Sweet fun

      Словно по будильнику Чонгук просыпается, разлепляя сонные глаза. Кулачками растирая очи, теряет пару длинных ресниц. Холодный пол пугает тёплые стопы. Новенький паркет не смеет скрипеть, не будя крепко спящего рано утром, альфу. Плотные шторы распахиваются, воскресное солнце врывается в спальню, поднявшаяся пыль медленно кружит. Чонгук словно сияет от вида сморщенного мужа, который пытается скрыться от слишком яркого света. Тэхен просто не позволит себе проснуться рано в свой последний выходной, он не упустит ни секунды дозволенных часов сна.       Чонгук тихо прикрывает дверь. Его морозит из-за пустого дома, остывшего за ночь. Ноги, прикрытые до середины бедра лёгкой спальной рубашкой, покрылись мурашками. Чон борется с желанием вернуться в теплую постель к любимому альфе. Ёжится, но бежит вниз по лестнице. Чонгук думает, что уж сильно любит Тэ. Что, если не любовь заставила его встать в такую рань, чтобы пойти собрать клубнику на завтрак.       Сперва душ, дабы смыть с себя грязь и прежде всего проснуться. Омега всегда пользуется гелем для душа с запахом кокоса, он добавляет тропические нежные нотки к его сливочному запаху топлёного молока. Всё его тело словно из мрамора, прекрасно переливается под струями воды. Чонгук поистине нежный и изысканный омега. Красивое тело и милое личико. Ягоды — губы, словно бутоны цветов — глаза. Ровный нос и идеальный профиль достался сонному альфе с гнездом на голове. Но в этом же весь сок. Тэхен очаровательный. Его тайная сила пленяет к нему взгляды омег. Собственный же давно принадлежит одному.       Свежий запах разносится по дому. Чонгук влажный уже вылетает на улицу, минуя деревянную дверь, петли которой ужасно скрипят. С милым лукошком Чон идет к теплице. Солнышко весело играется с его лицом и мокрыми тёмными прядками. Чистый воздух с целебными капельками росы заполняет легкие. Омега делает глубокие глотки и наслаждается. Чудесное утро.       Ягоды гроздьями свисают, янтарем переливаясь. Сочные плоды по одной умещаются в ладони, ощущаясь тяжело, весомо. От вида полного лукошка у Чона текут слюнки.       Постель опустела, пропало тёплое дыхание в затылок. Тэхен перевернулся слепо хлопая по пустому месту рядом с ним. Ким трет лицо и расплывается в улыбке, в голове витают мысли как Чонгук снова суетится на кухне в его белой рубашке на голое, чистое тело. Капельки воды на его кудрявых волосах, пахнущих сладко, еще не до конца высохли. Только это заставляет альфу подняться с кровати. Его светлые волосы торчат в разные стороны, что очень смешно выглядит с опухшим лицом, Тэхену нужно в душ.       Опираясь о массивные гладкие перила, он спускается вниз по широкой лестнице старого дома. Дом необычайно очарователен, как и его хозяин. С появлением Чонгука в его жизни, жилище заиграло новыми красками, в нём уютно и всегда вкусно пахнет, будь то запах еды или самого омеги. Всё это нравится Тэхену, всё это греет душу, невероятно. Ванная комната наполнена ароматом молока и кокоса. Тэхен прикрывает глаза и вдыхает родной нежный запах. Причмокнув губами, он скинул одежду, вставая под тёплые струи.       Кухня освещена белым светом, придающим свежести старым тумбам. Это единственная комната которая осталась без изменений после ремонта. Молодожёны затеяли его сразу после переезда сюда, дом достался Тэхену от бабушки, от той которая воспитывала Тэ все его детство. Резные шкафчики выглядят громоздкими на фоне всей лёгкости светлого интерьера, но это придаёт изюминку к общему стилю. Чонгуку нравится на ней готовить, она обладает магией, что любое блюдо приготовленное на этой кухне становится особенно вкусным. Он перекладывает клубнику в дуршлаг, пуская под сильный напор воды. Уже в чашке Чонгук отрывает хвостики, напевая себе под нос простую мелодию.       Тэхен выходит из ванны в одном халате с зачесанными волосами назад. Он слышит копошение младшего на кухне и с широкой улыбкой идет на звуки. Чонгук слишком занят, он стучит ножкой под песенку которую сам тихонько мурлычет, пальчиками бережно отрывая зелёные хвостики у ягод. Тэ замечает клубнику и сияет, зарываясь ладонью в волосы, стоя на входе в кухню. В животе взрывается чувство: взять омегу в охапку и кружить пока не затошнит. Но возможно Гу не понравится, это слишком. Мягкими шажками приближаясь, альфа чуть наклоняется и нежно укладывает свои руки на талию младшего. Тёплое тело согревает, и Чонгук тает в крепких руках. — Доброе утро, хозяюшка. — Тэхен вдыхает долгожданный аромат, волосы щекочут нос. Он спускается ниже, кусая холодное, покрасневшее ушко. Чонгук кладёт последнюю ягоду в чашку и довольно мычит, прикрывая глаза. От Тэхена прекрасно пахнет мёдом и злаками. Альфа словно выращенный в природе, его золотая копна волос полностью олицетворяет его запах. Ненавязчивый, легкий и приятный. — Доброе. — шепчет Чонгук, положив свои руки поверх чужих. Тэхен приятно греет студеное тело. Альфа смотрит на него сверху, все внимание отдавая розовым губам, что манят. Он поднимает свою руку, легонько надавливая на щёчки. Уста сливаются в ленивом поцелуе, который медленно углубляется, переплетая языки. Чонгук подавляет желание запрыгнуть на Тэ и обхватить всеми конечностями, но позволяет себе только ухватиться за мощную шею, поворачиваясь к Тэхену полностью. Омега нежно сминает его губы, тихо мыча и постанывая. Альфа знает, насколько он чувствителен, каждый поцелуй, каждый секс с Чонгуком, словно впервые. Омега переживает все эмоции, будто на повторе, получая все новые и новые ощущения, которые ярче с каждым разом. Любовь Тэхена растёт к нему с каждым днем. Лёгкими касаниями спускаясь ниже к пояснице, тело под пальцами дрожит, но замирает, стоит Тэхену требовательно смять ягодицы. Все внутри падает и Чонгук смотрит с сильным желанием, прямо в глаза. Комок скапливается в груди, когда Тэ удерживает взгляд так…влюблено. В такие моменты действительно чувствуешь себя любимым. — А ты знал, что к тебе очень хорошо подошла бы клубничка… Ммм… Можно откусить кусочек? — Тэ легонько оттянул зубами кожу на шее, проводя руками по груди. — Ай! Тэхен~и… — тянет Чонгук, кожа покрылась мурашками, а бусины сосков набухли. — Ха…щекотно. — смеётся, Тэхен никак не перестанет его везде кусать и руками ерзать, как с маленьким. — Что я могу поделать, если ты такой вкусный. — Ким немного ослабил нападение, теперь медленно ведёт холодным носом по ключицам. Рубашка уже давно спала с плеча, пара пуговиц сверху сдались от одного взгляда. — Съешь лучше клубнику! — Чонгук ловко выворачивается и толкает в рот альфе крупную ягоду. Тэхен разом получает в рот клубнику. Она великолепно спелая, сок растекается по всей полости, кажется ягода такая огромная, но она растаяла, словно сладкая вата на языке. Альфа наслаждается вкусом, глаза все еще расширены. Чонгук смотрит на смешного мужа и ухмыляется. — Вкусно? — Тэ перекатывает последние нотки сладости и шлейф кислинки. Этот благородный вкус любим с детства. Чонгук знает это, а еще знает, что мужчина любит его больше. — Да, но… — он притягивает омегу ближе, заполняя лёгкие нежными парами молочной глади. — Не хватает тебя.       Не успевает Чонгук залиться смущением, как оказывается на плече у Тэ. — Чашку с ягодами не забудь, сливочный. - Тэхен похлопал того по ягодице и поцеловал туда же, так, как смог дотянуться.       Кажется у Чонгука сгорят щеки из-за вспышки жара. Он еле держит круглую чашку, пока они идут, туда где спали сладким сном, обнимая друг друга. Так чтобы стало очень жарко, но не так как жарко бывшему Чону сейчас. Все как впервые, с ним обращаются дерзко, это так и должно быть. Все по-домашнему без всяких вопросов. Захотел — получил.       Тэхен аккуратно сажает омегу на смятую постель. Чонгук смотрит на его свежее лицо после душа и очаровывается заново. Милый, идеальный, омега перед ним абсолютно озабочен с растрепанными волосами. Одна рука тянется поправить непослушные локоны, а вторая медленно ползёт вверх по бедру. Чонгук нервничает, поэтому его тело дрожит, словно от холода. Но над ним нависает горячее влажное тело. Тэхен плавно наклоняет их тела вперёд ближе к кровати, соединяя губы. Губы его омеги слаще клубники. Невероятный трепет закрадывается в груди. Тэхен целует настойчивее наваливаясь телом на Чонгука, сжимая его пухлые щеки ладонями. Чон счастлив от всей нежности и любви, подаренной Тэхеном. Омега улыбается в поцелуй и отстраняется, поворачивая голову в сторону и хватает такой драгоценный, чистый воздух летнего утра. — Ты тяжелый…- Чонгук расслабился, когда Тэ неловко ойкнул и поднялся с него. — Я с ума сошел от тебя. — Тэхен оперся о колени по бокам от Чона и чмокнул вредного парня в нос, который еле успел поймать губами. — И поэтому ты решил меня задавить. — Чон прямо уставился на растерянного парня, дуя губы. — Неееет. — протянул Тэхен, широко улыбаясь неловкой улыбкой. — Чуть собственного мужа не задавил…зачем я вообще за тебя замуж вышел. — Наигранные капризы самое любимое. — Потому что любишь. — Тэхен схватил клубнику из чашки недалеко от них и засунул в рот Чонгуку, который открыл рот, как раз, чтобы продолжить эти капризы. — Тссс…- Альфа чмокнул полные бархатные щеки и спустился на пол. Холодными руками бродя по бедрам, на которых остаются ледяные ожоги. Он поцеловал родинку на ляшке близко к коленке. Чонгук тихо хихикнул, облизав мокрые губы от клубничного сока и поцелуев. Солнечный свет начинает проявляться сильнее, освещая молодое тело омеги, легкий пушок на ногах сверкает. Тэ нежно раскрывает бедра и целует самую мягкую часть. Целует и замирает, прижимаясь носом к внутренней стороне, вдыхает сладкий аромат. Чонгук смущается от таких милых действий, он считает себя самым счастливым человеком, Чон безумно благодарен природе за то, что его предначертанный встретился ему так скоро. Пара жената уже 3 года. Чонгуку было лишь 20, но жизнь его была не самой лучшей. Омега предпочитает забыть этот отрезок молодой жизни, он вспоминает это так редко, что даже уже забыл, ведь сейчас в этом нет смысла. Чон купается в любви, точнее уже Ким. Искра произошла словно по волшебству, все ухаживания длились долго, но омеге было так мало, мало его истинного, а Тэхен не против, он был слеп любовью. Обычно слепота не приводит ни к чему хорошему, но их привела к алтарю. — А я люблю тебя. — Тэхен поднимает зеленые глаза на парня у которого уже ресницы блестят от влаги. Он укладывает голову на крупное бедро и улыбается, согревая своей шевелюрой, словно пухом. Чонгук улыбается так же сквозь слезы. Самая счастливая и яркая улыбка трогает его губы. Розовыми подушечками пальцев он берет ягоду и подносит к губам альфы. Тот спокойно закрывает глаза и выставляет губы трубочкой. Чон опять хохочет коротко и подставляет ягоду к устам. Тэхен дает больше пространства, поцеловав кончик. Ягода медленно пропадает за кромкой пухлых губ. Чонгук считает это запрещено сексуальным, в нем зарождаются первые ростки возбуждения. Вкус клубники маячит на языке второй раз, не успел еще надоесть. Тэхен довольно чмокает и открывает глаза, видя перед собой красного Чона, такого же цвета как сладость, которую он только что съел. Гу — чувствительный. Каждый раз его сконфуженное, блаженное и красное лицо, подтверждает это. Его дрожь и стоны из раскрытого рта — тоже доказательства.       В чашке снова на одну меньше. Тэ тоже не отстает от своего омеги. Он берет ягоду и зажимает ее между зубов. Она прыскает своей сочностью на щеки Кима и бедра младшего. Сок капает и с самой клубники. Тэхен ведет ей по раскрытому бедру. Это убийственно, ляпы липкости морозят горячую кожу, от чего из губ вылетает первый тихий стон. Тэхен ухмыляется и быстро переминает ягодку во рту, чтобы сладким языком с кусочками мякоти вылизывать сливочную кожу. Чонгук взвизгивает от первого мазка и откидывается назад, Тэхен глубоко смеется, не переставая облизывать его вкусные бедра. Растянувшись на мягких постелях, Чонгуку стало еще приятнее, осязаемость кожи увеличилась, потому что он почти не видит, что там делает Тэхен. Голову держать на весу тяжело, Чонгук расслабляется и потихоньку хнычет от острых ощущений, липкости, нежности, — теплого языка Тэхена.       Еще половина тела скрыта под тонкой рубашкой, она бесстыдно просвечивает, ее наличие действительно раздражает Тэхена, но будет слишком просто, если он сейчас же сдернет ее с Чонгука. Он заставит снять эту ненужную ткань, Чонгуку станет так жарко, что он будет в бреду ее стягивать. Им станет жарко вместе. Тэхен поднимается чуть выше, прокрадываясь под прозрачные полы блузы, под ними нет белья, а ткань оттопыривается уже со времени поцелуев. Длинные пальцы отворачивают ткань, возбужденная плоть омеги дрожит от напряжения всего тела, Тэхен аккуратно целует тазовую косточку, поглаживает бедра и прижатые к кровати ягодицы. — Малыш… — протяжно зовет, потерявшегося Чонгука, который думает лишь о том что произойдет дальше. — Малыш, слышишь, расслабься.       Чонгук мычит что то похожее на согласие и протяжно выдыхает весь воздух из легких. Тэхен замечает что мышцы перестали быть такими твердыми, поэтому переходит к наступлению. Широким мазком ведет по всей длине, слух ласкает песня то ли из стонов то ли иканий, но все это звучит необычайно красиво и возбуждающе. Тэхен целует лобок и дразнит: пальцами пешком по животу проходится. Чонгук кипит изнутри, а в голове взрываются маленькие фейерверки. Дрожащие руки пытаются расстегнуть скользкие пуговицы рубашки, липнувшей к телу. Чонгук освобождается от ткани, открывая вид на красивый торс.       Киму кажется что его затея с клубникой не до конца реализована, ибо младший еще не достаточно липкий. Нужно чтобы все новые голые участки были в сладкой ягоде. Тэхен запускает в тарелку всю ладонь, набирая в руку горсть. Он сжимает кулак над эрекцией младшего, маленькая холодная струйка сока стекает по всей длине, и ближе к колечку мышц. Чонгук вздрогнул от новых ощущений и посмотрел на себя, голого, такого раскрытого и беззащитного. Высокие стоны не переставали вырываться из горла. Тэхена самого на жар пробивает, чувствует как капля предэякулята упала на чистый пол. Он выпускает выжатую мякоть на живот младшего размазывая по телу, задевая соски, от чего Чон снова напрягается и дрожит. Розовый сок заполнил ямки пресса и пупок. Тэхен наклоняется и вдыхает дурманящий запах, Чонгук пахнет чудеснее любых цветов или сладостей. Язык принимает на себя великолепный вкус ягоды с феромонами омеги. Тэхен рычит, возбуждение колыхает в паху. Последний поцелуй с липким и сладким телом, и Тэхен переворачивает Чонгука на четвереньки. Младший вскрикивает, когда Тэхен срывает с его рук и плеч расстегнутую рубашку. Халат Кима тоже летит вниз, Чон услышал как тяжелая ткань оказалась на полу, в голове сразу возник образ из памяти: голый Тэхен и его член возбужденный и липкий. Омега жмурится, но посмотреть стесняется. Его глаза закрыты до того момента пока, звонкий шлепок не приходится на круглую ягодицу, Чон снова рвет глотку. Тэхен не собирается сегодня быть грубым, младший настолько милый, сладкий и красивый, что будет жалко видеть его слезы и слышать надрывные крики, поэтому тут же встает на колени и целует округлости. Руки раздвигают половинки, перед Тэхеном прекрасный вид: Чонгук мокрый, смазка выделяется очень обильно, она тонкими струйками стекает вниз к яичкам и дальше по бедрам. Ким не может не удержаться, чтобы не взять клубнику. Более узким концом ягоды Тэхен водит по промежности, слегка заводя ягоду во внутрь.        Чонгук не ощущал ничего подобного, в его промежность еще никогда не толкали ягод и их сок не стекал так сильно с торса и ног. Он даже внутри чувствует липкий сок, тонкая пленочка на мякоти порвалась и теперь из-за трения сок выделяется из ягоды и находится уже везде. Тэхен доволен. — Ты такой липкий…и сладкий… — Тэхен слизал стекающую жидкость с ягодицы — и внутри тоже… — колечко мышц пускает в себя теплый язык, от чего у Чона глаза закатываются и губы раскрываются в желающем стоне. Тэхен медленно стимулирует раскрывающееся колечко, а возбужденный член уже начинает ныть от напряжения. Тэ напоследок целует ямки на пояснице и поднимается с колен.       Головка сильно раздражена и увеличилась в размерах, бушующая кровь и тестостерон стимулируют появление смазки. Вся комната заполнилась запахом двух тел, ароматы смещались в феромоновый коктейль. Молоко, злаки и мед. Клубника как связывающий ингредиент, соединяет сознание с реальностью. Член в руке пульсирует, пока Тэхен проводит головкой по промежности младшего. Чонгук не может оторвать глаз от озабоченного Кима, озабоченного его задницей. Тэхен толкается без рук, пронзая Чона словно саблей, он входит до основания и выходит до конца, и так множество раз, ведь младший так громко и протяжно стонет, слишком приятно это слушать. Альфу будоражит мысль о том что это из-за него, его омеге так хорошо. Чонгук стонет и выгибается, ему слишком нравится заполненность, ощущение что стенки вот вот порвутся. Легкие толчки, Чон не может себя сдерживать, липкий сок тает и капает на простыни, пот на лбу блестит хрустальными бусинами, а от равномерных движений туда-сюда щека натирается о подушку. Киму действительно не хватает воздуха, потому что его малыш слишком узкий и эластичный. Нет возможности себя сдерживать, Тэ сжимает попу младшего до белых пятен, все для того же, чтобы слушать и слушать его мелодичные, сбивчивые стоны из-за ускоряющихся движений тазом. Внизу все скручивает, Чонгук может чувствовать пульсацию на внешней стенке живота. С Тэхеном так хорошо всегда, но сегодня особенно пошло и грязно.       Одинокие последние ягоды подхватываются в экстазе Тэхеном, и одна отправляется в рот младшего вместе с длинным пальцем Кима. Чон чувствует, как лопнула клубника на языке, как растекается сок по полости, как хозяйничает палец Тэхена, как альфа крутит бедрами, чтобы доставить максимум удовольствия. Омега срывается на вой, волны наслаждения проходят по нему сверху вниз и наоборот, его сладкие стоны смешиваются с глубокими Тэхена, потому что омега сжимает его в себе невероятно сильно. Сперма разбрызгивается на простынь смешиваясь с розовым соком. — Детка… Ты такой молодец… — альфа тяжело дышит и смотрит на расслабленного омегу. Тэхен выходит и аккуратно переворачивает чувствительное тело. Чонгук сам разводит ноги, приглашая выдержанного, до сих пор возбужденного Кима. Горячие, влажные руки спускаются ниже, подхватывая ягодицы, мягкие потные округлости идеально умещаются в его руках, альфа слегка надавливает на нежную кожу, на что Чон мило морщится. Лицо его любимого так близко, Тэхен хочет чмокнуть опухшие губы, но Чонгук не дается, а тянется за последней ягодой. Он кладет ее между губ, Тэхен накрывает его губы своими и плавно входит, деля лакомство на двоих. Знакомый вкус щекочет уже раздраженные языки, клубника слышится отдалено, но она сильно обостряет ощущения. Тэхен тяжело дышит и низко стонет, Чонгук хнычет в поцелуй, ближе прижимаясь, обхватив руками альфу за шею. Ким чувствует близкий конец, он оставляет губы омеги и выпрямляется, упираясь пахом в промежность Тэхен делает медленные долгие толчки, положив руку на низ живота омеги, член внутри тараном проходится. Будоражит. Ким запрокидывает голову назад, тысячный раз закусывает губу и изливается во внутрь. Чонгук чувствует как сперма проникла в него, размазываясь внутри. Это самый грязный секс который у них был.       Тэхен без сил падает рядом на грязную, сладкую кровать. Они просто улыбаются друг другу. В глазах целый космос. — Нам нужно в душ… — Чонгук еле ворочает языком, закидывая на альфу голую ногу. — Полежим и обязательно пойдем. — Тэ подхватил мягкую ляшку и сжал ладонью.       Глаза сами закрываются, но Чонгук хочет отмыться, Тэхен то не такой липкий. Он чмокает Кима в опухшие губы и шепчет на ушко. Этот ленивый человек не встанет никогда. Но Чонгук хитрый малый. Он разлепил руками закрытые веки и дунул Тэхену в глаз, тот от неожиданности вздрогнул и шлепнул проказника по голому бедру. — Пошли, вредный малыш Гу!