Навеки с тобой сквозь тысячу жизней.

В это время в шикарной процветающей Испании, на берегу океана, происходило непонятное безумие, по-другому описать нельзя. Огромное количество незнакомых друг с другом проклятых семей собиралось на тайное действие во славу Тома Марволо. Скрытность членов сборища — обязательное условие вступления в великие ряды мстителей. Заклинания по изменению внешнего вида и ложные имена — определённый код для гостей. Ночь отличное время суток для того, чтобы творить всяческие эксперименты с запретными чарами. Также никто не заподозрит лишнего, если вдруг исчезнут слабые подопытные кролики. — Мой мастер, ваши солдаты снова собрались по громкому приказу. — любовница Воланда появилась первой на пороге заброшенной хижины, где злодей восстанавливал силы после дуэли с Гарри. Дальнего родственника с его группой поддержки просто так не возьмёшь. Это стало понятно после того, как Альбус начал вновь собирать свой орден. Тут нужен был хитрый план, собрав воедино все минусы и плюсы которого, будет намного легче одержать победу. — Твой жених, Драко Малфой, так ничего и не заподозрил? — монстр улыбнулся гостье, слезая с удобного гамака. — Он просто предложил мне свадьбу, зная, что я больна. — брюнетка не желала становиться игрушкой в руках однокурсника, но надо признать, очередь из женихов не стояла. — Скоро всё изменится, любовь моя, мы докажем ваше превосходство. — самое главное умение в управлении толпой — красиво лгать так, чтобы самому захотелось в это поверить. В углу убежища послышался хриплый, глухой кашель. Астория слегка удивлённо повернула голову, чтобы внимательно рассмотреть источник звука. Бледный почти призрак тяжело дышал, не в силах поднять даже голову. — Ты там не помер? — нехотя уточнил тёмный лорд, понимая, что такая концовка совсем не входит в его планы. — А что, боишься лицом к лицу встретиться со смертью? — отравленный никогда не будет унижаться перед тем, кто сильнее его, такой уж он. — Я одержу победу над любыми врагами, если того захочу. — мужчина не терпел такого дерзкого вопроса, но применять магию на больном себе дороже. Частичка души Дадли Дурсля, прикованная цепями к стене, только тихо засмеялась. За три месяца мучений школьник немного начал понимать, для чего нужен весь этот фарс. Однако, даже добравшись до истины, слишком сложно в его положении что-либо изменить. — Ты действительно думаешь, что, отравив моё тело, заставишь их всех испугаться? — простолюдин понятия не имел, каким образом может понимать происходящее, но он словно разделился на две реальности. — Надо же, а для обычной слабой мыши ты удивительно стойкий. — мазохист в лице мучителя, казалось, был доволен от того, что представлял эту боль на своём теле. Дадли усмехнулся, видимо, дерзость во время смерти передалась ему по наследству от тёти Лили. — Даже самая последняя падаль вроде меня имеет право на прощальную записку родителям, — вдруг сипло проговорил пленник, что-то явно задумав. — Это не спасёт тебя от боли, но и держать твою болтливую душу здесь смысла уже нет. — волшебник, достав палочку, произнёс заклинание, освобождая сознание узника от цепей. — Самодовольная блядская тварь, — тихо прошипел сын Вернона, когда чародей покинул комнату. Брюнетка осталась в помещении, с интересом наблюдая за тем, что будет делать брат Гарри Поттера. — Маглы не могут так долго выдерживать двойные пытки, в чём твой секрет? — слегка надменно и холодно произнесла ученица Хогвартса. — Желание отомстить таким, как ты. Мучил он меня не просто так, а мстил за строптивость родителей брата. — найдя на столе злодея кусок какой-то бумажки, Дадли быстро начал писать всё, что слышал во время плена. Дорогой мистер Дамблдор, надеюсь, что моё письмо всё же дойдёт до вас. Пользуюсь короткой возможностью того, что мою гнилую душу немного отделили от бренного тела. Три месяца назад тот-кого-нельзя-называть решил устроить мне адские каникулы. Поначалу меня мучили настолько сильно, что я едва ли помню происходящее. Знаю, что вы уже в курсе о наличии вируса внутри меня, природа его, скорее всего, от того, что проклятые обскуры и прочие личности пытаются отомстить обществу за унижения и боль. Даже я понимаю, что вылечить такое невозможно, однако предотвратить массовые заражения шансы есть. Убейте меня, пока эта новая чума не окрепла настолько сильно, чтобы навредить Гарри и остальным. — Ты понимаешь, на что идёшь, давая добровольное согласие на убийство? — Астория, подойдя к столу, нехотя заглянула в кривые каракули. — А ты осознаёшь, что месть всему миру не спасёт именно тебя? Да, если многие, кто издевался и ненавидел, прочувствуют всё на себе, легче станет, но не более того, — вопросом на вопрос ответил Дадли, чувствуя, как душа медленно покидает хижину. Выдохнув, узник продолжил сочинять краткое письмо, удивившись тому, что его не пытаются остановить или унизить за попытку помочь брату. Альбус, я подыграю его желаниям, как только вернусь полностью в своё тело. Думаю, прощальная записка для брата полностью потешит его самолюбие. Родители отвезут меня в больницу, а там, я надеюсь, вы исполните мою просьбу. Понятия не имею, смогу ли не сойти с ума до выполнения задуманного плана, но попытаюсь, пусть у всех нас получится его остановить. С уважением, почти прогнившая душа Дадли Дурсля. Свернув записку, он вручил её Астории, не говоря ни слова. Брюнетка не спешила её брать, внутренне борясь со своими противоречиями. Её всю жизнь учили, что чистота крови и правильные связи в обществе главное. — Неужели ты настолько глупа, что не видишь очевидного? Я уже такой же больной, как и ты, пускай и человек, он льёт вам в уши о равенстве, а сам истязал меня словно раба. Ему плевать, что будет со всеми, кто помогал создавать вирус. — Дадли, сам от себя не ожидая, повысил голос на незнакомку в довольно грубой форме. Предательство законов получилось довольно закономерно, так как у многих присутствующих на пляже есть желание спасти близких членов семьи от проклятья. Министерству магии нет дела до чужих детей, когда дело касается даже самых простейших обскуров. От боли и несправедливо принятых рамок общества пойдёшь даже на сделку с самим дьяволом. — Посмотри внимательно на этот весь театр на пляже, и ты поймёшь, что я прав. — насильно вложив письмо брюнетке в ладони, частичка души героя наконец исчезла. Гринграсс выдохнула и, сама не понимая зачем, всё же спрятала письмо в свою волшебную палочку. Когда девушка покинула дом, уже было довольно прохладно, собравшиеся соратники терпеливо ждали начала выступления тёмного лорда. — Мои дорогие соратники, — начал предводитель, скромно пряча уродливое лицо под маской. Так обычно говорят с личностями, которым хотят как можно скорее внушить нужные идеалы. Сидел искуситель на парящем в воздухе чёрном троне, что уже в каком-то роде доказывало некую неискренность. Словно он умнее кучи идиотов, которые верят в избавление от проклятий для своих близких. — Сегодня я собрал вас всех для того, чтобы отпраздновать нашу маленькую победу! — на чистом диком пляже в самом деле стояли столы с разными угощениями для отвода глаз. Подруга Драко Малфоя отметила про себя, что в обычной ситуации старший любовник часто в постели утверждал, что терпеть не может застолья в больших компаниях. Травмы из детского прошлого всегда дают о себе знать, будь ты хоть магом высшей пробы, комплексы перебороть невозможно. — Наш с вами вирус прижился в теле ребёнка, а это значит, скоро мы все будем равны! Больше никто не будет смотреть на ваших родных с презрением и глумиться над ними! — сидящий на троне мужчина поднял бокал с вином, превосходно играя свою роль. Толпа возликовала, осознав, что есть огромный шанс светлого будущего. Почему-то после разговора с пленником Астория, смотря на это всё, уже не могла как раньше довериться тёмному магу. Возможно, потому что на протяжении месяцев, приходя на тайные свидания к Томасу, она была вынуждена наблюдать, как частичку молодого юноши мучили разными обрядами. Тот терпел, стойко стиснув зубы, лишь иногда поднимая свой затуманенный взгляд на Гринграсс. — Никто, кроме тебя, мой мастер, — тихо прошептав, влюблённая дурочка перенеслась с помощью палочки домой, пока её не заметили. Оказавшись в собственной спальне, школьница наконец смогла выдохнуть и лечь на большую мягкую кровать прямо в одежде, откинувшись на спину. Сестры не было дома, поэтому никто не мог дать дельный и нужный совет. — Глупая идиотка, что если ты окажешься беременна от того, кто так играет с тобой? — вопрос в тишине комнаты раздался сам по себе. Месячных с последней ночи так и не было, задержка в две недели наводит на ужасные мысли. Определённо, как любая женщина, волшебница хотела наследника, но не таким неправильно-диким способом. Сегодня она пришла к возлюбленному, признаться в своих подозрениях, но вместо этого окончательно запуталась, увидев, как отчаянно слабый парень цепляется за любую возможность спасти, возможно, тысячи жителей земли. — Дадли Дурсль, я обещаю, что буду наблюдать за тобой, пока моё сердце не примет решение, — сжав свою палочку в руке, поклялась невеста Драко Малфоя, искренне боясь собственного будущего.

***

Неверному жениху тем временем надоело наблюдать за истерическим потоком слёз, поэтому он поспешил поскорее покинуть библиотеку не прощаясь. Подарок в виде книги так и остался нетронутым в открытом виде. Когда не знаешь, как себя вести в стрессовой ситуации, лучше сбежать до того момента, пока всё само не успокоится. В конечном итоге Гарри всё равно приползёт к нему на коленях, потому что он слишком хочет его плоти. Отношения, наполненные однополым неравенством, слишком неправильны, но, к сожалению, всё больше людей позволяют себя любить. Это данность современного мироздания, которая, увы, уже не подлежит изменению. — Иногда мне кажется, что я совершаю большую ошибку, желая его любви, — как только дверь в помещение противно хлопнула, малыш выговорил эту фразу слишком неразборчиво. — Увы, никто не знает, какая именно настоящая любовь, все стремятся к идеалу, не замечая порой тех, кто готов жизнь отдать. — поэт не собирался врать, говоря, что точно никогда не приносил боли в романтическом смысле. Стоит только посмотреть на Альбуса, и сразу станет всё понятно в данном случае. Директор магической школы, действительно, в данный момент испытывает сильную боль, после всего пережитого между ними, крайне неправильно заходить в чужой кабинет, сияя счастьем и радостью. — Когда ты влюбляешься, тебе кажется, что это чувство навсегда и ничто не способно заставить возненавидеть родную душу. Спустя год розовые очки исчезают, и пара переходит на стадию принятия недостатков друг друга. — узник прекрасно осознавал сказанные собою слова, потому что примеров из жизни более чем достаточно. Доказано, что более 70 процентов пар не могут прожить месяц, находясь в замкнутом пространстве и никуда не выходя. Лёгкие ссоры на почве усталости друг от друга перерастают в конфликты вплоть до развода. Если подумать об этом более глобально, то, по сути, никто не застрахован от расставания. — Хотите сказать, что он меня никогда не будет по-настоящему любить? — проклятый сирота и сам знал ответ на риторический вопрос, однако для успокоения совести всё же уточнил. Люциус не позволит сыну открыто любить парней как ни крути, глупо даже надеяться на подобный исход событий. Наверняка, невесту уже подыскали, причём такую, которой уже нечего терять и не на что надеяться. К сожалению, среди проклятых умирающих волшебниц кандидатур хватает. — Я слышал, что он сам в поисках кандидатуры, это единственное, о чём он смог договориться с матерью. Насколько я понимаю, им главное наследник. — маг никогда не любил большие условности, поэтому подобные решения приводили Геллерта в ужас. Гарри был настолько занят разборками с Волан-де-Мортом, что ничего не заметил. Теперь понятно, почему змей устроил истерику из-за подарка, совесть не позволила сказать правду. — Я, действительно, огромный идиот. — тихо засмеявшись, брюнет, стоя в объятиях, снял очки. Выплеснув весь накопившийся страх через слёзы, Гарри почувствовал себя лучше. От Геллерта приятно пахло духами известной марки среди простолюдинов. Этот аромат показался знакомым, потому что дядя Вернон любил баловать себя подобным парфюмом. Странно, но с тех пор, как Дадли немного изменил своё отношение, всё чаще сироту стало тянуть домой по непонятным причинам. Дементоры, похоже, всё же успели повлиять на мозг двух братьев. Внешне это никак не выражалось, даже наоборот — состояние тела было лучше, чем до роковой ночи. Трудно пояснить подобную теорию словами, но учеником Хогвартса определённо что-то двигало в нужном направлении. Сирота заметил, что его зрение слишком быстро улучшилось, несмотря на то, что раньше никакие магические отвары Северуса Снейпа не помогали. — Я хочу увидеть своего брата. — неожиданно, наконец, признался сын Джеймса больше самому себе, чем старшему советнику. — Иди, если что, я прикрою твой побег. — бывший злодей заботливо поцеловал подростка в шрам на лбу, давая своё разрешение. Возможно, такое принудительное влечение сделано специально, для того чтобы понять, смогут ли маг и простолюдин всё же найти точки соприкосновения, как когда-то много лет назад. В любом случае шпион высших ничего не может рассказать, даже если очень бы хотел. Остаётся только наблюдать, как главный герой начинающейся драмы, используя палочку, делает свой выбор.

***

Томас Уолсингем сидел на крыше одной из Лондонских больниц, наслаждаясь проливным дождём. Быть живым всё же так здорово, даже несмотря на множество трудностей в новом для себя времени. Мир развивается с каждым годом, придумывая всё новые изобретения; будучи ребёнком, лорд только фантазировал о стольких открытиях, что сейчас перед его глазами. Нормальные ванные комнаты всегда с горячей водой и унитазом. Машины, которые за десять минут могут доставить водителя хоть на другой конец города. И ещё много всего уникального, в существование которого сложно поверить. — Опять витаешь в облаках? Не забывай, мы на задании. — дементор, появившийся за спиной Томаса, напрочь сбил весь романтический настрой. — Я помню, нужно следить за Дадли Дурслем. — отмахнувшись, наблюдатель поднялся на ноги и пошёл по покатой неровной крыше в другую сторону. Красивая белая куртка быстро намокала, но защищала от дождя, что не могло не радовать мужчину. Кристофер слишком беспокоится о своём муже, поэтому даже на улицу выпускает в определённой магической защите. — Впервые вижу, чтобы зима так резко сменялась осенью. — тихо засмеявшись, мужчина легко посмотрел вниз на такси, подъехавшее к больничному коричневому зданию. Родители вывели Дадли из машины в ослабевшем состоянии. Молодой юноша еле стоял на ногах, слабо понимая, что сейчас происходит. Петуния бледна, как и положено заботливой матери, которая понятия не имеет, что происходит с её сыном. — Этот парень умирает? — вдруг спросил Томас у дементора, который внимательно следил за человеком, несмотря на отсутствие глаз. Причина такого резкого внимания к брату Гарри проста, молодой человек, как оказалось, болен неизвестным вирусом того-кого-нельзя-называть. Чтобы понять, как противостоять новому массовому оружию, понадобится время. — Я видел подобный исход его судьбы, но что он наступит так скоро. — создание никогда не забудет тот чувственный поцелуй, пускай и не вовремя прекратившийся. Врачи, выбежавшие из здания, быстро уложили тяжёлое тело на каталку. Картина, от которой у всех прохожих застывала в жилах кровь. Неживой и немёртвый почти зомби закатывал глаза к небу и тихо смеялся. Такое Томас уже видел, когда заразившиеся чумой жители знали, что их ничего не спасёт. Смеясь и плача одновременно, каждый из бедняг позволял прятать себя в местах тяжёлого доступа, чтобы всё поскорее закончилось. — Он чувствует, что это необычная болезнь, и это видно по тому, как смех звучит сквозь дикую усталость. — родителей, как и ожидалось, не пустили помочь, делая психологическое состояние Вернона только хуже. Супружескую пару отправили домой, приказывая немедленно звонить, если почувствуют первые признаки недомогания. Школьника быстро определили в отдельную палату, положив в состоянии лихорадки на чистую постель. Раздевать пока никто не рискнул, видя подобную истерику. Первым делом вкололи несколько обезболивающих, осознав, что от малейшего прикосновения пациенту больно. Хоть грешник всеми силами пытается терпеть, принимая муки за наказание от судьбы. — Дайте мне ручку, — вдруг слабо приказал он, как только игла от шприца покинула вену. Медсёстры и врач застыли, не понимая, как реагировать на подобную смену поведения. Протянув карандаш и листок бумаги для более удобного письма, вирусолог начал молча наблюдать за происходящим. Вобрав в грудь воздуха побольше, больной дрожащей слабой кистью начал выводить свои каракули. Он знал, что Гарри поймёт зашифрованное послание, потому что как ни как они росли вместе многие годы, несмотря ни на что. Дорогой мой мелкий засранец, я не мастер писать красивые слова, поэтому прими уж как есть. Как я уже говорил раньше, ты в нашей семье не пустое место, пусть никогда в твоей дурной голове не возникнет таких мыслей. Запомни одно: ты ни в чём не виноват, моя болезнь должна была случиться. Мне жаль, что так приходится прощаться, но, скорее всего, это моё первое и последнее короткое письмо. Написав такой маленький несуразный кусочек текста, Дадли вновь попытался собрать мысли в кучу. Буквы прыгали перед глазами, но останавливаться сейчас было нельзя. Ещё раз героически вздохнув, он сжал карандаш пальцами сильнее. Я знаю, что ты гей, Гарри, хоть ты всеми силами пытался с юных лет доказывать обратное. У тебя, наверняка, есть парень, и теперь, почти ничего не соображая, могу сказать: «ОН НИКОГДА НЕ ПОЛЮБИТ ТЕБЯ ТАК ЖЕ СИЛЬНО, КАК Я». Главная фраза получилась уж слишком огромной, почти на всю строчку, однако, когда силы покидают, плевать на нормы и мораль. Пока сын Вернона хоть немного отдаёт себе отчёт в том, что пишет, ничего не имеет значения. Судьба слишком жестока к ним обоим, изначально сотворив огромную несправедливость. Плевать на то, что оба родственники и парни, в конце концов детей им не рожать. Они никогда не смогли бы быть вместе, потому что маги не могут любить пустышек. Ну почему же всё изначально слилось так нечестно. Твой брат в лице меня всегда был эгоистом, поэтому, находясь на краю, я не могу унести этот секрет с собой в могилу. Проклятье, даже не думал, что так буду радоваться тому, что наконец осмелился. — Тебе нельзя больше напрягаться. — доктор насильно отобрал кусок бумажки и, ничего не разобрав, выкинул его в открытое окно. Томас, наблюдавший на крыше, заметил, как заветное письмо понеслось потоком ветра по воздуху. — Достань его, пожалуйста, — серьёзным тоном попросил он охранника тюрьмы, поражаясь человеческой глупости. Тёмное создание тихо засмеялось и, легко воспарив в облака, спасло записку. Она оказалась зажата в костлявой ладони буквально за несколько секунд. Эмоции исходили от происходящей драмы слишком манящие, и дементор не удержался от мысли украсть немного для себя. Чёрный язык как-то странно облизал вторую свободную ладонь. Томас не испугался, понимая, что это своего рода некое подавление инстинкта голода. Сублимация желаний подходит для каждых живых существ, не получивших того, что нужно. — Хватит отвлекаться, — с усмешкой передразнил Томи своего напарника, продолжая наблюдение за палатой. Дадли потерял всяческую возможность говорить, потому что температура его тела снова поднялась на аномальную высоту. На улице, под дождём, было определённо легче справиться с очередным приступом. — Надо идти за Поттером, пока в самом деле не стало слишком поздно. — шпион позволил дементору поднять себя на руки для более быстрой поездки.

***

Когда Гарри оказался на пороге дома Дурслей, страшная картина напугала его. Тётя Петуния, выходя из такси, рыдала взахлёб, падая на асфальт перед калиткой. Паника была настолько сильной, что казалось, мир вокруг потерял значение. Дядя Вернон всегда холодный и язвительный был непохож на себя. Его глаза были опустошены, словно душу до этого дня выдирали из грешного тела снова и снова. Волосы на голове за каких-то три дня поседели, словно мужчина — дряхлый старик почтенных лет. — Почему нас не пустили вместе с ним? — продолжая плакать, взмолилась сестра Лили, почти крича от безысходности. — Они боятся, что это заразно, лекарства не помогают. — удивительно мягко пояснил глава семьи, стараясь держать эмоции в руках. Вернон поднял супругу с асфальта, крепко прижав её дрожащее тело к себе. Убитая горем мать еле стояла на ногах не в силах сопротивляться. Очень страшно продолжать что-либо говорить, но Вернон хочет хотя бы единственный раз за всю свою чёрную жизнь поверить в чудо. Гость из магического мира почувствовал, как в душе что-то сильно треснуло, разбивая привычную реальность на куски. Панические атаки, сопровождавшие его на протяжении месяца, не зря не давали спокойно жить. — Где Дадли?! — громко крикнул брюнет, подбегая к опекунам в огромной панике. Наблюдавший за домом ещё один дементор нехотя спустился с крыши, понимая, что от людей сейчас не добиться внятного ответа. — Том Марволо отравил твоего брата непонятным вирусом, и теперь парень вынужден лежать ждать своей участи, — напрямую, ничего не украшая, заявил наблюдатель, показав своё страшное костлявое лицо. — Я пойду к нему сейчас же! — юный герой, не заботясь о себе, уже приготовился использовать магию снова. — Никто не знает, к чему и для чего была создана эта дрянь, сильнейшие мира наблюдают за процессом. Ты можешь заразиться, если явишься в больницу, на это и рассчитывает наш враг! — появившийся шпион с человеком на руках приземлился на мокрую клумбу. — Предлагаете сидеть и ждать, пока мой дорогой человек попрощается с жизнью?! — плевать, что скандал разразился прямо посреди улицы. Надоедливые зеваки всё равно всё забудут благодаря министерству магии. Дамблдор появился совершенно неожиданно, оказавшись за спиной своего ученика. Видимо, пришло время очередных наставлений о самоконтроле и жертвенности в определённых ситуациях. Как глава ордена, он прекрасно понимал, что допустить заражения Гарри никак нельзя. — Поверь, я понимаю твои чувства. — начал некогда терявший близких Альбус издалека. От такого вступления ребёнку только хуже, картины мёртвого Дадли, лежащего на больничной койке, полезли в голову. — Блять, это я во всём виноват! — зло швырнув палочку на землю, сирота только сильнее позволил тьме в своём сердце вылезти наружу. Сначала смерть ни в чём невиновных родителей, потом нападения на школу в неимоверных количествах, сколько же ещё Волан-де-Морт планирует издеваться только потому, что его самого не хотел отец? — Мы обязательно найдём лекарство для твоего брата! — старец пытался сам себя убедить в своих словах. — Как обычно, пустой трёп на постном масле. — Гриндевальд по мысленной связи с охранниками тюрьмы быстро понял, в чём дело. Благо заклинания переноса работают на все точки планеты с одинаковой скоростью. Увидев своего супруга на руках противной нежити, блондин подавил в себе огромное желание создать патронус. В договоре с высшими не было указано, что всякая какашка может безнаказанно лапать то, что принадлежит ему. А значит, можно не сдерживать свою тёмную горячую ревность. Томас, видя по взгляду супруга, что дело пахнет большой дракой, сам спустился с рук, тихонько улыбнувшись. — У тебя есть другие предложения, о великий Гриндевальд? — Дамблдор закатил глаза, наблюдая, как бывший любовник сходит с ума по таким мелочам. — Собирай своих пешек, вместо того чтобы чесать языком, нужно хотя бы перенести беднягу в безопасное место под правильный контроль. — поэт не собирался разводить очередной скандал по поводу кто кому изменяет. — И как же я блять без тебя не догадался, а? Министерство магии запретило забирать ребёнка, если вмешаюсь, будет очередной скандал. — Альбусу прямо так с вызовом и сказали, как только прошли первые слухи о заражении. — А ты у нас вечно сама доброта, как бы кто чего не подумал про тебя плохого. — пожалуй, самая главная причина, почему Марло не жалеет о своём маленьком предательстве, именно то, что директор школы никогда лишний раз не рискнёт всем ради кого-то. — Я в ваших разборках мало что понимаю, но ведь необязательно, чтобы больного выкрал именно орден? — Уолсингем своим вопросом заставил спорщиков немного остыть и начать придумывать новый план. Пока наступила недолгая тишина, воскресший гений взял у тёмного создания спасённое письмо. В дождь, под которым все продолжают сильно близится к простуде, не самое лучшее время читать. — Пойдём со мной, нужно побеспокоиться о безопасности твоих опекунов, — тихо проговорил хитрец, понимая, что Вернон и Петуния далеки от реальности.

***

В современных домах людей среднего класса удивительно просторно. Можно при большом желании даже вырастить свой сад и не бояться, что это не понравится правительству. Во времена Шекспира о подобном крестьянам приходилось только мечтать. — Вот так, хорошо, шагайте на диван. — Томас элегантно проводил незнакомую себе женщину под руку, так чтобы она не упала. Манеры и этикет всё ещё были неотъемлемой частью его характера, Гарри вспомнил, что Кристофер Марло в своих книгах вскользь упоминал об этих чертах любовника. Такие удивительные, непохожие друг на друга они приносили странный покой просто от нахождения рядом. — Дядя Вернон, где ваши таблетки от сердца? — усадив своего воспитателя в кресло, немного строго поинтересовался Гарри. — Ты всё ещё помнишь, что мне нужно их пить? — директор компании по производству дрелей смотрел на племянника Петунии с неким удивлением. Надо признать, это единственная эмоция, на которую хватило сил на данный момент. Молча он указал в сторону кухни ладонью, больше не произнося ни слова. Житель дома вместе с гостем направились за лекарством, снимая мокрые верхние вещи. Томас видел, как школьник на автомате открывает кухонный шкаф, доставая аптечку. В голове бедняги сейчас слишком много пугающих мыслей. Вот уж точно надолго запомнится эта пятилетняя годовщина с Драко Малфоем. — Блять руки трясутся! — не в состоянии даже расстегнуть обычный замок на косметичке волшебник снова почувствовал, как по щекам льются слёзы. Уолсингем со вздохом обнял подростка со спины и прошептал на ухо: — Твой брат писал записку, чтобы её передали тебе. Он признаётся в любви, а значит сделает всё, чтобы остаться рядом. — конечно, подлинный текст был больше прощальный, но оригинал видел ведь только Томас. Дементор убрал ненужные строчки послания, после облизал свою свободную ладонь чёрным языком. Новую записку в старом формате вручили получателю, поглаживая по спине. — Я постараюсь забрать его лично с ангелами и демонами, в конце концов, я магл и к волшебникам не имею отношения. Даже если заражусь, думаю, ответных пару записок передать вам друг от друга успею. — Томас уже всё продумал в своей голове во время шпионажа за больницей, правда выкладывать рискованный план мужу не спешил. — Передайте ему, что я хочу клятву, — открыв записку, Гарри также тихо осипшим голосом проговорил свой ответ. — «Навеки с тобой сквозь тысячу жизней»? — Томас по себе знал одну, которая точно сработает, если сильно верить. — Да, я хочу, чтобы он был со мной, потому что он мой родной человек. — немного обретя уверенность от записки, Поттер взял себя в руки и достал таблетки из аптечки. Подобные кодовые слова действуют не только на влюблённые пары, близкие люди тоже могут рассчитывать на шанс нового рождения вместе. Гарри предстоит многое для себя переосмыслить, но пока он твёрдо хочет услышать от брата те же слова. — Я скажу ему об этом, когда буду вытаскивать из палаты. — шпион лучезарно улыбнулся, посмотрев в окно на Геллерта и Альбуса.

***

На заднем дворе дома тем временем дементоры наблюдали за некогда влюблённой парой с интересом. У Альбуса накипело множество недовольных высказываний в сторону сбежавшего любовника, и с каждым днём сдерживать чувства становилось всё труднее. — Почему он? — наконец произнёс в тишину глава ордена самый главный вопрос. — Я его люблю по-настоящему, пойми уже это наконец. — блондин впервые за многие годы лжи говорил честно и открыто, перед тем как зайти в дом Дурслей.