МАЛЬЧИШКА (BOY)

К обеду в гараже появился Рюноске, он решил рассказать Дазаю немного о своем увлечении тяжёлой музыкой. Осаму слушал вполуха, подтягиваясь на прикрученному к потолку турникету. — Вот эта группа любит стиль семидесятых, — восторженно объяснял Акутагава, — а про этих можно сказать, что они потомки «Бон Джови». Ну а вот эти вообще великолепны! Их я люблю больше всего. Он вытащил кассету из магнитофона и поставил туда другую. — А как тебе эта вещь? — поинтересовался Рюноске, когда увидел, что Дазай подошёл к нему, — А говорят, что рок умер со Скотом. Осаму одарил его непонимающим взглядом. — Ну Скот. Эй Си Ди Си. Шоссе в ад. Не слышал что ли? — Я не поклонник рок музыки. — Понятно, — удрученно выдохнул Акутагава, из чего Дазай понял, что Чуя, скорее всего, тоже не разделяет увлечение брата, — Ладно, первый урок окончен. Курс тяжелого металла. Вопросы есть? — Только один. Как ты можешь слушать это дерьмо? — Громко, — улыбнулся Рюноске, — очень громко! И врубил очередной забой. — Хорошо. А я люблю бинты. Но, когда их нет подойдёт и скотч, — Осаму тоже решил преподать Акутагаве урок, — Обматываешь таким скотчем вокруг мышцы и качаешь. — Странный способ, — удивился Рю. — Но, зато эффективный. В гараж вошёл Чуя. Увидев брата и Осаму вместе, он улыбнулся. — Готовься к тому, что Рюноске не отстанет от тебя, пока ты не переслушаешь все записи из его коллекции. — Мы просто обменивались опытом, — смущённо проговорил Акутагава. — Я еду в городок, ненадолго. Скоро вернусь. — Увидишь Марка и Тачихару, не забудь их раздавить. Чуя весело хмыкнул на замечание брата. — Я поеду с тобой, если можно, — Осаму смерил Чую серьезным взглядом, ему не хотелось, чтобы Накахара снова попал в какую-либо неприятную историю. — А как же шериф? — в свою очередь нахмурился Чуя. — Я думаю, что на этот раз обойдется без него, — Дазай решительно направился в сторону Чуи, на ходу надевая свое пальто. — Эй! — окликнул его Рюноске, и кинул ему в руки скотч, — Пригодится, если в дороге станет скучно. Он понимал, что Осаму и Чуя симпатизируют друг другу. И если Дазай вдруг распустит свои руки, Чуя может и не остановить его. Дазай и Накахара смущённо переглянулись. — Рю, ты что? — негодуя, обратился Чуя к Акутагаве. — Ну, а что? — Не волнуйся. Я не посмею обидеть твоего брата, — уверенно проговорил Осаму, кидая скотч обратно.

***

Добравшись до городка, они направились к Фукудзаве в зоомагазин. Пока Чуя выбирал нужные ему товары, Дазай скучающе стоял и ждал его возле кассы. Юкичи помог Накахаре донести один из тяжёлых пакетов с комбикормом до прилавка. — Чуя, отец скоро вернётся? — спросил он, оформляя покупку. — Не знаю, — пожал плечами Накахара, — через пару дней, наверное. — Понятно. Ты слышал про Френсиса Фицджеральда? Он умер. Дазай напрягся, весь превратившись в слух. — Нет, не слышал, — удивлённо ответил Чуя, — А что с ним случилось? — Подавился. Говорят, несчастный случай. Он тут был на днях, хвастался новыми наручниками. Собирался с твоим отцом снова пойти на охоту… Никогда бы не подумал, что это будет последний раз, когда я его видел. Дазай понял, что его не подозревают, и поспешил подойти поближе к прилавку. Фукудзава взглянул на него изучающим взглядом и проговорил: — Я думаю, вам моя помощь не понадобится сегодня, сами отнесете пакеты до машины? Не успел Осаму отреагировать, как Чуя схватил оба пакета и направился к выходу. Дазай недоуменно переглянулся с Юкичи. — Да, похоже, помощь ему не понадобится, — улыбнулся он и поспешил покинуть магазин следом за Накахарой. Направляясь обратно на ранчо, они остановили пикап посередине пути, залезли в его кузов и стали рассматривать природу вокруг. — Ты знал того человека, который умер? — поинтересовался Дазай, пристально поглядев на Чую. — Знаешь, в таком маленьком городишке все всех знают, — хмыкнул в ответ Чуя, потом тихо вздохнул, — Моя мать часто привозила меня сюда, когда мы катались с ней верхом на лошадях. Мы останавливались и она говорила: «Дорогой, посмотри вокруг. Ты находишься в центре пустыни и вокруг больше нет ничего». Она говорила, что такой край может унести человека, как пыль с обрыва. — Ты знаешь, да. Унести человека можно по-разному. Иногда внутри может быть такое чувство… такое сильное, что если вдруг вскрыть грудную клетку, это чувство будет там как камень сидеть. Такое чувство тоже может навсегда унести человека. Сделать так, что он уже больше ничего чувствовать не сможет. — Может быть она об этом говорила?! Мне так сильно ее не хватает, — грустно вздохнул Чуя. — Эй, не стоит унывать! Я ведь с тобой. Дазай позволил себе обнять Накахару и прижал его к своей груди. Сердце Чуи забилось сильнее. Кроме отца и брата его до этого никто больше не обнимал. Забота Осаму была очень приятна, он даже не понял, в какой момент их губы встретились, и они начали целоваться. — Дазай? — Я обещал Рю, что не обижу тебя. — Вот… — Не волнуйся, я сдержу обещание.