Младший братик

      Поступив в университет, Тэхён съехал с родительского дома. Все два года он жил в общежитии в Сеуле, приезжая в родной город только на праздники и каникулы. За это время Чонгук смог измениться до неузнаваемости.       Каким образом его миленький, с некоторых пор молчаливый братишка в кратчайшие сроки сумел превратиться в мечту всех девушек старшей школы Пусана? Нет, Гук всегда был крепким и миленьким малышом, однако Тэ никогда бы не подумал, что тот вырастет и станет настолько великолепен.       Крепкая мускулатура, которая появилась у него благодаря усиленным и тяжелым тренировкам по борьбе, совсем не вязалась с хорошеньким личиком, что заставляло Кима умиляться ранее.       Впервые он удивился внешнему виду Чона, когда приехал на зимние каникулы, а встречать его к порогу вышел уже совершенно не подросток, который был раньше.       Новая прическа с немного приоткрытым лбом, уверенная усмешка, что в большинстве случаев заменяла младшему улыбку. Взмыленный лоб, кажется, Тэ приехал, когда Гук во всю тренировался. Не по погоде накинутые майка и шорты. Теперь Чон точно стал выше него.       Тэхён совсем не ожидал, что увидит такую картину в собственном доме, и даже решил проверить, заглянув за дверь, по правильному ли адресу он пришёл. Однако услышав то, как прыснул от смеха его братец, понял, что парень действительно дома.       В горле от такой картины пересохло. Ким и под дулом пистолета бы не признался в том, насколько сильно у него сбилось дыхание от такого Гукки.       — Может быть, зайдешь уже? Холодно вообще-то, хён, — пробурчал сводный брат, в глубине души радуясь такой реакции старшего, словно мальчишка.       — Я… — завис на некоторое время Тэхён, всё пытаясь привыкнуть к такому братишке.       А Чонгук и не хотел, чтобы это мгновение заканчивалось. Такая реакция была именно тем, чего он добивался долгое время от его старшего брата. Парень всю жизнь хотел, чтобы его хён перестал относиться к нему, как к ребёнку. Кажется, шаг за шагом он наконец-то смог этого добиться.       Чон так обожал глупый стиль шатена, который даже сейчас был одет слишком ярко для их хмурой погоды. Смешная розовая шапка и ярко-оранжевая бесформенная куртка, что не вязались между собой, но на Тэ любая вещь отчего-то смотрелась идеально.       Как же он скучал. Всегда жутко скучал по Киму. И в детстве, и сейчас. Знал бы Тэхён сколько сил требовалось Чонгуку, чтобы не снести его с ног в тот момент. Так хотелось заключить в объятия растерянного и удивлённого старшего, который совершенно потерял дар речи.       — Ты?.. — ухмыльнулся Чон, прислоняясь к дверному косяку, уже практически смирившись с тем, что его брат дальше порога не пройдет.       — Тэ-Тэ! — послышался обрадованный голос матери из-за спины, на что Гук разочарованно вздохнул, видя, как Тэхён растерялся, а после этого уже радостно понесся в обнимку к маме. — Вау, ты немного изменился. Теперь превратился в сеульского красавчика, правда? — рассмеялась женщина, стягивая с сына шапку и изучая взглядом проколотые уши шатена.       — Конечно, я всё хорошею, — смущённо улыбнулся Ким, после чего кинул взгляд в сторону брата, который уже закрыл входную дверь и теперь, закусив нижнюю губу, наблюдал за Тэхёном, прислонившись спиной к стене позади. — А где папа? — спросил студент, стараясь не показывать неловкость перед черноволосым.       — Он сейчас подойдет, решил съездить в магазин, чтобы мы устроили праздничный ужин. Мы не видели тебя так долго! — женщина начала снимать с сына куртку, но тот воспротивился и сказал, что всё сделает сам.       Тэ стянул с себя огромный балахон, который носил, когда наступали холода, и остался в таком же теплом, очень мягком свитере светлого оттенка и потертых синих джинсах.       — Я так скучал по вам, ты не представляешь, — широко улыбнулся своей квадратной улыбкой Ким, снова заключая женщину в объятия и откидывая куртку в сторону чемодана, который уже предусмотрительно занёс братец.       — Мой сынок уже такой взрослый, айгу, — хихикнула мать, целуя шатена в голову.       — Ты говоришь, что я изменился? Не-ет, — протянул юноша, оборачиваясь к Чонгуку, который всё ещё замер неподалеку, наблюдая за происходящим и стараясь сдержать довольную улыбку. — Что случилось с моим Гукки? — напрыгнул на младшенького брат, не давая путей для отступления. Чон легко мог столкнуть с себя Тэ, но не стал, позволяя обнять себя и поддаться слабине хотя бы на мгновение. Однако школьник всё же закатил глаза в попытке скрыть истинные эмоции. — Он совсем не похож на моего малыша, что это за кролик-переросток? Кто ты и что сделал с Чонгуком? — фыркнул от смеха, немного отстраняясь и находя своё лицо на слишком близком расстоянии от Гука.       Отчего-то немного смутился, но дал себе время на то, чтобы осмотреть его: знакомый шрамик на щёчке, который получил младший, когда они спорили из-за последнего куска торта, густые брови, та же самая родинка под губой возле подбородка.       — Чёрт подери, какой ты красавчик, малявка, — решил перевести всё в шутку парень и снова прыгнул, пытаясь опустить школьника вниз рукой и растрепать ему волосы, однако даже не смог сдвинуть того с места, натыкаясь на хитрый прищуренный взгляд и удовлетворенное выражение лица.       — Теперь всё не так просто, хён, — позволил себе улыбнуться Гукки, отчего сердце старшего невольно пропустило удар.       Нет, он не должен так улыбаться. Тэхён совершенно против такого поведения. Пусть дальше усмехается и хмурится, потому что если он ещё раз увидит эту улыбку, то сопротивляться эмоциям будет гораздо сложнее.