МАЛЬЧИШКА (BOY)

Дазай вернулся на крыльцо мотеля. Он видел, как мимо прошагал рыжеволосый пацан в компании большого пса. Ему понравились слегка волнистые волосы парнишки, лучи солнца делали их золотистыми. Осаму даже успел поймать на себе хмурый взгляд голубых пронзительных глаз. Он открыл банку и отпил из нее, снова изучая улицу и немногочисленных прохожих. Когда банка опустела, он поставил ее на стол и глубоко вздохнул. Ждать — это то, что Дазай умел делать лучше всего. Он достал из кармана потрёпаную книжку, прислонился плечом к балке крыльца и углубился в чтение. «Руководство для суицидников» нравилось Осаму тем, что там не только можно было узнать о различных способах суицида, но и о том, как убить другого человека, и выставить все, как несчастный случай. Он так увлекся чтением, что даже не заметил сколько времени прошло, прежде чем его оторвал от книжки, заполнивший все вокруг, громкий звук рок-музыки. Дазай поднял взгляд своих карих глаз и увидел, как огромный джип без верха вылетел на большой скорости с просёлочной дороги на главную трассу. Машина круто развернулась и притормозила рядом с ним. За рулём оказался малолетка в кожаной черной косухе с заклепками и кожаных облегающих брюках. Передние прядки его иссиня черных волос были белыми, специально так покрасил или нет, но Осаму отметил, что ему шло. Парень одарил его хмурым взглядом, и Дазай словил дежавю, на него уже сегодня так смотрели. Ну, да… рыжеволосый. А этот малой, к тому же, не сбавляя звука своего приемника, вдруг поинтересовался: — Ты тут парня с собакой не видел? Осаму решил подойти к нему поближе, с интересом разглядывая машину и магнитолу. — Любишь громкую музыку? — ответил он вопросом на вопрос. — Есть такие треки, которые нужно слушать только громко. Иначе, не тот эффект, — нехотя проговорил парнишка. — Например, вот этот? — улыбаясь уточнил Дазай, когда после небольшой тишины из динамика послышался очередной забой. Парень кивнул. Осаму хмыкнул… Но вдруг улыбка исчезла с его лица, он сразу стал серьезным. Застыв как изваяние, Дазай словно прислушивался к чему-то, но громкая музыка мешала ему. Тогда он крутанул ручку громкости, убирая звук до нуля. — Эй! — возмутился парень, и тут же в тишине они услышали чей-то крик, — Чуя!!! Малой сорвался с места и рванул на пустырь за мотель, Осаму последовал за ним. Увидев швабру, он отломал от нее нижнюю часть и вооружился черенком. На пустыре, довольно на приличном расстоянии от городка пролегала железная дорога. Ветка была рабочая, и по ней периодически ходили поезда, как товарные, так и пассажирские. Вот и сейчас гудок вдалеке возвещал о приближении поезда. Тачихара удерживал Накахару, схватив одной рукой за волосы, а другой прижимая к себе за шею. В то время, как Марк повел пса к железнодорожному полотну. — Твен, зараза! Отпусти собаку! Марк смерил Чую невозмутимым взглядом. — Хороший пёсик, — проговорил он, привязывая лабрадора поводком к железной свае. — Это будет захватывающее зрелище, — усмехнулся Тачихара, приближение поезда с каждой минутой было все более заметно. — Отпусти меня, Тачи! Сволочи, не трогайте собаку! — рычал Накахара. — Сидеть! — приказал Марк псу, и отошёл от него, потомучто поезд был уже совсем близко. — Сейчас будет пицца-с-абакой! — проговорил Мичидзо. — Вашу мать! — выругался Чуя. — Ты же прекрасно знаешь, что ни у тебя, ни у нас матери нет, — проговорил ему Тачихара и тут же на него набросился парнишка в косухе. — Отпусти его, идиот! Твен среагировал молниеносно, он отшвырнул парня и тот полетел вниз по насыпи. — Не лезь, Акутагава. Здесь зрелище не для слабаков! Но когда Марк повернулся обратно к собаке, получил от Дазая палкой в живот, а потом и по лицу. Он не удержался на ногах и упал, Осаму поспешил пригвоздить его шею черенком к железной балке. — Эй! Ты что, спятил? — возмутился Марк. — Отпусти рыжика! — тихо приказал Осаму Тачихаре, бросив на него серьезный взгляд. — Щас! — хмыкнул тот в ответ. Вот только Твен не был таким уверенным, он понимал, что чужак не отпустит и в перспективе остаться без головы ему не улыбалось. — Тачи, отпусти его, я под поезд не хочу! — взмолился Марк. Мичидзо наконец-то понял весь расклад и отпустил Чую, Накахара тут же поспешил отвязывать собаку. Твен встретился взглядом с карими глазами Осаму. — Ладно тебе, старик. Мы собачке ничего не сделали. Посмеялись просто… Отпусти, поезд едет. Дазай никак не отреагировал, только не спускал с Марка пристального взгляда. Тем временем Накахара справился с узлами и потянул собаку прочь от железнодорожного полотна. — Идём, Ацуши. Товарный поезд приближался на полном ходу, машинист гудком предупреждал о том, что тормозить не собирается. — Эй! Поезд уже близко. Отпусти. Это уже не смешно совсем! — взмолился Марк, чуть ли не закрывая глаза от страха. Дазай помедлил ещё немного и отпустил его буквально за считанные секунды до столкновения. Марк благополучно увернулся и зло выругался: — Вот черт, твою мать! Дазай подолжал пока поезд проедет, и направился обратно в городок. Чуя присел на корточки рядом с собакой, тиская ее и гладя по мягкой короткой шерсти. Рюноске встал рядом с ним. — Ты видел, Чуя? — Да. Классно он Марка на место поставил.