Где бы я не была...

Вечером Эмма была в участке, сидела за телефоном. С минуты на минуту должен был вернуться Грэм с вечернего патрулирования. Но вместо него в помещение вошли двое мужчин, а следом за ними Киллиан Джонс. Он поприветствовал Эмму и поинтересовался, где же Грэм. Ответ его удовлетворил. И тогда его коллеги разместились в здании таким образом, чтобы отрезать любые пути отступления Грэма. Один встал около двери, другой вообще вышел из здания и устроился неподалеку на скамейке у входа. Сам Киллиан вальяжно устроился в кресле шерифа. Спустя пять минут в помещение вошёл Грэм. Настроение сразу было видно у него паршивое. Внешний вид потрепан. Всегда идеально выглядевшая и сидевшая на нем форма шерифа, сейчас казалась поношенной и помятой. Как будто не видела стирки неделю. Пуговицы расстёгнуты, рубашка торчит, волосы на голове взъерошены и ко всему остальному чувствовался лёгкий запах алкоголя. Вот это было совсем неожиданно. — Шериф Грэм, вы арестованы, — серьезно проговорил Киллиан Джонс. Лицо Грэма вытянулось и побелело. Подбородок затрясся. Он пытался хоть что-то сказать, но все его попытки были тщетны. — Все что вы скажете может быть использовано против вас в суде, — закончил Киллиан и одел наручники. — За что? — все же сумел проговорить Грэм. — Список длинный. Шантаж, угрозы, похищение ребенка, превышение своих должностных полномочий. Это то что доказано. И ещё несколько эпизодов проверяются. — Я ее достану, придушу. Хотя нет, придушить их обоих нужно было тогда, во сне, — шипел Грэм, когда его выпихивали из полицейского участка. Со стороны казалось, что он теряет контроль над собой или рассудок. — Придурок, — произнесла Эмма и потерла переносицу. Как-то жутковато становилось от такого рода заявлений. И очень тревожно за Реджину. Она надеялась, что это бред обиженного пьяного человека. Но все же неприятное ощущение осталось. Киллиану все же удалось достаточно быстро выбить из Грэма признательные показания. Он сознался в том, что спланировал похищение Генри. Как он объяснил, этот ребенок сломал ему жизнь. Что с его появлением Реджина стала другой, она только о нем, Генри, и говорила. «Генри то, Генри сё. Посмотри у него зубик вылез. Посмотри он ползёт. Он сказал «мама». Он ходит. Он сам кушает. Фу, терпеть это все не могу.» Очутившись за камерой, проспавшись немного, Грэм понял, что тюрьмы ему не миновать, что ему придется там ну очень несладко. Именно поэтому пошел на сделку с федералами и рассказал все, что знал о том странном детском доме, о его директрисе и некоторых работниках. Он знал, что Грег и Тамара берут детей как бы на передержку. Пока для них не найдется семья за границей. Потенциальные родители готовы были выложить приличные суммы, если им предоставят детей определенной внешности и возраста. Сам Грэм сделал предположение, что пропавшие дети могут быть в этом учреждении или же уже за границей. Федеральные агенты уже тщательно вели работы по установлению местонахождения всех ранее усыновленных или удочеренных детей. Вся документация была в идеальном порядке и это тоже было ну очень странно. Личные карточки на детей были заведены, ни одной мертвой души. В полном порядке всё. Не к чему придраться. Даже если и выяснится, что в этом детском доме были пропавшие дети, то доказать что персонал и тем более директриса имели понятие какие это дети было весьма сложно. Но все же появилась весьма интересная видеозапись на одной из видеокамер, которая была расположена на выезде из города. Большое спасибо федеральным агентам, которым пришлось пересмотреть километры видеоплёнок, чтобы обнаружить ее. На ней было видно, что за внедорожником Грега следовала машина похожая на автомобиль директрисы. Но ещё интереснее было то, что криминалисты обнаружили на бампере ее автомобиля характерные вмятины. А взятые образцы краски полностью совпадали с краской автомобиля Грега. Но настоящей удачей был авторегистратор в машине директрисы. Именно на этом видео было заснято преступление. Эмма ожидала, что Реджина вернётся с Генри в тот же вечер, как только заберёт его из этого ужасного детского дома. Но это возвращение затягивалось уже на три дня. Хотя Эмме не на что было жаловаться. Реджина присылала ей на телефон ежедневно фотографии Генри. По Эмминым ощущениям Генри повзрослел. Что-то родное она могла разглядеть в этих фотках, в улыбке и глазах. Она вспоминала их недолгое общение несколько месяцев тому назад и улыбка касалась ее губ. — Он узнал тебя? — этот вопрос крутился в голове Эммы очень долго. Но она решилась задать его только сейчас. — Да, — отвечает Реджина, а с губ Эммы срывается вздох облегчения. Она рада это услышать хоть и в телефонном разговоре. — Он смотрел на меня своими большими глазами, хлопал ресничками, а потом бросился ко мне со всех ног с криком «мама», — говорила Реджина. В голосе ее были нотки удовольствия и счастья. Эмма прекрасно могла представить ее в эти минуты. Как та светилась от счастья, что с ее прекрасных губ не сходила счастливая улыбка. — Я рада за тебя и за Генри, — произносит Эмма и понимает, что плачет. От счастья. — Я знаю, — говорит Реджина. Повисла небольшая пауза. Но заканчивать разговор никто из них не хотел. — Мисс Свон, — произносит Реджина таким серьезным тоном, что сердце Эммы чуть не останавливается, — у меня к вам будет разговор. Я не хочу оставлять свой город без шерифа. Предлагаю вам занять эту должность. Услышав окончание предложения Эмма, а в месте и с ней и ее сердце начинают нормально функционировать. Сердце забилось, Эмма задышала, как будто эти слова Реджины вдохнули в нее новую жизнь. — Я … ну, — замялась Эмма. — С завтрашнего дня вы — шериф Сторибрука, — уверенно заявляет Реджина, а потом добавляет, — Поздравляю. — О, Спасибо, — кое как выдавила из себя Эмма. — Отлично. Я знала, что вы мне не откажите, — весело говорит Реджина. Конечно, как можно отказаться от должности шерифа. Да ещё если ее предлагает сам мэр города. Да ещё и такая женщина. Которая может одним голосом лишить чувств, или наоборот, вдохнуть жизнь. — Кстати, мы завтра возвращаемся. Вы же все ещё ждёте нас? — Да. Я жду. И я все ещё живу у вас. — Надеюсь, вы хоть чемодан свой разобрали? — Я … чемодан? — не понимала Эмма. — Эмма, я вас что так ошарашила новой должностью шерифа? Вы совсем дар речи потеряли или одичали там в одиночестве? — веселясь задаёт Реджина вопрос. Но все же поясняет. — Мне помнится, ваш чемодан стоял в неразобранном виде. — Да. Я разобрала, — ответечает Эмма. Реджине вовсе не обязательно знать, что на самом деле это не так и что Эмма опасается, того что ее попросят освободить особняк как можно скорее. Именно поэтому не хочет его разбирать. — Рада это слышать, — говорит Реджина и в голосе ее слышатся смешинки. Голос звонкий и радостный. — Ну, а я вас не стесню? — робко спрашивает Эмма. — Я побаиваюсь оставаться одна. Я буду рада, если вы задержитесь на какое-то время у меня, — серьезно говорит Реджина. — Да, конечно, я останусь на сколько потребуется, — говорит Эмма уверенно. — Хорошо. Но это не единственная причина, — чуть тише говорит Реджина и Эмма, в который раз за сегодняшний разговор, перестает дышать. Она тяжело сглатывает ком в горле и сильнее сжимает трубку телефона, желая услышать ещё одну причину, — Я не настаиваю, но думаю, было бы неплохо если бы вы с Генри общались чаще и ближе. Нам это нужно. — Я только за, — осипшим голосом выдавливает из себя Эмма. Вытирает хлюпающий нос и слышит отчётливый шумный выдох собеседнице в трубке. — Очень хорошо. Тогда до завтра, Эмма. Спокойной ночи. — Доброй ночи, Реджина. Когда в трубке послышались гудки Эмма какое-то время ее ещё держала в руке. Пыталась понять, что же только что произошло. Она была в лёгком недоумении. Совсем не ожидала, что она останется в этом доме. И уж точно не думала, что Реджина сама предложит общение с Генри. И про должность шерифа она ни сном ни духом. Невероятный разговор. Который воодушевлял ее. Проснувшись утром, ей даже показалось что это был сон. Но взяв в руки телефон, она обнаруживает привычное сообщение от Реджины. Содержание которого заставляет ее улыбнуться и бежать разбирать чемодан. «Доброе утро, шериф Свон. Надеюсь, вы уже приступаете к своим обязанностям» «Доброе утро, Реджина. Уже бегу» «Удачного дня» « И вам тоже»