15
28 сентября 2020 г., 15:53
Чонгук не умел справляться с эмоциями, когда видел, как Тэхён плачет или пытается скрыть боль за неискренней улыбкой. Он буквально ненавидел, когда его хён старался шутить и вести себя как обычно, хотя совсем не чувствовал себя счастливым: по Киму было сразу заметно, когда ему плохо, ибо шатен не мог притворяться. Гук больше всего на свете не хотел видеть слёзы сводного брата, потому что в такие моменты тоже чувствовал себя опустошенным и подавленным. А особенно он не мог терпеть, когда ощущал, что бессилен и ничем не может помочь.
Чонгук хотел бы заботиться о Тэхёне всё время, не отходить от того ни на шаг. Он желал не терять Кима раз за разом, знать о жизни того всё. Мечтал о том, что когда-нибудь сможет быть с братом полностью честен.
Гуку стоило больших усилий, чтобы не врезать Мин Юнги прямо сейчас, однако брюнет решил быстро сорваться с места и помчаться следом за Тэ, которому сейчас он был необходим намного больше. И Чон даже ни на секунду в этом не сомневался, потому что он знал своего хёна: знал, что, когда Тэхён говорит оставить его в покое, то в действительности совсем не хочет оставаться один.
Гук знал, что в такие моменты Тэ желает, чтобы его кто-нибудь выслушал или просто был рядом, поэтому он без сомнений двинулся в сторону выхода, но его схватил за локоть Юнги. Чон яростно приподнял брови, поворачиваясь лицом к мятноволосому студенту, который отчего-то решил, что имеет право останавливать его сейчас:
— Это не твоё дело, — Юн сморщил нос в презрении. — Так что не вмешивайся.
Чонгуку стоило титанических усилий, чтобы прямо сейчас не размазать бойфренда брата по стенке, однако единственным, что остановило его, была мысль о том, что Тэхён сейчас где-то совершенно один: его хёну плохо, школьник хочет быть рядом с ним, а единственный, кто его сейчас сдерживает, так это урод напротив. Хотя почему сдерживает?
Чон быстрым рывком скинул с себя ладонь Юна и даже не сказал ничего едкого, только вложил в собственный взгляд всё отвращение к человеку напротив, а затем сорвался с места и побежал вниз по лестнице к выходу из дома.
— Что происходит, Чонгук? — взволнованный вопрос матери, что уже стояла вместе с отцом в коридоре, ничего не понимая. Их Гук тоже проигнорировал, пробегая мимо и вырываясь на улицу.
Юноша замер лишь на секунду, когда оказался на крыльце, осматриваясь, чтобы заметить едва виднеющуюся удаляющуюся спину шатена, что находился уже довольно-таки далеко, но Чонгуку совсем было не трудно преодолеть расстояние.
И он оказался рядом как раз вовремя, потому что Ким хотел уже было перебежать через дорогу на красный. Чон всё-таки не позволил ему этого сделать:
— Хён, остановись, — запыханно, но громко произнёс Гук, заставляя Кима вздрогнуть и замереть на месте, после чего прижимая того к себе, осторожно и мягко, словно хрупкую драгоценность.
Чонгук придвинул к собственному плечу голову Тэ, чтобы тот смог скрыться от посторонних взглядов вокруг, ладошкой зарываясь в загривок старшего и отводя его в сторону закоулка рядом. Быстрое дыхание обоих: Ким схватился пальцами за футболку на талии Чона, пока юноша обхватил сводного брата полностью, не желая отпускать, вдыхая любимый запах и совершенно точно понимая, насколько сильно он скучал всё время, что они провели врозь.
Тэхён тихонько всхлипнул, пытаясь остановиться и прекратить слёзы. Выходило плохо: в объятиях Чонгука старший чувствовал себя так защищенно, как ни с кем прежде. Обычно грубый Гукки был с ним намного нежнее, аккуратнее. У Кима всё ещё оставались в голове приятным воспоминанием те поцелуи Чона, что были такими же мягкими, как и объятия сейчас. Младший брат аккуратно поглаживал волосы Тэ, который доверительно уткнулся носом в шею брюнета, улавливая какие-то новые нотки парфюма на коже Чонгука.
Раньше его брат никогда не пользовался чем-то подобным, однако теперь… Ах, как же Ким мог забыть.
Тэхён заставил себя вспомнить о всей сложившейся ситуации: о том, что наговорил ему Юн при младшем, что Ким накричал на них обоих, что у его брата, в конце концов, есть девушка, которая в тысячу раз лучше него. И сейчас студент совершенно не должен льнуть к Чонгуку так, словно этот момент что-то может для них значить.
Все их эмоции, забота друг о друге, нежность должны оставаться не больше, чем братскими. Поцелуи не могут существовать в памяти, а симпатия в любом случае окажется не больше, чем глупой привязанностью, потому что, если между ними произойдёт что-то более серьёзное, оба никогда не смогут повернуть время вспять.
Пока ещё остаётся такая возможность и они могут жить дальше с другими людьми, забываясь и пытаясь не думать друг о друге, Тэхён должен остановиться: оборвать мягкие прикосновения к волосам, отцепить свои пальцы от футболки, разомкнуть крепкие и заботливые руки вокруг себя и просто отодвинуться от Чона, чтобы не чувствовать чужое участившееся сердцебиение прямо собственной грудью.
Но почему же это так невыносимо тяжело? Почему так хочется остановить мгновение и остаться в нём навечно, лишь бы не отрываться от Гука, ощущать и дальше его сбившееся дыхание из приоткрытых губ на макушке?
Тэ хочется понять, почему он в объятиях Юнги чувствует себя так неправильно, а в руках Чонгука — наоборот, словно так и должно быть.
— Хён, пожалуйста, не терпи такого отношения к себе, — проговорил Чон негромко, не обращая внимания на удивлённые взгляды случайных прохожих, что шли рядом с закоулком. — Я прошу тебя. Ты намного лучше этого.
— Гукки, всё хорошо, — Тэ наконец-то приподнял голову, чтобы посмотреть в лицо Чона прямо напротив него. Они стояли так близко друг другу, чуть ли не соприкасаясь. Ким постарался воспользоваться моментом, чтобы отпечатать в памяти лицо Гука, хоть и не должен. — Всё не так плохо, как кажется. Мы просто ссорились, поэтому так получилось, — выдохнул Тэхён и всё-таки отвёл взгляд немного в сторону, так как, смотря прямо в темные глаза Чона, не мог лгать правдоподобно. — Я в порядке, — кивнул шатен.
— Конечно, — Чон нервно начал кусать губы. — Твой парень даже не пошёл за тобой, разве это нормально?
— Мы сами решим этот вопрос, хорошо? — Тэ вздохнул и начал отрываться от Гука, пытаясь закрыть тему. Но брюнет совершенно не собирался отпускать брата:
— Скажи мне, это единственный раз? Может быть, он не впервые оскорбляет тебя? — спросил Чон, теперь уже прижимая к себе шатена твёрже, стараясь докопаться до истины.
— Пожалуйста, Чонгук. Я в порядке, — нахмурился Тэ. Он совсем не хотел обсуждать проблемы в отношениях с младшим, это было бы полной глупостью, особенно, когда Юнги остановился у них дома.
— Ты заслуживаешь большего, чем этот придурок, — проговорил Гук, всё-таки выпуская из объятий Тэ и раздраженно ероша себе волосы на затылке.
— Он не так плох, как ты думаешь, честно, — опустил взгляд на землю Ким, а затем потёр глаза. — Юнги-хён не всегда такой. Просто всё навалилось… Он хороший.
— И где же этот хороший парень, почему я не вижу его рядом с тобой? — разозлился Чонгук. Уж кого-кого, а у него бы язык не повернулся называть Юнги таким. Он мог бы назвать уже множество причин, хотя видел этого мятноволосого всего ничего.
— Он… Чонгук, хватит, — Тэ поднял затравленный взгляд, отчего Чон потерял дар речи и опешил. — Какой бы он не был, я его люблю. Пожалуйста, я не хочу ссориться с тобой, — Ким расстроенно поджал губы.
— Любишь его? — удивлённо приподнял брови Чонгук. — Хён, ты, правда, настолько любишь его?
«Почему не меня, хён?»
— Я бы встречался, если бы не чувствовал к нему что-то? — непонимающе проговорил Тэ. — Я не такой человек, Гукки, — Ким выдохнул, собираясь с мыслями и стараясь не натыкаться на взгляд полный непонимания. — Наверное, ты думаешь, что в прошлый раз, когда между нами кое-что произошло, я не чувствовал ничего к Юнги… Гукки, это не так. Я сожалел о том разе, мне было стыдно. И у тебя теперь тоже есть девушка, так что… — Почему-то звучит так, будто ты оправдываешься, — Чонгук фыркнул от смеха, потому что ему было слишком больно слышать эти слова. — И зачем ты сам сейчас снова поднял эту тему, если так хочешь её забыть? Я думал, что мы всё обсудили в прошлый раз. — Прости, я не знаю, — Тэ растерялся. Кажется, он сам не понимал, что говорил. Чонгук нервно сглотнул и снова приблизился к лицу Тэ, поднимая голову того за подбородок и направляя взгляд юноши на себя: — Ты же вспоминал, да? — Чон опустил глаза на губы Тэхёна, стараясь сделать это незаметно, но при таком расстоянии это никак не смогло скрыться от шатена. — Гукки… — Тэхён почти сразу же отодвинулся от сводного брата, отводя руку того от себя. — Прошу, не надо, — Киму было слишком сложно сдерживаться, когда такое происходило, поэтому студент отошёл. — Ладно, — даже слишком быстро согласился Чон, раздосадовано толкнув языком в щёку, но послушавшись брата. — Родители дома переживают. Думаю, нам уже пора, — решил перевести тему Гук, отводя взгляд в сторону и засовывая руки в карманы. — Точно, — опомнился Тэхён, а затем начал пытаться привести себя в божеский вид: кое-как поправил челку, стёр с глаз остатки влаги. Он тоже не смотрел на Гукки, а между тем его младший всё же вернул взор обратно к Киму, замечая, что тот всё ещё оставался слишком растрёпанным. — Пошли, — решительно произнёс студент, сдвигаясь с места по направлению к дому, но его словил Чон, возвращая обратно к себе. Повернул лицо старшего, а затем улыбнулся от неприкрытой растерянности, что отразилось на том: — Не бойся, я просто поправлю волосы, — милая заячья улыбка перешла в хитрую усмешку, а руки перекочевали обратно на волосы юноши напротив. Но Чонгук не был настолько глуп, чтобы тратить момент, так что смотрел только в лицо своему хёну, который смущённо отвёл глаза. Румянец на щеках, нервно забегавшие глаза из-под опущенных подрагивающих ресниц, покусанные красные губы. Чёрт бы побрал этот привычный сладкий запах вишневого шампуня! Только перед своим братом Чон чувствовал, что заранее проиграл. Он никогда не сдавался, но перед Тэ был готов принять собственный разгром, потому что такой Ким — его личное поражение. Чонгук хотел бы коснуться мягкой щеки Тэхёна сейчас кончиками пальцев, зацеловать и так опухшие губы. Он бы так много хотел сделать с Кимом, но не мог. Так что пытался пользоваться моментом и посмотреть на старшего хотя бы ещё немного. Ещё чуть-чуть. Пока они не вернулись домой, пока Юнги снова не забрал его от Чона. Но Ким больше не смог выдерживать, так что всё же снова отошёл от Гука: — Думаю, я в порядке, спасибо, — улыбнулся Тэ, а затем направился вперёд, чтобы не пересекаться глазами с брюнетом. Студент совсем не хотел, чтобы его брат видел горящее от неловкости лицо хоть на секунду дольше. А Чонгук не стал нарушать личное пространство. Он пошёл следом за братом, ибо тоже хотел прийти в себя до того, как они окажутся дома. Старался остановить сошедшее с ума сердцебиение, которое раз за разом заставляло Чона переставать мыслить здраво. У Тэхёна же в голове всё смешалось: лицо Чонгука, непонимание родителей, слова Юнги. Как же он должен оправдаться перед мамой и папой? Что же ему делать с Мином? Как перестать сходить с ума от собственного младшего брата? По возвращению одна проблема улетучилась за ненадобностью, потому что Юна в комнате так и не оказалось.
