Но и ты не бросай!

"Вей Усянь…"       Для Лань Чжань это имя значит нечто большее, чем может показаться. Только увидев его, Второй Нефрит Гусу Лань уже не смог оторвать взгляд. "Какая красивая улыбка…"       Всё в нём излучало тепло и яркость. Даже чёрные одежды казались светлее солнца.       Лань Чжань всей душой и телом хотел побыть с ним подольше.       В первую же ночь Вей Усянь попытался пронести в Гусу «Улыбку императора». Очень бесстрашный и немного глупый поступок.       Тогда они в первый раз сразились. Лань Ванци не мог сдерживаться. Он чуть не сорвался, но вовремя заметил, что старший брат смотрит за их боем. "Его губы так красивы… И так тянут к себе. Но я не могу сейчас раскрыться!"       Пришлось побыстрее закончить бой и скрыться.       Не прошло и нескольких недель, как Вей Усяня, в наказание, заставили переписывать правила ордена. К нему направили Лань Чжаня, чтобы тот следил за непослушным учеником. Ох... Они и подумать не могли, что Второй Нефрит, с виду идеальный и непорочный, будет представлять сцены, где Вей Ин обнимает его. Через несколько дней, взамен нежностям, пошли поцелуи и засосы. Через неделю, сохраняя равнодушный и отстранённый вид, будто бы находясь в медитации, он представлял себе обнажённого Вей Усяня. А потом, постепенно, эти, хоть и пошлые, но пока что безобидные фантазии переросли в большее...       Лань Чжань медленно засовывал свой член в его заднее отверстие, а от тела снизу доносились непрерывные стоны, которые так радовали слух. А потом Второй Нефрит начинал безжалостно трахать Вей Усяня. Тот жалобно стонал и просил остановится, но Лань Ванци не мог. Да и не хотел.       Но это были всего лишь фантазии, содержание которые надоело Лань Чжаню. Он бы с радостью воплотил их в жизнь, но, пока что, не мог. Уж точно не в Гусу. Слишком много ушей и глаз.       Вот наказание Вей Усяня подошло к концу. А вскоре адептов направили обратно по своим орденам. Лань Ванци не мог смирится в тем, что Вей Ин уехал и они, возможно, больше не встретятся.       Как же он обрадовался, когда увидел свою любовь, да именно любовь, среди кучи заклинателей в ордене Вень. Даже сожжение Облачных Глубин, болезнь дяди, пропажа старшего брата и раненная нога не могли перекрыть радость встречи. А та выходка с правилами ордена… В душе Лань Ванци очень долго смеялся, со стороны оставаясь невозмутимым. «Он всё-таки выучил часть правил!»       А потом они направились на охоту за каким-то монстром. Без мечей! «Как же будет защищаться Вей Усянь, если на него нападут!?»       Ох… Тогда Лань Чжань хотел вырвать Вень Чжао глаза, сломать ему руки, ноги, сжечь, а потом отдать любимому его меч и самому взять свой, чтобы всегда оберегать Вей Ина от опасностей. Вот только не было возможности… Да и сил. Рана тоже давала о себе знать.       Когда все адепты направились в путь, Лань Ванцзи всеми силами старался не отставать, чтобы в случае опасности быть точно уверенным, что с Вей Усянем ничего не случится, но заклинатели шли слишком быстро. — Что у тебя с ногой!? — тихо, но взволнованно, спросил Вей Ин, незаметно подкравшись ближе. — Ничего, — холодно ответил Второй Нефрит. Он не хотел показывать слабость перед ним. — Нет, у тебя определённо что-то с ногой! Если так продолжится… — Не беспокойся. Всё нормально, — обманчиво спокойно ответил Лань Ванцзи. Он чувствовал, что рана начинает открываться, что приносило немалую боль. — Лань Чжань, давай я понесу тебя на спине! — после недолгого молчания предложил Вей Ин.       От такой неожиданности Лань Ванцзи на миг замер. — Нет! — сказал он твёрдо, но всё внутри кричало от радости и смущения. — Да ладно тебе! Всё же мы должны помогать друг другу! — лучезарно улыбнулся Вей Усянь и в душе заклинателя потеплело.       Конечно, это фраза значила что-то типа «Если люди оказались в трудной ситуации, то каждый должен друг о друге заботиться», но для Лань Ванцзи она звучала иначе: «Мы должны заботиться друг о друге, ведь так и поступают близкие люди!»       Тут появился Цзян Чен, нарушая всю атмосферу. — Вей Ин! — рявкнул он. — Сейчас не время думать о других! Сначала подумай о себе!       В итоге Вей Усянь и Цзян Чен всё же ушли от Лань Чжаня. А через несколько минут объявили привал. Но не успели адепты отдохнуть, как Вей Усянь нашёл вход в загадочную пещеру. Там их сначала бросили псы из Вень, а потом, кто-то из Ланей, прострелил Вей Ину плечо, пока тот помогал другим сбежать.       Лань Чжань никогда не был зол на адептов своего ордена так, как сейчас. Ему прям хотелось всё переломать глупцу, а потом заставить всю жизнь лизать ступни Вей Ину, чтобы искупить вину.       Но сейчас это была бессмысленная трата времени. Все ушли по подводному ходу, кроме Вей Усяня, который отвлекал Черепаху, да и к тому же был ранен, и Лань Чжаня, который просто напросто не мог оставить любимого наедине с такой опасностью.       Они спрятались в какую-то пещеру и Вей Усянь развёл костёр. Ничего не предвещало неожиданностей, как вдруг заклинатель начал снимать одежды. — Ты что делаешь? — настороженно спросил Лань Ванцзи. — А что может делать мужчина, оставшись наедине с другим мужчиной? — усмехнулся заклинатель, бросая чёрную накидку подальше. — Вей Ин! — его голос дрогнул. Он был очень взволнован. «Неужели!?»       Тут к горлу поступила кровь, которая, вскоре, оказалась уже на полу. — Ха-ха-ха! — рассмеялся Вей Ин. — Ты поверил! Ладно, ладно, не беспокойся. Просто у тебя был застой крови, — он отвернулся и пошёл подбирать одежду. — который мог только ухудшить твоё положение. Если бы я не предпринял срочных мер, то ты, возможно, мог уме… Ммм!!!       Его речь прервало лишь мычание. Лань Чжаню кровь от возбуждения ударила в голову и он, не контролируя себя, медленно встал, незаметно подошёл к своей любви со спины, резко повернул его к себе и… впился в его губы поцелуем.       Вей Усянь, от неожиданности, пошатнулся и упал спиной прямо на камни, потянув за собой и Второго Нефрита. От резкой боли он вскрикнул, что дало возможность языку Лань Ванцзи пробраться внутрь рта возлюбленного. «Ч… что он делает!? — пронеслось в голове Вей Ина. — Это сон! Это просто сон!»       Но в душе заклинатель понимал, что всё действительно происходит в реальности.       Язык Лань Чжаня старательно изучал рот Вей Усяня, касаясь поверхности щёк, зубов и дотрагиваясь до языка Вей Ина. «Что с ним? — лихорадочно думал юноша. — Может, у него поднялся жар? Почему Лань Чжань вдруг начал так себя вести?»       Вдруг на щёки заклинателя упало две горячих капли. «Ему больно?» — промелькнула мысль в голове Вей Ина.       Он, и сам не зная почему, не сопротивлялся, а просто смирно лежал на каменном полу, позволяя делать с собой такие вещи. «Может…»       Вдруг Вей Ин положил свои дрожащие руки на волосы Лань Чжаню, приблизил лицо ещё ближе к себе, углубляя поцелуй, и нерешительно ответил.       Прежде закрытые глаза Лань Ванцзи распахнулись. Он упёрся взглядом в красное от смущения лицо Вей Ина.       Когда воздуха уже перестало хватить, заклинатель в белом отстранился от возлюбленного, оставляя после такого долгого поцелуя паутинку слюны.       Вей Ин приоткрыл глаза, встретившись взглядом с шокированным Вторым Нефритом и, запинаясь, тихо проговорил: — Л… Лань Чж… ань… — его тело подрагивало, а губы покраснели. Он тяжело дышал. Такой вид казался таким завораживающим. — Прости… — медленно и очень тихо извинился юноша, а после попытался встать, но рана, открывшаяся от падения, причиняла ужасную боль, что мешала даже шевельнуться, что уж говорить о большем. — Н… не двигайся! — быстро выкрикнул Вей Ин. — Твоя рана… — Ничего, — рассеянно ответил Ванцзи.       Вей Усянь, чьи щёки горели от смущения, осторожно вылез из-под тела Лань Чжаня, помог ему встать, довёл до костра и бережно усадил.       Лань Ванцзи виновато отпустил голову и снова повторил «прости». — Л… ладно! Ничего страшного… — он тоже сел около костра, но дрожь всё никак не покидала тело. После мучительно долгого молчания он опять начал: — Лань Чжань… — Мгм? — тихо отозвался заклинатель. — Почему ты э… это сделал? — его голос предательски дрогнул. — Я… — он проговаривал эту фразу сто! Нет, тысячу раз! Но всё равно не мог признаться. — Я тебя… Тебя… Прости… — Но мы ведь… Не можем! — он примерно понял, что имел в виду Лань Ванцзи, но, даже если всё действительно так, разве могут они быть вместе? Да и сам Вей Усянь особо не задумывался над тем, что кто-то может любить свой же пол. Он об этом, конечно же, знал, просто не задумывался.       Лань Чжань поднял голову и посмотрел прямо в глаза Вей Ину, отчего тот вздрогнул. — Но я лю… люблю тебя! — выкрикнул он, до белых костяшек сжимая кулаки. — Но ведь… — Прошу, — прерван он. — можешь не отвечать на мои чувства, но, пожалуйста, останься со мной! Я не выживу без тебя!       Лань Ванцзи говорил это так чувственно и открыто, что сердце Вей Ина бешено заколотилось. — Я не брошу тебя! — смущённо зарылся он в руки. — Вей Ин… — Всё! Давай спать! — заклинатель быстро подскочил, забыв о ране на груди, оставленной той шлюхой, и завернулся в верхнее одеяние. — Спасибо, — еле слышно проговорил Лань Ванци и тоже улёгся на камни.       Угли в костре мелодично потрескивали, создавая успокаивающую мелодию, но никто из двоих заклинателей не мог и на секунду сомкнуть глаз. — Но и ты, — нерешительно начал Вей Ин. — прошу, не бросай меня.