Встречи августа

      Когда Лис приходит, Ворон уже сидит на скамейке. Перед ним на доске выстроились фигуры. Он не поднимает холодного безразличного взгляда.       Они не обмениваются приветствиями. Лис садится напротив Ворона и прислушивается к далекому гулу машин и удивительно громкому стрекотанию сверчков. Ожидание затягивается, никто из них не решается, а может, не хочет, сделать первый ход.       Лис кидает взгляд на руки Ворона. Его кисти расслабленно лежат на коленях, длинные когти словно бы испачканы кровью. Так, слегка.       Не выдержав, Лис тянется к фигуре и передвигает её, намеренно создавая короткий скрежет, как будто желая положить конец громкой тишины между ними.       Ворон тянет время, сидит с совершенно пустым лицом и смотрит на доску. Лис уверен, что он уже просчитал множество ходов, и не совсем понимает, в чем дело.       Хотя нет, он, конечно, всё понимает.       С тяжким вздохом Ворон делает свой ход и, чуть наклонив голову, смотрит на Лиса холодными серыми глазами, заставляя смотреть на себя в ответ. И Лис отвечает ему легким, практически победным прищуром и чуть поднятым подбородком. Они всё так же молчат.       Через вечность длинной в пару ходов спесь оставляет и того и другого. Во взглядах уже нет попытки показать безразличие, превосходство или пренебрежение, только понимание ситуации и сожаление.       На доске ничья. Так же, не издав ни звука, Ворон и Лис складывают фигуры. А когда их кисти едва касаются, отдергивают руки.       Лис встаёт, недолго смотрит на Ворона и уходит, надеясь, что в следующий раз они встретятся здесь, на их тайной скамейке, что расположилась среди шума машин и песен ночных насекомых, а не на поле боя.