались домой? — поинтересовался Накаджима.  — Да — подтвердил рыжий.  — Тогда желаю вам удачно провести каникулы!  — Вам с Акутагававой-куном того же, — сказал Чуя и оставил парочку в коридоре.

***

Июнь. Каникулы были не длинными, но Накахаре хватало в полную отдохнуть от учёбы. Только вот то, что произошло дальше, его очень удивило. Чуя проснулся утром и первое, на что он обратил внимание — надпись на руке. Кто ты? «Неужели соулмейт?» — подумал рыжий. Даже если соулмейт и отозвался, он не собирался иметь нечего общего с этим человеком. Взяв маркер, Чуя навёл его на левую руку и написал: Какая тебе разница? …и направился вниз. Самой первой надписи на руках Чуи заметила Изуми.  — Тю, что это? — девочка схватила брата за кисть и пыталась прочитать, но тот отдернул руку.  — Тебя это не касается. — грубовато кинул Чуя. Девочка не стала донимать старшего, но эту картину наблюдала мать. Озаки не стала рассматривать надписи, а лишь спокойной спросила:  — Соулмейт?  — Видимо. — перейдя с грубого тона на обычный ответил Чуя.  — Понятно. После завтрака Накахара вернулся в свою комнату и стал переодеваться. Ответ от соулмейта не заставил долго ждать. На правом боку у ребра была надпись: Тогда перестань «Оборзел что-ли?» — подумал он про себя. Ему явно достался очень грубый соулмейт. Понятным было только пару фактов: он из Японии, ему недавно исполнилось семнадцать и навряд ли это девушка. Подруку Чуе попалась только синяя ручка, и на левой руке он написал: Не смей писать такие слова! Но через минуту на его правой руке магическим образом появилась надпись: Что хочу то и пишу «Написал на правой… Левша значит» — решил про себя Чуя и немного ниже надписи на левой руке написал: Только попробуй После, ответа не было весь день и продолжилось всё только на утро. Накахара проснулся от пиликания телефона. Ему пришло сообщение от Хигучи.       Доброе утро. Извини, что пишу так рано. Сегодня мои родители уезжают и я хочу, что бы ты пришёл на ночёвку. Накаджиме-куну и Тачихаре я уже сообщила. Так же будут пару моих подруг. Надеюсь, что ты тоже придёшь: 3

Доброе утро. Я ещё подумаю и дам ответ.

Чуя отложил телефон и направился в ванную. Посмотрев в зеркало, сразу увидел надпись. Как же хорошо, что он первым делом пошёл к зеркалу, иначе бы дома все увидели. Теперь каждое утро придётся первым делом проверять всё тело. Надпись была на правой щеке: Урод Свои надписи Накахара смыл ещё вчера, а вот надписи соулмейта не стирались никаким образом. «Да блять, какого он творит? Что мне с этим делать?» — думал про себя рыжий, пытаясь оттереть надпись с лица. Конечно, так он не куда не пойдёт. «Придётся отказаться…» Без стука открылась дверь и девочка выглянула из-за неё:  — Тюя, мама вниз зовёт.  — Тебя стучаться не учили? Скажи, что я не приду!  — Но…  — Не приду! — выкрикнул Чуя. Девочка закрыла дверь и ушла. Чуя снова посмотрел на себя в зеркало. «Что делать?..» Ванная и комната Чуи находились на втором этаже, так что ему не составило труда перебраться незамеченным из одной в другую. «Может заткнуть его… Но как?» Чуя взял маркер, на левой руке было немного место, и начал писать: Сотри надпись с лица! Единственные кто знал, что у Чуи появился соулмейт, были только Озаки и Изуми. Остальным он не стал рассказыват, особенно близким друзьям. Накахара всё время сидел в своей комнате, никого не пуская. Озаки часто стучала в дверь. — Чуя, выходи, что с тобой? Что-то соулмейт написал? Не стыдись. — Но Чуя продолжал сидеть в комнате. Женщина решила в последний раз поговорить с сыном, но безуспешно. Она оставила еду на пороге. — Еда возле двери. Открывай осторожно.  — Ага — хмуро ответил рыжий. Он взял телефон и стал печатать

Извини, но я не смогу прийти

      Ладно ( Чуя всё время осматривал руки, ноги, лицо, ожидая ответа соулмейта. Спустя какое-то время на лбу появилась надпись. Мне всё равно  — Ну это уже не в какие рамки не лезет! — пробурчал себе под нос Накахара. «Раз он способен писать такое на своём теле и ходить с этим, значит его не окружают другие люди…» — думал рыжий. Наступил следующий день. Надписи оставались на месте. Озаки не может оставлять всё так и зашла в комнату, пока Чуя сидел за столом. Тот заметил её присутствие и прижался лицом к столу.  — Покажи лицо. — промолвила женщина и положила руку на голову сына.  — Нет.  — Покажи лицо! — выкрикнула женщина и сжала волосы Накахары в кулак. Чуя не мог сопротивляться — хуже всего на свете, когда мать в гневе. Он поднял голову и посмотрел на мать; та убрала руку.  — Боже… Вот же попался человек… Чуя молчал, Озаки продолжила.  — Ничего страшного. Сегодня Изуми ушла гулять с подружкой, можешь ходить по дому.  — Ага… Женщина забрала посуду от вчерашней еды и вышла из комнаты. Из-за духоты Чуя решил снять кофту. С открытым торсом он прошёл мимо зеркала (во весь рост) и заметил надпись, которая тянулась с самого плеча до кисти. Идиот (В Японии самыми плохими словами являются дурак и идиот) Накахара скорее умрёт, чем смириться с этим. Он накинул сверху футболку и спустился вниз, чтобы пообедать. Внизу Озаки сразу заметила надпись, хотела что-то сказать, но промолчала. Чуя сел за стол, женщина подала еду и оба стали обедать.  — Что мне теперь делать? Скоро начнётся школа. Женщина с сожалением посмотрела на сына, немного подумала и заговорила:  — Честно, я не знаю. Носить рубашки с длинным рукавом летом вам не положено… Ты пробовал попросить его не писать?  — Пробовал, но он ни в какую…  — Вы знакомились?  — Нет. На этом разговор закончился. Чуя доел оставшуюся еду, убрал со стола тарелки и ушёл на верх. Днём соулмейт успокоился, зато вечером всё началось снова. Все руки были исписанны ругательствами; уже даже стало переходить на ноги. В конце концов соулмейт затих и перестал писать. «От надписей нельзя избавиться… Но если соулмейту только недавно стукнуло семнадцать, значит он ещё учиться в школе, а это значит, что в школу с такими надписями он не пойдет.» — обдумывал Накахара с надеждой. Уже наступил вечер. В комнате было душно и Чуя решил открыть окно. Подойдя, он открыл и в комнату поступил поток свежего воздуха. Немного понаблюдав за небом, рыжий собрался отойти, но краем глаза заметил знакомое лицо. «Это же Дазай-кун» — определил он. Осаму Дазай жил неподалёку и иногда его можно увидеть за походом в магазин. Район был довольно маленьким и магазинов было немного. «Опять весь в бинтах…» Сколько Накахара помнит себя, Дазай всегда носил бинты. В основном на руках и шее, но в раздевалке рыжий замечал, что бинты повязаны и вокруг груди. Понаблюдав ещё немного, Чуя отошёл от окна. «Из за этого придурка я не могу выйти на улицу! Надо его проучить!» Каникулы подходят к концу и уже через два дня начнётся учёба. Прекрасное время, что бы дать отпор этому негодяю. Чуя целый день ходил по квартире, пытался придумать, что же ему такого сделать. Идей приходило много, но вот осознание того, что это будет и на нём самом, не давало даже попробовать. Он зашёл в комнату Кёки. Обычная комната девочки: кровать, застеленная сиреневым покрывалом, стол с книгами и школьными принадлежностями, шкаф и много мягких игрушек. Накахара взял баночку фиолетовой краски. Ему показалось, что лучше всего будет сделать именно это. По времени был четвёртый час, на улице было темно и лишь фонари освещали улицу. Чуя включил свет и открыл баночку. «Ладно, была не была» Подошёл к зеркалу. В баночке переливалась фиолетовая краска. Чуя макнул в неё рукой и навёл на лицо. «Ну и зачем я это делаю?» — спрашивал он про себя, продолжая обмазывать краской лицо. Минута и всё лицо было замазано фиолетовой краской. Чуя выключил свет и лёг на кровать, чтобы краска не стекала с лица. До учёбы остался день. Накахара уже был готов. Главное, вечером не забыть смыть краску. Женщина снова позвала сына. Тот тут же спустился в низ. Первое время Озаки смотрела на него, словно думала про себя «Это мой сын?»; Ну, так казалось парню. Чуя сел за стол и принялся завтракать.  — Мам, а где Кёка?  — Ещё не проснулась. — ответила женщина и указала на лестницу.  — Понятно. Ещё какое-то время они сидели молча, но Озаки прервала тишину.  — Слушай, я конечно всё понимаю, но ты так будешь весь день ходить?  — Сегодня у меня нет планов. Вечером смою. В ответ Озаки кивнула. Весь день Чуя проходил с фиолетовым лицом. «Надеюсь, его это заставит задуматься о своем поведении»

***

Вот и закончились каникулы. Рыжий парень шёл по коридору. Ему на встречу вышел хорошо знакомый ему человек.  — Привет, Накахара-сан! — прокричал парень и подбежал ближе.  — Привет, Накаджима-кун. — поприветствовал его тот.  — На первом этаже уже вывесили списки. Как думаете, в какой класс попадёте?  — Хм, мне без разницы. Друзья вместе дошли до стенда.  — Я так же в А классе, не удивительно. — сказал Накахара, бегая глазами по строчкам.  — А я вот был в В классе, теперь в А. — растроено проронил Накаджима. — Ладно, я пойду.  — До встречи. Парни разошлись в разные стороны. Класс Накахары был на третьем этаже школы, так что он сразу направился к лестнице. Рыжий вошёл в класс. Всё сидели на местах, дожидаясь учителя, только вот вокруг одной парты скопилось много людей. Когда Накахара увидел, кто был центром внимания, то удивился. Это был Дазай.  — Вау, правда?  — А что вам писали?  — У вас же день рождение было!  — Вам уже семнадцать!  — Получилось?  — Огооо Крики из толпы слышал весь этаж. Чуя подошёл к Тачихаре.  — Что творится? — спросил рыжий, на что тот сразу ответил:  — Как Осаму зашёл в класс, то все сразу на него набросились. Говорят, у него соулмейт появился, но он сам не знает, кто это. Бедняга, даже в туалет сходить не дают.  — Мда уж. Толпа задавала много вопросов, но шатен отвечал не на все. Накахара с Тачихарой подошли ближе к парте. Чуя решил тоже задать вопрос, чисто из-за интереса:  — Твой соулмейт нормально себя ведёт? Осаму тут же поспешил ответить: — Вообще он спокойный, но из-за него я вчера весь день ходил с фиолетовым лицом… — Понятно...Стоп! Что?!