Сборник.

Юнги кончиками пальцев нежно очерчивает линии на твоём теле. А каждое его прикосновение, каждый поцелуй мурашками рассыпается по коже, лёгким жжением отдавая где-то в груди. Слишком страшно. И он это понимает, со всей нежностью касается. Так трепетно, словно страшась за тебя, как за вазу хрустальную. А для тебя всё это ново и дико. Ведь за столько лет жизни, ты впервые ощущаешь любовь, от которой за грудиной ломит, а внизу живота завязывается легкий узелок. Впервые осознанно идешь на это, не чувствуя и капли принуждения. Но от чего-то страх всё не стихает. А Юнги боится не меньше. Страх причинить тебе хоть малейшую боль затаился где-то внутри и терзает сомненьями юношу, на середине пути тормозя. Ведь слёзы твои, словно драгоценные камни, слишком дороги, по-особенному важны, чтобы растрачивать их просто так. Юнги поцелуями спускается все ниже, усыпая ими всю тебя. Оставляет последний на внутренней стороне бедра и замирает, жадно облизывая губы. Он наблюдает, как эмоции сменяются на твоем лице, стоит только ему пальцами подцепить белье и, казалось бы, оказаться так непозволительно близко к тебе. — Я не сделаю тебе больно, я обещаю. — Я знаю, я тебе доверяю. Его слова внушают абсолютное доверие, прочие мысли собой заглушая. И весь мир мгновенно уходит из-под ног, растворяя тебя в небытие. Юнги языком проходится вдоль твоих чувствительных складочек, раздвигая половые губы, а ты ахаешь и глаза от удовольствия прикрываешь. Он языком вытворяет что-то невообразимое, вырывая сладкие стоны из твоей груди. Скользит вовнутрь, посасывает клитор. Добавляет ко всему действу пальцы, заставляя тебя простынь под собой собирать. А ты пальцами в его волосы зарываешься и навстречу ему выгибаешься, тихо постанывая в такт, пока всё тело пробивает дрожь, легким разрядом по коже пробегаясь. — Я люблю тебя, — на выдохе шепчет он и взгляд свой горящий отвести от тебя не может. А ты и пару слов произнести не в силах, тихо шепчешь: «а я люблю тебя», и улыбаешься так глупо и наивно, заражая этим и Юнги. Ему так нравится видеть тебя такой, что он налюбоваться не может. Мин облокачивается по обе стороны от тебя и плавно толкается внутрь, затаив дыхание от удовольствия. А ты тянешься за новым поцелуем, таким тягучим и сладким, словно горячая карамель, пока он руками скользит вдоль твоего тела, обводя ладонями каждый изгиб. А ты млеешь от каждого прикосновения Юнги, выгибаешься, грудью прижимаясь к его оголенному торсу, и невесомо носиком щекочешь его шею. Мокрый чмок в самые губы и сбитое дыхание Мина буквально сводят тебя с ума, заставляя миллионами мурашек покрыться все тело. Ты двигаешься ему навстречу, а он наращивает темп, утопая в твоих поцелуях, буквально растворяясь в тебе. Узор за узором он невесомо вычерчивает на твоей коже кончиками пальцев, губами касается ключиц, шеи и переплетает ваши языки, тихо хрипя от удовольствия в поцелуй. А ты смотришь ему в глаза, жадно хватая губами воздух и слёз сдержать не можешь. В груди так щемит, а ты даже понять не можешь от чего. Смотришь на Юнги и как дура лыбишься, заливаясь слезами и не на шутку пугая, пока в груди сотнями бабочек что-то бьется, ребра ломает. И всё это трепет, который ты никогда прежде и не ощущала даже. Как не ощущала и бескрайней любви, заполняющей тебя сейчас изнутри. И весь твой мир вертится теперь вокруг него.