Встречи "У Шестого"

      Этой ночью Сакуру не мучили кошмары, но ей всё равно плохо спалось. Если это вообще можно было назвать сном: она то и дело просыпалась и уже в следующую секунду думала о том, как мягко губы Шестого касались её лба, а пальцы — стирали слёзы. Девушку буквально разрывало от двойственных ощущений: ей чертовски нравился этот невинный поцелуй, который, она подозревала, был просто жестом поддержки, и в то же время её накрывало мощной волной чувство вины, ведь она любила Саске. Было ли это предательством по отношению к нему?       «Даже если и было, то что такого? — ехидничала невыспавшаяся Иннер. — Думаешь, он в своих путешествиях заделался монахом и в сторону женщин не то что не смотрит, даже не дышит?»       Сакура лишь поджала губы в ответ. Внутренняя Сакура знала, как уколоть побольнее.       Доведённая до предела собственными метаниями, она вскочила ни свет ни заря и решила начать день с зарядки, чтобы хоть немного сбросить накопившееся напряжение.       И перестать, наконец, думать о том, как пахнущее жасмином дыхание Какаши щекотало её лицо. Получалось плохо.       Она как раз стояла на кулаках, отчаянно пытаясь концентрироваться лишь на этом, когда зазвонил дверной звонок. От неожиданности Харуно рухнула на пол и, застонав от боли, перекатилась на спину. Хорошо, что хоть носом не впечаталась — успела вовремя подставить плечо, которое теперь ярко давало знать, что ему такое обращение не нравится. Розововолосая сделала глубокий вдох и направила поток лечебной чакры к пострадавшей конечности, продолжая лежать. Приятная трель звонка повторилась. Сакура было подумала, что Ино в очередной раз решила бесцеремонно заявиться к ней с утра пораньше с огромным количеством сплетен в запасе, но звонили слишком деликатно. Яманака жала на кнопку до тех пор, пока ей не открывали. Видимо, ранний гость уходить не собирался. Сакура тяжело поднялась и, поминая визитёра злым тихим словом, пошла открывать, на ходу одёргивая короткий топ, который служил верхом её пижамного комплекта. О том, что стоило накинуть что-нибудь сверху она подумала лишь тогда, когда на пороге её дома обнаружился Хокаге.       — Йо, Сакура, — он поднял руку в приветственном жесте, окинул её быстрым взглядом и тут же отвёл глаза.       Щёки Харуно моментально заалели, и ей стоило огромного труда не броситься наутёк в поисках своей самой безразмерной футболки.       — Доброе утро, сенсей! Вы здоровы? — участливо спросила она вместо этого, скрещивая руки на груди в бессознательном защитном жесте.       — Да. А почему ты спрашиваешь? — глаза Шестого удивлённо округлились.       — Ну что ещё, кроме острой, непрекращающейся боли, могло привести вас сюда в столь ранний час? — усмехнулась девушка. — Хотя нет, прошу прощения, если бы у вас что-то болело, вы бы прятались от меня до последнего!       Её тон был немного грубоватым, но куноичи была смущена его присутствием и тем, что стояла перед ним в этом ужасном топике. Хорошо, что хоть пижамные штаны были свободными и длинными.       — Обижаешь, Сакура-чан, в твои руки я сдаюсь практически без боя, — улыбнулся он одними глазами.       Сакура предпочла не заметить, какой двусмысленной была эта фраза и каким непонятным тоном она была сказана. Он не мог с ней флиртовать.       «Ками-сама, пусть это будет так!» — подумала Сакура. Многообещающее молчание Внутренней было практически осязаемо.       — Ключевое слово — «практически», — опять поддела Какаши девушка. — Так вы собираетесь говорить, зачем пожаловали?       Вся эта нелепая ситуация начала порядком её раздражать. О степени её смущения и говорить было нечего. Розововолосая чувствовала, что на её лице скоро можно будет жарить яичницу, так оно пылало.       — Думаю, моя любезная ученица, ты могла бы пригласить своего престарелого учителя зайти, прежде чем устраивать ему допрос с пристрастием, — ответил колкостью на колкость Хатаке. Он не сердился на неё, наоборот, поддразнивал.       Сакура отступила вглубь коридора и сделала характерный жест рукой.       — Устраивайтесь поудобнее и смотрите, не засыпьте мне тут всё песком, который из вас сыпется. Я вернусь через минуту. Ах да, сенсей, может заварите чай? Чайник на плите, сахар на столе, заварка — в баночке с нарисованными цветками жасмина на открытой полке справа от холодильника. Вход на кухню слева.       — Надеюсь, я смогу с этим справиться, несмотря на мой преклонный возраст. Но заранее прошу прощения, если чай будет скрипеть на зубах, — до комичного серьёзным голосом сказал Шестой.       Сакура закатила глаза и поспешила к себе в спальню, чтобы переодеться. Пару минут она потратила на то, что лихорадочно ковырялась в шкафу, выбирая, что надеть. Какаши так и не сказал, зачем пришёл. Может, он хотел позвать её куда-нибудь позавтракать и нужно одеться соответственно? Сакура скривилась, тряхнула головой и отбросила эту догадку. Надо же было такое придумать! Скорее всего, он просто хотел позвать её на тренировку, как и грозился, поэтому Харуно натянула привычную спортивную одежду и поспешила выйти к Хокаге. Тот исправно хозяйничал на её кухне. Сакура на мгновение застыла, глядя как аккуратно Шестой разливает чай, предварительно повесив джоунинский жилет на спинку одного из двух имеющихся у неё стульев, и ощутила, как невероятное тепло разлилось у неё где-то в области сердца.       — И долго ты будешь там стоять? — мягко пожурил Хатаке, усаживаясь за стол и указывая на место напротив.       — Рада, что несмотря на ваш преклонный возраст вы со всем разобрались, — усмехнулась Сакура. — Будете данго? Или шоколад?       Какаши стянул с себя маску и сморщил нос. Сакура помнила, что он не любил сладкое, но есть его в одиночестве, даже не сделав попытки предложить ему, было бы невежливо.       — Если что, у меня есть собачье печенье. Припасла для следующей встречи с Паккуном, — подмигнула девушка.       Она выбрала плитку любимого тёмного шоколада и тоже села. Глядя на неё, Какаши улыбнулся и сделал глоток.       — Оставим печенье псу. Он его действительно любит. Решила завоевать благосклонность моего призыва?       — Да. Подумала, что нужно его умаслить, иначе он перестанет таскать мне ваши «содержательные» послания, — стеснение Сакуры отступило. На его место пришла лёгкая, головокружительная радость, о причине которой ей совершенно не хотелось размышлять.       — Я всегда знал, что ты самая умная из всех моих учеников, — тихо похвалил её сереброволосый, и девушке ничего не оставалось, кроме как вновь зардеться от удовольствия. — Поэтому ты уже поняла, зачем я пришёл.       — Вы хотите, чтобы я выбила из вас весь песок? — состроила наивную гримасу Харуно.       — Кажется, я немного погорячился в оценке твоей разумности, — проворчал Хатаке, но в глазах его плясали смешинки. — Хотя ты и угадала. Было бы неправильно с моей стороны лгать Ли.       — Это мы ещё посмотрим, сенсей, — задорно сообщила Сакура. — И кажется мне, что причина тут вовсе не в Роке Ли.       Хатаке вновь улыбнулся ей только уголками губ и предпочёл промолчать.

***

      Три часа и один фактически уничтоженный тренировочный полигон спустя, они сидели в тени дерева, опершись спинами о его ствол, и перекусывали онигири, которые запасливая Сакура прихватила с собой. Поднявшийся ветерок играл с их волосами и холодил тела под мокрыми от пота одеждами. Несмотря на это Сакура чувствовала небывалый покой и умиротворение.       — Совершенно не представляю, как вы после этого выдержите оставшийся день в Резиденции, корпя над бумагами, — участливо сказала Сакура, искоса глядя на Какаши. — Сегодня мы постарались на славу.       — Хм, — он подозрительно быстро запихнул в рот остатки своего онигири.       — Хокаге-сама-а-а-?.. — вопросительно протянула розововолосая, которой не понравился его хмык. — Вы что, обвели бедного Шикамару вокруг пальца, скинули на него всю работу и сбежали?       — На него скинешь, — пробурчал Хокаге. — Нет, я просто разобрал основные завалы и устроил себе сегодня выходной, потому что завтра с миссий возвращется много команд и работы опять будет выше крыши. Поэтому… Поэтому, следующие пару дней ты будешь ужинать без меня, прости.       Сакура ощутила горькое разочарование. Она уже привыкла проводить с ним рядом пару часов каждый день, и ей даже в голову не приходило, что им придётся прерваться.       — Ничего страшного, Какаши-сенсей, — Сакура постаралась не подать виду, как сильно её огорчила эта новость. — Но не забывайте в эти дни есть, пожалуйста.       — Постараюсь, — он привычным жестом взлохматил её волосы. — Ты не обижаешься?       — Нет, конечно, — для верности она даже покачала головой. — Я всё понимаю.       — И я хотел бы, чтобы в нашу следующую встречу ты рассказала мне что-нибудь о том, как тебе можно помочь.       Сакура сразу же сникла. Вчера вечером он не стал развивать тему её панических атак, видя состояние девушки. Они просто сидели, касаясь друг друга плечами, и рассматривали звёздное небо, после того как он, будто опомнившись, поспешно выпустил её из своих объятий.       — Эй, — Какаши привлёк её внимание тем, что нежно заправил прядь её волос, выбившихся из причёски, за ухо. Затем его ладонь опустилась ей на плечо, предварительно задев кончиками пальцев щёку. — Ты же понимаешь, что с этим нужно что-то делать уже сейчас, пока тебе не стало хуже, Сакура.       Девушка на секунду зажмурилась и тяжело вздохнула.       — Вы правы. Только вот для того, чтобы у меня было больше информации, нужен доступ в госпитальный архив, а Цунаде-шишо меня даже на порог не пустит, пока не истечёт срок моего отпуска.       — Так может, стоит ей обо всём рассказать? — спокойно предложил Хатаке.       Сакура тут же яростно покачала головой. Она не хотела, чтобы Пятая знала. Она не хотела, чтобы вообще кто-нибудь знал. Кроме него.       Какаши не стал настаивать. Он задумался, изучая взглядом перистые облака, плывущие по небу.       — Похоже, я знаю, как тебе помочь, — мужчина потёр переносицу. — Но это будет не так-то легко провернуть, поэтому не буду заранее давать тебе надежду.       — Спасибо! — Девушка порывисто взяла его за руку. — Даже если не получится, всё равно спасибо, сенсей. Я даже не представляю, как вас отблагодарить.       — Зато я представляю, — Шестой выдержал паузу, прежде чем добавить — Перестань называть меня сенсеем. В конце концов, я давно им не являюсь. Просто зови меня по имени, Сакура.*       — Хорошо, — произнесла девушка внезапно охрипшим голосом и как наяву увидела хитрую улыбку Ино, которая расцвела на губах подруги, когда та говорила Сакуре похожие слова.       Харуно поняла, что Яманака просто сойдёт с ума, если услышит подобную вольность с её стороны по отношению к Хокаге, и пообещала себе быть осмотрительной.       И ещё куноичи судорожно убеждала себя, что его просьба не несёт какого-то скрытого смысла. Они же друзья, а среди друзей не приняты формальности.       Да?