На краю обрыва

Мой изменился мир совсем недавно, Когда я понял, как влюбляются легко! Мне нравится любимым быть, так странно, Я улыбаюсь, глядя на него. Готовит завтрак, я думаю: сейчас Ему ничто не стоит быстро обернуться И губ моих так ласково коснуться, Чтоб я растаял от взгляда этих глаз. Как я люблю, проснувшись, слышать голос, Постель ещё не собираясь покидать, Со лба убрав мой непослушный волос, Он тихо шепчет: "Ди, пора вставать". Я слушаюсь, хотя, бывает всё же, Я на него, как в детстве, посмотрю, Он улыбнётся, взяв ладонь мою, Посмотрит ласково, как он только может: — Ну, пять минут ты можешь полежать. А временами вместе, после школы Мы шли гулять по парку лишь вдвоём, Болтали и шутили о своём, Домой вернувшись пиццу или роллы Ты позволял нам с Хэви заказать. Тогда всё мне казалось ерундой, Я не хотел о нас кому-то рассказать, Ведь наша связь для них была загадкой. Я наслаждался временем с тобой, И я не знал, что наше положение так шатко. — У вас любовь? Ого! И как давно? Хэви было интересно знать о нас, Смотрел, не отводя зелёных глаз. Он нас застал случайно... как смешно! Мы рассказали ему правду, он в восторге: — Из вас выходит классненькая пара! А в голове моей уж не унять пожара, В груди так холодно и мрачно, словно в морге, Но за нас уже всё было решено. Сначала я боялся, что раскроет, Не доверял ему, однако постепенно Я видел, он волнуется, наверно Боялся подвести, и часто был расстроен. Чем именно, я сам и был ответом: Тем, что не доверял ему, дурак, Он ведь всё понимает, как-никак. И это стало нашим маленьким секретом. Он часто маму уводил, чтоб скрыть от еë глаз Наш флирт и поцелуи. Умилялся, Едва в гостиной с нами оставался, Хихикая с собою каждый раз. Глэм головой качал, меня приобнимая, Я в рыжего тихонько пульт кидая Просил: "потише хоть на децибел сейчас!" И всë трудней себя в руках держать: Мы не могли быть вместе слишком долго, Нам просто взглядов больше не хватало, И хоть на миг обнять желание раздирало, Но от одних желаний мало толку, Пока нас спалят не хотелось ждать... Я слышал разговоры их на кухне: — Вики, знаю, так нельзя, но ты пойми... — Ты ебанулся?! Это же наш сын! В тот день весь мир как будто разом рухнул... Я чувствовал, как будто я был там, Это отчаянье в его немых глазах: Ведь он не смог унять тот гнев её и страх, Но так старался сделать это сам. Он не хотел её обидеть, я-то знаю, Как много значит для него её любовь, Но вот кулак её сегодня в кровь Разбил ему губу, но понимаю, Ей больно, и я слышу, что в слезах Она его из дома выгоняет, Последние ругательства роняя, Теперь их отношения лишь прах. Объятья Хэви, очень жаль, не помогали, Он говорил: "всë будет хорошо, переживём", Но у меня внутри горело всë огнём, И руки бесконтрольно лишь дрожали. — Мам, он не хотел, и он скучает... — О боже, Ди, пойми ты, наконец! Когда пытался доказать, что мой отец Не так уж плох, каким она его считает Мне мать совсем другое говорит. — Ему за это целый срок грозит! Спасибо скажет пусть, что не сдала. Она меня не слышит, что ж, тогда... — Пожалуйста, прошу, не уходи! Хэви тихонько всхлипывал, но я Уже решил для самого себя, Что мне сейчас важней отца найти. — Прости, вернусь если смогу, я обещаю. — А если мама вдруг не пустит? — Пустит, я же знаю. И тихо выскользнув за дверь, Пошёл вперёд, но вдруг остановился. Я осмотрелся, и куда теперь? Вопрос, что в голове моей крутился Тогда совсем покоя не давал. И что мне нужно делать - я не знал. Не мог его найти уже я пару дней, И в вечер тот, у фонаря огней Я думал, что навечно потерял Свою любовь, которую так прятал. — Зачем ты говорить пошёл, зачем? Ругался я, а он уже сел рядом, Его фигуру я не перепутаю ни с кем.