Сеть

Искра. Но он также тот, кто создал эту сеть, кто подсознательно знает каждого включенного и принимает её желание анонимности. Если бы в ней возникла необходимость, Стайлз Стилински нашел бы её за несколько часов, это не стоит споров. Но на летних каникулах мальчик предпочитает отдыхать в компании друзей и кто она такая, чтобы отказывать ему в этом? Особенно, если её оставляют в покое. *** Феррат идут по её следу. Три года она убивала их, выпивала до суха и сжигала трупы, распыляя пепел по ветру. Она смогла выйти из той мясорубки благодаря случайности, магии её ковена и положению звезд и луны. Она была белой вороной в их круге, а теперь единственная выжившая. *** Мальчишка подскакивает, разворачивается и отшатывается назад, сбивая руками бумаги со стола. В его глазах пляшут искры, волосы встали дыбом, и она делает шаг назад, поднимая руки. - Расслабься, я не собираюсь нарушать договор. И у меня такое чувство, будто бы ты знаешь что-то, что может облегчить его соблюдение, не так ли? Потому что это так. Комната принадлежит ему, пропитана его запахом и силой с самых юных лет, и в этой патоке есть только один чужой элемент. Он тонок, Искра не трогал проклятую вещь, но был рядом, и этого достаточно. - Ты хексенбист, - он выдыхает, всматриваясь в её лицо, словно пытаясь выжечь на своей сетчатке. - А ты искра, но я же вызываю тебя каждый раз, когда имею дело со стихийным ужасом, не так ли? - Я тебя не звал. *** Так что да, когда в ночи её связь с Искрой внезапно натягивается как тетива монгольского лука, и Неметон резонирует с пугающей частотой - она схлынывает и рычит в подушку. Искра оставляет окно открытым, в доме его отец и больше никого. Он смотрит на экран своего ноутбука, вряд ли даже понимает, что его подсознание бьет тревогу под её веками, словно игрушечная мартышка с моторчиком. Итак, она делает вдох, хрустит шеей и схлынывает обратно в человеческий облик. Она уважает этого ребенка, понимающего её склонность к анонимности. *** И это немногим проще, чем убивать безумных ученых, помешенных на химеризации. Вторая мировая война не была худшей в истории Везенов, но она была самой масштабной. И в Калифорнии не было масштабных бомбардировок или лагерей смерти, но тут были свои порождения бездны. *** Гримм, Искра, Хексенбист - три самых сильных создания в среде Везен. Первые, кошмар, способные увидеть истиное лицо сквозь любую маску и убить каждого нарушителя законов. Вторые, безумцы, с силой, ограниченной лишь их воображением. Третьи, гордецы, со знаниями правил устройства мира и способностями манипулировать ими. И Регина прекрасно осведомлена о своих возможностях, о правилах сообщества как Везен, так и Бейкон-Хиллс, но у неё нет уверенности в том же у Искры. Он молод, едва ли четыре месяца после пробуждения, и единственные Везен готовые просвятить его о правилах - оборотни. Поэтому она здраво предпологает, что именно привычки перевертышей он и будет соблюдать. И школа - это то, что он бы заявил как свою территорию, исключая сам дом. По крайней мере, это её рассуждения. Однако, возможно, все не так ужасно, как она ожидала. Или правила Искра установил другие, не привязанные к территории, а к личностям. Или она часть его "сети" на более глубоком уровне, чем видится. В любом случае, её дневное выслеживание дарака приводит в школу, полную подростков самых разных видов. Преобладают, конечно, перевертыши.