Настоящая семья

— Наконец-то всё встанет на свои места, — улыбнулся Гарри, когда они с Сириусом проходили через портрет Полной Дамы. Они шли сзади остальных, не желая обсуждать что-либо в такой большой компании. — Во всяком случае, после ритуала многие поверят в твою невиновность. А там и суд будет, тебя оправдают. — Так странно… — произнёс Сириус, будто не слышал слов крестника. — Я так давно мечтал о том, чтобы быть с тобой на свободе, чтобы ты мне верил, а сейчас это уже настало, и мне до сих пор не верится, что всё это правда. — Это не может быть неправдой! — прошептал Гарри. — Теперь выяснилось, как всё было на самом деле. И наконец, кажется, начинает сбываться моя давняя мечта: у меня появился близкий человек, который меня любит и заберёт меня от Дурслей. После этой фразы Сириус заметно погрустнел. — Но ведь это всё из-за меня! — сказал он, побледнев. — Из-за меня ты лишился родителей, из-за меня отправился к Дурслям, из-за меня у тебя не было нормального счастливого детства. — Сириус! Перестань! Ты ни в чём не виноват! — нахмурился Гарри на слова крёстного. Блэк только помотал головой и хотел возразить, но мальчик его опередил, — не спорь! Ты же не знаешь, как бы сложилась моя жизнь, не будь всего этого. И нечего винить себя в том, в чём ты не виноват. И если уж на то пошло, виноват во всём Петтигрю. Именно из-за него я лишился родителей и попал к Дурслям. Блэк снова помотал головой. — Если бы я не погнался за ним, а подумал бы о тебе, то ты бы жил со мной. — Любой бы на твоём месте погнался бы отомстить предателю. А в тот момент тебе было очень тяжело, и я думаю: ты вряд ли мог хорошо контролировать свои действия и эмоции. — Вот именно… — Сириус, всё уже произошло. Как бы ты себя не винил, мы не можем исправить прошлое. Зато можем изменить будущее и сделать всё, что у нас не получилось раньше. Они остановились, и Сириус внимательно поглядел на крестника. Мальчику всего тринадцать лет, а он уже говорит такими фразами, как некоторые взрослые не говорят и даже не задумываются. Сколько же всего свалилось на плечи ребёнка за его детство? Сколько ему пришлось всего пережить? Но действительно он сказал очень важную вещь: мы не можем изменить прошлое, но ещё в силах исправить будущее. — Пожалуй, ты прав, — сказал наконец Блэк. — И я очень надеюсь, что смогу наверстать упущенное за все эти годы, что я был… не с тобой. — Я в этом не сомневаюсь, — улыбнулся Поттер и обнял крёстного. Сириус счастливо улыбнулся в ответ и обхватил Гарри за плечи. 💠 Группа волшебников вошла в кабинет Дамблдора, где их уже ожидал министр Магии Фадж с несколькими аврорами, которые стояли вокруг него, словно телохранители. Сириус ухмыльнулся: Фадж боится присутствовать один рядом с бывшим преступником, чует, что в этом есть его вина. Недалеко от министерских работников расположились профессора Хогвартса, которые согласились принять участие в предложенном ритуале. Увидев беглеца, глаза министра сверкнули, и он строго произнёс: — Мистер Блэк, в соответствии с законом я вынужден… — Уж не вам ли говорить о законе, мистер Фадж. — не удержался от колкой реплики Сириус, выделяя обращение. Он говорил это на вид спокойно, но глаза его метали молнии. — Что-то я не припомню, чтобы вы что-то об этом говорили, когда сажали меня в Азкабан без суда и следствия. Вам дать почитать эти самые законы, раз вы, министр магии, их не знаете?! Фадж свирепо запыхтел, а Дамблдор, решив прервать начинающийся скандал, поспешно сказал: — Господа, хочу вам напомнить, что мы собрались здесь, чтобы провести ритуал в присутствии нашего уважаемого министра Магии. — на этих словах Сириус громко фыркнул, за что получил суровый взгляд от Дамблдора. — С вашего позволения я расскажу подробней, что нужно сделать для этого ритуала. — Дамблдор! — прервал достаточно грубо его Фадж. — Я обязан обезвредить Блэка. На данный момент он является особо опасным преступником! — Если вы так считаете, это не значит, что это правда! — неожиданно резко встал на защиту крёстного Гарри. Все присутствующие с удивлением посмотрели на студента. Никто не ожидал, что мальчик осмелился перечить самому министру да и пытаться вступить с ним в спор. — Гарри, дорогой мальчик… — начал было Фадж, но Поттер его прервал: — Мы собрались здесь для того, чтобы провести ритуал, не так ли? И я настаиваю на том, чтобы вы не притрагивались к Сириусу. Достаточно того, что вы не провели суда перед тем, как посадили невиновного человека в Азкабан. Сириус смотрел на своего крестника с гордостью и не мог поверить, что Гарри так вырос и теперь защищает его. Хотя, по правде сказать, беглый преступник считал, что не заслужил такое тёплое отношение к себе. Чувство вины напоминало о себе каждую минуту и сильно сжимало всё внутри, напоминая о глупости и ужасных поступках Блэка. — Это ещё нужно доказать! — холодно возразил Фадж. — Обязательно! — вмешался Ремус. — Как только будет суд. Фадж вскипел от ярости, но решил всё же промолчать. Ведь, кто знает, как сложится ситуация в будущем, и кто окажется прав. Хотя, министру очень хотелось, чтобы всё оставалось так, как есть. Но он узнает о том, что его желаниям не суждено сбыться, только через неделю, на суде. Дамблдор, мудро рассудив, что пока что спорить никто не собирается, решил вернуться к важной теме. -Господа, теперь прошу внимательно меня послушать и постараться ничего главного не упустить. Ритуал, который сейчас будет проводится в этом кабинете достаточно простой и не опасный. Сейчас каждый из вас должен будет подойти к моему столу и написать свою фамилию и имя на пергамент. Когда все двадцать участников это сделают, я произнесу заклинание. Далее Сириус Блэк даст обещание на крови и поклянется в безопасности своих действий. Таким образом, ритуал будет проведён. Итак. Прошу. Гарри подошёл к столу директора и увидел необычный пергамент, от которого исходило слабое свечение. Сама бумага была голубоватой, отчего мальчик удивлённо начал её разглядывать. Ведь не каждый день можно увидеть пергамент такого необычного цвета. Гарри, наконец, взял перо и вывел на листе своё имя и фамилию. Надпись тут же вспыхнула, отчего Гарри немного испугался и отстранился назад. Даже тепло почувствовалось и, казалось, что если подойти ближе, то обязательно можно будет обжечься. Но почти сразу же это явление прекратилось, и студента это несколько успокоило. Он заметил, как буквы начинают тоже светиться голубоватым светом. Парень отошёл от слов и, встав рядом с Сириусом, стал ожидать, пока остальные напишут свои фамилии на пергамент. Гарри поглядел на авроров. Они статно стояли вокруг Фаджа, который не спускал взгляда, полного неприязни и презрения, с Сириуса. Поттер скривился. Фадж был и так не самой приятной персоной, но сейчас, как казалось мальчику, перешёл все границы. Уже и живого Петтигрю нашли и заключили под стражу, и сам Гарри доверяет Блэку, а Фаджу этого всего мало. Какие он ещё хочет доказательства невиновности Сириуса? Хотя, нет. Он их и не ищет. Ему не выгодно, чтобы они были. Ведь тогда раскроется, что это именно он, министр магии, посадил под стражу двенадцать лет назад невиновного человека, не разобравшись и не вникнув в суть дела. Гарри сам не заметил, как со злости сжал пальцы в кулаки. Привела его чувства рука Сириуса. Блэк положил свою руку на плечо крестника, заметив, что тот несколько напрягся. Мальчик тут же расслабился и постарался сконцентрироваться на ритуале. В это время Дамблдор как раз начал произносить заклинание, состоящее из каких-то сложных и заумных формул. Гарри никогда не слышал такого и даже не представлял, о чём там может идти речь. Хотя, ему это было и не надо. Сейчас было главное только одно — как можно скорее оправдать Сириуса и сделать его свободным. К Гарри подошли Рон с Гермионой. Тем временем Дамблдор позвал Сириуса. Тот подошёл к столу и встал напротив директора. — Сириус Орион Блэк! — начал Дамблдор. — Клянешься ли ты не причинять вреда здоровью всем здесь находищимся? — Клянусь. Из палочки Дамблдора начала вылезать светящаяся золотая лента. — Клянёшься ли ты, что не покинешь пределы Хогвартса во время твоего пребывания здесь? — Клянусь. — Клянёшься ли ты соблюдать все законы, установленные министерством, по крайней мере, до суда? — Клянусь. Лента из палочки Дамблдора вытянулась и опустилась на пергамент, свернувшись кольцом и образовав, будто не застывшую печать, какой пользовались раньше цари, запечатывая письма. Дамблдор направил свою палочку на руку Сириуса и у того из пальца полилась кровь. Блэк приложил этот палец к жидкой свернувшейся ленте и оставил свой кровавый отпечаток. Кожу неприятно обожгло, и Сириус поспешил отдёрнуть руку. Как только он это сделал, пергамент вспыхнул пламенем, а когда перестал, то он уже не светился и выглядел вполне обычно, за исключением того, что его невозможно было уничтожить до конца срока его действия. Директор взял пергамент и, сложив его в стол, направил свой взгляд на участников ритуала. — На этом всё, господа, — добродушно улыбнулся он. — Можете расходиться по своим делам. Все уже хотели послушать Дамблдора и уйти из душного помещения, но тут снова влез Фадж. — Альбус, надеюсь, вы понимаете, что я не могу оставить Блэка здесь без присмотра, — и, не дождавшись кивка Дамблдора, продолжил. — Поэтому я думаю, что будет правильнее оставить в Хогвартсе несколько самых лучших авроров. Одни будут стоять у входов, другие сопровождать Блэка. Гарри почувствовал, как Сириус начал закипать - это было видно по его сжавшимся кулакам и напряжённым скулам. — Может, мне ещё ошейник на цепи надеть, чтобы уж наверняка? — опасно спокойно, но в то же время холодно, поинтересовался он. — Вы перегибаете палку! — начал закипать Фадж. — Бродяга, не нарывайся, — еле слышно прошипел Ремус на ухо другу. — Может, вы ещё со мной комнате поселите аврора? Хотя, я бы предпочёл спать с представителями женского пола, но, судя по всему.. -Довольно! — разъярённо оборвал его министр, а Ремусу пришлось подавить смешок. Сириус оставался собой даже после заключения. — Я принял решение — заключить Блэка под стражу в одной из комнат Хогвартса. Вы не будете иметь право выйти оттуда и погулять по территории замка или его окрестностям. Также около двери будут стоять два аврора, которые будут сменяться днём и ночью. Любое действие сопротивления или неподчинения им будет расцениваться как попытка к бегству. Это, безусловно, учтётся на суде. Кроме того, в комнату нельзя будет никого впускать, кроме министерских работников и профессоров Хогвартса. — Не хватает только цепей на руки и тюремной робы. — после речи Фаджа, пробормотал Сириус так, чтобы услышал Министр Магии. — Сириус! — шикнул укоризненно Ремус. — Сейчас минутку помолчи! Тут решил вмешаться Дамблдор, не дав Фаджу вставить своё слово: -Министр уже вынес решение и менять пока его не будет. Поэтому попрошу всех собравшихся разойтись по своим делам. Волшебники медленно и с некоторой неохотой начали выходить из кабинета директора. Замыкал эту процессию недовольный Сириус, которого по обеим сторонам сопровождали авроры. Блэк всё время находился под прицелом волшебных палочек и достаточно плохо на это реагировал, чем вызывал предостерегающие взгляды Люпина и какие-то торжествующие от Министра Магии, который, как казалось, специально провоцировал беглого узника, чтобы посадить его в тюрьму. — А, может, можно будет как-нибудь пообщаться с Сириусом? — спросил тихо у Люпина Гарри. — Боюсь, что нет. Министр и так хочет его посадить или, ещё того хуже, подставить под поцелуй дементора. Но мы обязательно что-нибудь придумаем. Профессор ободряюще улыбнулся и приобнял за плечи ученика. Так они дошли до Гриффиндорской гостиной.