Хаос-Принц

- Мне нечего надеть! – Елена стоит в купальном халате перед платяным шкафом и возбужденно размахивает руками. - Неправда! – вздыхаю, дико вращая глазами. Мы уже минут двадцать ведем этот диалог. Я лежу на спине на ее кровати, уставившись в белый потолок, пока Елена не переставая ноет, что не пойдет на дурацкую вечеринку - ей совершенно нечего надеть. - Елена, я согласился пойти с тобой только потому, что ты меня об этом попросила… увы, но сейчас ты сама все пропустишь! - Но что же мне делать? Идти голой? – отчаявшись, она смотрит на меня. - Неплохая идея: тогда по крайней мере ты будешь уверена, что Мартин тебя заметит! - я нагло ухмыляюсь, и сразу же мне в лицо летит коричневый плюшевый медведь. - Идиот! – тихо бормочет Елена и быстро отворачивается, чтобы я не заметил ее покрасневшие щеки. Да-да, маленькая Елена втюрилась по уши в этого верзилу с полным отсутствием чувства юмора, хотя я вообще не могу понять, как такое возможно. Пару дней назад, когда я окончательно ее достал, она призналась мне в своих чувствах. - А как тебе этот? – она поднимает повыше красный толстый пуловер и вопросительно смотрит на меня. - Ну, этот просто отличный… для катания на лыжах. Она вздыхает и швыряет свитер обратно в шкаф. - Да что бы я ни надела, во всем буду выглядеть жирной и уродливой! Мартин меня даже не заметит… Она печально опускает голову, длинные волосы закрывают лицо. Я быстро соскакиваю с кровати и встаю позади нее. Обнимаю и прижимаюсь лбом к ее плечу. - Мы оба считаем тебя удивительно красивой! – нежно шепчу я ей на ухо. - Вы оба? - Да, мистер Тедди и я! – сую ей под нос коричневого плюшевого зверька, несколько секунд назад запущенного мне в голову, и покачиваю им немного из стороны в сторону. Елена хихикает. - Парень-гей и плюшевый зверь… - Эй, не забывай, у геев-парней и плюшевых зверей отличный вкус! Она опять смеется. - Так, а теперь поцелуй-ка мистера Тедди! – Я подношу мягкого мишку поближе, и Елена чмокает его в носик, не забыв при этом закатить глаза. - Доволен? – спрашивает она меня наигранно раздраженно. Ухмыляясь, я отпускаю ее и снова плюхаюсь на узкую кровать. - Если бы ты сейчас определилась… Она вздыхает и снова начинает копаться в шкафу. - Я вообще не представляю, что у тебя есть. Мы же позавчера вместе ходили в магазин. Почему ты не хочешь надеть тот симпатичный черный топик? Не глядя на меня, она трясет головой. - Нет! Я молчу, да и что сказать-то? Не могу же я насильно заставить ее наконец-то переодеться… при этом ей действительно идет черный топик. - Мне без разницы, что ты наденешь, а если так и дальше пойдет, то я оттащу тебя на эту сраную вечеринку и в купальном халате! Не забывай, мы идем туда только для того, чтобы ты совратила своего Мартина. - Он не МОЙ Мартин, и я не хочу его совращать, - очень тихо бормочет Елена, бросая на меня злой взгляд. - Еленочка? Не могла бы ты нам кое-что объяснить? Мы с мистером Тедди просто не понимаем. - Я поднимаю плюшевого мишку повыше, чтобы Елена могла видеть его простодушную мордочку. - Почему Мартин Климмер? Елена коротко усмехается. - Тоби… - Нет, серьезно, он занудный и скучный, нерешительный и хлипкий… - А ты гадкий, Тоби! Ты же его совсем не знаешь! – обидевшись, она снова отворачивается к шкафу и вытаскивает две пары джинсов. - Эти или эти? - Эти, - я показываю на светлые. - Я же тебе уже объясняла, у Мартина есть и другая сторона… - По ночам он работает охотником на вампиров? - Тоби… - А что, это было бы суперсексуально! Гм, я бы с удовольствием согласился иметь в любовниках охотника на вампиров… - Когда я пару недель назад была у Виолы - это девочка по обмену, которая живет у Климмеров, я немного поговорила с ним наедине… - И? Он заядлый игрок на саксофоне или мечтает прокатиться на ездовых собаках по Аляске? – прерываю я ее, пуская в пляс мистера Тедди на своем животе. - Нет. У него модель железной дороги… Мне стыдно, и я сознаю, что вообще-то поступаю не красиво, но просто не могу удержаться и начинаю смеяться. Вместе с мистером Тедди я катаюсь по кровати Елены, пока она обиженно смотрит на нас. Ее строгий взгляд заставляет меня остановиться. - Модель железной дороги? О, круто! – с наигранной двусмысленностью выдыхаю я, преувеличенно медленно облизываю губы и слегка потягиваюсь. – Гм, как думаешь, может, у него есть приятель, который собирает почтовые марки? Это было моей страстной мечтой… Елена сердито швыряет джинсы на пол. - Я думала, ты мой друг… не каждому же дано быть тайным писателем… Я, конечно же, сразу понимаю намек, вздыхаю и, извиняясь, машу маленькой лапкой мистера Тедди. - Прости! – бормочу я голосом Тедди, и Елена снова усмехается. - Ты такой дурак, Тоби! - Знаю! Вот только мне кажется, ты могла бы найти более хорошего, славного и симпатичного парня! Я и правда так считаю! Во всяком случае, она этого заслуживает. - Ах, Тоби… Мартин очаровательный и милый! Когда мы разговаривали, он с таким увлечением и пылом говорил о своем хобби. Он рассказал, что давно коллекционирует, что все смастерил и построил сам, и что он еще собирается сделать, о чем мечтает! - О железных дорогах? - я не могу скрыть насмешку в голосе. - Да, о железных дорогах! – Елена строго смотрит на меня. – Но речь, вообще-то, не об этом. Намного важнее, как он о них говорил - так свободно и счастливо. Она мечтательно улыбается. Я представляю их обоих, в прохладном полуподвальном помещении. Он - высокий и худой, она - маленькая и пухленькая. За ними огромный стол с моделью железной дороги. Я усмехаюсь. Но вообще-то мило… - Ну тогда давай посмотрим, как нам заставить свистеть локомотив твоего маленького машиниста… Я стремительно вскакиваю и тянусь к джинсам, которые Елена бросила на пол. - И почему каждое второе предложение, слетающее с твоих губ, звучит как-то пошло? Я нагло ухмыляюсь и выуживаю новый черный топ из упаковки H&M. - Надевай! - Нее! - Да! – это приказ. Елена ворчит и недовольно вырывает топик из моих рук. В дверь стучат. - Войдите! В дверях возникает Алекс. Мое сердце стучит, бьется, колотится. - Сколько вам еще надо времени? Мы хотим через полчаса выйти, - его голос звучит нейтрально, невозмутимо, почти равнодушно. - Полчаса достаточно! – тихо отвечает Елена и потом быстро смотрит в мою сторону. Я довольно поздно замечаю, что, похоже, ждут моего согласия. - Да, хорошо! – быстро хриплю я. - Отлично! – Алекс закрывает за собой дверь. - Все в порядке? – Елена осторожно ищет мой взгляд. Мне сперва приходится сглотнуть: в горле пересохло. - Да, конечно! У меня была неделя, чтобы свыкнуться с ситуацией. Я переспал со своим сводным братом, признался в любви и получил однозначный отказ. Но я уже почти все осмыслил, правда… Первые два дня я старался не попадаться ему на глаза, что было совсем не просто, потому что дом в это время, казалось, как-то уменьшился в размерах. Мы натыкались друг на друга просто повсюду: на кухне у холодильника, в гостиной у телевизора, в коридорах, на лестнице, в подвале у стиральной машины, в саду у бассейна и, конечно, каждое утро, день и вечер в столовой. Это чрезвычайно странное чувство - сидеть напротив кого-то и изображать «семейную идиллию», когда еще четко помнишь каждый вздох и громкие, полные желания стоны другого! Мне пришлось срочно брать себя в руки, иначе я бы просто перепрыгнул через стол и накинулся на него… так сильно хотелось почувствовать вкус его губ. Однако не думаю, что Йоахим и Беттина посчитали бы это таааакой уж замечательной идеей. Итак, я молча оставался сидеть на своем стуле, ковырялся в еде, пытаясь как можно реже отрывать взгляд от своей тарелки. Но как бы я ни старался, у меня не получалось не обращать на него внимания. Его смех, когда он дурачился с Эммой и Тимми, его блестящие белые зубы, серые сияющие глаза, милые ямочки на щеках… Он положил в рот шоколадный пудинг… медленно облизал ложку… чуть виден его язык… Господи, я чуть не умер! - Тоби, ты меня вообще-то слушал? – Йоахим недовольно сверкнул глазами. Все головы повернулись в мою сторону, и я от неожиданности потупился. - Да, конечно, слушал! – промямлил я, покраснев. - Ах так, и что же я только что сказал? - Ты сказал, что вы хотите отправить Марию в монастырь. - Я просто пытался угадать. Мария сердито фыркнула и пнула меня под столом ногой. - Очень смешно! – с серьезным выражением лица Йоахим зачерпнул ложкой десерт. - Я тебе только что предложил пойти с нами, когда мы с Эрвином в следующий раз соберемся на рыбалку! Там ты и сможешь перед ним извиниться! У меня комок подступил к горлу! Значит, отец хочет, чтобы я извинился перед Полманном? За что? За мое поведение? За то, что я сказал? Я спросил себя, знает ли Йоахим, ПОЧЕМУ я повел себя подобным образом. Похоже, он так ничего и не понял. Или, возможно, не хотел понять! Я не отвечал, молча разглядывая свой пудинг. На этом, похоже, тема «пикши» для моего отца была закрыта. Как я себя при этом ощущал, конечно, никого не интересовало! Гм, тем не менее, он предложил, и мне необходимо на что-то решиться. Начало, да? Так что я сдерживал все возражения, подавлял в себе приводящие в замешательство чувства. Что сказал Марк? Я должен понять, терпеть и сделать первый шаг?! Гм, ладно! Я же послушный мальчик, который прислушивается к рекомендациям и добрым советам своих друзей! Так точно! А советов я получил целую кучу. Не только относительно Йоахима и семьи, нет, кое-что и по поводу Алекса - каждый сказал что-то умное. «Соблазни его! Нет, правда, парень хочет тебя, он просто этого еще не понимает, но ты очень быстро можешь изменить ситуацию…» - это Вивьенн, понимающая мужчин женщина-вамп, убеждена в том, что секс – идеальное оружие! «Напиши ему письмо, нет, еще лучше – стихотворение! Или запиши ему на диск романтические песни о любви, вот, «I´ll always love you» Уитни Хьюстон, например…» – это Инге, безнадежно романтичная и вечно одинокая. «Ты должен игнорировать его, будь абсолютно холоден, безразличен, как будто тебе на него плевать, а потом, когда он на коленях будет умолять тебя о внимании - раз, и он твой!» - это Тина, шесть месяцев назад таким образом пыталась соблазнить парня из моего бывшего класса… а он думал, что она ненавидит его! «Он не хочет отношений? Вот как? Не грусти! Иди, развлекись! Кругом столько сладких задниц…» - это Дженс, сексоголик, считает моногамию болезнью. «Эх, старик, никакого плана… э, все же спроси его, не хочет ли он с тобой пойти поесть пиццы…» - это Марио, совсем сбит с толку этой ситуацией. «Что это вообще за парень? Спит с тобой, а потом опускается до дешевых отговорок. Ну и эгоистичная задница! Забудь его, ты заслуживаешь кого-то получше!» - это Ману, и парой слов не перекинулся с Алексом, а уже терпеть его не может. «Если ты чувствуешь себя одиноким, могу посоветовать прекрасный чат, называется «Одинокие сердца» - это Армин, компьютерный фрик, верит в виртуальную любовь. «Я в тебе разочарована, Тоби! Ты не можешь подстраивать свою жизнь под какого-то парня! У тебя нет других увлечений?» - это моя эмансипированная бабушка, она очень огорчалась, что я не родился девочкой. «Ох, бедный малыш! Это точно как в том фильме… гм, как же его название… с этим красивым актером, блондином … ах, не могу вспомнить имя» - это Янош, для каждого случая у него есть подходящая цитата из фильма. «Если тебя все это так расстраивает, попробуй йогу, в конце концов!» - это Калле, верит в альтернативные формы жизни и убежден, что во всем виноваты капиталисты. «Кто знает, возможно, и самого Алекса очень смущают и сбивают с толку его чувства! Ему надо время, уверенность и покой!» - Уве, понимает всех и каждого. «Гм… может, хочешь кексик?» - Людвиг, не знает, как меня утешить, и поэтому пичкает сладостями. «Тобичка, не дай разбить себе сердце! Сердца срастаются очень тяжело. Ты так молод, наслаждайся жизнью. Весь мир у твоих ног, воспользуйся своим шансом! И шансов будет еще много, и в любви тоже!» - моя мама-оптимистка, уверена, что нет ничего более прекрасного в этом мире, чем свобода, и не может представить, что я бы с удовольствием связал свою жизнь с одним человеком. «Нельзя заставить человека любить! Даже если ты не можешь понять его страхи и чувства, для него они важны. Он принял решение, и неважно, нравится оно тебе или нет, ты ничего не можешь изменить, ты должен это принять» - Марк, как всегда прав… К концу этой недели я уже жалел, что вообще рассказал им о нас с Алексом. Моя бедная голова болела, и я уже был просто в невменяемом состоянии. Они все желали мне добра, и, безусловно, в каждом их совете была доля истины, но я слишком устал, чтобы из всех этих мудрых высказываний выбрать подходящее для себя. И, кроме того, еще были и покалывание в моем сердце, и спазмы в животе, и множество ярких воспоминаний в голове… Он что-то почувствовал той ночью… его взгляд, когда он со мной занимался сексом, его взгляд, когда я ему сказал, что влюблен в него… в нем что-то было, что-то есть… - Прекрати постоянно одергивать свой топик! – Я хватаю Елену за запястье и отвожу ее руку от черной тряпки, с которой она возится уже минут пять. - Он плохо сидит! – ноет она. - Ерунда, он сидит отлично! Елена, ты классно выглядишь! И это действительно правда. Топ ей очень идет, ее черные волосы красиво подстрижены, щеки светятся нежно-розовый румянцем, и в глазах горит надежда. Я надеюсь, она не разочаруется. Мы стоим рядом друг с другом в холле перед большим зеркалом. Оба одеты с иголочки и ужасно взволнованы. Елена - потому что скоро опять встретится с парнем своей мечты, а я - потому что весь вечер смогу видеть Алекса и познакомлюсь со своими новыми одноклассниками. - Елена, а что бы ты подумала, если бы сегодня увидела меня в первый раз? – Я встаю перед ней, делаю вид, будто только что вошел в переполненную комнату и медленно осматриваюсь. - Я бы, наверное, подумала: что это за милый симпатичный парень! - Нее, Елена, серьезно… - Я серьезно, ты всегда производишь хорошее первое впечатление! Хуже становится, когда люди с тобой немного пообщаются… - она смеется, и я надуваю губы. - Дошло уже, сегодня вечером не болтаю чепухи, - тихо бормочу я. - Можно эту мысль повторить для меня еще и в письменном виде? – Алекс несет свою куртку под мышкой и поигрывает в руке ключами от автомобиля. Черный пуловер обтягивает его сказочный торс, подчеркивая стройную спортивную фигуру, а чистая кожа кажется еще более бледной. Светлые волосы обрамляют прекрасное лицо, его аромат так опьяняет рассудок, что мне хочется петь и танцевать. Но мне нельзя танцевать! Мы же не в мюзикле, в конце концов. Хотя, это было бы определенно очень весело. Я представляю, как Йоахим утром целует Беттину, а потом, напевая, едет к своим акциям. Я слегка усмехаюсь своим мыслям. - Ой-ой, ну вот опять… не мог бы ты сегодня хоть чуть-чуть придержать своё остроумие? Я закатываю глаза и насмешливо осматриваю Алекса снизу доверху. - Ты боишься, что я могу тебя опозорить перед друзьями? Право же, Алекс, ведь нет ничего такого, что бы я мог им про тебя рассказать и что бы их действительно шокировало, да? – нахально усмехаясь, не остаюсь я в накладе. Алекс приподнимает указательным пальцем мой подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза. - Будь хорошим мальчиком, Бэмби, и не передергивай! – его тон угрожающий, но я не обращаю на это внимания – меня слишком сильно отвлекают серые глаза. - Так, все! Мы можем ехать! – Мария гордо спускается по лестнице, нервно обмахиваясь руками. - Боже, ненавижу торопиться. Мои волосы плохо уложены, туфли совсем не подходят к сумочке и лак для ногтей еще не высох. Дерьмо! Она, конечно, как всегда преувеличивает. Мария прекрасно выглядит! Как одна из топ-моделей Хайди Клум. Можно было бы даже представить, что она только что сошла с какого-то подиума, чтобы побыть с нами, низменными простыми смертными… Я замечаю разочарование Елены. Что же ещё ощущать, если тебе всегда отводится роль гадкого утенка? Я быстро обнимаю ее и дарю ободряющую улыбку. - Помни о том, какое будет у Мартина лицо, когда он увидит твой подарок! – тихо шепчу ей на ухо. Она быстро улыбается мне в ответ, потом снова смущенно смотрит в пол. - Вы уже уходите? - Мы вчетвером оборачиваемся. Беттина и Йоахим стоят в дверях. – Тогда желаем вам хорошо повеселиться и будьте осторожны, - улыбается Беттина. - Да, и не забудьте передать Климмерам привет от нас, - напоминает Йоахим. Алекс кивает за всех, потом берет сестру за руку и тащит в сторону двери. - Елена, Тоби, у вас есть ключи от дома? - быстро спрашивает Беттина, прежде чем мы успеваем улизнуть. - Я имею в виду, Мария останется у Яны, а Алекс будет ночевать у Ани… Ух, удар ножом… прямо в сердце! Моргнув, я пытаюсь поймать взгляд Алекса, но он целенаправленно смотрит мимо меня. - Да, у меня есть ключи, - робко бормочет Елена. На этом успокоившись, Йоахим и Беттина отпускают нас на свободу, еще немного помахав у входной двери, прежде чем ее закрыть, и я излишне агрессивно поворачиваюсь к Алексу. - Просто замечательно! И как, ты думаешь, мы с Еленой должны добираться до дома, если ты будешь трахаться со своей лахудрой, идиот? Все трое удивленно смотрят на меня. Я понимаю, что устраиваю здесь крайне неприятную сцену ревности, но что я, скажите на милость, могу поделать? Мой желудок так болезненно сжимается, что просто хочется кричать. - Я, конечно же, довезу вас до дома. Успокойся, Бэмби! – как обычно холодно отвечает Алекс, не обращая внимания на мою слишком бурную реакцию. Я чувствую себя ужасно глупо, но не подаю вида и, задрав голову, обиженно шагаю мимо него в сторону гаража. - Открой! – задиристо говорю Алексу, потянув дверцу машины. Он закатывает глаза и, нажав на кнопку, открывает центральный замок; фыркнув, я забираюсь внутрь. Елена садится рядом со мной. Она лишь смотрит на меня, не говорит ни слова. - Даааа, я знаю! – вздохнув, я ищу ремень безопасности, пытаясь спрятать свои покрасневшие щеки. Я ревную! Ревную к этой тупой девке! Даже ее имя выводит меня из себя. АНЯ. Совсем по-детски и несправедливо, но я ничего не могу с этим поделать… К тому же я не знаю, пожалуй, другого чувства, которое ощущалось бы так же противно и низко, как ревность. Ревность горит в сердце и бушует в животе. Из-за ревности говоришь глупости дрожащим и злым голосом, становишься гадким и сам себя еле переносишь. Самое ужасное, сам все понимаешь, но справиться с собой не можешь. - Подвинься, слизняк! – Мария дергает дверцу машины и грубо отпихивает меня в сторону. - Ай, что такое, почему ты не садишься спереди? Твоему брату требуется так много места для своего Эго? Я слышу, как он фыркает. - Нет, для его подружки, и подвинься ты, наконец. - Что? - Нам надо еще заехать за Аней… - спокойно объясняет Алекс. Я ничего не говорю. Елена незаметно гладит мою руку, а я, замерев, смотрю вперед. Мария рядом со мной все время теребит свое платьице. - Ай, ты сел на моё платье и смял его, - шипит она зло. - Ай, ты сел на моё платье и смял его, - передразниваю я ее. - Заткнись! – она щиплет меня. - Заткнись! - Прекрати! - визжит она. - Прекрати! – пищу я. - Алекс, он все за мной повторяет! – завопив, она ищет помощи у старшего брата. - Алекс, он все за мной повторяет! - Блин, народ, заткнитесь! Я вас сейчас вышвырну, и пойдете пешком! – нервно орет нам Алекс. Мария, надувшись, утихает, и я показываю ей язык. Потом мы молчим. У меня настроение сейчас - хуже некуда. Я снова хочу к Норезунд и Фредди, хочу обнимать мистера Тедди и смотреть DVD. Насупившись, придвигаюсь поближе к Елене, слегка прижимаюсь к ней и шепчу: - Я делаю это только для тебя! Она ободряюще улыбается мне. - Кто знает, возможно, это все же будет чудесный вечер… - Думаешь, Мартин разрешит мне покататься на его железной дороге? – я злю ее, и получаю за это сильный тычок в бок. Алекс едет несколько минут по поселку, потом мигает фарами и останавливается у огромного дома, пугающе похожего на наш. Он сигналит трижды. - Шарман! - не могу удержаться я. - Так договаривались! – шикает он и быстро бросает на меня предостерегающий взгляд. Я больше ничего не говорю, разглядываю свои ногти, пытаясь побороть горящее в моем сердце чувство ревности. Слышу цоканье каблуков по мостовой, потом открывается пассажирская дверь. Звучит звонкое радостное «Привет!». Она плюхается на сидение, дверь закрывается, звук чмоканья и его низкий голос: - Привет! Я на грани приступа клаустрофобии и взволнованно потираю влажные руки. Елена осторожно касается моего колена, пытаясь меня успокоить. - Привет! – ОНА поворачивается к нам, улыбаясь. Я не вижу улыбку, но слышу ее в голосе. - Привет! – тихо говорит Елена. - Гм! – хором мычим мы с Марией. Аня отворачивается, оставляя за собой сильный аромат духов. Я даже не могу сказать, чем пахнет ее парфюм. Там есть ваниль и что-то с розами… Не представляю даже! - У них плохое настроение! – тихо объясняет Алекс своей подружке, извиняясь за наше невежливое поведение. - Ага! – с пониманием говорит она и радостно ему улыбается. Алекс заводит мотор, отъезжает и включает вторую скорость. - Ты взял подарок, дорогой? – Аня пристегивается и начинает искать в своей маленькой дамской сумочке блеск для губ. - Нет, его Том принесет! - тихо отвечает «дорогой». - Хочу посмотреть на лицо Мартина, когда он его увидит, - она смеется. - Гм! Мы едем прямо, сворачиваем налево, сворачиваем направо. Я вижу дома, которые еще не видел; церкви, в которых я еще не был; парки, для меня совсем незнакомые… Я вижу руку Алекса на рычаге передач, пальцы Ани, которые снова и снова касаются его руки. Я вижу, как она ему что-то рассказывает, смеясь, он поворачивает голову, чтобы посмотреть на нее, кивает, улыбается… Это же нечестно! Я больше не сержусь и не обижаюсь… я просто очень сильно грущу! Я бы хотел сидеть там впереди вместе с ним, смеяться, что-то ему рассказывать. Я хочу быть вместе с ним… - Мария, а из твоего класса будет много народу? – Аня снова оборачивается к нам, но смотрит не на мою сестру, а изучает меня. - Несколько человек, - тихо бормочет Мария. - Ага, прекрасно! – Аня все еще рассматривает меня. Я больше не могу игнорировать ее взгляд. Вздохнув, встречаюсь с ней глазами. Она симпатичная: длинные темные волосы гладко причесаны и блестят в свете фар проезжающих мимо машин. Она не сильно накрашена, а светлые джинсы и белый топ не выглядят дорого или супермодно… Дерьмо! Если бы она была расфуфыренной шлюшкой… - Прости, пожалуйста, я знаю, мы уже как-то раз виделись, но я не запомнила имя. Напомнишь мне еще раз, как тебя зовут? Мне требуется время, чтобы найти силы ей ответить. - Его зовут Слизняк! – быстро встревает Мария, когда я как раз собираюсь представиться. Аня насмешливо переводит взгляд с одного на другого. Я вздыхаю: - Вообще-то, меня зовут Слизень Слизеньковский, Слизняком меня могут называть только близкие родственники! Я щипаю Марию за бедро, и она взвизгивает. Аня смеется. - Меня зовут Тоби, - быстро добавляю я в качестве объяснения, прежде чем повернуться к Марии, чтобы не дать ей вцепиться в мои длинные волосы. - У тебя такие милые родственники, - усмехается Аня. - Хочешь таких? Могу подарить обоих! Аня снова смеется, а мы с Марией закатываем глаза. - Там, впереди! – вдруг Елена хватает меня за руку. Я чувствую, как она взволнована. Из-за ее нервозности я пытаюсь взять себя в руки. Я ведь пошел сюда ради нее и хотел бы ей помочь… - Все в порядке, милая! Расслабься! – улыбаюсь я ей. Вилла перед нами ярко освещена. У ворот припарковано множество машин. Эта «маленькая вечеринка», кажется, не такая уж и маленькая. Алекс находит свободное место. Мы выходим. Нас встречают музыка и смех, мимо разноцветных надувных шаров гости проходят к входу, дверь открыта. - Ну… - я беру Елену за дрожащую руку и иду вперед. - Пока! - шипит Мария, проходя мимо - похоже, она заметила подружку. - Будь осторожна и много не пей! – кричу я ей вслед. - Да, мамочка! - кивает она и исчезает. Мы с Еленой медленно идем за ней следом. Пройдя несколько метров, я замечаю, что мы одни. Я оборачиваюсь. Алекс стоит, прислонившись к Даймлеру, в уголке рта тлеет сигарета, Аня стоит вплотную к нему и что-то шепчет ему на ухо. - Ну что? Вы идете? Алекс поднимает взгляд, смотрит мне в глаза. - Мы ждем Тома и остальных! Я сглатываю. Ее рука лежит на его плече, она наверняка чувствует тепло его тела сквозь темную джинсовую ткань. Она может чувствовать его запах… Запах, который я узнаю из тысячи… Нас сейчас разделяет, наверное, метров пять-шесть, и все же у меня чувство, что я сойду с ума, так сильно мне его не хватает. Елена пожимает мне руку. - Пошли! – она мягко, но решительно тянет меня дальше. - Не оборачивайся! – шепчет она, и я делаю то, что она говорит, и тупо пялюсь на открытую входную дверь.