Сборник.

Наверное, в жизни каждого человека есть такой друг, от которого не отвяжешься, даже если сильно этого захочешь. Судьба будет ставить множество подножек, но, встретившись однажды в раннем детстве, вы буквально оказываетесь обречены на всю оставшуюся жизнь. Такой и была ваша дружба с Чонгуком. И как бы сильно ты не мечтала от него избавиться, выгоднее было все-таки держать его при себе. Ведь знает он непозволительно много, начиная от каких-то невинных детских шалостей и заканчивая всеми твоими секретами. Болтун — находка для шпиона. А этого любителя потрещать даже атомная война вряд ли остановит. Поэтому безопасность всех твоих секретов была исключительно в твоих руках. — Прекрати думать об этом, — ты тихо вздыхаешь и заглядываешь Чонгуку прямо в глаза, призывая остановить бесконечных поток его мыслей, — ты мерзкий. — Прекратить думать о чем? Он нахально лыбится в ответ, как ни в чем не бывало продолжая попивать свой шоколадный милкшейк и думать «не о том». Его невозмутимости, казалось, мог позавидовать даже самый профессиональный шпион. Чонгук с упоением наблюдает, как меняются эмоции на твоем лице, и останавливаться даже не думает. Буквально провоцирует тебя, транслируя все больше и больше мыслей о всех знакомых и незнакомых девушках в этом кафе. Он перебирает их в голове, сортирует и выдает самые отборные из них, с нетерпением ожидая, когда ты все-таки вскипишь. — Сбавь свои обороты, спермотоксикозник несчастный. У меня уже иммунитет на твою отсталость в развитии. — Да ну? — он губы растягивает в едкой ухмылке, переводя свой взгляд на одного из официантов, в которого когда-то ты была влюблена. — А если так? Еще немного — и у тебя уже глаз от его выходок дергаться начнет, смотришь на парня и вслух проклинаешь. Ведь от его мыслишек тебе при всем своем огромном желании, увы, никак не спрятаться. Знает же, что в радиусе полуметра ты точно слышишь все, и это его забавляет. — Да прекрати ты уже, не представляла я, как выглядит его член! И не дрочила никогда на него! — взвизгиваешь ты и морщишься от негодования. Посетители кафе тихо хихикают за своими столиками, а сами взгляд от вас отвести не могут. Наблюдают, как Чонгук уже под стол закатывается от смеха, а ты буквально закипаешь от злости, собирая свои ладони в кулаки. — Если правду вслух не скажешь, её скажу я. — Ну было пару раз и что? И всё, прошло, больше не думаю, а ты вообще думать прекрати. Хоть раз бы что доброго подумал. А то только издеваться и о бабах голых думать и можешь. Ты злобно зыркаешь на парня, буквально испепеляя его взглядом. А где-то в груди почему-то болезненно щемит. Смотришь на него и понять не можешь, почему ты чувствуешь это. Почему легкое саднящее чувство появилось внутри, ведь ты так старательно пыталась спрятать его, погубить. «Неужели ревнует?» — не успеваешь ты закончить свой монолог, как всего на долю секунды в голове Чонгука проносится мысль, которую тебе как никогда быстро удается уловить. А ты себя мысленно проклинаешь, морщишься, пытаясь собрать всю свою волю в кулак. И даже если и ревнуешь, вряд-ли когда-либо себе ты в этом признаешься. Ведь ты, как никто другой, прекрасно знаешь, кто в мыслях Чонгука постоянно. — Ревную? Тебя что ли? Спустись с небес на землю, Чон Чонгук. Смотри, как бы я Херим о твоих грязных мыслишках не разболтала. Чонгук обиженно фыркает в ответ и вновь взгляд свой устремляет на тебя. Смотрит так, что у тебя аж руки чешутся ему прямо промеж глаз вилкой зарядить, чтоб неповадно было. А у самой в голове бардак, кадр за кадром перед глазами всплывает Чонгук, рельеф его тела и тихие протяжные стоны. Ладони, что так эстетично касаются женского тела, и губы его, в которые так и хочется впиться. Все его любовные похождения у тебя как на ладони, но сердце болезненно отзывается на каждую его мысль, и ты никак с этим совладать не можешь. Тебе рыдать хочется, глядя, как он касается других, и над тобой так бесчестно издевается. Ты взгляд свой отводишь, а Чон все не унимается, подкидывает все больше разных моментов, подпитывая странное чувство, зародившееся в груди. Его шутки слишком далеко зашли. «Ну и какого черта?» — в собственных мыслях скулишь ты, тщетно пытаясь сконцентрироваться, но образы парня так и лезут в голову, обращая все твое внимание на них, — «он просто местный придурок, индюк напыщенный, с какой такой стати мне его ревновать?» А ты уже теряешься, понять не можешь, где твои собственные мысли, а где его. Жмуришься, пытаясь отогнать эти картинки, но где-то в душе почему-то не хочешь. Продолжаешь думать о нем, подпитывая свою собственную ревность, что буквально обжигает тебя. И тайно ликуешь, что мысли твои он уж точно не может прочесть. Но как бы не так. «Да прекрати ты уже, придурок гребаный, ну ревную я, да!» — проносится у тебя в голове, а Чонгук лишь вздыхает в ответ, вновь обращая твое внимание на себя, — «ну нравишься ты мне и что с того?» — Эй, маленькая спермотоксикозница, прекращай витать в облаках, я все вижу, — подпирая ладонью щеку, вещает Чонгук и так по-идиотски лыбится, глядя на твою окосевшую физиономию. — Ты тоже мне нравишься, дура, не Херим, а именно ты.