Сквозь года

На улице шёл сильный ливень, а десятилетний мальчик сидел над могилкой своего пёсика, которую сам выкопал. Он тихо всхлипывал и пытался вытереть свои слёзы рукавом. Волосы и одежда малыша прилипали к его телу, а на штанишках уже впиталась грязь, придавая бедняге вид какого-то бездомного в глазах прохожих. Взрослым было плевать на то, что мальчик может заболеть, что он один, и, кажется, никто не собирается забирать его и успокаивать. Все просто делали вид, что малыша не существует, или что его и вовсе не замечают, будто он прозрачный или сливается с окружающей средой, а ведь никто даже не мог подумать, как долго бедняжка сидит на улице. Однако далеко не все прохожие были такими безразличными к чужому горю, не всех изменила взрослая жизнь и не сделала чёрствыми внутри. К мальчику подошла молодая пара и открыла над ним зонтик, но тот никак не отреагировал. Тогда девушка присела перед малышом и попыталась заговорить с ним. — Как тебя зовут? — Нагито Комаеда... — бедняга всхлипнул, пытаясь сдержать очередной приступ слёз. — Что ж, приятно познакомиться. А что ты здесь делаешь один? Дождь идёт. Заболеешь ещё. — Мой пёсик погиб, и я устраиваю ему похороны... — А где твои родители? Почему они не отвели тебя домой? — А у меня их нет. Они погибли, когда захватили самолёт, на котором мы должны были лететь, а потом на них с террористом упал метеорит. — Так ты сирота?.. — пара переглянулась. — А ты живёшь в детском доме? — Нет. Здесь, — Нагито показал на дом за его спиной. — Может, пойдёшь с нами? Согреешься, а потом пойдёшь к себе. — А вы точно не обидите меня? — Точно. — Х-хорошо. Пойдёмте.

***

Пара привела мальчика к своей квартире, держа за руки. Малыш выглядел потерянным и смущённым. Он знал, что доверять незнакомцам не стоит, но эти люди казались ему дружелюбными. Да и какая разница? У него никого нет, значит, нечего терять. Стоило мужчине открыть дверь, как из квартиры пары раздался грохот и крик какой-то женщины. Девушка сразу побежала в одну из комнат, испуганно выпалив: "Хаджиме!". Спустя пару секунд вышла "пострадавшая". Она подошла к хозяину квартиры со словами: "Ваш сын — сущий дьявол! Я увольняюсь!", после чего ушла, не дав нанимателю и слова вставить. Парни переглянулись и вошли в квартиру. Мужчина отвёл Комаеду в ванную и наточил ему воду, чтобы тот искупался и привёл себя в порядок, а сам пошёл проверить жену, которая нянчилась с их трехлетним сыном. — Как тут наш маленький шалун? — Папа! — мальчик с оливковыми глазами и русыми волосами потянул ручки к родителю. — Что ты уже сделал? Снова довёл няню? Где же нам тебе теперь её искать, Хаджиме? — Не хотю няню, — Хината надул щёки. — Не можем же мы брать тебя с собой на работу? А в садик ты тоже не хочешь. — А я узе взрослый и самостоятельный! — А что там наш гость? — девушка посмотрела на мужа. — Купается. Надо дать ему сменную одежду. — Гость? — Хаджиме удивлённо посмотрел на родителей. — Ты пока уложи Хаджиме спать, а я постираю вещи малыша. — А сто за малыш? — Потом узнаешь. Ну-ка, — папа взял русоволосого на ручки, — пора баюшки. — Неть, я не хотю баюшки! Хотю игать! — А надо спатаньки. Давай, закрывай глазки. — Не-е-еть! Ну пап! — малыш начал размахивать кулачками и ножками, пытаясь выбраться из объятий отца. — Спать скучно! — Не капризничай. — У вас тут точно всё будет хорошо? — девушка взглядом оценила ситуацию, в которой сейчас находились её мужчины. — Да, точно. Сейчас я уложу этого ежонка спать, а потом к вам вернусь. — Я не дамся! — Ну хорошо... — жена слегка прищурилась, а затем вышла из комнаты.

***

Спустя пол часа семья Хаджиме, которая думала, что их сын спит, пила чай с беловолосым. Нагито выглядел испуганным. Он робко отвечал на вопросы, всё время отводил взгляд, боясь смотреть в глаза старшим, слегка краснел от излишнего внимания к себе. Всё шло хорошо. Комаеда согрелся, перекусил и отдохнул. Мальчик даже начал доверять взрослым. На какой-то момент пара отошла в зал, оставив беловолосого одного. Нагито рассматривал пейзаж за окном, как услышал тихие шажки за своей спиной. Он оглянулся и увидел, что на него смотрит, прячась за углом, маленький мальчик. Малыш рассматривал гостя с заинтересованным видом. Комаеда потёр глаза, пытаясь понять, не кажется ли ему, но незнакомец не исчез. Хаджиме неуверенно подошёл к гостю и сел рядом с ним на пол, с любопытством изучая нового человека. — Не сиди на полу. Ты можешь замёрзнуть и заболеть, — беловолосый аккуратно взял Хинату на руки и посадил к себе на колени. — А ты кто? — малыш удобнее устроился на коленях Нагито. — Нагито Комаеда... А ты? — Хадзиме Хината. — Приятно познакомиться. Это от тебя сбежала няня? — Да. Она мне не нлавилась. Она называла меня дьяволом. — Но ты не дьявол. Ты милый, — Комаеда легонько погладил русоволосого по голове. — Плавда? — Конечно. — А ты класивый, — Хаджиме прижался к гостю, обхватив его своими маленькими ручонками, — и холоший. — Ты правда так считаешь? Никто и никогда ещё не говорил мне подобного, — беловолосый заулыбался и обнял Хинату в ответ, — а твои родители говорили, что ты должен сейчас спать. — А я не хотю спать. Я уже немаленький! — Ну конечно ты уже большой, но даже большим нужен отдых. — Но взлослые не спят днём. — Почему же не спят? Спят. — А ты спишь днём? — Да. Хочешь я посплю с тобой? — А ты потом поиглаешь со мной? — С удовольствием! — Тогда пошли, — русоволосый протянул ручки навстречу новому другу, а тот взял его и понёс в другую комнату. Когда же взрослые кинулись искать Нагито и их сына, они обнаружили мальчиков в спальне, где Хаджиме уютно устроился на груди Комаеды. Оба сладко спали, обнимая друг друга.

***

Прошло два года, и беловолосый стал постоянным гостем в квартире Хинаты, как и они у него. Нагито жил на другом этаже, но в этом доме, поэтому он мог без проблем добраться до нужной квартиры, чтобы увидеться со знакомыми. Больше всех его любил пятилетний малыш Хаджиме, который всегда радостно прыгал, когда узнавал о том, что к нему придёт его самый любимый друг. Он часто оставлял вкусняшки для прихода Комаеды, чтобы тот мог разделить их с ним, часто носил и показывал ему игрушки, жутко злился, когда родители хотели поговорить с их гостем, отвлекая от игры. Сами старшие успели привязаться к их соседу. Они часто звали его на ужин, могли доверить ему какое-то важное дело, пусть тому и было всего двенадцать. Беловолосый же боялся, что с его близкими что-то случится, но его плохая удача будто чем-то перекрывалась, когда он был рядом с ними, что не могло не радовать. В этот день Нагито был приглашён к семейству Хинаты в очередной раз. Старшие ранним утром постучали в квартиру Комаеды в явной спешке. Их срочно вызвали на работу, а беловолосый заменил собой всех нянек, которые раньше были у русоволосого. — Спасибо, что помогаешь. Ты ведь знаешь, что Хаджиме отвергает всех нянек, а к тебе вон как тянется, — девушка взволнованно наблюдала за тем, как Нагито собирал нужные вещи для присмотра за его маленьким другом. — Ничего страшного, Хината-сама. Правда. Я тоже люблю его. Мне несложно присмотреть за ним! Он сущий ангелочек! — Другие няни так не считали. Мне очень жаль, что пришлось поднять тебя в такую рань. — Не переживайте. Я могу подремать с Хинатой-куном на руках, если захочу. Порой мне кажется, что я не заслуживаю Вашего доверия и его любви. — Дети чувствуют хороших людей. Значит, он видит в тебе прекрасного человека. С тобой он очень послушный, весёлый и активный. Ты ему определённо нравишься. Он целыми днями говорит о тебе и иногда обнимает ваше фото в рамке, когда ему одиноко. А ещё он часто хвастается детям на площадке, что у него есть "самый лучший на свете супергерой Нагито". Ты его герой. — Ох, он такой милый апельсинчик, — Комаеда покраснел от таких рассказов. Он тоже очень любил малыша и называл самыми разными ласковыми словами, — мы с ним поиграем, пока Вас не будет, я покормлю его и уложу спать в двенадцать, как обычно. Не переживайте. Всё будет под полным контролем. — Я в этом не сомневаюсь. Идём. Девушка вернулась в квартиру, где её ждал муж. Оба попрощались с беловолосым и заперли мальчиков в квартире, чтобы ничего не случилось. Нагито же сразу оставил пакет в зале и пошёл в спальню, где спал Хаджиме. Комаеда поцеловал подопечного в лоб и укрыл его одеяльцем. Хината же во сне начал пытаться ухватить ручонками локоны и одежду беловолосого, чтобы тот остался, но Нагито надо было разогреть завтрак для мальчика, поэтому ему пришлось уйти на кухню, скрипя сердцем. Но грустить Комаеде долго не пришлось. Спустя минут 15 возни на кухне он услышал быстрый топот маленьких ножек. Русоволосый выбежал из своей комнаты и сразу крепко обнял своего друга, а тот взял его на руки. — Как дела у маленького и моего самого любимого ёжика? — Нагито потёрся носом о носик малыша, улыбаясь. — Ты чего так рано встал? — Я скучал по тебе! Я так рад, что ты пришёл! — Мы не видились всего одну ночь, но я тоже скучал по тебе. — Я люблю тебя! — Хаджиме поцеловал Комаеду в щёчку, сияя от счастья. — Ты самый лучший на свете! — Я тоже люблю тебя, мой самый яркий лучик надежды. Ну? Что будем делать, когда позавтракаем? — Я хочу рисовать! И играть! И ещё хочу посидеть у тебя ну ручках, смотря мультики! — Отличный план! Так и сделаем! Но сначала нужно покушать! Садись, — беловолосый усадил Хинату на его детский стульчик за маленьким столиком, поставил туда тарелку, — голоден? — Нет, но могу поесть, раз ты просишь. — Поешь хотя бы совсем чуть-чуть, хорошо? Тебе нужны силы, — Нагито сел рядом и набрал в ложку немного каши, — открывай ротик. Самолётик заходит на посадку. Комаеда начал кормить русоволосого из ложечки, чтобы тот не отказывался есть. Малыш рассказывал о его планах на день, держал своего няню за руку и не сводил с него глаз. Хаджиме обожал беловолосого ещё с самого первого дня их знакомства. Он любил обнимать его, целовать в щёчку, играть с ним, получать его ласку и заботу. Одновременно Хината был довольно обидчивым и ревнивым, если Нагито говорил о его одноклассниках. Хината хотел, чтобы его друг был рядом с ним и только с ним всегда. Родители мальчика не беспокоились о нём, кода рядом с ним был Комаеда, а их привязанность друг к другу умиляла, ведь им казалось, что нет ничего искреннее и чище детской дружеской любви. После завтрака парни пошли смотреть телевизор. Русоволосый сидел на коленях у Нагито, прижимаясь к нему. Ему нравилось, когда Комаеда поглаживал его по голове во время просмотра, слегка прижимал к себе и держал за ручку. Это успокаивало. — Поцелуй, поцелуй, поцелуй! Я хочу поцелуй! — Хаджиме потянулся к беловолосому. — Что случилось? — Нагито поцеловал Хинату в щёку. — Я просто вспомнил, что ты когда-нибудь вырастешь, забудешь меня и перестанешь любить... И я буду грустить... — малыш всхлипнул и начал тереть своими маленькими кулачками глаза. — Что? Я никогда тебя не забуду и не перестану любить! Ты самый милый, самый смышлёный и самый лучший. И ты единственный, кто любит меня за всё и искренне. Поверь, ни за что в жизни я не разлюблю тебя! — Точно?.. — Конечно же это точно! Клянусь, мы всегда будем вместе. Нас никто и ничто не разлучит. — А когда я вырасту, то мы поженимся? — русоволосый сжал ткань одежды Нагито и с надеждой посмотрел ему в глаза. — Ну... Посмотрим по ситуации. — Я приму это за "да"! Я сделаю тебе предложение, когда вырасту! Ты только подожди меня, хорошо? — Хорошо. Если ты меня, конечно, не разлюбишь до этого момента. — Ну! — Хаджиме обиженно надул щёчки. — Я никогда не разлюблю тебя! — Я на это надеюсь. Хочешь поиграть? — Ура! Играть!

***

Прошло ещё два года, и Хината пошёл в школу. Беловолосый к тому времени был уже в восьмом, но всё равно каждый день ждал малыша, брал его за ручку и вёл в школу неподалёку, помогал ему переобуться и снять куртку, если надо было, доносил его портфель до класса, навещал каждую перемену, иногда принося что-нибудь вкусненькое или интересное, следил за тем, чтобы он хорошо кушал, делал домашнее задание, хорошо вёл себя на уроках, а во время праздников он помогал русоволосому надеть его костюм. В глазах одноклассников Хаджиме старшеклассник казался гигантом. Все боялись обижать мальчика, потому что знали, что за него мог заступиться его друг. Дети даже в какой-то мере уважали Хинату, а учителя умилялись дружбе этих двоих. Нагито иногда стоял на дежурстве. Часто одноклассники кричали ему с лестницы: "Эй, Комаеда, тут снова твой карапуз пришёл!". Тогда Комаеда сразу спускался на первый этаж, так как младшим классам нельзя было подниматься на другие, и нянчил там мальчика, пока его подменяли. Дежурящие перестали бороться с русоволосым, когда он топал к своему любимому другу, ведь однажды они довели его до слёз таким образом. Ребёнок пришёл к Нагито, парень с тёмными волосами грубо сказал ему уходить, а на просьбу пустить его или хотя бы позвать Комаеду он отвечал отказом. Тогда обиженный Хаджиме начал плакать, введя в ступор дежурного. Вокруг них столпилось много народу, все пытались отвести плачущего к классу, но он всё время говорил, что дежурящий плохой, что он обозвал его, а сам Хината спустится только тогда, когда к нему приведут беловолосого. Одна из учениц повела Нагито, а тот утешал малыша всю перемену. Наступил день Валентина. Мальчик хотел порадовать Комаеду и предложить сходить на свидание у них дома с чаем и игрушками, поэтому он потопал к классу Нагито, чтобы отдать ему подарок, но увидел то, что заставило его маленькие кулачки сжаться. В темном углу одноклассник Комаеды перегородил ему дорогу, поставив руку на стену рядом. Беловолосый был явно недоволен этим положением, пытался отвернуться или уйти, но парень всё время не давал ему сделать ни то, ни другое. Он поворачивал его за подбородок обратно и прижимал к стене. Одноклассник был слишком близко к Нагито, говорил о чём-то а затем отдал ему валентинку, но тот порвал её и выбросил на пол. В этот момент Хаджиме заревновал. Этот парень трогал и обижал его самого близкого друга, не давал ему уйти, лез к нему, видимо, приглашал куда-то. "Неужели этот негодяй не знает, что сердце Комаеды занято мной и только мной?! Я женюсь на нём, а не ты, глупый дурак!" Хината подошёл к парню и дёрнул за рубашку с серьезным выражением лица. — Эй, ты! Не трогай Комаеду! — Это снова твой карапуз?.. — одноклассник посмотрел на слегка испуганного Комаеду. — И что ты сделаешь? — Я сделаю так! — русоволосый пнул парня в колено. — Ты как муха... — Матсуда-кун, не называй его так! И не вздумай его трогать! — Нагито взял мальчика на руки и понёс к его классу. — Не надо злиться, малыш. Ты выше этого, так ведь? — Да. Но я вырасту и побью его! — Хаджиме показал язык Ясуке напоследок и обнял Комаеду.

***

Прошло ещё несколько лет. Нагито выпустился из школы, из-за чего Хината был очень опечален и даже проронил слезу на выпуском, когда дарил цветы беловолосому, обнимал и целовал его в щёку. Но даже это не помешало им быть рядом. Комаеда приглашал соседа к себе в квартиру, где они садились за один стол и делали вместе домашнее задание, пили чай и общались, а потом играли в видеоигры, смотрели сериалы и фильмы, занимались самыми разными вещами. Нагито всё ещё ужинал у семьи русоволосого, был с ним близок, и ничего не изменилось. Хотя, нет. Почти ничего. Хаджиме стал старше. Ему уже исполнилось 14. На него начали заглядываться девушки, а одной из его ярых поклонниц была Чиаки. Она всячески проявляла к однокласснику знаки внимания, но тот всем своим одноклассникам то и дело, что рассказывал о самом прекрасном человеке в его жизни, которым был Комаеда. Нанами ненавидела беловолосого за то, что тот завоевал сердце Хинаты. Она назвала его стариком, альбиносом и заразным, но этим провоцировала недовольство и обиду со стороны возлюбленного, который явно не испытывал к ней никаких чувств. Даже сам Хаджиме начал копаться в себе. Он уже не ребёнок, но любовь к беловолосому только набирала обороты и становилась страннее. Хината заметил, что его щёки начали гореть от одной мысли о Нагито, в животе летали бабочки, а сердце быстро-быстро билось. Вдобавок ко всему Комаеда ежедневно делал другу массаж, чтобы у того не болела спина, что смущало ещё больше. Русоволосый начал засматриваться на Нагито, все его мысли крутились вокруг него. Хаджиме начал понимать, что его "детская привязанность" переросла в любовь. Он всегда хотел внимания от Комаеды, жутко ревновал, когда он говорил о своих одногруппниках. Хината всегда ждал объятий от беловолосого, как какого-то чуда, а поцелуй в щёку, нос или лоб заставлял его слегка вздрагивать. Когда подросток переписывался с Нагито под партой на уроках, его дыхание на секунду сбивались, когда он видел надпись "Печатает". Комаеда не замечал того, что в него влюбился его бывший воспитанник. В глубине души он боялся, что это произойдёт. Студент не хотел портить жизнь русоволосому, ведь он был намного старше его. Нагито любил парня всем сердцем, но почему-то ему казалось, что "его ежонок" будет жалеть обо всём этом позже. Комаеда видел, как малыш рос и становился всё красивее, умнее, выше. Он осознавал, что не найдёт никого, кто будет любить его более искренне, чем "маленький апельсинчик", которого беловолосый нянчил. В один из дней Хаджиме в школьном коридоре наткнулся на объект его воздыхания. Он вздрогнул, а его щёки вспыхнули. Хината молился, чтобы Нагито не заметил его смущения, а тот просто погладил его по голове и улыбнулся. Комаеду и его одногруппника пригласили рассказать об их университете, чтобы привлечь абитуриентов. — Хината-кун, как дела? — беловолосый улыбнулся. — Всё отлично, — подросток покраснел и тихо прошептал: "Теперь всё отлично", а затем продолжил: — А у тебя как дела? — Я тоже в порядке. Пришёл рассказывать про наш университет. Ну что? Были контрольные сегодня? — Да, но они были лёгкие. — Я тобой горжусь, Хината-кун. Ты умница. — Не преувеличивай. А ты... — Эй, а сколько тебе лет? — Хиёко вмешалась в разговор и посмотрела на студента. — 21. А что? — Ты старый! — Сайонджи усмехнулась. —Что ты в нём нашёл? Лучше бы с Нанами-чан встречаться начал. Она за тобой уже год бегает, если не ещё больше. — Да, старость — не радость, — беловолосый посмеялся, — Хината-кун, у тебя появилась девушка? Я так рад! Познакомишь? Я хочу знать, с кем мой маленький ёжик встречается. — Сайонджи, не говори так! Он молодой! И я не встречаюсь с Нанами! Мы просто хорошие друзья! — Хаджиме нахмурился. — Давай я отведу тебя в класс? Поговорим, — он неуверенно взял Нагито за руку, густо покраснев, и повёл в кабинет.

***

Пока студенты рассказывали о своём учебном заведении, Хината не сводил взгляд с возлюбленного, мечтательно вздыхал, подпирая щёку рукой, краснел, а в его глазах читалась ласка. Он не слушал то, что говорил одногруппник Комаеды, а когда заговорил сам беловолосый, то подросток даже слегка вздрогнул от его приятного голоса, пытаясь уловить каждый звук, исходящий из губ студента. Хаджиме даже забыл о существовании кого-то, кроме них. Он чувствовал, как в груди поселилось странное, но приятное чувство. Пока Хината летал в облаках, пытался не растечься по парте, ибо таял от всего, что делал его объект воздыхания, и представлял семейную жизнь с Нагито, его поведение заметили одноклассники. Они удивлённо смотрели на расплывшегося в улыбке одноклассника. Все уже подозревали о том, что их товарищ неравнодушен к его другу детства, но это день окончательно утвердил их догадки. Чиаки обиженно дула щёчки с мыслями: "Да почему этот старик привлекает Хинату-куна больше?! Он старше его на целых семь лет! У него нет шансов. А я его ровесница, девушка, ухаживаю за ним, стараюсь привлечь внимание, у нас даже интересы схожи в плане видеоигр. Что ему во мне не нравится?", Терутеру пускал слюни на парня постарше, Сода пытался понять, почему Хаджиме не может просто открыть глаза и забрать себе Нанами, чтобы не страдать от безответной любви Комаеды, Фуюхико однажды даже пытался поговорить с другом, но тот всё отвергал и говорил, что в плане любви ему никто, кроме беловолосого, не нужен. Когда речи заходили о любви, Хината мог вести себя, как тот малыш, который пообещал жениться на Нагито, который пытался пригласить его на свидание, и который был маленьким, обиженным и милым комочком, когда ему не уделяли внимание, русоволосый обижался, когда кто-то говорил о невозможности отношений между ним и Комаедой, он искренне верил, что заполучит внимание возлюбленного, что они будут счастливой семьёй в будущем. Из раздумий Хаджиме вывел тот факт, что свою речь начал учитель. Пока он говорил, за его спиной стояли два студента. Беловолосый заметил задумчивое выражение лица Хинаты и его взгляд​, устремлённый прямо на друга, поэтому Нагито незаметно подмигнул и помахал ему. Подросток густо покраснел и улыбнулся ему. После своей речи учитель предложила гостям остаться до конца урока. Комаеда сразу согласился и подсел к русоволосому, поскольку тот сидел один. В этот момент у ученика перехватило дыхание. Ему нравилось, когда его друг детства сидел рядом, когда он ощущал его аромат, мог коснуться локонов. Но то, что беловолосый взял Хаджиме за руку под партой, не отпускал её весь урок, да ещё и следил за тем, что и как пишет подопечный, будучи слишком близко, окончательно добило беднягу. По коже Хинаты пробегали тысячи мурашек, когда Нагито шептал ему что-то на ухо своим хриплым голосом, пытаясь помочь, пока учитель не видит, а его дыхание обжигало кожу подростка. Когда же Чиза поворачивалась, её бывший ученик делал самый невинный вид. В какой-то момент у русоволосого закралась мысль, что, возможно, у Комаеды тоже есть чувства к нему. "Ну не может же он просто так обнимать меня, нарушать личное пространство, заигрывать и флиртовать?.. Я признаюсь ему! После этого урока!"

***

Как и собрался, после занятия Хаджиме вывел беловолосого за руку, таща за собой в темный угол. Его сердце готово было выскочить из груди, но Хината держал себя в руках и пытался делать вид, что всё просто прекрасно, но его пылающие щёки и бегающие глаза выдавали волнение. Когда парни пришли на место, русоволосый взял Нагито за руки, глубоко вдохнул и выдохнул, а затем на одном дыхании выпалил: "Я люблю тебя!", на что Комаеда улыбнулся и поцеловала Хаджиме в щёку. — Я тоже тебя люблю, мой самый сладкий апельсинчик. — Правда?! Я так счастлив это слышать! Я боялся, что ты отвергнешь меня. Я правда люблю тебя больше всего на свете. Ты ведь будешь моим... П-парнем... — Постой, что? Ты говоришь о любви, как между... Парой? — Да. А что? — Ох... Прости, я не могу позволить тебе сделать эту ошибку... — Но ты ведь сказал, что любишь меня! Какую ошибку?! - Хината начал паниковать, а его уверенность в себе исчезла. Он схватил беловолосого за плечи. — Я тоже тебя очень сильно люблю... Как самого дорогого для меня человека, но я слишком стар для тебя... — Ты вовсе не стар! Всего семь лет! — Да, настолько я сяду, но дело даже не в этом. Поверь, я очень хочу ответить тебе взаимностью, жить с тобой, как со второй половинкой, но ты пожалеешь об этом уже очень скоро. Когда-нибудь ты скажешь, что хотел бы жить с молодой девушкой. Да и умру я раньше, что, возможно, причинит боль. Пойми, я правда очень-очень тебя люблю. Больше жизни, но волнуюсь о тебе, о твоём будущем. Ты забудешь обо мне. Дело не в тебе, а во мне. Ты очень красивый, умный, заботливый, сильный, да и вообще всех твоих достоинств не перечесть. Когда-нибудь ты поймёшь, что я прав... — Нет! Я ни за что не разлюблю тебя! Я буду бороться за тебя, ясно?! Мне плевать на возраст! Я уже не тот малыш, которого ты знал, который сосал соску, ходил на горшок и проказничал. Мне четырнадцать. Я вполне могу давать себе отчёт о ситуации и сам решать, как быть! И я люблю тебя! И хочу посвятить свою жизнь тебе! И это решено! Я так решил. Я не буду жалеть, потому что ты моя первая и истинная любовь! Мне не нужны девушки моего возраста и младше. Мне нужен ты! Я с самого детства любил тебя, но тогда я считал это детской привязанностью, но оказалось, что это была любовь! Если ты тоже влюблён меня, тогда почему отпускаешь?.. — русоволосый крепче сжал руки на плечах Нагито, — почему ты не хочешь бороться за меня, как это делаю я?! Прошу, соври мне... Скажи, что влюблён в меня... — Я не буду тебе врать. Я тоже влюблён в тебя, малыш. Я не сражаюсь, потому что... Я отпускаю тебя к твоему светлому будущему, полному надежды, — Комаеда положил руки на щёки Хаджиме, — прислушайся ко мне, пожалуйста... — Нет! Ты — моя судьба! И я не упущу тебя! Клянусь, мы будем вместе! — Хината-кун.. — Я хочу, чтобы мои первые и последние отношения были с тобой, мой первый поцелуй был с тобой.. прошу, поцелуй меня. Пожалуйста. Хината с мольбой посмотрел на беловолосого. После минутной тишины возлюбленный неумело поцеловал его в губы, а во время поцелуя по щеке подростка скатилась слеза. Он так сильно любил Нагито, его чувства даже, кажется, оказались взаимны, но эта разница в возрасте мешала судьбе ученика. Сейчас, чувствуя тепло и сладкий привкус на губах из-за поцелуя с любовью всей своей жизни, русоволосый твердо поставил перед собой цель. Он точно добьётся того, что Комаеда перестанет стесняться своих чувств, примет их, и эти двое станут жить вместе, заведут щенка, котёнка, хомячка, а спустя пару лет, когда они решат, что готовы, они усыновят детей. Иначе быть не может. Судьба на то и судьба, чтобы не меняться. Когда же оба нехотя отстранились друг от друга, Хаджиме потянулся за продолжением, но беловолосый отвернулся. Это явно не устроило Хинату, поэтому он повернул возлюбленного за подбородок и снова поцеловал, но это продлилось не так долго, как в первый раз. Эта ласка явно успокоила русоволосого, и он ослабил хватку, а Нагито наоборот начал чувствовать себя ужасно, ведь поступил эгоистично и отобрал первый поцелуй у его самого любимого ёжика. — Если, когда я стану старше, я перерасту тебя на столько, — Хаджиме поднял одну руку и показал на расстояние размером с половину головы Комаеды, — ты выйдешь за меня? — Я... — беловолосый встретился взглядами с Хинатой и не смог сопротивляться самому себе и своим чувствам, — да... Я выйду за тебя, если ты меня не разлюбишь. — Тогда я буду ждать момента, когда перерасту тебя. Обещаю, я никого больше не полюблю. Ты — мой смысл жизни. — А ты — моё всё. Если ты найдёшь себе дру... — Нет. Ты мой единственный. Даже не думай о том, что я брошу тебя. Кого я могу ещё любить? Если не тебя, то кого?.. — Меня, например! — из-за угла выглянула Чиаки. — Нанами, ты классная, но мы друзья. Прошу, дождись меня, Комае... Стоп! Нанами, что ты здесь делаешь?! — Я тут не одна. Тут ещё остальные. — М-м-м... Любишь постарше, да, Хината-кун? — Терутеру вылез из укрытия с кровью из носа. — Заткнись, Ханамура! — русоволосый злобно посмотрел на одноклассника. — Это конфиденциальный разговор! Так что проваливай! — Хината-кун... — Нагито взял подростка за руки, — Не стоит тратить на это свои нервы. — ...Ты уверен, что не хочешь стать моим сейчас?.. — Я и так только твой. А чей же? — А второй половинкой? — Я люблю тебя, правда. Подумай тщательнее... Ты ведь будешь жалеть. — Нет, не буду! Я думал много-много раз! Ты именно тот, кто мне нужен! Я люблю тебя и только тебя! — Во всяком случае... У нас уговор. Я не хочу портить тебе жизнь. — И не испортишь! Почему меня никто и никогда не слушает?! — Хината-кун, я люблю тебя и хочу, как лучше. — Что ж, тогда всё выходит, как хуже, потому что я хочу быть с тобой, а ты отталкиваешь меня от себя. — Я не отталкиваю. Я просто забочусь. Я даже дал тебе обещание, что перестану бояться своих чувств, если ты перерастёшь меня. — Но ты боишься их сейчас... — Уточню. Не их, а того, что ты будешь страдать со мной и пожалеешь о своём выборе. — Сколько ты будешь болтать? Идём. У нас пары, — одногруппник Комаеды потащил его за запястье к выходу. — Нет, стой. Я должен... — Идти со мной в универ. — Хината-кун, встретимся после занятий. Хорошо? — беловолосый попытался замедлить своего товарища, но тот был явно сильнее него. — Эй, не выкручивай ему руки. Ему ведь больно! - Хаджиме хмуро посмотрел на одногруппника возлюбленного, но тот его проигнорировал, — Ты меня слышишь, кусок безмозглого мяса?! — Что вякнул? — парень остановился и посмотрел на Хинату. — Хината-кун, не надо, прошу... Идём в университет. Давай, пары уже начались, — Нагито попытался подтолкнуть товарища к выходу, но тот не сдвинулся с места. — Что слышал! Уши почисть! — русоволосый сложил руки на груди. — Хватит обращаться с ним, как с мешком мусора! — Иначе что? Что ты мне сделаешь, сопляк мелкий?! — Хм... Это! — Хаджиме подошёл к сопернику и ударил в челюсть. — В себя поверил? Что ж, ты сам напросился! — студент ударил Хаджиме в нос, из-за чего у подростка пошла кровь, и тот упал, не удержав равновесие. — Хината-кун! — Комаеда подскочил к раненному и прижал его к себе. — Ты совсем придурок?! Ты в своём уме?! Как ты мог поднять руку на него?! — он со злобой посмотрел на одногруппника. — Он сам на меня нарвался! — Ты бы постыдился, чем переговаривался! И вообще! — беловолосый аккуратно посадил Хинату на лавочку и подошёл к товарищу. — Как ты смеешь прикасаться к нему?! — Опять ты своего карапуза выгораживаешь? — Что ты сказал?! Прекрати издавать жалкие звуки, которые выходят из твоего грязного рта! Никто не смеет назвать его карапузом, кроме меня! А ты отвратителен! Ещё хоть один писк, и я пойду к администрации университета и скажу, что их ученик напал на бедного школьника, который просто пытался защитить меня! Пошёл вон! Я не хочу больше видеть твою физиономию! — взгляд Нагито начал меняться. Он становился всё более безумным, а затем Комаеда просто дал пощёчину одногруппнику, после чего кинул ему в руки тетради из своей сумки, — и делай своё домашнее задание сам! Не попадайся больше мне на глаза! Студент гордо задрал нос и пошёл к выходу, но там его поймали Аканэ и Некомару. Сам же беловолосый взял на руки раненого и понёс в медпункт, прижимая к себе, а тот терся щекой о грудь возлюбленного, прикрыв глаза. "Чудесно! Я унизил себя перед всеми! Я хотел показать ему, что я люблю его, что я забочусь о нём, что я большой и сильный, а вышло всё наоборот..."

***

В медпункте русоволосому оказали первую помощь под строгим наблюдением Нагито, который глаз с бедняги не спускал. Когда же эти двое остались в кабинете наедине, Хаджиме постучал по месту на кушетке рядом с собой, а когда Комаеда сел туда, он крепко обнял его, прижавшись щекой к руке. Беловолосый вздохнул и обнял Хинату в ответ, поглаживая по макушке. Эти двое могли бы сидеть в тишине вечность, если бы не подросток, которого нынешнее положение явно не устраивало. Он посмотрел в глаза Нагито, а затем смущённо спросил: "Пожалеешь?". Ученик любил, когда Комаеда его жалел. Ещё с раненного детства студент всегда его утешал. Если маленький русоволосый неумело шагал и падал на попку, то его всегда поднимал и гладил по спинке Нагито. Если малыш падал и разбивал коленки, локти и прочее, то Комаеда всегда был рядом. Он дул на ранки и обрабатывал их, а потом целовал, чтобы не болело. Если у Хаджиме болел животик, беловолосый всегда гладил его живот и прикладывал тёплую ткань. Если Хината умудрялся заболеть, Нагито кормил его с ложки супом, вареньем и мёдом, носил горячий чай, измерял температуру, читал на ночь и убаюкивал. Если подросток не мог сделать домашнее задание, Комаеда садился рядом и пытался объяснить ему тему. Если ученика обижали в начальной школе, пусть это и было очень редко, его няня защищал беднягу. И это далеко не весь список всей помощи студента. Беловолосый положил ладони на щёки подопечного и аккуратно поцеловал его в носик, заставив того зажмуриться от наслаждения. Пока раненный наслаждался заботой, Нагито положил руки на его плечи и начал делать массаж со словами: "Не горбься. Такой красивый, но осанку держать не может". — Так стань моим парнем и ухаживай за мной! Мы всегда будем рядом, поэтому ты сможешь присматривать за тем, чтобы я не горбился. — Разве я не присматриваю за тобой с твоих трёх лет и до настоящего времени? — Да, но... Я хочу, чтобы ты был только моим... — Как я и говорил, я уже сейчас твой и только твой. Ничей больше. У меня никого, кроме тебя и твоих родителей, нет. Я живу ради тебя. — То есть ты согласен быть моей второй половинкой? — Не спеши так. Мы ведь договорились. Может, ты полюбишь кого-то ещё? — Хватит так говорить! Я люблю только тебя! Мне никто больше не интересен! — Ты слишком торопишься с выводами. Поступишь в университет, а там будет много симпатичных девушек. — Никакая "симпатичная девушка" не заменит мне тебя. Они все пусты внутри, а ты другой. Ты заботился обо мне так долго, баловал, любил, поддерживал, жалел, развлекал и многое-многое другое. Так почему я должен разлюбить тебя? Ты самый лучший! Никто и ничто не помешает моей любви к тебе! Я буду бороться за то, чтобы ты решился начать со мной отношения! — Если бы не разница в возрасте... — Забудь о ней. Любви неизвестно слово "возраст", так ведь? — Я боюсь испортить тебе жизнь. Русоволосый тяжело вздохнул и сделал вид, что смирился. Когда же Комаеда расслабился, он притянул его к себе и поцеловал в губы. Хаджиме хотел, чтобы студент украл у него всё. Поцелуи, статус "не в отношениях", сердце. Вообще всё. Хината всё ещё пытался повлиять на Нагито, дать ему понять, что в их отношениях нет ничего запретного, но тот не слушал и продолжал бояться, что испортит жизнь подопечному, поэтому подросток пытался утешиться через близость с возлюбленным. Ему так понравилось чувствовать чужие губы на своих, быть очень близко, чувствовать его касания. Возможно, это было эгоистично, но русоволосому так хотелось, чтобы внимание Комаеды принадлежало только ему. Он так хотел, чтобы его возлюбленный жил рядом с ним, провожал на учёбу, лежал рядом и смотрел телевизор в темной квартире, перебирая волосы Хаджиме. Он просто хотел почувствовать семейную идиллию с объектом его воздыхания. Неужели это так много? Беловолосый даже ответил ему взаимностью, но разница в возрасте заставляла его сомневаться в правильности выбора, а нетерпеливый Хаджиме пытался доказать ему всю свою любовь и верность. — Хината-кун, давай я отведу тебя домой? — Прошу, зови меня Хаджиме. Или так, как ты назвал меня в детстве. — Хорошо. Мой маленький ежонок пойдёт домой? — С тобой хоть на край света, — Хината мечтательно вздохнул, а затем напрягся, — но у меня уроки. — Я отпросил тебя у классного руководителя и учителей. Можем идти. — Зачем? — У тебя из носа шла кровь. Я забеспокоился. — Но ведь это пустяки, — русоволосый обиженно надул щёчки. Он хотел доказать, что он уже не малыш, что подобное ему вовсе не страшно. — Нет, не пустяки. Тебе нужен отдых. Я ценю то, что ты пытался защитить меня, но я не хочу, чтобы ты калечился ради этого. Я беспокоюсь. — Я ведь должен уметь постоять за тебя. — А если бы он набросился на тебя? Вдруг он сломал бы тебе руку, ногу или другую часть тела? А если бы ты поранился? — Но ничего не произошло. Я останусь здесь. — Хаджиме, — Нагито серьёзно посмотрел на подростка, затем устало выдохнул, а в его взгляде читалось волнение. Да ещё он назвал его по имени, чем обезоружил парня, — прошу... — Ладно... — такой умоляющий вид окончательно добил Хаджиме. Он аккуратно взял ладонь Комаеды и поцеловал её, припав губами к холодной коже, — мы можем взяться за руки? Я понимаю, что ты отказал мне, что я тороплю события, и я уважаю твоё "нет", но... — Хорошо, — беловолосый крепче сжал руку Хинаты, а затем сплёл их пальцы, — идём. Посидишь у меня в квартире, сделаешь домашнее задание, а я приготовлю обед. — А почему не дома? — Твои родители ещё на работе. Вдруг у тебя снова кровь из носа пойдёт? А так я смогу за тобой приглядеть. — Я бы мог и сам о себе позаботиться. Я уже не ребёнок. — Я понимаю, но всё равно беспокоюсь о тебе. Пойдём домой. Отдохнёшь заодно. Нагито повёл русоволосого по коридору к выходу. Никто, кроме одноклассников подростка, не придавал этому значения. Все уже привыкли к этой картине. С самого начала Хаджиме был под опекой Комаеды. Он всегда водил мальчика за ручку, утешал, заботился о нём, иногда даже носил на руках. Окружающие попросту перестали удивляться этому и даже начали умиляться. Им казалось, что эти двое друг другу как братья. Только одноклассники Хинаты знали правду их "запретных" отношений.

***

— Ты пока делай домашнее задание, а я приготовлю обед. Сразу зови меня, если тебе будет плохо. Беловолосый накинул на плечи подопечного, который сидел за рабочим столом с книгами, одеяло. Он поцеловал гостя в макушку и ушёл на кухню. Подросток же принялся за уроки, чтобы сделать их как можно быстрее и вернуться к возлюбленному, утопая в его заботе и ласке. На самом деле русоволосый любил болеть в том плане, что во время даже лёгкой простуды к нему приходил Нагито. Он заботился о нём, уделял каждую секунду своего существования ему, всегда был рядом, иногда засыпал с подопечным в обнимку. Разве что минусом было то, что Комаеда переживал. Студент всегда был чувствителен к каждой мелочи, если эта мелочь касалась его любимого Хаджиме. Он жутко паниковал из-за обычной простуды у русоволосого, обрабатывал любую царапину, любой синяк, всегда носил с собой самые важные таблетки, бинты, ватку, капли и прочее в своём рюкзаке. В общем, делал многое ради подростка. Хината ценил его помощь и поддержку, но просил заботиться и о себе, ведь тот был не менее болезненным и неуклюжим. А во время болезни, когда у русоволосого была высокая температура, он плохо ел, плохо спал, мучился и еле говорил, русоволосый притворился спящим, а когда он приоткрыл глаз, то увидел, как его возлюбленной сидит возле кровати, закрыв лицо руками. Нагито часто сдерживал слёзы, когда понимал, что его милому ёжику плохо, больно или грустно, а когда он приходил домой, то просто выпускал свои эмоции наружу. А однажды Хаджиме сломал руку, и тогда у бедного беловолосого чуть не случился инфаркт. В те дни Комаеда практически поселился у кровати подопечного, помогая во всём. Когда же Хината делал что-то неправильно, приносил меньше четвёрки, то Нагито ссорился с родителями русоволосого, защищая его, уверяя, что оценки — не главное, что подросток очень умный и способный мальчик, а плохие дни бывают у всех. Сейчас же к волнению прибавилось чувство вины, а к заботе прибавились извинения. В этот раз русоволосый пострадал из-за того, что заступился за Комаеду. Это заставляло студента заглядывать к гостю каждые пять минут, но всякий раз он вздыхал спокойно, ведь находил Хаджиме за столом, а тот оборачивался и улыбался ему. Искренняя улыбка Хинаты почти не изменилась за все эти годы. Она всё так же завораживала и умиляла. Родители подростка даже рассказывали, что он искренне улыбается только им и беловолосому. В тяжёлые дни Нагито мог просто поставить точку в самом конце сообщения, и он сразу получал фото от подопечного с его искренней улыбкой и подписью: "Улыбнись, облачко". И Комаеда не мог ослушаться. В такие моменты он будто возвращался на секунду в детство, в тот день, когда русоволосый впервые притопал к нему и неуклюже сел на пол, рассматривая будущего возлюбленного. И это умиляло. Ничто не изменило того очарования Хаджиме с трёх лет. — Ты уверен, что всё в порядке? — студент выкрикнул это с кухни, доставая суп из микроволновки. — Да. Я уже закончил домашнее задание. — Тогда иди обедать! — Хорошо. Хината встал и пришёл на кухню. Он ненадолго задержался в проходе, наблюдая за беловолосым, который смотрел на фотографии с ними. На одной малыш целовал Нагито в щёчку, на второй он стоял с пышным букетом цветов, который едва не закрывал его целиком, держа за ручку своего героя, который вёл его в первый класс, а на третьей эти двое улыбались, смотря в камеру с венками на голове. Последнее фото было сделано совсем недавно. И вот сейчас Комаеда смотрел на эти рамки, улыбаясь. Русоволосый не знал причину ностальгии любимого, но всё равно подошёл и обнял его со спины, поцеловав в щёку. — А, ты уже пришёл? — Да. Что-то случилось? Тебя кто-то обидел? — Нет, я просто... Поверить не могу, что ты так быстро вырос... — студент вытер выступившую слезу, — кажется, что совсем недавно ты пришёл ко мне, забрался на ручки и уснул со мной. А уже стал таким взрослым. Красивый, умный, сильный, серьёзный, добрый... На тебя девушки заглядываться стали. — Мне плевать на то, что на меня "заглядываются". Я люблю тебя. И никого больше. — У тебя ведь были такие маленькие ладошки и лапки, такие пухлые щёчки, такие сияющие глазки. — Если ты так скучаешь по тем временам... Может, покормишь меня? — А? — Да, ты прав. Плохая идея. — Нет. Всё хорошо. Пойдём обедать. Я покормлю тебя.

***

Прошло несколько лет. Русоволосый усиленно пытался перерасти Нагито. Он не собирался сдаваться. В 16 лет родители заметили, что их сын стал зависим. Зависим от Комаеды. Хаджиме целыми днями пропадал, общаясь с беловолосым, а дома запирался в своей комнате, обнимал рамку для фото с ним и засыпал. Сомнения родителей подтвердились, когда они услышали, как Хината разговаривает с фото любимого, тихо шепча: "Я так люблю тебя. Больше жизни. Я обязательно женюсь на тебе. Ты ведь скажешь "да"? Верно? Не беги от своих чувств и нашего будущего. Прошу, будь со мной". Тогда старшие отправили сына гулять и пригласили к себе Нагито на разговор "по душам". Он состоял в следующем: — Ты ведь понимаешь, что это нездорово. Парень с парнем... С разницей в семь лет... Он не должен любить тебя. — Я понимаю... — Он просто потратит свою жизнь на тебя, а потом пожалеет, что не нашёл себе симпатичную девочку вроде Нанами. — Я пытался это ему объяснить, но он не слушает. Я не хочу причинять ему боль... — Что ж. Тогда мы запрещаем вам общаться. — Что?! — Совсем. Даже переписываться. — Но это разобьёт ему сердце! И мне тоже! Пожалуйста, не надо! — Надо. Иначе он испортит себе жизнь. — Есть же другой выход! — Какой? Мы можем заплатить тебе за услуги няни, а ты сделай вид, что не знаешь нашего сына. — Нет! Ни за какие деньги я не променяю его! — Не говори, что тоже влюблён в него. Тогда тебе придётся смириться и опустить его. Ты ведь хорошая няня, так ведь? А хорошие няни радуются, когда их подопечные женятся на красивых девушках и идут к своему счастью. — Но он любит меня! Вы же не хотите сделать ему больно? Он ведь расстроится! — Что ж. Таковы суровые реалии. Погрустит, а потом будет рассказывать всё, что говорил тебе, но Нанами. — Нет... Прошу, дайте мне увидеть его в последний раз! — Тогда он не забудет о тебе. Может, ты съедешь? — Я не... — Мы можем написать заявление о том, что ты... Любишь помладше. Выбирай. — Но... Разве вы не хотите, чтобы ваш сын был счастлив?! — Он будет счастлив, но не с тобой, а с Нанами. Мы уже поговорили с её родителями. Прямо сейчас он у них. — Так нельзя... Я в любом случае лишусь его... Не делайте этого! — Всё. Уходи. Напиши ему, что уезжаешь в Канаду и уходи. — Пожалуйста, я ведь... — Проваливай! Не порти нам сына! И тогда Комаеда в слезах убежал. Какое-то время он умудрялся передавать записки для русоволосого через Пеко, которая почему-то понимала чувства этих двоих друг другу. Возможно, потому что они тоже были знакомы с детства, как она с Фуюхико, после чего парни пересекались на пожарной лестнице. Услышав обо всём случившемся, Хаджиме пришёл в ярость. Он хотел поговорить с родителями, но беловолосый его удержал. В первые секунды рассказав Нагито, у Хинаты действительно разбилось сердце. Он так не хотел расставаться с ним, так не хотел тайн. Он хотел гордо говорить: "Это моя вторая половинка. Мой муж", целовать и обнимать, а не вот это всё. После их ночные встречи стали переписками, но в 17 лет родители русоволосого заставили Комаеду переехать и прекратить общение. Как же больно студенту было. Да и есть. Парням исполнилось 25 и 18 лет. Хаджиме до сих пор писал любимому. И их диалог выглядел так:       Хаджиме: Я люблю тебя       Хаджиме: Я так скучаю       Хаджиме: Прошу, ответь мне. Дай знак, что ты цел и невредим. Я беспокоюсь.       Хаджиме: У меня всё хорошо. Я сдал экзамены на отлично       Хаджиме: Я так хочу тебя обнять и поцеловать       Хаджиме: Я знаю, что тебе нравилась моя улыбка. Совсем скоро я перееду от родителей, и тогда, обещаю, мы будем вместе. Нет. Клянусь       Хаджиме: Без тебя мне одиноко. Я чувствую себя ужасно... Пожалуйста, вернись ко мне...       Хаджиме: Я так хочу быть рядом с тобой. Не слушай моих родителей. Я люблю только тебя. С Нанами мы просто лучшие друзья. Для меня ты значишь намного больше. Поверь       Хаджиме: Ты ведь помнишь о нашем обещании? Я немного вытянулся       Хаджиме: Тебе нравится белый костюм или чёрный?       Хаджиме: Я вижу, что ты читаешь. Не слушай моих родителей, если они тебя запугали. Я не дам тебя в обиду И десятки, сотни тысяч сообщений приходили на телефон беловолосого за эти два года. Иногда Нагито давал намёки на своих страницах в социальных сетях, чтобы Хината знал, что тот в порядке. Сам же Комаеда читал каждое сообщение бывшего подопечного, всё ещё хранил их фото, мониторил его аккаунт, всё ещё контактировал с Пеко, чтобы узнать, есть ли у его ежонка пара, и каждый раз он вздыхал с облегчением, когда понимал, что тот всё ещё свободен. Чувства беловолосого не угасали, а наоборот становились всё сильнее и сильнее. Он уже готов был выйти за его подопечного прямо сейчас, если бы он объявился. Нагито даже устроился работать няней в надежде, что пятеро новых детишек поднимут ему настроение. И в один из дней Комаеда нянчился с его новыми подопечными у себя дома. Малыши были совершенно разными, поэтому присмотреть за ними было сложно, но он справлялся довольно хорошо. Девочка с розовыми волосами рисовала на лице беловолосого, попутно рассказывая текст одной из своих ролей в школьном спектакле, мальчик с красными волосами играл в приставку, ещё одна малышка с зелёными волосами играла в куклы, второй паренёк в маске что-то увлеченно рисовал, а третий мальчик с голубыми волосами делал домашнее задание. Но во время игры в дверь постучали. Нагито нехотя встал с пола и посадил Котоко возле Монаки, чтобы они поиграли в игрушки, а сам пошёл в ванную отмываться. Пока он смывал краску, у двери послышался странный звук. Крикнув: "Иду!", Комаеда взял сковородку для обороны и подошёл ко входу в дом, резко распахнув дверь. Но с другой стороны никого опасного не было. На пороге сидел золотистый ретривер, высунув язык, а рядом из людей никого не было. Этот пёсик скрёбся, чтобы его впустили внутрь, а не маньяк пытался вскрыть замок. Беловолосый вздохнул с облегчением и погладил животное по голове. — Привет, малыш. Ты потерялся? — в ответ пёсик повалил Нагито на пол и начал облизывать его лицо. — Хороший мальчик! Хороший! Ты так похож на моего Лаки... Ну-ка! Давай посмотрим, кто твой хозяин? — парень посмотрел на медальон и увидел адрес и имя животного. Его звали Лаки. — Эх, тут нет имени твоего друга. Давай я отведу тебя к нему? Или ней? Комаеда встал с пола, взял ретривера за поводок и повёл в дом. Заметив пёсика, девочки и Джатаро с Масару сразу подозвали его к себе и начали тискать, а Нагиса напрягся, не зная, чего ждать от животного. — Итак, кто хочет прогуляться? — беловолосый улыбнулся. — Я! Больше движения! Спорт — это моя жизнь! Какой Майнкрафт?! Есть же футбол! — Даймон подскочил и начал носиться по комнате. — Я не знала, что у тебя есть собака. Давно она у тебя? — Утсуги проверила подвеску на ошейнике Лаки, — он же не твой... — Знаю. Поэтому мы отведём его к хозяину. Заодно погуляем, а я потом куплю вам мороженое! — Нагито посадил Тову в коляску. — Ура! Мороженое! Монака любит мороженое! — зеленоволосая заулыбалась. — Ты уверен, что этой собаке стоит доверять? — Шингетсу слегка нахмурился и откатил коляску Монаки подальше от животного. — Конечно. Смотри, как он Кемури-куну нравится! — Комаеда указал на то, как Джатаро возится с собакой, шепча: "У тебя такие красивые глазки. И мягкая шерсть. И сильные лапки. Я хочу тебя нарисовать!", — он бы накинулся на меня, если бы был агрессивным, и не стал выжидать. Собирайтесь! Мы выдвигаемся! — Хорошо, может, он безопасен. А если его выкинули намерено? Есть ли смысл нам идти куда-то? — Первое. Это прекрасная прогулка. Второе. Если он ничейный, то я найду ему дом! Он очень похож на моего Лаки. Его даже зовут так же! Третье. Это ради благого дела, — беловолосый улыбнулся и слегка потаскал за щёчку Нагису, а тот стукнул его по ладони, чтобы он убрал руку. — И сладкого! — Монака заулыбалась и замахала руками. — Мороженое! Мороженое! Монака любит мороженое! — Пошлите. Раньше выйдем — раньше вернёмся.

***

Спустя какое-то время вся компания уже стояла у нужного дома. Они поднялись на нужный этаж, нашли нужную квартиру и нажали на звонок. Почти сразу дверь открыл парень в тёмной толстовке, капюшон которой был натянут на лицо, скрывая его. Дети спрятались за спиной их "няни", тот глубоко вдохнул и выдохнул, собираясь с мыслями. — Эм, здравствуйте. Этот малыш сидел у нас под дверью. На его ошейнике написан Ваш адрес. Это Ваша собака? — Да, моя. И не только она, — парень резко снял с себя капюшон, улыбаясь. — Х-Хината-кун?! — Нагито испуганно посмотрел на русоволосого, краснея. — Т-Тебе нельзя находиться рядом со мной. — Кто сказал? Мои родители, под властью которых я больше не нахожусь, ибо снял квартиру? Не притворяйся, что не читал моих сообщений про то, что я съеду от них. — Но я не думал, что ты серьёзно... — Не думал. А я свои обещания держу. Осталось только узнать, держишь ли ты свои, — Хаджиме подошёл практически вплотную и посмотрел на сравнение их роста. Он явно был выше, чем смутил и без того испуганного Комаеду, — и не бойся. Они не засудят тебя. — Не хочу вмешиваться, но.. Это кто ещё такой? — Котоко обиженно надула щёчки. — Это... — Детишки, не хотите посмотреть мультики? — Хината присел перед малышами за спиной беловолосого. — Ну... Ты не мистер Слуга... — Масару почесал затылок. — Мистер Слуга? — Да, это он! — Утсуги указала на их няню. — Что ж, а нас с Мистером Слугой ждёт очень долгий и приватный разговор, — русоволосый заулыбался, пристально смотря в глаза Нагито. — Ну, тогда погнали! — Даймон пошёл в дом. — Ч-что?! Даймон-кун, нет! — Комаеда попытался удержать малыша, но тот уже был внутри. — Пойдём. Нам нужно мно-о-огое обсудить, — Хаджиме закинул беловолосого на плечо и понёс внутрь. — Что?! Нет! Хината-кун, это неправильно! Нет! Нет! Помогите! Кто-нибудь! Похищают! — Всё правильно. Признайся, ты знал, что всё шло к этому с самого начала. Не помогайте ему! Ему нравится! Оставшиеся дети переглянулись тоже неуверенно вошли внутрь. В зале их уже ждал спортсмен. Хината включил мультики на телевизоре, а сам занёс Нагито в свою комнату и уложил его на кровать, пристроившись рядом, и обнял его, вдыхая запах. — Я так скучал... Ты всё ещё пахнешь сладкой ватой и ванилью... Мне так нравилось засыпать с тобой в детстве. — Ты разве не должен быть с Нанами-сан? — Должен, но не обязан. Мы с ней поговорили. Я объяснил ей всю ситуацию. Я рассказал ей всю нашу с тобой историю с самого начала, и она согласилась остаться лучшими друзьями, как раньше. Кстати, именно Нанами отвела Лаки к тебе. Она живёт рядом с твоим домом. — Я испортил тебе жизнь... — Нет. Наоборот. Ты сделал меня самым счастливым на свете. Но хватит обо мне. Скажи мне правду. Ты скучал? — Что? Конечно же я скучал по моему самому милому ёжику! Мне тебя так не хватало... Ты так изменился! Стал старше. — А ты стал ещё прекраснее. Кажется, каждую секунду ты становишься всё более восхитительным. — Х-Хината-кун, это не так... Лучше расскажи мне о том, как прошли те два года, во время которых мы не виделись. — Ну, я сдал экзамены, меня приняли в университет моей мечты, я нашёл подработку на лето, чтобы не сидеть на шее у родителей, уговорил их принять мои чувства к тебе, завёл Лаки, а в 16 я начал тренироваться с Нидаем. Это самые важные события. А ты, я посмотрю, тоже времени зря не терял. Ты ведь не пытался заменить меня этими детьми? — Ничто и никто не заменит мне тебя. Я просто решил, что работать няней весело. Для меня это самая комфортная профессия. Подожди, тренировки? Ты не перенапрягаешься там? Тебе может стать плохо, а ещё ты можешь пораниться, — Комаеда погладил русоволосого по руке с взволнованным видом. — Я очень осторожен. И если ты хочешь потрогать мои мускулы, то можешь не притворяться, — Хаджиме поднял рукав толстовки и приложил к руке ладонь возлюбленного, — не стоит так стесняться. — Ты такой же хвастливый, как и был раньше. Эх, будь осторожен. — Ну, что ж. Думаю, ты сам сможешь это сделать. — Ты о чём? — Ты же заметил, что... — Хината приблизился к лицу беловолосого, прикрыв глаза, но в комнату начал скребстись Лаки, — Лаки, вот ты сейчас совсем не вовремя! — он встал и открыл дверь питомцу, — что такое? Почесать животик? Но пёсик забрался на кровать и удобно устроился на коленях Нагито. Он лениво вилял хвостом, пока Комаеда гладил его, чесал животик и за ушком, что заставляло русоволосого ревновать, бормоча: "Уже негде уединиться...", а в ответ на это его возлюбленный лишь хихикал и почёсывал его макушку. — Лаки, пойди возьми вкусняшку. Ты хороший мальчик. Заслужил, — Хаджиме погладил питомца по голове, а тот встал и пошёл на кухню, — ладно. Теперь мы снова одни, — Хината взял беловолосого за руки, поднимая с кровати, а затем обнял его за талию. — На чём мы там остановились? Ах да! Я... — Мистер Слуга, я хочу писать... — в дверном проёме появился Масару. — А, да! Эм, Хината-кун, где у тебя зде... — Прямо и направо... — русоволосый выглядел недовольным и хмурым. Как только мальчик ушёл, он снова приблизился к лицу объекта своего обожания, — ну наконец-то. Я хочу, чтобы... — Мистер Слуга, у меня распустился хвостик, — Котоко открыла дверь, держа в руках резинку и расчёску. — Иду, — Нагито усадил малышку перед собой на кровать и быстро поправил её причёску, - Вот так. Умница. Иди поиграй. — Ладно, — Утсуги встала и вышла из комнаты. — И пол года не прошло. Сегодня нас всё время тревожат, — Хаджиме прижал Комаеду к стене, но его губы не коснулись чужих. — Мистер Слуга, я испачкался... — Джатаро стоял в проходе, а на его лице были пятна от фломастера. — А у меня ручка потекла, — Нагису показал свои ладони. — А Монака голодна, — Това показала на животик. — Они явно издеваются... — Хината сел на кровать и сложил руки в замок, — ты не мог начать их нянчить после того, как мы встретимся? — Прости, Хината-кун. Пойми, они ведь ещё дети. За ними нужен особый уход. А ты был точно таким же. — За мной тоже! Твой переезд разбил мне сердце! Пожалей меня, прошу! — Хорошо. Детишки, вы пока займите свои места за столом и придумайте, что будете делать после перекуса, а я пока поговорю. Ладно? — Мы поняли. Возвращаемся, — Шингетсу повёл всех на кухню. — Как ты это делаешь? - русоволосый удивлённо посмотрел на возлюбленного. — Я не раскрываю своих секретов. — Я надеюсь, что хотя бы теперь мы наедине. Отлично, — Хаджиме прижал Комаеду к стене, одной рукой он приобнял его за талию, а второй поднял густо покрасневшего лицо возлюбленного за подбородок и посмотрел ему в глаза, приложив большой палец к губам. — Я люблю тебя​. Мы не виделись два года, но мои чувства не угасли. Они наоборот стали крепче и вспыхнули с новой силой... Что скажешь? Ты будешь и дальше бежать от меня? Или... — Я... — Подожди. Перед тем, как ты откажешь... Поцелуемся? — Хината выглядел полностью спокойным, пока беловолосый уже напоминал ему помидорку. Он уже и не рассчитывал на взаимность, ведь его возлюбленный так долго бегал от своих чувств, что мог задавить их. Нагито еле видно кивнул, не сводя взгляд с бывшего подопечного, а тот прикрыл глаза и нежно поцеловал его в губы. Пока эти двое обнимали и целовали друг друга, в комнату заглянули дети. Нагиса вздрогнул и закрыл руками обзор своим друзьям, пытаясь отвести их обратно на кухню, но остальным явно было интересно понаблюдать за происходящим. Комаеда же забавлял детей своими красными щеками и ушами. Он сжимал в ладонях ткань чужой толстовки. Комаеда раздумывал над тем, как лучше признаться русоволосому в своих чувствах. "Его родители больше не помешают нам, он всё ещё тот же мой маленький ежонок, который любит меня... А вдруг он скажет, что уже слишком поздно? Я должен был принять чувства ещё тогда, когда ему было 14... Но я боялся испортить ему жизнь..." — Хината-кун... — беловолосый отстранился и посмотрел на Хаджиме измученным взглядом, из-за чего тот почувствовал, как в сердце что-то кольнуло, и он попытался пожалеть возлюбленного и продолжить поцелуй, сделав всё как можно более нежным, но Нагито закрыл ему рот рукой, — нет... Не сейчас. — Мф... — Хината убрал ладонь любимого, — мне так жаль, что ты страдаешь из-за того, что я навязываюсь. Позволь мне насладиться тобой в последний раз. — Дай мне договорить. Я... Тоже люблю тебя... Больше жизни. Ты это знаешь. Но ты точно уверен, что хочешь быть со мной? — Шутишь?! Посмотри на наш рост. Я стал выше, как мы и обещали друг другу. Я ходил на тренировки ради тебя! Я хотел стать твоим идеалом, суметь тебя защитить и вытянутся заодно. Я подрабатывал, чтобы у нас была крыша над головой, я искал тебя, писал каждый день, пытался звонить. Ты ещё сомневаешься? — Хорошо. Тогда... — Нагито крепко обнял русоволосого, — я так скучал по тебе, твоим поцелуям и объятиям. Я обещаю что буду заботься о тебе, и делать всё, чтобы ты не пожалел о своём выборе! Я так сильно люблю тебя! Не как младшего братика или друга, а как вторую половинку. Мне было так больно выполнять требования твоих родителей. Я не хотел переезжать. Но меня вынудили. Прости, что не пришёл на твой выпускной. Я правда-правда люблю тебя! Очень-очень сильно люблю тебя! Я такой дурак! Нужно было принять твои и свои чувства давно, но я так боялся, что ты когда-нибудь скажешь: "Я потратил на тебя лучшие годы своей жизни. Лучше бы я нашёл себе жену моего возраста. Ты всё испортил. Ты всегда всё портишь"... — Я бы никогда такого не сказал. И не скажу. Потому что я люблю тебя. И никого больше. Так ты точно согласен стать моим парнем? — Точно! Я твой целиком и полностью. С самого первого дня нашего знакомства. Ты ведь сам это знаешь. — С того дня, как я уснул на тебе, а когда проснулся, то отказался опускать тебя домой? — Да. Именно с того дня. Ты был таким милым малышом. — Эй, я и сейчас милый! Да? — Ну конечно же ты милый! — Может, сходим сегодня на свидание? Когда родители заберут своих детей, — Хаджиме нежно провёл рукой по щеке Комаеды и убрал прядь волос за ухо. — Хорошо, я согласен! — беловолосый выглядел действительно счастливым и сияющим от счастья, но ответная реакция была несколько странной. Хината густо покраснел и застыл смотря в глаза возлюбленного, — Хината-кун? Что-то случилось? — А? Нет, всё хорошо. Может, сходим в парк с Лаки? — Ты уверен, что не заболел? — Я болен только тобой, — русоволосый улыбнулся и взял Нагито за руки, смотря в его глаза ласковым взглядом, — надеюсь, ты скажешь "согласен", но в другой ситуации... Ладно! Тебя ждут твоим малыши!

***

Прошёл год. Эти двое за этот год съехались, Хаджиме представил родителям своего парня, он стал учиться в университете, а Комаеда работать. Лаки всегда ждал хозяев дома, любил лежать у них на коленках и ходить на пикники. Любовь парней не угасала, а только становилась сильнее и крепче, поэтому они жили в самой прекрасной атмосфере домашнего тепла и уюта. К ним часто приводили Воинов Надежды, чтобы за малышами посмотрели. В такие дни беловолосый покупал много вкусняшек и апельсиновый сок, а Хината приносил плед, все укутывались в одеяло и смотрели мультики с закусками, пока Лаки спал у всех на коленях, тихо посапывая. Но было одно "но". Русоволосый был очень нетерпеливым. Ему надоело ждать так долго. Его можно было понять. С 14 лет, если не раньше, он мучился и ждал. Сейчас ему было 19. Хаджиме так хотелось быть больше, чем просто парой. И он решился. Хината стал работать в несколько раз усерднее. Он утроился на работу, чтобы у него уже были какие-то финансы, стал ещё более внимателен к Нагито, пусть и казалось, что больше уже некуда, начал готовить к объявлению о свадьбе родных. В продумывании плана ему помогала Чиаки. Она подсказывала ему, где, когда и как лучше устроить свадьбу, где подзаработать так, чтобы не умереть от усталости, и никуда не ехать, помогала с выбором кольца и многим другим. И вот настал тот час, когда русоволосый должен был связать свою судьбу с Комаедой. Да, это было рискованно, да, это было слишком внезапно и пугающе, да, он мог спугнуть возлюбленного, но он уже не мог терпеть. Хаджиме пригласил беловолосого на свидание в парке с Лаки, чтобы напомнить об их первом. Они неспеша гуляли по парку, держась за руки, иногда бросали тарелку пёсику. Нагито сиял от счастья, в этот день он был очень энергичным и по-детски весёлым. Это очень умиляло Хинату, и ему нравилось наблюдать за тем, как его парень играет с питомцем, пытаясь отобрать у него игрушку, плетёт венки, смотрит на небо и даже просто улыбается. Нагулявшись, парни сели на землю, простелив плед и поставив еду на него. Комаеда подсел к русоволосому и положил голову ему на плечо, сплетая пальцы рук. — Хината-кун, спасибо, что пригласил! Сегодня просто прекрасный день для прогулки. Ты всегда знаешь, что мне нужно. — Не за что. В который раз я тебе говорю, что тебе не надо благодарить меня за свидания? Лучшая благодарность — это ты. Потому что я люблю тебя. — Ты слишком мягок по отношению ко мне. — Нет. Ты заслуживаешь заботы и ласки. И я ведь уже говорил, что ты можешь звать меня просто Хаджиме. — Прости. Никак не привыкну. — Может, запустишь диск? Пусть Лаки поиграет. Кажется, он не уснул. — Хорошо. Лаки, вставай. Смотри! Тарелочка! Лови! — беловолосый запустил игрушку подальше, слегка подталкивая животное в лапку. Пёсик сорвался с места и помчался за игрушкой, а вскоре пошёл обратно к хозяевам. Но он не вернул тарелку. В зубах он с гордым видом принёс Хаджиме маленькую коробочку. Комаеда удивлённо посмотрел на возлюбленного и Лаки, не понимая, откуда могла взяться эта вещь, и что в ней лежит. Но все вопросы развеялись, когда Хината сел на одно колено и открыл коробок, в котором лежало кольцо. — Нагито Комаеда... С самого первого дня нашей встречи я полюбил тебя. Я был совсем ещё ребёнком, но чувствовал, что мы с тобой связаны красной нитью судьбы. И я не ошибся. Я не могу жить без тебя. Те два года казались для меня адом. Ты самый прекрасный, умный, добрый. Всех твоих качеств нельзя перечислить, потому что твоего превосходства не описать словами. Ты украл у меня не только первый поцелуй, но и сердце. Я люблю тебя! Люблю-люблю-люблю! Я готов на всё ради тебя! Сделаешь ли ты меня самыми счастливыми во вселенной? Нагито Комаеда, ты выйдешь за меня? Глаза русоволосого сияли, а его решительный голос заставил щёки Нагито вспыхнуть. Он слушал возлюбленного со слезами на глазах, а когда тот замолчал, то не смог сказать ни слова. Он просто закрыл ладонями рот, а его взгляд метался из стороны в сторону. Ком в горле не давал издать и звука. Хаджиме начал беспокоиться, что спугнул беловолосого, так как не получал ответа уже минуту. Он хотел встать и попробовать температуру избранника, но тот успел обнять его раньше, сжимая ткань рубашки Хинаты в руках. Одежда парня начала намокать, а это давало понять, что Комаеда начал плакать. Спустя пару секунд он отстранился на мгновение и сказал: "Да! Миллиарды раз "да"!". Русоволосый заулыбался той самой очаровательной и искренней улыбкой, которая сохранилась у него с детства, и надел кольцо возлюбленному. Пока эти двое радовались своему счастью, из соседних кустов в костюме растительности вылезла Чиаки с камерой. Она засняла всё происходящее на камеру. С самого начала свидания. Нанами отряхнулась и посмотрела на парней и скачущего вокруг Лаки, который, видимо, понимал, что происходит. — Вот, мои ровесники замуж выходят. Взять, вот, Хинату-куна. А я куст. Хотя, мне нравится. Моя работа здесь окончена. Девушка кивнула самой себе и пошла домой, чтобы не мешать новобрачным. Она решила прийти чуть позже, чтобы отдать запись друзьям. Заодно принесёт им чего-нибудь к чаю и выслушает их переживания и радость. Она давно помирилась с Нагито и стала с ним хорошими друзьями, поэтому геймер была рада всему, что произошло. А в это время Хаджиме взял беловолосого на руки, свистнул Лаки и понёс возлюбленного домой. Теперь они всегда будут вместе. И ничто их не разлучит.