звездопад желаний

Хаджиме и не прочь признать того, что ему нравится проводить время со своими нынешними друзьями. Сидеть в каком-нибудь кафе и заказать всё меню, потратив последние деньги, бегать от копов, когда те успели уже что-то вытворить, громко болтать и шуметь — стала уже ежедневной рутиной. Хинате нравились эти весёлые подростковые дни, обычно проведённые с Чиаки и Нагито. Он видит звезду, которая пролетает мимо. Молча показывает на неё пальцем, следуя за ней же, как можно скорее. Он старается не обращать внимания на мысли этих двоих, которые мог слышать. И без надобности к этому. Необычно, что Хинате досталась настолько фантастическая способность. Будто в каком-то странном комиксе из детства, где герой обладает скрытыми способностями, которыми мальчишка прямиком хвастается чуть ли не перед всем городом. А-ах, как печально, что в такие времена Хаджиме не мог даже своим лучшим друзьям рассказать. Вдруг кто-то из них предатель, который сдаст бедного и невинного Хинату в лабораторию, где его будут ежедневно пытать?? «Ладно… Я накручиваю себя.» Обоим правда хотелось доверять. Да и родителям, которые воспитали его, тоже. Но, даже сгорая от желания, он по какой-то причине не мог. Не хотел? Кто знает. Чтение мыслей доводило его, так как слышать такую откровенность чуть ли не каждый день и впрямь не хотелось. Если бы был шанс, то Хаджиме с 90% отказался от этой врождённой(как он думал) способностью. Ночью красиво. Шатен в какой-то степени не понимал, почему люди боятся ночи. Из-за чего? Темноты что ли? То, что их схватят монстры из неё же? Темное время доставляло чувство собственной атмосферы, когда летают светлячки, кто-то издает звуки из душистой травы, а на улицах толком пусто. Лишь иногда проезжали машины, освещая все ярким светом. Небесные тела тускло и еле освещали, троим подросткам приходилось сидеть в ночной темени, которые уже непринуждённо начали диалог. И так всегда. Неловких бесед и молчаний между ними не бывает. Звонкий и мелодичный смех слышен лишь в этой глуши где-то недалеко от самого города. Обычная полянка, вся в цветах. Они не обращают внимания на насекомых, которые, вероятно,прячутся где-то в траве, на которой они лежат. И в такие моменты всегда хочется забыть о своих проблемах. Нанами нравилось слушать голоса своих друзей, даже больше, чем болтать самой. Внимательно наблюдала за каждой звездой, хоть и глаза начинали слипаться при каждом моргании. Привыклось. Чиаки всегда хотела спать, так как беседы и вправду могут утомлять, как и веселье, которое происходило…буквально сегодня днём. Но глаза раскрылись сами по себе, и Чиаки начала хлопать пушистыми ресницами. Из-за события происходящего на небе, Чиаки почувствовала себя, на удивление, бодро. — Хаджиме! Нагито! Смотрите… Звездопад начинается, — Чиаки какое-то время молчит, повернув голову для того, чтобы понаблюдать за реакциями обоих парней, после же продолжает — Может, по желанию? — она улыбается глупо, шутит, но все трое все равно закрывают глаза. Хината быстрее всех придумывает желание, выпаливая его в мыслях. У него не было какого-то желания, которое он так яро стремился исполнить. Поэтому то, что пришло первое на ум, то и загадал. Через пару секунд, тот слышит желание геймера. Юноша улыбается, раскрывая глаза и вновь взглядывает на ночное небо, на котором пролетают небесные тела. Успевает проследить за каждой из них, какой бы быстрой не была. Но… Хаджиме слышит ещё одного. Нагито Комаэду. Да-а, дурак, про друга лучшего забыл) Он хочет еще немного пошире улыбнуться, а после услышать вопрос:почему он так улыбается? А слышит не совсем то, что и хотел бы. «Я просто хотел, чтоб меня любили.» Хинату пугает насколько эти слова разбито произнесёны в голове белокурого. Шутка? Но с какого чёрта шутка?! Нагито не знает о скрытой способности шатена, поэтому не стал бы… Резко садясь, Хината выгибает бровь, в искреннем недопонимании смотрит на лежащего полуулыбающегося Комаэду. Он даже и не глядит на Хаджиме, лишь вверх, но всё таки задаёт вопрос: — Хината-кун, не удосужишься ответить, почему так странно и тревожно смотришь на меня? — Комаэда говорит тем же шутливым тоном, но вызывает еще больше недоумения уже у двоих. Чиаки не понимает, что происходит в общем, а Хаджиме… А что Хаджиме? Парень даже не замечал, что такому идиоту, как Нагито, нужна была обыкновенная… любовь? — Когда нибудь, я всё-таки пойму ваши локальные шутки между друг-другом. Расскажите мне всё завтра. Чиаки встает и стряхивает с юбки всякую грязь, какое-то время смотря на вполне радостного на вид белокурого друга и на не совсем радостного другого друга. Не понимает, но навязываться не хочет. Поэтому, махая рукой в качестве прощания, Нанами медленно уходит, настаивая на том, что дойдет сама. Хаджиме переваливается по траве прямо к Нагито, лежащего совсем недалеко. Везунчик смеётся, но не понимает, что творит его лучший друг и почему так ведёт. Но зато Хаджиме всё понял. И… Почему Нагито себя так вёл всё это время… «Спасибо, Хаджиме.» — слышатся мысли, но не собственные, а чужие, так как бы себя бы он не поблагодарил. Раскрывая рот, он в вопросе спрашивает: — Что?! — Что?)