Обычный вечер

Санстрикер устало ввалился в отсек, который делил со своим младшим братом, и без сил повалился лицевой на платформу. На шум падения из мойки заинтересованно высунулся Сайдсвайп, который, увидев вернувшегося брата, с радостным миниботским писком помчался к нему и лёг рядом, заключая близнеца в крепкие объятия. — Ох, Санни, тебя так долго не было! — пожаловался алый фронтовик брату, нежно целуя его в лоб. Уже наполовину перешедший в спящий режим золотой автобот тихо заворчал. Он слишком устал для интерфейса. Сейчас он хочет спать. Много и долго. И пусть даже десептиконы подождут. Но Сайдсвайп был бодр и полон сил и энергии. Он принялся тормошить близнеца (по совместительству — партнёра) за тускло блестящее в скупом освещении плечо. — Са-а-а-анни-и, — протянул красный фронтовик, с трудом переворачивая брата на спину и устраиваясь между лениво разведённых сервоприводов. — Ну не спи, а! Золотой ламбо хмыкнул, но попытки отключиться прекратил. Тонких губ коснулись соседние, такие знакомые и родные, напоминающие о существовании счастья в этом вымершем мире. — Санни, — ещё раз позвал Сайдсвайп, беспардонно ложась на жёлтый корпус и гладя большим пальцем партнёра по щеке. — Не спи. — Да не сплю я, не сплю... — со смехом отозвался Санстрикер. Ну так и быть, немного можно, в роли принимающего энергии тратится не так уж и много. Но потом — спать! Красный фронтовик подвинул брата, заставляя его принять полусидячее положение и шире раздвинул изящные сервоприводы. Долгие ворны тренировок не прошли даром — ламбо свободно гнулись и растягивались во все стороны, и потому во время интерфейса они были способны принимать самые разные позы и формы, что, конечно, не могло их не радовать. Кто же любит скучное однообразие? — Братишка, я устал... не тяни, — лениво пробубнил «для галочки» золотой автобот, кладя ладонь между коротеньких рожек-локаторов на шлеме близнеца. Голубые окуляры младшего в ответ на это только озорно и игриво блеснули. — Я попытаюсь, но ничего не гарантирую, братец! — с невинной ухмылкой ответил он, наклоняясь к прекрасно раскрытому порту. Паховую он уже давно стянул и теперь мог любоваться братом с такого идеального ракурса. В упоении Сайдсвайп притушил окуляры и прикоснулся глоссой к давно нестимулированным датчикам, слабо, дразня. — Сайди, я же... ох, я же просил... — О да, красный фронтовик всегда знал все капризы золотого близнеца. Знал — но никогда не потакал им. Алый ламбо немного приподнялся, ласково смотря на брата снизу вверх и , поцеловал в подбородок, шепчущим голосом произнёс: — Я откатаю тебя так, что завтра ты не сможешь ходить. — Но завтра у нас же... разведка! — возмутился Санстрикер, немного ёрзая по платформе. Как бы морально не устал его процессор, начавший разогреваться корпус продолжал требовать большего. Красный фронтовик хмыкнул. — Я могу пронести тебя на манипуляторах через весь лес, — таким же возбуждающим голосом ответил он, прихватывая дентопластинами соседнюю нижнюю губу. В приласканный порт осторожно вошёл палец, забираясь как можно глубже, касаясь каких-то совсем немыслимых датчиков, заставляя близнеца только всхлипывать вентиляцией и нервно кусать губы. — Неужели ты настолько устал, что отказался бы? Чёрная ладонь сжалась на локаторе, когда к разъёмам прикоснулись штекеры, начиная присоединяться, стыковаться, начиная обмен данными. — М-м, так ты чудом ушёл от преследования? — спросил Сайдсвайп, пролистывая пересланный ему файл с сегодняшним заданием. — Угу, — выдавил из себя Санстрикер, путаясь в ощущениях, усталости и возбуждении. Корпус сам постоянно елозил, стараясь поточнее насадиться на присоединившиеся штекеры, чтобы получить больше электричества, больше напряжения, чтобы сделать разрядку более яркой... Сайдсвайп снова лёг на брата, немного только опираясь о платформу коленями, и прошептал в самые губы жёлтого близнеца: — Тише. Неосторожный разряд прошил золотого фронтовика до макушки, и он вскинулся, опираясь на локтях, встретившись с подставленными влажными губами. Вентиляция работала изо всех сил, но штурмовикам всё равно приходилось отрываться от поцелуя, прогоняя воздух через рот, и снова переплетая глоссы в жарком порыве страсти. Санстрикер мог только ёрзать под доминирующим братом, будучи не в силах уже даже адекватно воспринимать информацию. Было только электричество, приятное жжение начавшей подгорать проводки и прохладные влажные губы впереди... Штекеры пропускали всё более и более мощные заряды, фронтовик отсылал в ответ на них восхитительные откаты, и перезагрузка настигла братьев одновременно — когда каждый из них был уже готов сгореть целиком от переполнявшей их смеси возбуждения, удовлетворения и счастья.