Хаос-Принц

Алекс целует меня. Горячо и настойчиво. Он склоняется надо мной. Его губы скользят по шее, посасывая кожу. Я беззастенчиво постанываю. Мои руки скользят по его голой спине… горячая кожа, крепкие мускулы… я считаю пальцами позвонки, прижимаю его к себе. Мы оба обнажены! Прижавшись друг к другу, мы катаемся по простыне. Тяжело дыша от возбуждения. Шелковистые прядки волос падают ему на лицо, когда он снова оказывается надо мной. Они щекочут мои щеки, лоб. Он опять целует мою шею… Его язык, щекоча, лижет кадык. Я судорожно хватаю ртом воздух. Он медленно проводит языком по моему подбородку, потом по губам, вдоль скулы… Гм, прекрасно, но чуть-чуть поменьше языка и побольше губ было бы неплохо… Я немного смущенно хихикаю… Мое лицо уже совсем мокрое… противно! - Гм, нет, перестань-ка… - Я пытаюсь слегка оттолкнуть его от себя, но он продолжает беспрерывно лизаться. Теперь его язык касается моего носа, и я брезгливо взвизгиваю. Это же совсем неэротично, да? И как-то… странно! Что на него вдруг нашло? Я дергаюсь и отбиваюсь, как только могу, а потом… открываю глаза. На меня смотрят два круглых черных глазика, и щеки сразу же касается мокрый шершавый язык. На моей груди сидит нечто, которое, пожалуй, обычно называют собакой. Крохотная чихуа-хуа таращится на меня своими слишком большими для такой маленькой головки глазами. Я растерянно моргаю. Эй! Кажется, я что-то пропустил. Я еще сплю? Или мое воспалённое сознание дошло до того, что уже и в бодром состоянии шлет странные образы? - Доброе утро, Тоби! Я испуганно вздрагиваю, так что маленькая собачка скатывается с моей груди. Она обиженно взвизгивает и отпрыгивает на другой конец Норезунд. - Не прыгай, Бьюти! Тут слишком высоко для тебя! – пронзительно визжит высокий девчачий голос. Я тру заспанные глаза и вижу симпатичную девочку с блестящими темными локонами, бегущую к Норезунд. Она хватает собачку, предотвращая попытку самоубийства. Гм, могу понять животное: от такого писклявого, похожего на сирену голоса у меня тоже появляется сильное желание сброситься с Норезунд… Сажусь на кровати, уставившись на девочку. - Кто ты, мать твою, такая? - растерянно спрашиваю я. Она краснеет, остановившись взглядом на моей голой груди. Поскорей натягиваю одеяло немного повыше. - Это моя подруга Алина! Я быстро поворачиваю голову. На моем диване сидит Мария, рядом с ней Гвен и Яна. Алина семенит со своей ужасной собачонкой на руках к этим двоим и плюхается на диван. Они завороженно смотрят на меня. Я растерян! И ужасно смущен! Слов не нахожу! - Мы уж думали, ты никогда не проснешься! – абсолютно невозмутимо заявляет Мария и протягивает Алине чашку кофе. Она сажает Бьюти на колени и гладит по слишком большим ушам. Я все еще сижу с открытым ртом. - Тебе снилось что-то приятное? Ты во сне то и дело стонал! – усмехается Мария. Я не обращаю внимания на ее комментарий, как и на хихиканье обеих девчонок. - Что вы тут делаете? – очень тихо рычу я и пристально смотрю в глаза Марии, ни разу не моргнув. - Я рассказала девочкам, что ты гей! – она торжествующе смотрит на меня. У Яны и Алины краснеют щеки. ЧТО? - Ты врываешься ни свет ни заря в воскресенье в мою спальню с совершенно незнакомыми людьми, чтобы поглазеть, как я сплю… и только потому, что я гей? – По-прежнему пристально смотрю на нее. У нее точно не все дома, совсем не дружит с головой! Вероятно, в детстве ею сильно приложилась. Пары винтиков не хватает, явно… Черт! У меня сейчас кончатся даже грубые оскорбления… - Во-первых, уже половина второго, во-вторых, ты уже знаком с Яной, и в-третьих, мы не собирались смотреть, как ты спишь… нам нужна твоя помощь! - Мария невозмутимо отпивает кофе. Я тереблю волосы. - Вторгаться в личное пространство человека и вырывать его из сна – не всегда самый верный способ попросить его о помощи! – раздраженно бормочу я. Мария невозмутимо пожимает плечами и запихивает в рот печенье. Мне хочется ее убить! - Мы тоже хотим пойти на вечеринку к Тому! – наконец признается она. - Ага! – говорю я совсем равнодушно. - Ты должен нам помочь уговорить Алекса. - Я ДОЛЖЕН? Мария надувает губки, пару раз хлопает длинными ресницами и сильно кивает. - Да! - Почему? Законный вопрос, правда? - Потому что ты мой гомосексуальный брат! Эээ? Яна восхищенно хлопает в ладоши. - Это тааак мило, Мария. Я тебе жутко завидую! – Она смотрит на меня сияющими глазами. - Да, я бы тоже хотела иметь брата-гея! – взволнованно пищит Алина, при этом ее крохотная собачка начинает скулить. - Вы можете все время болтать о парнях и вместе ходить по магазинам, - быстро вставляет Яна. - А потом вечером есть сколько угодно шоколада и смотреть «Секс в большом городе», - добавляет Алина. Они восторженно пялятся на меня. Я недоверчиво приподнимаю бровь. - Я не живой аксессуар и не символ статуса, как твоя смешная животинка. Я человек! И мне очень жаль разочаровывать вас в ваших стереотипных предрассудках, но я не буду ходить с вами на педикюр, мне чаще всего плевать на свою прическу, и я представления не имею, какие цвета являются трендом будущей весны! – Мой голос становится немного громче. Эти глупые маленькие бабы жутко бесят. Я сердито смотрю на Марию. Яна и Алина выглядят глубоко обиженными и пристыженно изучают свои чашки с кофе. Мария же даже бровью не повела. Она серьезно смотрит на меня. - Не впадай в истерику, примадонна! Я не собираюсь посягать на твое извращенное эго! Все, чего я хочу, чтобы мы держались друг за друга и были заодно! - Заодно? Против чего или кого? – растерянно прищуриваюсь я. - Алекса! – говорит она с озадачивающей меня непосредственностью. - Мы не должны все время с ним считаться! Я кривлюсь при каждой фразе, и лучше не буду ей говорить, что Алекс может со мной делать все, что захочет… - Он думает, что самый главный только потому, что полуобезьяны из вашего класса бегают за ним, как шелудивые псы! – Ух ты, с такой манерой выражаться она еще и мне составит конкуренцию! - Вообще-то, у меня нет проблем с Алексом, - вяло возражаю я. Тайный секс, припадки ревности и острые приступы желания ведь не проблемы, да? Гм, это же почти как в «Сексе в большом городе»… - Ну и чудесно! Если ты так замечательно с ним ладишь, то сможешь замолвить за меня словечко! – Мария коварно усмехается. У меня нет никакого желания впрягаться в ее дела. - Мария, я не знаю, что там между вами происходит, и честно говоря, мне на это глубоко плевать! Я не хочу быть втянутым в ваши споры. Не хочу попасть между двух огней. Вы прекрасно разберётесь сами! – убежденно киваю я. Мария встает и подходит ко мне. Опускается на Норезунд, умоляюще заглядывая мне в глаза и снова надувая губки. Впечатляет, как всего за несколько минут она который раз меняет тактику, играет с разными эмоциями и аргументами до тех пор, пока не подберет правильный ключ и не поставит жертву на колени. Чтобы так уметь, нужны годы тренировок! - Тебе и не надо по-настоящему вмешиваться. Я лишь прошу поговорить с ним. Он послушает тебя, уверена, ты сможешь его уговорить! – подлизывается она, улыбаясь. О боже, было бы хорошо. Я вздыхаю. Я не смог его уговорить остаться со мной ни сексом, ни откровенным признанием в любви, - и если это не сокрушительные аргументы, то других я не знаю. - Ну хотя бы попытайся, пожалуйста! – она смотрит на меня огромными глазами. - Я не знаю… - неуверенно мямлю я. - Если ты мне поможешь, то я тоже помогу тебе! Рука руку моет! Она протягивает мне свои идеально наманикюренные пальчики. - Как, скажи на милость, ты хочешь мне помочь и чем? – я слегка усмехаюсь. - Я подыщу тебе друга! ЧТО? Вздохнув, я закатываю глаза. – Спасибо большое, но мне не надо никакого друга! - У тебя уже есть? – Алина взволнованно взвизгивает. - Нет! – холодно говорю я. - Да брось ты, - Мария недоверчиво прищуривается, - ведь каждый хочет друга! Мы подготовили список возможных кандидатов. Большинство парней ходят в нашу школу. Некоторые уже официально признались, остальные пока отпираются… - Она поднимается и берет лист бумаги, до этого лежащий на журнальном столике. На этом листке Мария написала своим четким, красивым женским подчерком, наверное, имен двадцать. - А вот мой фаворит, - ухмыляясь, говорит она и показывает на имя, рядом с которым нарисовано большое красное сердечко. Андре Шваровски. - Он ходит с нами в один класс. О, это самый милый мальчик на свете. Он такой хорошенький, что я готова расплакаться от умиления, когда его вижу! – Яна мечтательно склоняет голову. Я смотрю то на листок, то на Марию. Не знаю, смеяться мне или умиляться, чувствовать себя одураченным или польщенным, вышвырнуть их нафиг или все же посмотреть с ними «Секс в большом городе»… Взгляд Марии твердый и решительный. Она не прикалывается! - Спасибо вам за помощь, это действительно… ээ… мило! Но я прекрасно обойдусь без всякого сводничества и… подожди-ка, это ведь Том? - я взволнованно указываю на имя, которое внезапно бросается в глаза и кажется достаточно знакомым. Том Краузе. - Да! Том тоже имеет дело с парнями. Правда, он не любит обязательств… - Мария сперва равнодушно кивает головой, но потом с любопытством смотрит на меня. - Том тебе нравится? - Что? Нет… то есть он мне нравится как человек, но не больше! – поспешно добавляю я. На короткий миг я представляю себе, что же будет делать Алекс, если мы с Томом, держась за руки, прогуляемся по школьному двору, с улыбкой объявляя, что ни с того ни с сего влюбились друг в друга. Гм, наверное, он прослезится от умиления и пожелает нам обоим всего самого лучшего. И на новоселье в нашей первой совместной квартире он подарит нам кухонный комбайн со встроенным будильником. А на нашей свадьбе он будет свидетелем и расшвыряет вокруг себя цветы, и в благодарность за его эмоциональную поддержку и участие мы назовем маленького негритенка, которого возьмем из африканского приюта, в его честь: Александр! И будем мы жить долго и счастливо, пока смерть не разлучит нас! Чудесная фантазия… и совсем нереалистичная! - Не, Том и я - об этом можешь сразу забыть! – еще раз очень настойчиво говорю я. Мария снова бросает взгляд на листок. - Ничего не поделаешь, но у нас все еще большой выбор! Как тебе Кевин? Он на год старше тебя, в этом году сдает выпускные экзамены и вообще-то отлично выглядит. Тебе же не помешает, что он шепелявит, правда? Я со стоном падаю на спину и пытаюсь натянуть на голову одеяло. Не выходит, Мария все еще сидит на нем. - Так, ладно, если я пообещаю, что поговорю с Алексом, то ты пообещай, что в будущем оставишь меня в покое со своим сватовством. Мария колеблется. Потом тянется к моей протянутой руке и трясет ее. - Договорились! Но вы с Андре стали бы очень милой парочкой. Я усмехаюсь и довольно неделикатно спихиваю ее с Норезунд. - Да-да, уже понял… так, а теперь я бы хотел встать и умыться. К сожалению, должен вас выставить вон… Алина и Яна берут свои чашки, печенье и тявкающий комочек собаки и несут все это к люку. Мария идет следом. - Ты поговоришь с Алексом? – она смотрит мне в глаза. Я киваю. - Прямо сейчас? - Можно мне сперва принять душ? - Но потом… - Потом мне надо подстричь бороды всем семерым гномам, узнать для королевы имя Румпельштильцхена*, помочь ведьме напечь новых пряников для ее домика и принести принцу садовые ножницы, чтобы он смог спасти свою Спящую красавицу, а потом… потом у меня наконец будет время, и я поговорю с твоим братом! - Я топаю мимо нее в сторону ванной. Она бросает на меня ехидный взгляд и спускается следом за Алиной и Яной по крутой лестнице. Люк в полу закрывается за ними. На ходу стянув боксеры, я забираюсь в душевую кабинку. Это было все же странно, да? Я действительно не знаю, что и думать об этом утреннем визите. Понятно, что вообще-то это довольно-таки наглая акция. Я имею в виду, что если бы я притащил с утра пораньше в комнату Марии Дирка, Яна, Тома и еще пару парней из нашего класса, и мы бы потом стояли, глупо ухмыляясь, вокруг ее кровати… ой-ей-ей, что бы было! Я тихо смеюсь, представляя, как ненакрашенная Мария в розовой пижаме в обнимку с большим плюшевым медведем раскрывает сонные глаза и смотрит прямо в лицо половине компании ее брата. Наверное, стоит все же как-нибудь попробовать… Гм, но, вообще-то, не имеет смысла сильно грузиться. Я абсолютно зря беспокоился. Она не помчалась к папе и Беттине, не растрепала всем вокруг, что я гей! Ну, вполне очевидно, что она сказала своим подружкам, но похоже, потому что она… гм, да как-то показалось, что она обрадовалась моей гомосексуальности. Я и сам не могу себе объяснить почему, но это и не играет такой уж важной роли. Наверное, теперь она видит во мне, скорей, доверенное лицо - того, с кем можно поговорить, кто встанет на ее сторону. Я все еще не могу правильно оценить ситуацию, и непредсказуемость Марии не облегчает мне задачу. Но все же я расцениваю ее реакцию как положительный знак, и остается лишь надеяться, что в итоге не придется горько сожалеть. Я мокрым выбираюсь из душа и в одном полотенце, пошатываясь, возвращаюсь в комнату. На незастеленной кровати по-прежнему лежит исписанный Марией листок. Усмехаясь, я качаю головой, беру его и собираюсь выбросить в мусорное ведро. Но потом замираю. Гм! Я бросаю взгляд на перечисленные имена и снова улыбаюсь. Я его сохраню, ну для потехи… кто знает, может, они мне пригодятся… У меня влажные руки. Я в отчаянии вытираю их о джинсы, еще раз провожу рукой по волосам и облизываю сухие губы. Потом стучусь в дверь, задерживаю дыхание и жду. - Да? – из-за массивной деревянной двери глухо раздается голос Алекса. Мое сердце громко стучит. Я волнуюсь. - Привет! – Застенчиво улыбаясь, я просовываю голову в дверной проем. Он лежит на кровати на животе и читает. Смотрит на меня через плечо. Его щеки становятся нежно розовыми. - Привет! – бормочет он. - Можно войти? – спрашиваю я хриплым голосом и откашливаюсь. - Да. Закрываю за собой дверь и подхожу к нему. Он снова смотрит в книгу. Михаэль Энде «Бесконечная история». Скинув с ног домашние тапочки, я осторожно заползаю на кровать. Он выглядит немножко смущенным, когда я ложусь рядом с ним. - В чем дело? – он испытующе смотрит на меня. Серые глаза пристально изучают меня. - Я только хотел… эм, просто… э, поболтать! – Я опять теряюсь. Вчерашний поцелуй был таким прекрасным, таким страстным и одновременно нежным. Уверен, что если бы Тимми не зашел в комнату, мы бы продолжили. Продолжили? Что, вообще-то? Целоваться? Возбуждаться? Сближаться, быть счастливыми, быть вместе? Но нас прервали. И что теперь? Теперь все снова по-прежнему. Нет, неправильно! Не по-прежнему, а в три раза сложнее! Я не понимаю его. Я не понимаю нас. Секс, держание за ручку, поцелуй в щечку, разговоры и теперь тисканье в детской близнецов… Это как в танце: один шаг вперед и два назад… Так мы ни к чему не придем… Я разглядываю черное атласное покрывало… гм, сексуально… - Бэмби? – он грубо толкает меня локтем в бок. - Если хочешь поспать, то лучше делай это в своей постели! - Но лучше я посплю вместе с тобой… - закусываю губу. Черт, вот обязательно всегда говорить именно то, что в данный момент вертится у меня в голове? Ох, Тоби! Супер тактика, скорее всего, ничего не выйдет. Я мог бы для разнообразия стать неприступным и загадочным, но нет, я кидаюсь ему на шею как втюрившийся по уши тринадцатилетний подросток… Он смотрит на меня огромными глазами. На секунду они будто вспыхивают, щеки Алекса снова розовеют, потом лицо становится замкнутым, он снова склоняет голову и утыкается в свою книгу. - Перестань надо мной смеяться и говори, что ты хотел! – бормочет он угрюмо. - Я не смеюсь над тобой! – поспешно заверяю его. Я сдвигаюсь еще немножечко ближе к нему и пытаюсь улыбнуться. - Нет, правда! Он поигрывает карандашом в правой руке. Я наблюдаю за этим. Мы молчим. Наши плечи соприкасаются. Мое сердце стучит. Я слышу его лёгкое дыхание. Так тихо, что боюсь что-то сказать. Я рад, что это он прерывает молчание. - Разве ты не хотел о чем-то поговорить? – тихо спрашивает Алекс. Да, есть огромное количество вещей, о которых я бы хотел поговорить с тобой. Я хочу тебе сказать, какой ты красивый, как сильно мне нравится, когда ты смеешься, какой ты милый, когда дуешься. Я хотел бы тебе показать, что твоя трогательная ранимость просто прекрасна, и что больше всего я хотел бы постоянно обнимать и целовать тебя… Ты совершенно удивительно целуешься, это я хочу тебе сказать… - Дело в Марии! - Да? – Он удивлен. - Она просила меня замолвить за нее словечко. Она бы очень хотела сегодня пойти на вечеринку, и, похоже, Том тоже не против, поэтому я не понимаю, почему ты так возражаешь! – быстро объясняю я. - Она не пойдет. – Он снова опускает взгляд и листает книгу. - Почему нет? И вообще, разве это не должны решать Беттина и папа? - Они переложили на меня ответственность и полагаются на мое мнение! – лаконично отвечает он. - Мне кажется, это совсем нечестно! – серьезно говорю я. Алекс вздыхает, закрывает книгу и смотрит на меня. - На вечеринки к Тому всегда приходят люди нашего возраста или старше. Он знаком с целой толпой народа через свою старшую сестру. Отмечают часто очень бурно, всегда много спиртного и иногда кто-нибудь приносит наркотики… Звучит, наверное, хуже, чем есть на самом деле, ведь еще никогда не случилось ничего серьезного, но это не важно. Я не хочу, чтобы Мария ходила туда. Она ведет себя так, будто уже настоящая «дама», но на самом деле она еще маленькая девочка – очень наивная и на нее легко оказать влияние. Я не хочу весь вечер бегать за ней. - Ты не преувеличиваешь? – спрашиваю я. – Она не маленький ребенок, и не больная на голову. - Я этого и не утверждаю, но… я… я просто не хочу, чтобы она там… - он упрямо смотрит на меня. - Гм! – Я глажу пальцем атласную ткань. - Но так дело не пойдет, Алекс! Я не считаю, что ее надо сажать под замок. И если кто и должен принять такое решение, так это ее родители, а не старший брат! Он открывает рот, чтобы возразить. - Алекс, ты не должен нести ответственность за всех и вся. Ты едва ли это можешь! Мария самостоятельный человек. Она достаточно взрослая, чтобы понимать, что делает. Если она совершает ошибки, то они только ее, а не твои! Я считаю, что это неправильно со стороны Беттины и папы все взваливать на тебя. Так же нельзя! – Я осторожно кладу левую руку на его предплечье. Он расслабляется, когда замечает, что я не упрекаю и не обвиняю его, а наоборот, так сказать, защищаю. - Я поговорю с ней, - тихо говорит он. – В зависимости от того, как она поведет себя во время разговора, мы посмотрим, как быть дальше. Но сегодня вечером она все же с нами не пойдет… - Хорошо! – Это все, что я смог сделать для Марии. Не тот результат, на который она надеялась, но, кто знает, может, она все же обрадуется… Как бы ни так! Кто бы думал! Ее благодарность более чем перешла все границы. Она орет на меня и ругается: я совсем ни на что не годен! Вообще-то, ее реакция не должна бы меня удивлять, но все же я немного разочарован. Я же выступил, в конце концов, и убедительно защищал ее позицию перед Алексом, но, видимо, ей этого недостаточно. Сердито топоча, выхожу из ее комнаты. Я ведь сразу после разговора с Алексом пошел к ней и проинформировал о новом положении вещей. Я покинул светловолосого мужчину моей мечты и мягкую постель, чтобы меня же и обругали… прямо как тот Счастливый Ганс, который поменял кусок золота на гуся, или это была корова? Гм, без разницы, - Мария и то, и то! Два часа назад я еще представлял себе, какими же чудесными могут быть наши отношения и вот… фиг вам! Оставшийся день я провожу с Еленой и близнецами в саду. Мы ищем гномов. Я как раз видел парочку вчера ночью под розовым кустом, по крайней мере о чем-то в этом роде я рассказываю Эмме и Тимми. Мы ползаем под зеленой изгородью, прячемся под кустами и носимся вокруг деревьев до тех пор, пока Марта не зовёт нас ужинать. Беттину и папу пригласили на праздничный ужин к друзьям, Мария все еще дуется в своей комнате, поэтому мы всемером садимся вокруг стола на кухне. - Бедная Елена! Ты наверняка тоже хотела бы пойти на вечеринку, да? – Марта бросает на Елену сочувствующий взгляд. Елена быстро кивает, но потом скромно добавляет: - Но это не так уж и страшно. Ничего не поделаешь, останусь дома. Тимми, Эмма и я посмотрим потом что-нибудь интересное на DVD, правда! Громкие одобрительные крики близнецов. - Вы вместе поедете к Тому? – спрашивает Карл Алекса и меня. - Да! – говорит Алекс. - Нет! – говорю я с ним одновременно. Мы смущенно смотрим друг на друга. - Ну, это вы, конечно, обсудили! – смеется Карл. - Я думал, ты поедешь со мной, - говорит Алекс, понижая голос, так чтобы его не расслышали остальные. - Я хотел, вообще-то, чтобы за мной заехал Мартин. Он сперва заберет Лену и потом все равно поедет мимо… - так же шепотом объясняю я. Алекс, кажется, действительно удивлен и… да, как-то разочарован. - Гм, ах так! – Он опускает взгляд и вяло копается в жареной картошке. Тайком наблюдаю за ним. Есть совершенно конкретная причина для моего решения сегодня не ехать вместе с ним: АНЯ! Я просто не могу! Я этого не вынесу! Мне уже вполне достаточно того, что они будут находиться со мной в одном доме, что она его, возможно, будет касаться и, наверное, целовать. Еще и видеть её – это больше, чем я могу вынести. Ее рука, которая тянется к его руке, его нежный взгляд, устремлённый на неё, их тела, сидящие, стоящие, лежащие рядом друг с другом, - да все равно… я же лопну от ревности! Я тоже разрезаю свой картофель на маленькие кусочки и на еще более маленькие, и на еще более-более маленькие, и на еще более-более-более маленькие… пока они не превращаются в кашу. Я больше не хочу есть. - Как ты собираешься ехать? Опять сперва заедешь за Аней или поедешь сразу к Тому? – Мой вопрос должен был, в принципе, прозвучать равнодушно и ужасно банально, но мне кажется, что голос слегка дрожал. Он смотрит на меня. Внимательно. Потом всё понимает. - Нет, Аня встречается с парой подружек. Так что я еду на вечеринку один… - его серые глаза пристально смотрят на меня. - Один… - Я все еще капаюсь в своем кашеобразном картофеле. – Тогда тебе наверняка будет скучно, да? Так что если хочешь… - Я сглатываю огромный комок неловкости, но не осмеливаюсь взглянуть на него. - Мы уезжаем ровно в девять! – Я слышу в его голосе усмешку. - Гм, хорошо! Так приятно и волнительно на душе. Уже некоторое время. Не знаю точно, когда появилось это чувство. Гм, наверное, около получаса назад. Да, скорей всего. Я сидел с Еленой в своей комнате. Она причесывала меня, а Гвен наблюдала за нами. Гм, да, по-моему, тогда это и началось. В тот момент я понял, что скоро останусь с Алексом наедине. Мы вдвоем в машине, и никто не мешает. Я взволнованно провел рукой по волосам, и Елена, раздраженно вздохнув, отвела мою руку в сторону и снова начала приводить в порядок мою прическу. Я представил себе, что могло бы произойти... Что было бы, например, если бы Алекс вообще не поехал к Тому. Если бы он проехал мимо его дома и затащил бы меня в укромное незнакомое место? Я в волнении покусывал нижнюю губу. Эта мысль мне нравилась. Заброшенная горная хижина где-нибудь у черта на куличках! Только мы вдвоем и бутылка красного вина. Он разжигает огонь в камине, потому что я немножко замерз, и потом мы ложимся на мягкую шкуру перед ним. Тепло, и скоро станет жарко… - Ай! Елена, извиняясь, улыбается и начинает расчесывать мои волосы немного нежнее. - Ты и твои мысли… - Она качает головой. С того момента стук сердца в груди стал лишь сильнее. И вот я дрожащей рукой открываю входную дверь и, нервничая, смотрю на него. Алекс стоит перед дверью, курит и ждет меня. Если пофантазировать, а я это умею - и не важно, проклятие это мое или благословение, - то можно представить, что он заехал за мной, чтобы забрать на первое свидание. Я усмехаюсь немного глупо и ожидаю чего-то вроде: «Рад тебя видеть!», «Я очень рад нашей встрече!» или «Ты сегодня просто замечательно выглядишь!». Конечно, он не говорит ничего подобного. Вместо этого протягивает мне раздавленный футбольный мяч. - Обычно приносят цветы, но это тоже прелестно. Спасибо! – Я беру старый кусок кожи в руки и нагло усмехаюсь. - Ха-ха! – Алекс закатывает глаза. – Тимми и Эмма оставили его здесь, и в темноте об него легко споткнуться. Занесешь в дом? Я поворачиваюсь и возвращаюсь в холл. Бросаю мяч или то, что от него еще осталось, рядом с лестницей. Он уже на полпути к машине. Я закрываю входную дверь, надув губы. Настоящий джентльмен открыл бы мне дверцу автомобиля и подождал, пока я сяду… мда, никаких манер, мой герой… Мы молча сидим рядом друг с другом. Я нервно перебираю пальцами. Чувствует ли он то же порхание в животе? Покалывание в пальцах, дрожь в руках и спине, биение в груди, гул в голове и жар… между ног… Если да, то надо отдать должное, по нему не скажешь. Он холоден и сдержан, как всегда. Хотел бы я хоть наполовину быть таким же спокойным, как он. - Ты ведь сегодня весь день провёл с Тимми в саду. Он, э… он что-нибудь говорил? – Я вздрагиваю от его хриплого голоса, перевожу на него взгляд, и мне требуется несколько секунд, чтобы докопаться до смысла его слов. - Он сказал, что никогда не будет есть дождевых червей. Даже если будет умирать от голода, – ухмыляюсь я. - Очень смешно, Бэмби. Ты прекрасно понимаешь, о чем я! – его голос звучит немного нетерпеливо. - Не переживай, Алекс! – вздохнув, я усаживаюсь глубже на сиденье и смотрю на черную дорогу. – Он проглотил наше, нет, лучше сказать, мое объяснение. - Мне кажется, ты воспринимаешь все слишком просто! – шипит он раздраженно. – Хотя Тимми всего пять, это вовсе не значит, что он дурак. Он понимает разницу между обычным поцелуем и… и… - он запинается и тяжело выдыхает. – Ты понимаешь, что я имею в виду, - тихо бормочет он. Да, конечно, я понимаю, что он имел в виду. Но все же я с удовольствием бы услышал окончание этого предложения. - С чего бы ему сомневаться в нашем объяснении. Он любит тебя и верит каждому слову, слетающему с твоих губ. Имей он какие-то сомнения, то первым делом поговорил бы с тобой, прежде чем обратиться к Беттине или папе! Я смотрю на него, разглядываю его профиль. Он, похоже, немного успокоился. Из его тела постепенно уходит напряжение. Гм, ну раз уж мы затронули тему поцелуя, мне уже тяжело от нее уйти. Я почти умираю от любопытства и наконец хочу узнать, понравилась ли ему наша возня среди игрушек близнецов так же сильно, как мне. И конечно, я хочу узнать, что будет дальше между нами. Я имею в виду, мы же не можем раз в несколько недель тискаться и возиться, а потом делать вид, что ничего не произошло… Но как же мне начать, чтобы сразу его не спугнуть. Если он чего не хочет, то закрывается, и тогда с ним общаться - все равно что с каменной стеной разговаривать, и то, с последней, наверное, было бы больше толка. - Эм, Алекс… - Я откашливаюсь. Хорошо, уже впечатляющее начало, теперь можно ждать от меня продолжения. - Гм? – Прекрасно, как обычно наше общение проходит на каком-то возвышенном, интеллектуально-претенциозном уровне. - По поводу вчерашнего… - мнусь я. - Гм… - Так… что ты думаешь? – Я не смотрю на него. - Не знаю… - бормочет он. - Ага! – отвечаю я. Потом мы молчим. Господи, это же не так трудно! Мне всего лишь надо сказать: «Послушай, Алекс! Я думаю, нам надо поговорить о наших чувствах!» А он ответить: «Да, ты, безусловно, прав!» А я потом: «Так, я люблю тебя, и ты, конечно, это знаешь!» Он обрадованно: «Прекрасно! Я тоже люблю тебя! И сегодня же вечером порву с придурошной Аней!» Я, сияя: «Это же просто замечательно. А завтра мы скажем об этом Беттине и папе!» Он, улыбаясь: «Они будут в восторге!» И все! Совсем просто! Вздохнув, я опираюсь головой о прохладное стекло. Мы проносимся мимо темных садов. Кое-где на виллах еще горит свет. Уличные фонари слабо освещают тротуары. Поднимается туман. Над асфальтом образуются густые облака пара и ползут в сторону газона. Вдруг Алекс замедляет ход, мигает, притормаживает и сворачивает на широкую, длинную подъездную дорожку. На засыпанной гравием площадке перед виллой припарковано множество машин. Должно быть, родители Тома невероятно богаты. Я пораженно разглядываю белый каменный дом. Алекс паркуется в стороне от всех. Поворачивает ключ зажигания. Внутри машины становится темно. Слышна тихая музыка. Вход в дом ярко освещен. У двух больших каменных фигур ангелов, стоящих по обе стороны от входной двери, шеи обвиты гирляндами из воздушных шаров. Я все еще смотрю в окно. Алекс молчит рядом со мной и роется в кармане куртки, ища сигареты. - Ты собираешься просидеть здесь весь вечер? – грубо спрашивает он, зажав сигарету в губах. - Гм! – для разнообразия отвечаю я. Потом все же открываю дверь, выхожу и засовываю руки в карманы брюк. Блин, я так радовался этой поездке, так сильно хотел побыть с ним наедине эту четверть часа, и потом… - Пошли, Бэмби! – Он стоит метрах в двух-трех от меня на гравийной дорожке и требовательно смотрит на меня. Я медленно бреду за ним следом. - Мы войдем через заднюю дверь, - тихо говорит Алекс, затягиваясь сигаретой. - Хорошо! Когда мы приближаемся, я замечаю, что у каменных ангелов при входе на маленькие пенисы натянуты розовые презервативы. Выглядит непристойно и нелепо. Я смеюсь. - Это точно Том, вот же псих! – Алекс закатывает глаза и поспешно тянет меня дальше, когда из дома выходит пара человек. - К чему такая таинственность? – спрашиваю я. – Это же был Миша из нашего класса и пара… - А, у меня просто нет настроения заниматься пустой болтовнёй, - бормочет он, пока мы идем дальше. - Гм, хороший повод, чтобы пойти на вечеринку! – Я бросаю на него быстрый взгляд. Он мрачен, голова опущена. Алекс, кажется, о чем-то напряженно раздумывает. Если бы я мог заглянуть в его красивую голову, то узнал бы, что же его так сильно занимает. Мы стоим в саду перед дверью в погреб. Полнолуние. На нас падает блеклый лунный свет. Волосы Алекса отливают серебром. Он немножко похож на фантастическое существо. На эльфа, наверное. Прекрасный и очень притягательный. Воздух влажный и прохладный от поднимающегося тумана, и я немного замерз. Крепко обхватив себя руками, я прислоняюсь к стене дома и смотрю в большой темный сад. Сигарета в руке Алекса вспыхивает, когда он затягивается. Он встает рядом со мной. - Тебе холодно? – его голос снова звучит хрипло. У меня по коже бегут мурашки. - Немножко! - тихо признаюсь я. - Хочешь войти? - Нет! – Я бы хотел остаться тут, рядом с ним. Из дома доносятся голоса, смех и музыка. Похоже, в доме очень хорошая изоляция, потому что на улицу проникают только глухие и тихие звуки. Кричит птица. Наверное, сова. Тут есть совы? Вряд ли. Но в моем романтическом представлении это сова. Наши плечи соприкасаются. Его тело такое теплое. Я вытаскиваю руки из карманов брюк. Наши руки расслабленно висят вдоль тела. Я осторожно кладу свою ладонь поверх его. Холодная. Мои пальцы слегка задевают её, касаются чуть смелее, поглаживают. Алекс отвечает на прикосновения. Мы безмолвно стоим рядом друг с другом, прислонившись к стене. Наши взгляды направлены вперед, в то время как пальцы нежно соприкасаются. - У меня нет настроения идти на вечеринку, - тихо выдыхаю я в холодный воздух. - У меня тоже, - шепчет он. С колотящимся от волнения сердцем я наконец смотрю на него. Тогда пошли отсюда! Что мы тут делаем? Пойдем в то место, где нас никто не найдет… я хочу остаться с тобой наедине! Он читает в моих глазах, как в открытой книге. Его глаза сверкают, рот слегка приоткрыт, он облизывает языком мягкие губы. Я чувствую, как кровь начинает быстрее бежать по венам. Горячо пульсируя, она устремляется изо всех уголков моего тела точно к центру… Он подходит ближе, сантиметр за сантиметром. Его прерывистое дыхание касается моего лица. Волнуясь, закрываю глаза и жду его губы на своих губах… - АЛЕКС? СТАРЫЙ ПЕРЕЧНИК! КУДА ТЫ ПОДЕВАЛСЯ? – Том. Он мне, собственно говоря, нравится, но сейчас я ощущаю странное желание дать ему приличного пинка под тощий зад… Мы торопливо отшатываемся друг от друга, - и очень вовремя, как раз в этот момент Том показывается из-за угла и останавливается перед нами, широко ухмыляясь. - Упс! – хихикает он. - Что? – спрашивает Алекс сквозь зубы и сердито смотрит на своего лучшего друга. - Ребята видели твою машину. Аня уже собиралась идти тебя искать… но хорошо, что я это взял на себя, да? Нет-нет, можете меня поблагодарить позднее, сперва заходите, здесь снаружи все же неуютно! – сияя улыбкой, Том дружески хлопает Алекса по спине. - Ну, Тоби, как дела? – он похабно усмехается. «Никак, благодаря тебе!» – мог бы я сказать, но лучше промолчу. Алекс и я удерживаемся от объяснений и уверток, ведь Том, с полным основанием, не поверил бы ни одной из них. Он открывает дверь в подвал и проходит вперед, мы молча следуем за ним. Подвал, похоже, действительно огромный. Многочисленные проходы и ответвления ведут в помещения различных форм и размеров. Везде стоят люди, курят, выпивают, беседуют. Еще достаточно рано, но все же большинство комнат, мимо которых мы проходим, уже переполнены. Я замечаю диваны. Они стоят в закутке, окутанном красным чувственным светом. На старых диванных подушках расположились увлечённо целующиеся парочки. В другой комнате большой бар. Парень с дредами смешивает напитки, другой раздает бутылки пива ждущим гостям. Громкая музыка в стиле Хаус раздается из зала, где несколько пар двигаются в одном ритме, тесно прижавшись друг к другу в дрожащем свете лазерной установки. Пахнет дымом, подвалом, алкоголем и людьми. Я иду за Томом по узкому коридору, Алекс вплотную за мной. - Хотите сперва что-нибудь выпить? – спрашивает нас Том, наклонившись ко мне, чтобы я расслышал, несмотря на шум. Я киваю. - Чего ты хочешь? – Алекс касается моей спины. Я смотрю на него. - Только пиво. - Хорошо, подожди здесь, я принесу. – Он поворачивается и пробирается между разговаривающими в сторону бара. Том еще раз улыбается мне и идет вслед за Алексом. Застенчиво прислонившись к холодной стене, я разглядываю чужие лица вокруг. Алекс был прав, в основном все действительно старше нас. Я чувствую себя немножко одиноко и все время поглядываю на дверь, за которой только что исчез Алекс. Он возьмет пиво. А потом вернется ко мне. Я глубоко вздыхаю. Сердце делает большой кульбит, грудь распирает от волнительной радости. Мы найдем приятное тихое местечко и там продолжим то, на чем остановились, о да… Я слегка улыбаюсь про себя и чувствую приятное беспокойство. Мы снова чуть не поцеловались, прямо перед дверью в подвал. Наши губы почти соприкоснулись. Ох, я так хочу остаться с ним, наедине. Только он и я… и сейчас я вполне уверен, что он тоже хочет того же… Я наслаждаюсь бегущими по телу мурашками, от которых поднимается каждый, даже самый маленький волосок. Мой взгляд ни на секунду не отрывается от дверей, ведущих к бару. Скоро он снова будет со мной… - Тоби! – хорошо знакомый девичий голос. Маша руками и улыбаясь, ко мне подходят Лена и Мартин. - Эй, привет! – Я обнимаю Лену и улыбаюсь Мартину. - Давно пришли? - Нее, только что. А ты? – Лена заправляет за уши длинные рыжие волосы. - Мы тоже. Алекс пошел за выпивкой… - Как мило! – Лена удивленно поднимает брови. - Ага! – мурлычу я довольно. Группа парней, наверное, лет на пять старше нас, протискиваясь мимо, грубо толкает Мартина на Лену. - Ай! – вскрикивает Лена, и Мартин быстро извиняется. - Ты не виноват! – Она бросает вслед парням сердитый взгляд. – Так всегда на вечеринках у Тома: безумно популярны, безумно много народа и просто безумно! - То, что много народа – верно на все сто процентов, - считает Мартин и быстро уворачивается от парня, несущего поднос с текиллой. - Алекс тоже говорил что-то в этом роде. Он сказал, что вечеринки всегда достаточно экстремальны… - перекрикиваю я шум. Лена и Мартин кивают. - А тут и правда еще никогда ничего не случалось? У него не будет неприятностей? - Нет, у Тома не было проблем. Соседи остерегаются и определенно не хотят с ним связываться. Он из семьи адвокатов. Баснословно богаты, очень известны и пользуются дурной славой. Его дедушка был даже судьей в баварском окружном суде, - с серьезным выражением лица объясняет Лена. – Откуда, ты думаешь, у них такие деньги! – она указывает рукой на огромный дом над нами. Я уважительно киваю. - Неплохо! Снова мимо нас протискивается шумная компания. Мы уже стоим вплотную друг к другу и пытаемся как можно сильнее сжаться, но все же постоянно мешаем. - Может, нам отойти куда-нибудь? – нетерпеливо спрашивает Лена. Я еще раз бросаю взгляд на дверь. - Я вообще-то хотел дождаться Алекса, - невнятно шепчу я. - И давно он ушел? – Лена внимательно смотрит на меня. - Гм… Она права, в принципе, он уже давно должен был вернуться. - Пошли! – Я прокладываю нам дорогу среди толпящихся вокруг людей, Лена и Мартин идут следом. Комната, в которой расположен бар, забита до отказа. Перед стойкой толкутся люди, выкрикивая парню с дредами свои заказы. Парень мечется за стойкой как сумасшедший. Я тянусь, пытаясь заглянуть через головы гостей. Мой ищущий взгляд скользит по лицам, телам, затылкам. Не сразу, но я его нахожу. Он стоит в центре небольшой группы и что-то рассказывает. Люди вокруг внимательно смотрят в его прекрасное лицо и смеются над его, кажется, удачной шуткой. Рядом с ним стоит Аня. Она тесно прижимается к нему, положив руку на плечо. Ее взгляд тоже устремлен вверх, к его лицу. Она внимательно слушает его рассказ и улыбается. Меня мутит! Я разочарованно расталкиваю всех вокруг и не оглядываясь шагаю в коридор в поисках спокойного местечка. Слышу, как Лена и Мартин окрикивают меня и просят подождать. Я не останавливаюсь. - Что вдруг случилось, Тоби? – запыхавшись, спрашивает Лена. - Ничего, - ору я. Мне стыдно. За то, что стоял там такой влюбленный и счастливый. Я и правда думал, что это своего рода свидание. Весь вечер напролет я мечтал о всяком дерьме. Боже, я так жалок! Поодаль замечаю темный угол, еще не занятый обнимающимися парочками или бухающей шайкой. Спешу к нему, как будто это мой спасительный остров, а я бедный юнга, выпавший за борт. Полумрак укрывает и защищает меня, как огромное пальто, под которым можно спрятаться. Я наслаждаюсь этой временной невидимостью! - Что это с тобой? – охая, Лена останавливается рядом со мной, и Мартин тоже немного смущён. - Ничего, - зло повторяю я. Упрямо смотрю на носки своих ботинок. Лена с Мартином обмениваются вопросительными взглядами, я чувствую их. Сознавая свою вину, я вымучено улыбаюсь им. - Не беспокойтесь! – бормочу я. Они же, в конце концов, не виноваты в моей глупости! - Привет! – Мы втроем удивленно поднимаем глаза. Перед нами стоят Ян и Дирк. - О, привет! – быстро говорю я. Лена с Мартином лишь кивают. - Крутая вечеринка, да? – Дирк широко улыбается и, похоже, у него уже некоторые сложности с фокусировкой взгляда. Слегка кося, он таращится в какую-то точку между Леной и мною. - Гм, да, есть немного! – уклончиво произносит Лена. - Вы уже танцевали? – спрашивает Дирк и делает бедрами резкое движение, которое выглядит невероятно смешно. Мы все усмехаемся. Даже Ян смеется, наблюдая за своим другом. - Нет, мы только что пришли, - снова отвечает Лена. - Поэтому вы еще ничего и не выпили… я принесу вам что-нибудь! – Ян смотрит на меня, вздернув брови. Мне требуется некоторое время, чтобы понять намёк. - Я бы с удовольствием выпил пива, спасибо! – говорю я, устало улыбаясь. - И мне тоже! – Лена лишь быстро скользит взглядом по его лицу. - И для меня, - тихо говорит Мартин. - Три пива, сейчас будут! – Ян, еще раз улыбнувшись, уходит, сопровождаемый угрожающе пошатывающимся Дирком. - Это снова было очень мило… - я серьезно смотрю на Лену. - Тоби… - она угрожающе щурится. - Что? Он же действительно всегда ведет себя благородно по отношению к тебе. Более того, он, кажется, и правда ищет твоего общества. Лена, он же чего-то от тебя хочет! Она несколько раз качает головой. - Нет! Не знаю, что там случилось, но он никогда ничего не хотел от меня, да и сейчас не хочет! – говорит она решительно. Я трясу головой. - Не понимаю я вас! Но вероятно, дело во мне, я просто слишком глуп, чтобы правильно понимать язык тела, взгляды и фразы… Лена собирается переспросить, но в этот момент возвращаются Ян и Дирк. - Ух ты, как быстро! – Я с благодарностью забираю у Яна бутылку пива. - Мы торопились! – смеется он. - Там внутри настоящий ад творится! – еле ворочая языком, говорит Дирк, высоко поднимая пиво, как трофей. - Так насладимся же каждым глотком! За нас! – Он пьет за нас, и мы делаем то же. Прохладный напиток льется в горло. Гм, приятно. Я сразу же делаю еще глоток. А потом еще один! Лена озабоченно смотрит на меня. Я не обращаю внимания. - Вечеринки у Тома всегда самые классные! – Дирк широко улыбается мне. – Прикольное место, клёвые чуваки, много выпивки и горячих девчонок! – Он начинает хохотать и заговорщицки пихает меня локтем в бок. Я коротко охаю от боли и быстро выжимаю из себя: «Круто!». Горячие девчонки как раз то, что мне сейчас надо… - Иногда приходит даже пара футболистов из Баварии. - Дирк важно кивает. - Серьезно? – Я впечатлен. - Ну да, они пока играют за юношескую команду, но кто знает, через пару лет… - как-то уклончиво отвечает Дирк. - Вот как! – Я разочарован - короче, никакого Швайни*… Я снова отпиваю пива и рассматриваю проходящих мимо нас людей. Дирк сверху донизу оглядывает группу девчонок. Они все в достаточно коротких юбках и узких топиках. - Эй, неплохо, да? – он грязно присвистывает сквозь зубы, но звук, конечно, попросту теряется в окружающем шуме. Он подмигивает Яну, Мартину и мне. Но никто из нас не обращает на это внимания. - Послушайте, ну что вы за зануды? – Дирк разочарованно качает круглой головой. – Ладно у Яна есть подружка, но вот чем вы отговоритесь? Не хочешь давать Лене повод для ревности? – Дирк многозначительно ухмыляется. - Ну сколько можно, умник! – Лена хмурится. – Мы с Тоби не встречаемся! - Да, конечно! – не верит ей Дирк. - Оставь ее в покое, старик! Если они говорят, что не встречаются, значит так и есть! - Ян серьезно смотрит на своего приятеля. Дирк, пробормотав что-то невнятное, отворачивается. - Спасибо! – Я слегка улыбаюсь Яну, а Лена молча присасывается к пиву. - Не за что. Сплетни действуют на нервы, да? – Ян усмехается. - Гм, да, - киваю я. - Обычно мы не так уж интересуемся сплетнями и… но ты новичок и… просто любопытно… - он неуверенно улыбается и чешет затылок. - Ну это не страшно, - легкомысленно говорю я. - Э, а у тебя… я имею в виду, в Гамбурге… у тебя там была подружка? Я даже сразу и не понимаю вопроса. Мои глаза, все еще устремленные на дверной проем, за которым находится бар, и именно в этот момент я замечают светлую шевелюру. Он возвышается надо всеми вокруг. Люди расступаются в стороны, пропуская его, смотрят ему вслед. Его обаяние просто невероятно. Он кажется таким исполненным достоинства, таким гордым, таким сильным. Я не в состоянии отвести от него взгляд. Я чувствую, меня притягивает к нему. Он магнит, а я мелкая грязная монетка. Он идет не в нашу сторону. Вместе в Томом и Аней входит в другую комнату. Он вообще заметил, что меня нет на том месте, где я остался его дожидаться? Помнит ли он, что обещал мне сразу вернуться? Знает ли он, как близко от него я только что был? Помнит ли он, что мы оба говорили, что не хотим идти на вечеринку, а лучше бы нам оказаться где-нибудь в другом месте? Нет, похоже, забыл. По крайней мере по его лицу едва ли скажешь, что у него плохое настроение. Наоборот, он выглядит как обычно веселым и непринужденным. Эй, смотрите, я великий невозмутимый Александр Циглер, ничто не выведет меня из себя! Как бы мне хотелось, чтобы что-то заставило его поволноваться, и как бы мне хотелось, чтобы этим «чем-то» был я! - Это точно студентки! – Дирк сально усмехается и снова грубо пихает меня. Смущенно моргаю, пытаясь сосредоточиться. - Что? – резко переспрашиваю я. - Ну эти! – он показывает на группу девушек, только что прошедших мимо нас. – Это точно студентки! - Гм, - безразлично хмыкаю я. - Я тащусь от женщин постарше! – заливается соловьем Дирк и многозначительно двигает бровями. – А здесь всегда много таких девушек… я почти уверен, что твоя сестра явно моложе всех на этой вечеринке! - Да, очень может быть, - бормочу я, толком его не слушая. Мои мысли все еще обращены к Алексу… Но потом до меня постепенно начинают доходить его слова, и я испуганно вздрагиваю. - Что ты только что сказал? – я взволнованно смотрю на Дирка. - Я сказал, что принесу еще пива! – удивленно бормочет он. - Нет, до этого! - Гм? Что я тащусь от женщин постарше? – припоминает Дирк. - Ты что-то говорил о моей сестре… - раздраженно подсказываю я. - А это, точно. Ваша сестра, наверное, самая молоденькая тут, что-то в этом роде я сказал… Мария здесь? Ох, черт! Я срываюсь с места, не обращая внимания на остальных, растерянно смотрящих мне вслед, и бесцеремонно проталкиваюсь через толпу. Не представляю, как я ее тут найду. Подвал просто огромный, тут наверняка можно за весь вечер не встретиться ни разу. Но конечно, ни жалобы, ни слезы мне не помогут: я должен ее найти, да еще прежде чем это сделает Алекс… Быстрый взгляд в «темную комнату». Я жмурюсь от теплого красного света. Мне требуется целая вечность, чтобы глаза привыкли к обстановке. Кресла и диваны, широкая тахта и множество кресел-мешков. На стене большой постер с изображением двух целующихся детей. Черно-белый, очень милый и подходящий к месту. Я пристально разглядываю переплетенные тела, вжимающиеся друг в друга на старом диване. Сильный высокий парень подмял под себя какую-то блондинку. Я неуверенно делаю шаг к ним. Вытянув шею, пытаюсь рассмотреть лицо девушки. Очень надеюсь, что не придется пускать в ход кулаки, потому что это моей младшей сестре верзила так бесстыже лезет под юбку. Оторвавшись от девушки, парень оборачивается и агрессивно смотрит на меня. - Съебись, извращенец! Это не Мария! Я краснею, извиняюсь и быстро покидаю комнату. Парочки лишь брезгливо смотрят мне вслед, потом опять возвращаются к своим партнерам. Мой взгляд мечется по сторонам. Каждый раз, когда натыкаюсь на длинные светлые волосы, я вздрагиваю, но пока это всё ложная тревога. Тоби, ну ты идиот! Почему просто не спросил Дирка, где тот ее видел в последний раз? Проклиная себя, я сердито покусываю нижнюю губу. Меня оглушает громкая диско-музыка. Лучи лазера превращают танцующую толпу в кучу дергающихся и мелькающих частей тела. Абсолютно ничего не разглядеть. Я встаю на цыпочки. Здесь так много народа. Безумно душно. Спертый, горячий, влажный воздух. Работая локтями, пробираюсь через комнату. Многие танцующие уже довольно пьяны. Я прохожу мимо нескольких одноклассников, те приветствуют меня и потом сразу начинают перешептываться. «Это он, сводный брат Алекса Циглера! Учится в нашем классе. Настоящий фрик!» Ну, по крайней мере, они не врут! Разочарованно вздыхая, стою в центре танцпола и раздраженно ерошу волосы. Где же она? Потом я вижу Марию. Вместе с Яной и Алиной она стоит рядом с какими-то парнями. Девчонки хихикают и постоянно бросают на парней многозначительные взгляды. Подгоняемый страхом, что Мария может внезапно исчезнуть, изо всех сил проталкиваюсь к маленькой группе. - Эй! – Я грубо хватаю сестру за руку и тяну к себе. Она испуганно вздрагивает, поворачивает голову, узнает меня и сразу же опять расслабляется. - А, это ты! – она смеется. - Все в порядке? Помощь нужна? – Один из парней отходит от группы и воинственно смотрит на меня. - Нет, спасибо! Это мой брат! – быстро объясняет Мария и соблазнительно улыбается парню. Он, кажется, успокаивается и опять поворачивается к своим друзьям. - Мария, что ты тут делаешь? – сердито шепчу я. - Я развлекаюсь. До этого немножко потанцевала, а потом взяла немного выпить, - легкомысленно говорит она. - Не прикидывайся! – фыркаю я. – Тебя не должно тут быть! - Да, я знаю! Этот придурок мне запретил, а ты, конечно, перед ним пресмыкаешься, как и все остальные! - теперь она тоже говорит гадости. - Во-первых, Алекс не придурок (ну, в данный момент я и сам не так уж в этом уверен), во-вторых, я перед ним не пресмыкаюсь (я подчиняюсь ему только в постели), и в-третьих, самый существенный пункт: ты сбежала из дома и, вероятней всего, наврала папе с мамой! Мария, ты не должна этого делать! Отлично, тоже мне, праведник! Я пытаюсь выкинуть из головы вчерашнюю маленькую ложь. Тонкий голосок внутри меня все время кричит: «Прекрасная проповедь! Именно то, что нужно! По сути, к тебе самому она тоже относится!» Мария дуется. Она выдвигает нижнюю губу и сердито смотрит мне в глаза. - А мне плевать! Делаю, что хочу! Катитесь вы к черту! С моих губ срывается обречённый стон. Блин, так я ничего не добьюсь. - Ладно! – сладким голосом говорю я. – Ты просто не желаешь понимать, что на самом деле брат лишь пытается защитить тебя. Он заботится о тебе! - Ха! – говорит Мария, закатывая глаза. - Все бесполезно! Что ж, ты выиграла. Остаешься здесь и ведешь себя прилично. Поняла? Потом поедешь со мной и Алексом домой, без всяких возражений! – я строго смотрю на нее. Она кивает. - Договорились! Не знаю, что мне еще сказать. Измотанный, стою и смотрю на нее. - Тоби? Ты скажешь Алексу, что я здесь? - весьма неуверенно спрашивает Мария. - Так и так он узнает! Мне про тебя сказал кто-то из нашего класса, так что скоро и Алекс узнает! - Хм, думаю, будет лучше, если ты сам ему скажешь… Сходи к нему и сообщи как-нибудь поделикатней… - она умоляюще смотрит на меня. - Я тебе уже говорил, что не хочу встревать между вами… - устало бормочу я, но она, конечно же, права: будет лучше, если он об этом узнает от меня, и я смогу его немножко успокоить. - Ладно, поищу его! Она улыбается, подпрыгивает и возбужденно дергает меня за рукав. - Классненько! – смеется сестра. – Раз ты такой любезный, я тебя познакомлю с твоим будущим-возможно-любовником. Пошли! - ЧТО? Я пытаюсь сопротивляться, но она тащит меня за собой и хлопает какого-то парня по плечу. На нем сиреневая узкая футболка и модные черные джинсы-трубы. Темные волосы зачесаны на косой пробор и прикрывают лоб. Он приветливо улыбается Марии. - Кевин, я тебе говорила о моем сводном брате Тоби… это он! – Она немного подталкивает меня к парню и с восторгом смотрит то на него, то на меня. - Эээ, привет! – очень неуверенно говорю я. Это же неловко? Я бы с удовольствием свернул Марии шею, но когда оборачиваюсь, в поисках ее, она давно улизнула к своим подружкам. - Привет, Тоби! Приятно познакомиться! – Из-за громкой музыки он наклоняется ко мне поближе. Кевин отлично выглядит, у него приятная улыбка и милые ямочки на щеках. Покраснев, я улыбаюсь в ответ. Что Мария ему рассказала обо мне? Он знает, что я гей? Мария уже разнесла эту новость? Снова возникает сумасшедшее желание надавать ей по шее. - Ты недавно переехал в Мюнхен? – улыбаясь, спрашивает Кевин, снова приближаясь. Он действительно шепелявит, я чувствую мелкие брызги на своем лице. С трудом сдерживаюсь, чтобы громко не заорать: «Ииии!». Бедный парень, конечно, не виноват, но черт, мне не слишком нравится быть оплеванным. В этих вопросах я ужасно банален! Он задает мне пару интересующих его вопросов, при этом настойчиво заглядывая мне в глаза, но я не в состоянии посмотреть на него в ответ, потому что постоянно жмурюсь. Кевин, кажется, вообще не замечает, что меня что-то беспокоит. Его самоуверенность просто безгранична, и он продолжает бойко заигрывать. - Хочешь выпить? – спрашивает он, обняв меня за плечи, и снова смеется. Стерев несколько капель слюны с глаз, я лишь пищу, что он принимает за положительный ответ. - Хорошо, тогда давай смоемся отсюда. Пойдем туда, где нам не помешают, чтобы как следует познакомиться! – он многозначительно двигает бровями, и его рука соскальзывает с плеч и нагло ложиться на мою задницу. У меня челюсть отваливается от возмущения. Как-то это слишком быстро, правда? Но прежде чем я успеваю что-то сказать, вокруг моей талии обвиваются две руки и кто-то звонко чмокает меня в затылок. - Исчезни, Кевин! Мое! – Том громко смеется и, пошатываясь, но не размыкая объятий, ведёт меня прочь от изрядно смущенного Кевина, смотрящего нам вслед. - Спасибо! – с трудом перевожу дыхание я, приходя в себя от испуга. - Я же должен был тебя спасти! – продолжает смеяться Том. - Хотя было забавно наблюдать, как ты в полном отчаянии стоишь перед этим честолюбивым петухом и позволяешь себя оплевывать! – он хохочет еще громче. Том уже изрядно пьян, по крайней мере пахнет он именно так. При ходьбе он опирается на меня, и мы скорее шатаемся из стороны в сторону, чем просто идем. - Он теперь твой новый любовник? – хихикая, спрашивает Том. - Нее, и я был бы тебе очень благодарен, если бы ты так не орал! – покраснев, стараюсь не обращать внимания на взгляды окружающих. Но вероятно, они относятся скорее к пьяному хозяину, чем ко мне. - Мы тебя уже обыскались! – бормочет Том мне в шею. - Ты внезапно исчез, и даже Ленхен не знала, куда ты запропастился. Алекс того и гляди свихнется! Мое сердце мгновенно начинает биться на три такта быстрее. Алекс ищет меня! Алекс нервничает, потому что не может меня найти! Алекс заботится обо мне! Я обрываю себя. Как только можно быть таким слабовольным и глупым? Я отзываюсь на каждый, пусть самый крохотный проблеск надежды и спешу на этот свет, как умирающий от жажды к миражу в пустыне. И лишь для того, чтобы через несколько минут в очередной раз горько разочароваться! Почему я все это делаю с собой? С каких пор я стал склонен к мазохизму? - Я искал Марию. Она здесь! – резко говорю я Тому, оставив без комментария его высказывание про Алекса. - Мария здесь? – неразборчиво бормочет Том. – Ууу, будут проблемы! – Он опять глупо хихикает и сопит мне в затылок. - Где Алекс? Мне надо поговорить с ним. - Да-да, поговорить… уже понял! – Том пошло улыбается. - Нет, серьезно! Я должен ему сказать, что Мария здесь! – Постепенно он начинает действовать мне на нервы, и, кроме того, он страшно тяжелый - тем временем Том уже почти висит на мне, навалившись всем весом. - Алекс вон там, с остальными! - причмокивает он мне в ухо. Мы пробираемся через толпу пошатывающихся и танцующих людей, со скоростью черепахи двигаясь вперед. Когда мы наконец подходим к остальным, на меня первой набрасывается Лена. - Тоби, что произошло? Почему ты убежал? – она озабоченно смотрит на меня. Я заставляю себя улыбнуться. - Ничего! Все просто супер! Том наконец отрывается от меня и теперь бросается на шею Лене, которая угрожающе покачивается под его весом. - Могу я с тобой поговорить? – Я тотчас же подхожу к Алексу и твердо смотрю ему в глаза. - Ты бы уже давно мог это сделать, но тебе больше нравилось где-то шататься! Разве мы не договорились, что ты будешь меня ждать? – шепчет он язвительно. Мне только и остается, что стоять, открыв рот. Внезапно характеристика, данная ему Марией, не кажется мне такой уж неподходящей. - Я ждал, и достаточно долго, между прочим, а ты? Ты сказал, что сразу же вернешься, а когда я стал тебя искать, то нашел весело болтающим и выпивающим с парочкой идиотов и твоей сраной подружкой! Что ты себе вообще вообразил? Что я весь чертов вечер простою на одном и том же месте, надеясь, что ты уделишь мне хоть пять минут своего гребаного внимания! Забудь об этом! – Я довольно сильно повышаю голос, но все же остальным невозможно понять, о чем мы так оживлённо спорим. Ну, то, что мы спорим, это они, конечно, видят и наблюдают за нами отчасти с неприязнью, отчасти с интересом, отчасти смущенно. Лицо Ани ничего не выражает. - Меня не было три минуты! – возмущается Алекс в ответ. – Поздоровался с парой знакомых. Это что, трагедия? Намного больше меня интересует, чего ТЫ ожидал? Хороший вопрос! Чего я ожидаю, вообще-то? Разочарованно качаю головой. - Пофиг! Так или иначе, мы не придем к единому знаменателю, и поэтому… - я вздыхаю. – Намного важнее другое - здесь Мария! У Алекса от возмущения перехватывает дыхание. - Не устраивай сцены! – прерываю его, прежде чем он начнет негодовать. – Она здесь, и этого уже не изменишь! Позже мы вместе поедем домой, а рано утром, когда вы выспитесь, сможете поговорить друг с другом на эту тему! В спокойной обстановке! – Я успокаивающе кладу руку на его плечо. Глаза Алекса сверкают от гнева. - Я же ей сказал оставаться дома! – рассерженно шипит он. - Знаю! Я тоже пытался ей объяснить, что подобное поведение недопустимо. Точно так же, как пытался объяснить тебе, что средневековье давно закончилось и Мария самостоятельный человек… - Но… где она? – он лихорадочно озирается по сторонам. Мне кажется, в его глазах заметно что-то вроде тревожного отчаяния. У меня на сердце опять становится теплее. - Не переживай! – Я стою вплотную к нему. - Я с ней поговорил. Все в порядке! Мы встретимся после вечеринки у машины. Он смотрит на меня. В его серых глазах по-прежнему бушует шторм. - Гм, хорошо! – тихо бормочет он. Я улыбаюсь ему. Потом вижу взгляд Ани и сразу же покрываюсь мурашками: он холоден как лёд. Чуть вздрогнув, быстро отвожу глаза. Том и Лена подходят ближе. Том по-прежнему опирается на Ленины узкие плечи. Она мужественно терпит. - Ты уже рассказал ему о своем новом любовнике? – хихикая, спрашивает Том. - О ком? – Я делаю вид, будто не понимаю, о чем он говорит. - Ну, ты же усердно обменивался телесными жидкостями с этим Кевином из тринадцатого класса… - язвительно усмехаясь, Том смотрит на меня. Чувствую, как рядом со мной замирает Алекс. - Я ни с кем ничем не обменивался! – рассержено защищаюсь я. – Меня оплевали! - Кто тебя оплевал? – Алекс в ужасе смотрит на меня. - Эм, да… но не в прямом смысле, эм… - Вообще-то, у меня нет никакого желания рассказывать историю со всеми подробностями, поэтому я очень рад, что Лена весьма кстати переводит разговор на другую тему. - Я хотела еще раз поблагодарить за приглашение. Правда, классная вечеринка, Том! – Том радостно улыбается Лене. Ну да, он уже так напился, что, наверное, будет смеяться как идиот, даже когда его будет оплевывать шепелявый Кевин. - Надо честно сказать, ваш подвал отлично подходит для праздников! – Лена уважительно оглядывается, и Том вежливо благодарит. Я использую этот шанс, чтобы незаметно сменить тему, и весело и убедительно с ней соглашаюсь. - Место действительно супер. Танцпол, бар, «темная комната» - все, что нужно, есть! Все смеются. - А как красиво ты все устроил. Восхитительно! Больше всего подходит постер с целующимися детьми в комнате для свиданий… - я усмехаюсь. - Да, я его тоже видела. Точно такой же плакат висит у меня дома над кроватью! – внезапно вставляет Лена. - Правда? Это действительно красиво! – со смехом говорю я. - Да, мне он тоже сразу же понравился и отлично подходит к моей комнате! - Это моей сестры! – рассказывает Том. – Она некоторое время жила тут внизу, а сейчас переехала в собственную хату. Только я собираюсь спросить Тома, что изучает его сестра, как чувствую на своем лице колкий взгляд. Я поворачиваю голову к Алексу. Он смотрит на меня. Его глаза холодно блестят. Потом он поворачивается и уходит. Исчезает в толпе. Я ошеломлен! Эй? Я что-то пропустил? Растерянно смотрю на Лену и Тома. Оба делают большие глаза и вопросительно смотрят в ответ. - Я скоро вернусь! – бормочу я и спешу вслед за Алексом. Черт возьми! Этот парень – тайна за семью печатями! Ой, бросьте, за семнадцатью! За двадцатью семью! Он такой скрытный, что уже… … блин, я теряю мысль! И Алекса тоже! В поисках его оглядываюсь. Там! Там, впереди, его светлая голова исчезает за серой железной дверью. Я пробираюсь сквозь толпу. Со всей силы резко толкаю дверь и оказываюсь перед каменной лестницей. Лестницей наверх. Что ему надо наверху? Тяжело дыша, взбегаю по крутым ступенькам. - Алекс? – задыхаясь, зову я. – Черт, Алекс, ты где? Я открываю еще одну дверь и оказываюсь в жилой части дома семейства Краузе. Длинный коридор. Красный бархатистый ковер на полу, большие портреты маслом на стенах. Неуверенно продвигаюсь дальше. - Алекс? - зову я немного громче. - Что тебе надо? – он стоит позади меня. Я поворачиваюсь и глубоко выдыхаю от облегчения. - Что случилось? Почему бы убежал? – Я пристально смотрю ему в глаза, а он по-прежнему холодно в ответ. - Хотел побыть один! – говорит он. - О… хорошо! Несколько секунд мы стоим напротив друг друга. Молча. Потом он проходит мимо меня прямо по коридору. Не знаю, что мне делать, и чувствую себя очень глупо. Я что-то неправильно понял, или что? Иду за ним. - И что это значит? – он поворачивается ко мне. - Я тоже хочу побыть один! – бормочу я. – Но быть одному в одиночестве очень грустно! Может, нам лучше вдвоем побыть в одиночестве? Я краснею. Он смотрит на меня. Потом, в отчаянии качает головой. - Ох, Бэмби! Поскольку он больше ничего не добавляет, я продолжаю идти следом за ним. Еще одна лестница. Наверх. Второй этаж. Опять несколько широких коридоров, площадок. Алекс входит в комнату. Она большая и довольно неряшливая. Комната Тома. Я с любопытством оглядываюсь. Огромное количество дисков на полках, книги и DVD вперемешку лежат стопками на полу, а в углу стоит шикарная электрогитара с усилителем и колонками. От большой лампы овальной формы на ночном столике льется белый рассеянный свет. Впрочем, в комнате всё равно царит полумрак. - Классная комната! – удивленно бормочу я. Алекс лежит на широкой кровати и смотрит в потолок. - Тебе нравится? – глухо спрашивает он. - Да! - А гитара нравится? – тем же странным тоном. - Клевая! – Я смотрю на инструмент. Какое-то нехорошее предчувствие. - И комп? - Э… тоже класс! – Я растерян. - И постер! – Он указывает на плакат, на котором изображен рок-музыкант в изрядно своеобразной позе. - Почему ты меня спрашиваешь? – Я постепенно начинаю волноваться. - Какой постер тебе нравится больше, этот или тот, что у Лены? - Что за хрень? – Вот теперь смущение смешивается с бешенством. - Как думаешь, плакат действительно хорошо смотрится в комнате Лены? - Откуда мне знать, я там еще никогда… Черт! Я сглатываю. Он резко садится и, сверкнув глазами, смотрит на меня. Я сам себя выдал. Больше нет никаких отговорок! - Ты соврал! – голос Алекса тих. - Эм… нет, то есть я думаю… да! Но это была крохотная вынужденная ложь! - Ты не ночевал у Лены! Где ты был позапрошлой ночью? – Он недоволен. - Был у друзей, – говорю я едва слышно. - Что за друзья? - Ты их не знаешь… - И почему ты соврал? - Беттина и папа наверняка стали бы задавать вопросы, на которые я не готов ответить… - мнусь я. - Что это за друзья? – Его глаза горят. - Они… тоже геи! Мы были в клубе… - Клубе? – скрестив руки на груди, Алекс пристально смотрит на меня, приподняв брови. - В гей-клубе! – я краснею. - Ты встречаешься с какими-то незнакомыми парнями и шляешься ночью по клубам и барам, и врешь мне… нам? – Он обижен. Я краснею и чувствую себя как муж, у которого жена только что потребовала объяснений, поскольку он слишком много вечеров проводит в стрип-клубах и пивных. Вообще-то смешно, если бы Алекс не выглядел таким серьезным. - Все не так, как ты думаешь! Мои друзья отличные! Ману и Марк уже десять лет вместе, и когда мы ходим в клуб, они всегда следят за мной. Мы танцуем, выпиваем пивка, а потом идем к ним домой, и я ночую у них на диване! – быстро добавляю я, чтобы он не подумал… Примирительно поднимаю руки вверх. - Так что никакой трагедии! Я только не смог бы рассказать это Беттине и папе… я имею в виду, я им скажу, потом, но не сейчас. Хочу дождаться подходящего момента! – Мне, конечно, понятно, что он вряд ли наступит, но малюсенький самообман еще никогда никому не вредил, так? Алекс все еще смотрит на меня. Он, кажется, постепенно успокаивается. Теперь, когда он знает, что я не перетрахался с половиной мюнхенской гей-тусовки… - Что за дерьмовый вечер! – вздыхает он и ерошит волосы. - Нет, подожди, вся неделя была дерьмовой! Я чувствую себя жутко виноватым и неуверенно подхожу ближе. - Обещаю больше тебе не врать. И всегда говорить тебе правду… - Ох, Бэмби… - Он смеется. Но выглядит как-то печально. – Я просто хочу домой! Не вечеринка, а задница какая-то! – он вздыхает. - Гм, а какой, по-твоему, должна быть идеальная вечеринка? – я сажусь рядом с ним. - Понятия не имею. Но достаточно этой ужасной музыки… как под нее вообще можно танцевать? - Ну, совсем просто: дергаешься всем телом туда-сюда, как будто у тебя эпилептический припадок. – Я показываю, как и трясу конечностями. Алекс слегка усмехается. Я пока не смог по-настоящему развеселить его. - Под танцами я понимаю нечто другое, - вполголоса говорит он. - Ты говоришь о бальных танцах? - Да. - Ты умеешь их танцевать? – интересуюсь я. - Да. - Я в школе ходил на занятия по бальным танцам, вместе со всем классом. Было здорово! И в конце курса у нас был настоящий выпускной бал! – улыбаясь, я вспоминаю тот вечер. - Я почти три года посещал курс танца, - произносит Алекс. - Ух ты, тогда ты или настоящий профи, или абсолютно ни на что не годен, раз три года подряд ходил на один и тот же курс… - Конечно, не на один и тот же! – Теперь он все же улыбается. У меня идея. Я вскакиваю и подхожу к забитой дисками полке. Насколько я знаю Тома, у него наверняка на все случаи жизни есть подходящая музыка. Такой уж Том: всегда ко всему готов! Ну, точно. Долго искать не пришлось: у меня в руках толстый бокс с дисками классической музыки самых известных композиторов. Я ставлю диск в плеер и жду первых тактов. Потом поворачиваюсь к Алексу. - Что за хрень ты творишь? – Он рассматривает меня, отчасти забавляясь, отчасти с подозрением. - Мы будем танцевать! – улыбаюсь я. - Ты больной, Бэмби! Совсем-совсем больной! – он качает головой. - Гм, тебе просто не хватает капельки воображения! – Я встаю во весь рост и спокойно иду через всю комнату. Она очень большая. Ногой отшвыриваю в сторону пару шмоток и журналов, чтобы в центре комнаты образовалось свободное место. - Ты же хотел вечеринку, на которой можно было бы нормально потанцевать: вот тебе твоя вечеринка! Я встаю у письменного стола, делаю вид, что держу в руках бокал шампанского и разговариваю с какой-то воображаемой персоной справа от меня. - Что ты там делаешь, Бэмби? - Тссс, как раз сейчас я разговариваю с лордом фон Бибберфелс о новейших достижениях в коневодстве! – с серьезным выражением лица я снова поворачиваюсь к воображаемой персоне рядом со мной. - Ты совсем свихнулся!! – смеется он. - А сейчас я немножко поброжу по комнате, возьму еще бокал шампанского и поздороваюсь со старыми знакомыми и друзьями! – Я вышагиваю по комнате, изображая то и дело легкие поклоны. На заднем плане оркестр играет плавный вальс. - А потом я вижу тебя! – Я поворачиваюсь и смотрю на него. – Ты не танцуешь и сидишь в стороне, один. Никто не разговаривает с тобой, никто не приглашает тебя танцевать! Он краснеет и смотрит на свои пальцы. - Почему? – спрашивает он тихо. - Просто люди не решаются заговорить с тобой. Ты слишком печален… - А теперь прекрати этот бред, Бэмби! – сердито выкрикивает он, но его щеки все еще горят, в глазах - блеск. Я не обращаю внимания на эту вспышку. - Я расспрашиваю всех о тебе. Никто не может толком мне ответить. Тебя здесь раньше не видели, и твоё имя тоже никому не известно. Я хочу разобраться, поэтому иду к тебе и прошу потанцевать со мной! Я подхожу к нему. Он все еще сидит на кровати. Единственный источник света на ночном столике освещает его светлые волосы. Он поднимает на меня глаза. У него смущенный вид. - Не хотел бы ты потанцевать со мной? – спрашиваю я и протягиваю ему руку. - Ха-ха, очень смешно, Бэмби! – он пытается иронично приподнять бровь, но это ему не очень удается. Я не смеюсь. - Пожалуйста, потанцуй со мной! Он смотрит сперва на меня, потом на мою руку. - Ты можешь вести! – улыбаюсь я. - Хорошо! – он нерешительно кладет свою руку на мою и встает. Мы вместе выходим на середину комнаты. Сердце колотится, когда я поворачиваюсь к нему. Мы стоим близко друг к другу. Он протягивает руку, я вкладываю в нее свою правую ладонь, левой провожу по его плечу, лопатке. Другой рукой он обнимает меня и привлекает к себе. Мое лицо сейчас очень близко к его лицу. Серые глаза. Я взволнованно опускаю взгляд, рассматриваю его шею, кадык, маленькую родинку под правым ухом. Он ждет пару секунд, считая про себя такты, потом начинает медленно двигаться, и я с ним. Мы кружимся. Кружимся под музыку по комнате. У меня ощущение, словно я лечу, парю над полом. Он ведет меня. - Ты прекрасно танцуешь, - шепчу я. - Спасибо! – его голос звучит хрипло. Я вздрагиваю. Он раздается совсем рядом с ухом. Наступаю ему на ногу. - Прости! – к щекам приливает жар. – Я, наверное, должен был упомянуть, что плохо… - тихо смеюсь. - Нет, не плохо! – возражает он. Взволнованно покусываю нижнюю губу. - А ты прошел только один курс? – спрашивает его голос у моего уха. - Гм, да! Полугодичный! – Слегка закинув голову, я пытаюсь поймать его взгляд. – А ты когда-нибудь уже танцевал с парнем? – С любопытством смотрю на него. Его серые глаза скользят по моему лицу. Я практически ощущаю, как они его ощупывают. - Нет, – тихо отвечает он. – А ты? - Да, со своим другом Марио. На выпускной бал я, конечно, пошел с девушкой. Это было два года назад. Бал проводился в актовом зале нашей школы, так что могли прийти и другие ученики. Все танцевали, и вообще-то вечер проходил чудесно, но… мне чего-то не хватало. Я смотрел на все эти влюбленные парочки, как они кружились вокруг, и думал: я тоже хочу быть влюбленным и танцевать с парнем, который мне нравится. Здесь и сейчас. На этом балу. Перед всеми. Но, конечно, парня у меня не было, и поэтому я в какой-то момент смылся в пустой класс. Мне было грустно. Я чувствовал себя как-то не так, как остальные… даже не могу точно описать… в любом случае за мной следом пошли мои друзья, Марио и Тина, и я рассказал им, что со мной. Тогда Марио сказал, что он со мной потанцует. Мне кажется, он думал, что этим покончит с моими проблемами. Он такой душка! Ну да, по крайней мере мне все же удалось на выпускном балу потанцевать с парнем! Алекс пристально смотрит на меня. - Прекрасно! - Ну это как сказать: Марио ужасный танцор! Мы оба смеемся. - Но когда ты ходишь в этот клуб, ты же танцуешь с мужчинами, да? – Он отводит взгляд, изучая точку на моей шее. - Гм, да, действительно! Но это всё же другие танцы… - Тем не менее… - он чуть слышно фыркает. Мы прекращаем кружиться. Ритм больше не играет никакой роли, песня не важна. Мы стоим, прижавшись друг к другу, в центре комнаты Тома и покачиваемся из стороны в сторону. Мои руки касаются его плеч, его лежат на моей спине. Я ощущаю, как бьется его сердце напротив моей груди. Такое живое, такое настоящее. Тело Алекса удивительно горячее. Я прижимаюсь к нему так близко, как только возможно. Моя голова склоняется к его плечу, его руки сильнее обнимают меня. Я вдыхаю аромат его светлой кожи. Нос касается его шеи. - Ты иногда вспоминаешь… эээ… вспоминаешь иногда о… о том, как мы… ты понимаешь! - я краснею. - Гм! – Прекрасный ответ, с которым я могу сделать очень многое. - Короче я, эм… я вспоминаю об этом! – хрипло говорю я. – И я… я считаю, это было прекрасно! Он останавливается, опускает руки и отступает на шаг, чтобы лучше меня видеть. Я неохотно разрываю теплое бережное объятие и заставляю себя на него посмотреть. Мой пульс скачет. Мне жарко. - Не говори так! – хрипло шепчет он. - Почему! Действительно было чудесно, и я… я хотел бы снова это повторить! Я немножко дрожу. - Тссс, стоп! – Он не дает мне договорить и пытается приложить к моим губам пальцы. Я ловлю его руку и больше не выпускаю. - Нет, я хочу переспать с тобой, - решительно говорю я. Если я прямо сейчас потеряю сознание, просто бросьте меня тут. Жар внутри просто невыносим. Я действительно боюсь, что сгорю изнутри! - Переспи со мной! – шепчу я. Не этими ли словами он тогда разбудил меня… Мы смотрим друг на друга. Не говоря ни слова. Тихо. Но все же у меня шумит в ушах, как если бы я находился у моря, большой стройки, центрального вокзала и больших черных динамиков в Зорро. Я уже не слышу тихую классическую музыку, все еще журчащую где-то на заднем плане. Я вижу перед собой только Алекса. Его тело, которое так возбуждает меня. Его губы, которые я так желаю. Его глаза, в которых я уже давно утонул. Он преодолевает последний шаг, еще разделяющий нас, и хватает меня за плечи. Потом я наконец чувствую его губы. Они прижимаются к моему рту, так сильно, что даже немножко больно. У меня вырывается стон от боли, удивления и возбуждения. Быстро приоткрываю губы, и в тот же момент его язык врывается в мой рот. Он двигается бесцеремонно. Ощупывает, касается, посасывает, лижет. Я старательно отвечаю на поцелуй. Мои руки, будто сами собой, обвиваются вокруг его шеи. Мне нужен он, нужна поддержка, потому что я чувствую, как дрожат ноги. Я больше не доверяю себе, боюсь, что подогнутся колени. Я слишком возбужден, чтобы спокойно дышать. У меня кружится голова, не хватает воздуха. Но я не хочу прерывать поцелуй - боюсь, что потом все исчезнет… Он отрывается от моих губ, глубоко втягивает в себя воздух. Его дыхание такое же прерывистое, как и мое. Я моргаю, поднимаю взгляд, вижу его глаза. Они сейчас не серые, как сталь, а темные, как небо перед сильной бурей… * Румпельштильцхен - сказка братьев Гримм * Швайни - прозвище немецкого футболиста Бастиана Швайнштайгера