Невоздержанность

Травяной запах приятно щекотал нос, прокатываясь по всей гортани, а на языке вертелся вкус календулы. Лепестки зверобоя тихо шуршали, перетираемые в специальной чаше, разнося свой душистый аромат по всему кабинету. Куча разных склянок расположились на протяжном стеллаже, каждая из которых подписана и отсортирована по применению. На дубовом столе разбросаны документы и разноцветные соцветия лечебных растений, высушенные на подобии гербария. Тонкими пальцами перебирая сушеные листья шалфея, Шинобу отделяла их от стебельков и закидывала в подготовленную пробирку. Затем она закрыла посудину пробкой и поставила в штатив, где уже было много таких же, но заполненных доверху. Перед ней лежало ещё несколько горсточек с травами и соцветиями, которые она постепенно разбирала по колбам, чтобы потом сделать из них лекарства в госпиталь. Томиока стоял рядом, помогая Кочо отделять стебли от листочков, откладывая покусанные вредителями в сторону, а остальные - давал ей на проверку. Если результат его работы проходил «отбор», то попадал к остальным собратьям в пробирку. Гию тщательно наблюдал за каждым движением крохотных ручек Шинобу, с присущей ей элегантностью обрабатывающих будущие лекарства. — Томиока-сан, у вас неплохо получается для первого раза! — Подметила фармацевт, немного понаблюдав за действиями Столпа Воды — Ещё чуть-чуть практики и, может быть, приблизитесь к моим навыкам. Томиока в ответ лишь саркастично дёрнул уголками губ, изображая лёгкую улыбку и приподнял веки. Он прекрасно понимает, что и близко не стоит рядом с профессиональным аптекарем с многолетним опытом, поэтому ему остаётся только порадоваться небольшому прогрессу. — Ого, мои слова заставили вас немного улыбнуться! —Шинобу стала лезть под руки и всячески привлекать к себе драгоценное внимание Гию. Он решает не отвечать на её провокации и молча продолжить свою работу, вернув себе прежнее безразличное выражение лица — Ах, Гию, ну улыбнись! Ну же! Она встревает между столом и Томиокой, загораживая ему обзор своим прекрасным личиком. Шинобу тянет руки к его лицу, щипает за щёки и приподнимает их, пытаясь повторить ту мимолётную улыбку. У неё старательное выражение лица: напряжённые брови, уголком собранные у переносицы; широко распахнутые веки, обнажающие два дымчатых сапфира и, конечно же, сложенные в трубочку губы, передразнивающие Томиоку. — Кощо, прекрафи это ребячесфо.. — Возмущается он, не в силах произнести ни одно слово внятно. Девушка смеётся, наблюдая как он предпринимает тщетные попытки выговорить свою просьбу. Томиока сдерживается, но в один момент, он перехватывает запястье Шинобу и отодвигает его от себя — Ну хватит! Я пришёл помочь тебе, а не ерундой маяться! Гию отстраняется от рук девушки, строя недовольное выражение лица, опускает брови и устало щурится. Кочо не отступает, складывает руки на груди в осуждающей позе и смотрит на Столпа Воды с неприкрытой издёвкой, нагло улыбается и исподлобья наблюдает за его реакцией. — Ты меня провоцируешь? — Гию демонстративно продолжает отделять соцветия тысячелистника от стебельков, стараясь не обращать внимания на Шинобу, но её настойчивость удивляет его не в первый раз — Можешь не стараться, я не поведусь на твои трюки. Столп Насекомого пропускает мимо ушей, продолжая кокетливо вертеть головой в бок, задирает уголки губ всё выше, смеясь одним только взглядом. Гию бесится больше и больше, когда Шинобу начинает откровенно лезть ему под руки, выбивая уже готовые лепестки. Холодный взгляд оттаивает под влиянием гнева и наружу выходят все его откровения, а прикрытые чувства отражаются в его тёмно-синих глазах, блеском играя на радужке. — Кочо, чего ты от меня хочешь? — Непривычно для всех присутствующих, Гию рявкнул на Шинобу, отчего та остолбенела сильнее обычного. — Да неужели непонятно, а, Томиока-сан? Каждая девушка любит внимание, а вы, я так погляжу, совсем этого не осознаёте! Столп Насекомого говорит непривычно открыто и несдержанно, даже стирает эту свою противоречивую улыбку и хмурит тонкие брови. Она будто ожила. Так выглядит Шинобу, в которую Гию давно и безвозвратно влюблён, как дурак таскается за ней, но не может перестать отвечать гадостями на ее колкости. Он ненавидит себя за свою гордыню, вынуждающую говорить такие ужасные слова. На душе становится непривычно тепло от воспоминаний, настолько тепло, что даже жарко, аж обжигает. С непривычки Гию скидывает это на духоту в комнате, но когда ниже живота появляется чувство стянутости, всё вдруг встаёт на свои места. Неловкость положения дополнял факт того, что Шинобу стоит буквально в паре сантиметров от него. Гию ощущает её запах, слышит как она дышит и чувствует на себе взгляд фиалковых глаз. Кочо замечает его волнение по поджатым губам и нервной капельке пота на виске, медленно сползающий вниз. Она боится что тот чувствует себя нехорошо, но даже не догадывается насколько. — Вы в порядке, Томиока? Запах. Какой-то странный запах улавливает чуткий нос Гию, он напоминает мёд с горчинкой и небольшим травяным привкусом. Столп ищет откуда исходит аромат, просматривает каждую горстку цветов, каждую полочку, но не может сосредоточиться. Меж тем, напряжение растёт и Томиока замечает самый неприятный для любого парня симптом - бугорок на уровне таза. Его тут же покрывает толстый слой румянца, очень заметного на бледной коже. Он пытается отстраниться, но у него не выходит сдвинуться с места. — Томиока? — С неприкрытым волнением спрашивает Шинобу, в упор становясь к Столпу Воды и неожиданно замечает его проблему — Ч-чег.. Она не успевает договорить, Гию вмиг прижимает её к себе, аккуратно кладёт спиной на стол позади и нависает над ней, словно грозовое облако. Вцепившись пальцами в рукава хаори парня, Шинобу чувствует, как становится тяжелее дышать, а на ладонях проступают капельки пота. — Чего вы творите! — Возмутилась Кочо, попытавшись оттолкнуть от себя Томиоку. — Ты сказала, что девушки любят внимание, так ведь? — Шинобу остановила попытки отбиться и только в немом ужасе наблюдала за движениями губ Гию — Разве я могу отказать тебе в твоём желании. Столп Воды, упираясь руками в стол, бёдрами - в испуганно дрожащие ноги девушки, потихоньку спустился к её лицу. Частое дыхание Кочо опалило нос Гию, подарив ему немного опьяняющего тепла, вынуждая принимать его всё больше и больше. Он в предвкушении: живот сводит от буйства бабочек, руки дрожат, а на лице по-прежнему это глупое выражение безразличия. Томиока тянется всё ближе к устам девушки, пока та обездвижено наблюдает за ним. Касаются их лбы, носы, а затем и губы сплетаются в непродолжительном, но очень желаемом поцелуе. Оба закрывают глаза, наслаждаясь коротким моментом, тянутся навстречу друг другу в попытках зайти дальше, но их эксперимент обрывает кислород, переставший поступать в их лёгкие. Чувствуя головокружение, Гию отдаляется от лица Шинобу, вытирая капельку слюны с подбородка, не отрывает взгляд от её губ, желая снова испробовать их на вкус. — Не хочешь повторить? — Сквозь отдышку шепчет Томиока. За каждым словом следует долгий и тяжёлый вдох, а отдающийся в голове стук сердца не даёт здраво мыслить. Шинобу ошарашено смотрит в его глаза, обычно такие холодные и неприметные, но сейчас в них будто зародилась жизнь, давая им сиять. Она очарована, такого Гию она видит впервые, но уже безвозвратно влюблена. Увереный, страстный и мужественный - вот он - настоящий Столп Воды. — Вы уверенны, Томиока-сан? — Шинобу тянет к нему, но отголоски всё ещё твердят, что ей не позволено — Вдруг это ошибка? Гию еле заметно улыбается, тянет руку к её волосам, запускает в шелковистые пряди грубые мозолистые пальцы, ощущая на коже их мягкость. Успокаивает её, целуя в лоб, а после тянется за новым поцелуем. — Я абсолютно честен с собой, так что уверяю тебя - все произошедшее после - моя истинная воля.. — Он вплотную приближается к её губам, почти касаясь их своими — .. но если ты не хочешь, я буду вынужден смириться с этим. Шинобу раздражает его медлительность и вдумчивость. Любой на его месте не сдержался бы и без вопросов продолжил, но Гию слишком педантичен для подобного. Он будет петь долгие дифирамбы, мучать её прелюдиями, что ей просто напросто наскучит, однако.. интересно же, что будет дальше. — Ещё одно слово и вы труп! — Саркастично отвечает Кочо, нагло улыбаясь порозовевшими щёчками. Гию пропускает смешок, выдыхая прямо в губы Шинобу. — Ты права, я затянул с прелюдиями. Томиока снова вплетается в поцелуй, с куда большим напором впивается в губы, полизывая их и иногда кусая. Кочо закрывает глаза и довольно мычит, подаваясь вперёд. Буйство гормонов, приятные покалывания в животе и встречные движения: всё соединяется в картину маленького безумия, зародившегося в полупустом кабинете, доверху заполненного таинственным ароматом, сбивающим с ума. Поцелуи всё жёстче, довольное мычание переходит в стоны и в голове лишь одна мысль «Как это вообще получилось?» Руки сами тянутся к тёмно-пурпурному пиджаку, отстегивают медные пуговицы и стаскивают ткань с узких девичьих плеч. Белоснежную кожу оттеняют побледневшие шрамы, багровые синяки и свежие ссадины, осадившие весь худенький торс. Гию водит ладонями по её животу, иногда задевая ранки, отчего Шинобу еле заметно дёргается, надавливает на рёбра, повторяет силуэты шрамов. Спускается к тонкой шее, касается её губами, оставляя пурпурные засосы на бледной коже, которые не спрятать за воротником. Кочо запрокидывает голову, Гию удачно этим пользуется и кусает чуть ниже уха, смахивая мешающие пряди тёмно-фиолетовых волос. Девушка впивается ногтями в его спину от резкости, но тут же ослабляет хватку и морщится. Томиока замечает её смятение, отстраняется от исцелованной шеи и тянется к повязке на груди, поддевая её снизу указательным пальцем. Отвлекает её, шепча на ухо комплименты, и потихоньку стаскивает ткань, пока бюст не предстаёт пред ним во всей своей красе. Холодок пробегает по телу Шинобу и она чувствует неладное, опускает взгляд и видит довольное лицо Гию. — Чего вы так улыбаетесь? Но, вместо ответа, Гию молчаливо тянет руки к её груди, касается, слышит приглушённый стон и погружается ладонями. Любознательному Томиоке интересно почувствовать и прикоснуться языком, но их мягкость так завораживает. За окном быстро темнеет и солнце уходит за горизонт, не в силах больше освещать уголок кабинета, в котором расположилась парочка. Сумерки накрывают их тела, делая невидимыми в темноте. Луна поднимается медленно, неспешна одаривая округу своим холодным светом. Проникая в кабинет через прикрытую штору, лучик падает на оголённую Шинобу и нависшего над ней Томиоку. Гию присаживается на корточки, тянет руку ниже и ниже по девичьему телу, задевая пальцами плоский живот, огибает таз и застывает на внутренней стороне бедра. Хитро поднимает взгляд и худая нога взмывает в воздух, приземляясь на плечо юноши. Он облизывается, проводит пальцем вдоль живота девушки и резко проникает им внутрь. Шинобу чуть ли не взвизгивает, но отделывается лишь сдержанным стоном, заслоняя рот ладонью. Юноша расцеловывает её бёдра, оставляя уже знакомые отметины, ощущает их дрожь на своих губах и цепляет довольный взгляд Шинобу. Ей больно, но прекращать не хочется. Она сама себе противоречит, но от того только интереснее. Привыкнув к первому пальцу, Кочо позволяет перейти к следующему этапу и уже сильнее вскрикивает от вторжения, чувствуя как дрожат пальцы на ногах. Любознательность Гию беспощадна, она заводит его до таких крайностей, от которых страдает его возлюбленная, но остановится сложно. Одна за другой летели минуты, девушка свыклась с ноющим чувством в животе и тянущей болью чуть ниже. Она приподнимается, тянет руки к лицу Гию, берёт его за щёки и смотрит на него с такой любовью, что забывается вся причинённая им боль. Он отвечает лёгкой улыбкой, возникшей всего на секунду, но навечно запомнившейся. — Давай уже сделаем это? — Шепчет Кочо, на что Томиока просто не может ответить отказом. — Раз ты настаиваешь.. — Гию поднимается и встаёт во весь рост, наклоняется к Шинобу, надавливая на причинное место — Только потом не останавливай. Одним безжалостным движением, он оказывается в Кочо. От неожиданности она вскрикнула, но Томиока приставил палец к губам и шикнул, намекая тем самым что в Поместье они не одни. Подобная издёвка не устроила девушку и это было видно по одному только взгляду. Гию извиняется, опускается и вновь целует её, не давая последующим стонам вырваться наружу. Шинобу не скоро привыкает к тёплому пульсирующему чувству в себе, но как только она даёт немой сигнал, вжимаясь ногами в Томиоку, притягивая его к себе, юноша начинает движение. Новое и неизведанное ощущение для них обоих, но такое завораживающее. От самого медленного к самому быстрому, темп меняется быстро, а Кочо всё сложнее и сложнее принимать его. Гию из-за всех сил успокаивает, целует в лоб, в аккуратный носик и прижимается к ней всем торсом. Что-то в его сознании громко щёлкает и оно начинает затухать, будто свеча. Глаза сами собой перестают видеть под давлением век, а тело будто совсем обмякло. *** Сквозь тёмно-синюю чёлку в глаза парня попадает солнечный свет, ослепляет и будит его от непонятного сна. В голове звон, а плечи болят - не самое лучшее пробуждение. Он открывает глаза и осматривается. Расположившись полусидя на диванчике, Гию осознаёт что находится в знакомом кабинете: всё те же полочки, забитые склянками, огромный дубовый стол и переполох на нём. — Уф, это что, кабинет Шинобу? — Поднимая голову со спинки, хватаясь за неё рукой, предполагает он — А откуда я здесь? Томиока слышит недовольное мычание, поворачивается к источнику и замечает Кочо спящей на его коленях, прикрытую разве что двуцветным хаори. Она поднимается, потирает глаза и поворачивается к Гию. Вмиг краснеет, замечая его почти что обнажённым, закрывает глаза ладонями и недовольно мычит сквозь сон. — О Господи, что тут произошло? — Возмущается она, обессилено роняя руки на колени — Неужели мы.. — Да.. — Чёрт. Шинобу мотает головой, выкидывая из головы не сошедший сон, накидывает его хаори, попавшееся под руку и встаёт, неуверенным шагом направляясь к столу. Её полуобнажённый силуэт освещает утреннее солнце, будто она снизошедший ангел, явившийся к Гию как напутствие. Она подходит к своему рабочему месту, отбрасывает бумаги и готовые целебные травы, выискивая среди них что-то. По итогу, Кочо победно хмыкает и показывает Томиоке разбитую пробирку, на дне которой оставался красноватый осадок. — Вот - виновник всего произошедшего, — Она подходит ближе к юноше, вверяет ему осколки посудины и тот с неким недоверием берёт его и рассматривает — Это лекарство, которое я использую как обезболивающее для охотниц, но оно так же имеет свойство афродизиака, если вдохнуть его слишком много. Гию с опаской принюхивается и чувствует тот самый медово-горчичный запах, что и тогда. — Сейчас он уже не опасен, выветрился, — Констатирует Шинобу и садится на диван рядом — Да уж, натерпелась я из-за этой пробирочки. Юноша молчит, ему стыдно сказать что-либо. Из-за его несдержанности, Кочо пережила такое, тем более с кем-то вроде него, кто совсем не аккуратен в вопросах нежности и ласки. Он боится услышать следующие её слова, которые могут негативно повлиять на их отношения. — Ну что ж, будет мне уроком, — Девушка опустила голову ему на плечо, укутываясь в хаори и подбирая ноги — Ты как, готов взять ответственность? Гию шокирован. Неужели после всего, Кочо ещё хочет сохранить их отношения и даже продвинуть их дальше, чем просто «товарищи»? — Ты уверена? — А как иначе? — Шинобу вскакивает — Или думал улизнуть, совершив нечто подобное? — Ни в коем случае! Девушка улыбается и снова ложится ему на плечо, закрывает глаза и, кажется, даже мурлычет. Томиока кладёт руку ей на талию, притягивает к себе. — Хорошо, тогда давай обсудим это чуть позже.