Я никогда не...

Обычно истории, такие как эта, заканчиваются свадьбой. А ещё герои живут долго и счастливо и умирают в один день, что, на самом деле, достаточно неприятно. Однако эта история со свадьбы началась. Причём со свадьбы чужой. Ади в третий раз начал наигрывать на гитаре один и тот же мотив. Он успел неплохо так выпить ещё на официальной части церемонии, так что теперь, в окружении самых близких знакомых и друзей молодожёнов, был значительно впереди остальных по стадии алкогольного опьянения. Его все устраивало, было весело, особенно кода он присоединился к девушкам, ловящим букет невесты. Шансов у него не было: за пару часов до начала мероприятия в кладовке за сценой между Вики Уокер, счастливой невестой, и Донни, непонятным образом оказавшемся в числе друзей жениха, был заключён договор. И потому ещё за пару минут до того, как цветам было суждено взлететь в воздух, практически все уже знали, что поймает их Моника. Однако, показать, что это была всего лишь случайность, нужно было, так что Мими постаралась начать непринужденную беседу. — Напомни, зачем смертные кидают букет? — уточнила она, глядя на эту совершенно наглую и явную постановку. — Чтобы узнать, кто следующей выйдет замуж, — весело отозвалась Вики. — Так что, Донни, мы все ждём. — Надеюсь, вы не проделываете такое с новорождёнными, чтобы узнать, кто следующая станет мамой, — хмыкнула Ости. Донни, только собравшийся выпить за свою (в перспективе) будущую свадьбу, подавился глифтом. Дино постучал его по спине, однако этим только усугубил ситуацию, у бывшего непризнанного глифт пошёл носом. Моника, обнимающая букет, улыбнулась ему мягко и, подойдя, вытерла его лицо платком. Ади скривился от этого приторно-сладкого зрелища, но скорее по привычке, а потом за пару шагов добрался до микрофона. Чтобы понять, как тот работает, потребовалось чуть больше времени, чем он ожидал. Демон покрутил прибор в руках, потряс его на всякий случай, обнаружил кнопку на боку, усмехнулся и, нажав на неё, поднёс микрофон ко рту. — Так, а пока вы все не залили пол слезами, предлагаю сыграть в «Я никогда не…» — произнёс он слишком громко, от чего микрофон зашёлся неприятным дребезжащим звуком. — То есть ты предлагаешь залить пол не слезами, а кровью, — уточнил Геральд, внимательно наблюдавший за происходящим. Наверное, это была одна из привычек его работы: следить за учениками на любом общественном мероприятии. Другой разговор в том, что следил он, как правило, не столько за учениками, сколько за изящно белой фигурой Мисселины. — Кровью из наших ушей. Положи микрофон, Ади. — Хороший тамада и конкурсы интересные, — улыбнулась Мими, когда Ади отрицательно покачал головой, прижимая микрофон к груди. — А мне нравится идея с «Я никогда не…», — встряла в диалог Вики. — Только надо всем сесть рядом, чтобы обойтись без микрофона, — она обернулась к Люциферу. — Дорогой, ты не мог бы принести пледы? Люцифер кивнул и, оставив на щеке своей теперь уже законной жены поцелуй, пошёл куда-то в сторону кладовки. Он вернулся через пару минут, неся на вытянутых руках целую стопку покрывал, которые через секунду уже были разложены на полу, формируя круг. Все расселись. Ади, сидевший между Моникой и Дино, огляделся, сразу примечая, что Геральд и Мисселина, как обычно, находились недалеко друг от друга. По лицу преподавательницы было понятно, что эта затея её смущает, но, она не высказала своего недовольства, продолжая говорить о чём-то с сидящей левее Ребеккой и улыбаясь. — Я начинаю, — выкрикнула Вики, когда все наконец наполнили бокалы глифтом. — Я никогда не вырывала никому крылья. На лице бывшей непризнанной сияла хитрая усмешка, а пара бокалов, выпитых чуть ранее, добавляли глазах немного блеска. Она давно распустила волосы и была вынуждена периодически сдувать мешающие прядки. — Люблю свою работу, — сообщил Геральд, дотянувшись до напитка, а после повернулся к Мисселине, чтобы чокнуться бокалами. Она сделала то же самое, а после тяжело вздохнула, делая глоток. До этого момента она была самой трезвой на этой свадьбе, единственной, не выпивший ни капли глифта. — Мне катастрофически не везёт в таких играх, — отметила она тихо, чтобы слышал только Геральд. Он улыбнулся, забрал её и свой стаканы и потянулся за бутылкой, чтобы заново их наполнить. — Это только первая фраза. Все не так плохо, — успокоил он коллегу, чуть наклонившись к ней, чтобы она смогла разобрать слова, а после отдал ей уже полный стакан. Мисселина кивнула в знак благодарности, однако по выражению лица было понятно, что она осталась при своём мнении. Пять раундов спустя демон был вынужден убедиться, что она была права. Мисселина баюкала в руке бокал, наполненный уже в шестой раз, морально готовясь выпить и сейчас. Ребекка, сидящая с другой стороны от неё с притворно-сочувствующей усмешкой похлопала её по предплечью. Геральд наблюдал за ними задумчиво: сам он выпил всего лишь дважды, и понятия не имел, как так вышло, что Мисселина вела в этом негласном соревновании на два очка. Судя по задумчивому лицу Ади, сидящего напротив, не понимал ни один только Геральд. — Я никогда не целовала девушку, — резко оборвала его раздумья Моника. Она была лишь слегка навеселе, однако позволяла Донни спокойно оказывать ей знаки внимания на публику, а значит уже расслабилась. На её лице сияла довольная улыбка, которая становилась все шире по мере того, как все в кругу, тяжело вздыхая, брали в руку свой стакан. Ости, сидящая недалеко от неё откинула волосы за спину и, улыбнувшись максимально обольстительно, сообщила: «Никогда не поздно попробовать». У Ади, уже начавшего пить, глифт пошёл носом, что, на самом деле, страшно неприятно. Он закашлялся и потянулся за салфетками. Геральд, наблюдавший за этим, фыркнул от смеха и уже поднёс бокал к губам, когда его сбил тихий звон справа. — За тебя, — одновременно произнесли Ребекка и Мисселина, после чего чёкнулись и так же синхронно опустошили стаканы. Вики, о чём-то переговаривающаяся с Мими замолчала и перевела на них удивлённый, почти ошарашенный взгляд. Ребекка, до этого умудрявшаяся сохранять спокойствие рассмеялась, на лице Мисселины тоже появилась улыбка, но чуть более спокойная и слегка смущенная. Её щеки немного покраснели и было не понятно, стыд это из-за неудобной информации или последствия алкогольного опьянения. Так или иначе, её поза стала куда свободнее, Мисселина откинула волосы назад и кивнула Ребекке, мол, объясняй. — Мы были соседками, — пожала плечами серафим. — А Вагат придумали уже давно. Судя по тому, как Вики выдохнула, её такой ответ более чем устроил. Бывшая непризнанная потёрла переносицу и поудобнее устроила голову на плече мужа, переплетая его руку со своей. Игра продолжалась, однако резких и провокационных вопросов не было, пока очередь не дошла до Геральда. Тот был относительно трезв, если сравнить, например, с Ости или Ади, а профессиональное выгорание стало причиной, по которой вопрос пришёл в его голову ещё в самом начале игры. — Я никогда не вытаскивал мальчика из Башни, — произнёс он с усмешкой, видя, как резко меняется выражение лица Вики. — Все хотел узнать, кто помог Уокер это провернуть. — Неплохо, признаю, — Люцифер поднял свой бокал и отсалютовал им Геральду, после чего выпил. Преподаватель хмыкнул, всем видом показывая, что чего-то такого и ожидал. «Почему я до этого не додумалась?» — шепотом поинтересовалась у него Мисселина. Её голубые глаза были будто в дымке, взгляд слегка расфокусирован, но говорила она четко, не сбиваясь. «Потому что ты пьяна» — улыбнулся ей Геральд. Ангел пару секунд обрабатывала эту фразу, а после пожала плечами, мол, не поспоришь. Ход перешёл к следующему игроку, потом дальше и вот они уже пошли по второму кругу. Ади клевал носом, Моника и Донни были увлечены больше беседой друг с другом, чем игрой. Лилу, в первый раз придумывающая свою фразу с большим трудом, теперь смотрела на бокал уже пару минут, а в голову не приходило ни единой подходящей мысли. В целом игра текла уже медленно и вяло, становясь не столько азартной причиной выпить, сколько поводом для новых и новых бесед. Мими забрала у Ади гитару и пыталась наиграть незамысловатый мотив, при этом не сломав ноготь. Она поймала несколько аккордов, прижала гитару чуть ближе к себе, сосредоточено глядя на лады, и продолжила перебирать струны. — Как думаете, — вдруг произнесла Мисселина, последние несколько минут неосмысленно смотревшая в случайную точку на противоположной стене. Все невольно обернулись на звук её голоса, после чего ангел продолжила. — Что чувствует акула, запертая в комнате и не имеющая пальцев, чтобы открыть замок? Судя по сосредоточенной тишине, собравшиеся пытались осмыслить эту фразу. Больше всех влился Ади, задумчиво смотревший на свои руки, то сжимая, то разжимая кулаки. — Тебе хватит, — сообщила наконец Ребекка, давясь смешком, и, взяв Мисселину под руку, потянула её наверх, чтобы поставить на ноги. Мисселина не особо помогала, продолжая смотреть вперёд не очень осознанным взглядом. Геральд слева от неё вздохнул и тоже поднялся. — Давай я помогу, — предложил он Ребекке, придерживая Мисселину за локоть. Серафим кивнула и повела Мисселину в сторону двери бросив на последок что-то в стиле: «Вернёмся минут через пятнадцать». По дороге до комнаты, выделенной для гостей, Ребекка трижды поблагодарила Шепфу за то, что путь был коротким и единожды посетовала на судьбу по той же самое причине; Геральд, удерживающий Мисселину за талию, чтобы та не оступилась ненароком был одним из самых милых зрелищ в жизни Серафима. Она шла чуть впереди, внимательно читая надписи на дверях и наконец остановилась у одной из них, открывая замок. Она не с первого раза попала ключами в скважину, из-за чего была вынуждена сделать для себя неутешительный вывод о том, что и ей пора спать, однако замок наконец скрипнул противно, и дверь открылась. Ребекка чуть отступила, пропуская Геральда и Мисселину вперёд. Преподавательница дошла до кровати самостоятельно и, стоило голове коснуться подушки, как её дыхание стало тише и медленнее. Ребекка мягко улыбнулась, сама не зная чему. Наверное, это сцена просто навеяла воспоминания из времени, проведённого в школе, когда Мисселина, приходя в комнату, точно так же мгновенно засыпала, правда, как правило, от усталости, а не от опьянения. Улыбка Серафима стала ещё шире, когда Геральд, помедлив несколько секунд, развязал завязки на своём плаще и, наклонившись, укрыл им коллегу. — Вы просто ужасно милые, — шепотом проговорила Ребекка. Геральд повернулся на её слова, но по его лицу не было понятно, о чем он думает. Демон, бросив еще один взгляд на Мисселину, развернулся и вышел из комнаты к стоящей в коридоре Серафиму. — Не понимаю, о чем ты говоришь, — отрезал он, глядя Ребекке в глаза. Та усмехнулась, уже собираясь раскрыть ему глаза на его собственные плохо скрытые чувства, когда поняла, что что-то в этом взгляде было не так. Он был слишком сосредоточенным и серьёзным для простого разговора двух подвыпивших высших существ. — Что ты там ищешь? — рассмеялась Ребекка и, по тому, как Геральд резко отвёл взгляд в сторону, разве что не вздрогнув, поняла, что не ошиблась, решив, что тот ищет какое-то воспоминание. Голова работала плохо. Серафим оглядела его, пытаясь понять, какое из её воспоминаний вообще могло представлять для демона важность или хотя бы интерес. Мысли путались, но догадка, появившаяся будто из ниоткуда, сразу расставила все по полочкам. Ребекка сама не заметила, как от удивления её голос стал на пару тонов выше. — Тот поцелуй? — Ты перепила, — сообщил ей Геральд, отступая назад, но Серафима было уже не остановить. Она ухватила его за руку, чувствуя, как чужая энергий пропиталась смесью неловкости и чего-то, похожего на страх. — Ты искал мои воспоминания о поцелуе с Мисселиной? — уточнила она и, глядя на то, как Геральд старательно придумывает путь отхода и объяснение, заглянула ему в глаза и применила силу, полученную после убийства Змея Искусителя. — Скажи правду. — Да, — произнёс демон до того, как понял, что происходит. Ребекка победно улыбнулась и отпустила его руку. — Я не расскажу Мисселине, — успокоила она Геральда, лицо которого уже начало принимать злое выражение. — Но, если ты поговоришь с ней, станет лучше всем. — Сомневаюсь, — хмыкнул демон, складывая руки на груди в привычном жесте. По его лицу легко читалось все, что он думал относительно этой идеи. Ребекка могла бы принять это, развернуться и уйти, но ей настолько надоело смотреть за тем, как Геральд и Мисселина лишь ходят вокруг да около, не предпринимая никаких шагов, что уже руки чесались дать им по подзатыльнику и заставить признаться. Серафим тяжело вздохнула. — Даже про запрет все забыли, — произнесла она. — Какой ещё знак тебе нужен? — Про него не забыли, его пересматривают, — мгновенно парировал Геральд. — Группа из Высших Ангелов и Демонов создают новую формулировку… — Со значительными послаблениями, — перебила его Ребекка. Геральд не нашёл что на это ответить, поэтому серафим продолжила уже более мягким тоном. — Вы правда были бы чудесной парой. — Спокойной ночи, Ребекка, — отрезал демон, неожиданно завершая разговор на полуслове, и, развернувшись, пошёл в сторону от комнаты и от зада, где продолжалось торжество. Серафим, не ожидавшая такой резкости, выпала из реальности на пару секунд, а когда поняла, что произошло, Геральд уже пропал из поля зрения. Она закатила глаза и, обернувшись на комнату, в которой осталась Мисселина, ушла обратно к празднующим.

***

Когда Мисселина открыла глаза, было уже светло. Она поморщилась и села на постели, случайным движением руки сбивая на пол то, чем укрывалась во сне. Заметив это, ангел наклонилась и подняла тёмную ткань, практически сразу же узнавая в ней плащ Геральда. Мисселина нахмурилась, разглядываю находку и пытаясь вспомнить события вчерашнего вечера, но после восьмого высказывания в игре «Я никогда не…» все было как в тумане. Женщина спустила ноги с кровати, становясь на ковёр, и поблагодарила Шепфа за то, что от глифта у ангелов и демонов не было такого же похмелья, как у людей после алкоголя. Поднявшись, Мисселина подошла к зеркалу и, вздохнув, потянулась за расчёской. Приведя себя в порядок и проверив напоследок, что волосы лежат нормально, Мисселина взяла плащ, аккуратно сложенный на кровати, прижала его к груди и вышла из комнаты, закрыв за собой дверь. В коридорах было тихо, ангел прошла до входа в зал, надеюсь встретить хоть кого-то по пути, но, очевидно, все отсыпались после ночных гуляний. Толкнув дверь, она вошла внутрь выдохнула с облегчением, когда её взгляд упал на Геральда. — О, ты тут, — улыбнулась женщина, подходя к нему. Демон поднял голову на её голос. — Искала меня? — поинтересовался он слегка удивлённо. Мисселина кивнула и протянула ему плащ. Геральд опустил глаза на тёмную ткань, принимая её из чужих рук. — Ах, да. — Что было вчера? — произнесла Мисселина после пары минут молчания. Её щеки слегка покраснели из-за смущения от такого вопроса. Она никогда не причисляла себя к тем, кто пьёт столько, что не помнит ничего на утро, но, кажется, начинать было никогда не поздно. — Я убедился, что вытащить Бонта из башни на самом деле помогал Люцифер, — усмехнулся Геральд, отодвигая соседний с собой стул, чтобы Мисселина могла сесть. — А ты начала говорит что-то об акулах, запертых в комнате. Мисселина с тихим стоном опустила голову на стол, чем вызвала у демона тихий смешок. — Скажи что это шутка, — попросила она через пару секунд посмотрев на Геральда. Тот покачал головой. — И какой ещё бред я несла? — Это было даже весело, — успокоил её демон, положив ладонь на её предплечье. — В любом случае, впереди ещё один день свадьбы, и все наверняка забудут об акулах и замках. Мисселина скептически подняла бровь, оглядывая пустой зал. Чужая рука, касающаяся её кожи, кажется, была для неё абсолютно естественной вещью, будто так и должно было быть с самого начала. — Похоже, — она мягко улыбнулась собеседнику, даже не замечая, насколько это улыбка выбила его из колеи, — никто ещё не готов продолжать празднование. Геральд кивнул, соглашаясь. Он все размышлял над словами Ребекки. Мыслями он был далеко отсюда, но внимательно слушал все, что говорила Мисселина. Та, разумеется, заметила его отчуждённость. — Что-то не так? — обеспокоилась она, наклоняясь чуть ближе, чтобы приложить ладонь к чужому лбу. Геральд едва не забыл как дышать. Он поймал взволнованный взгляд голубых глаз, для себя решая, что не может продолжать скрывать от неё то, что очевидно всем вокруг. Она заслуживала знать, а что делать с этим дальше могла решить для себя сама. — Геральд? — Это важно, — произнёс демон вместо ответа. — Мне стоило сказать это сразу, как закончилась война. Беспокойно Мисселины от этой фразы, очевидно, лишь возросло. Она придвинулась ещё ближе, успокаивая себя лишь тем, что хоть жара у коллеги не было. Геральд выдохнул набираясь смелости, и наконец произнёс, стараясь не смотреть ей в глаза: — Я люблю тебя. Пару секунд Мисселина молчала, глядя на него, пытаясь по чужому лицу понять, шутит ли он. Геральд, очевидно, не шутил. — О Шепфа, — выдохнула она и несильно ударила его по плечу. — Нельзя же так пугать, я думала, что-то случилось! Геральд непонимающе уставился на неё, готовясь придумывать извинения или оправдания своим не к месту появившимися чувствами, когда Мисселина, переместив руку с его плеча на его затылок, максимально сократила расстояние между ними. — Я тебя тоже, — улыбнулась она наконец, подаваясь вперёд на последние пару сантиметров. Геральд поймал её губы своими, кладя руку ей на талию. Ребекка, зашедшая в зал, сперва замерла на пороге, потом ущипнула себя, чтобы удостовериться, что это не сон, а после шагнула обратно и закрыла за собой дверь. Теперь ей оставалось только уговорить совет сделать запрет скорее настойчивой рекомендацией, чем жестким правилом и что-то ей подсказывало, что у неё это получится.