Something Good

Ладно, Чонгук знал, что пойдет на эту вечеринку, когда Сокджин-хён упомянул, что там будет Тэхён, но если бы ему сказали, как тяжело ему будет на этой вечеринке, то он сто раз бы подумал, прежде чем принимать приглашение. Нет, вечеринка была замечательной. Бёль оказалась классной нуной, море еды и алкоголя, хорошая компания, никто не доставал Чонгука, не втягивал в разговоры и так далее. Но. Ким Тэхён. Его поведение выводит Чонгука из равновесия. Конечно, он не питал иллюзий, что Тэхён весь вечер проведет с ним, но он не ожидал, что в принципе перехватить его от друзей, чтобы перекинуться хотя бы парочкой слов, у него не получится. Всегда, когда Тэхён появлялся в поле зрения, он был окружен толпой людей. Они подливали ему напитки, показывали что-то в смартфоне, утаскивали танцевать или наружу. Чонгук успел махнуть ему рукой, когда только пришёл, но на этом их общение закончилось. Да он даже с Чимином успел поболтать, пока тот выбирал, какую девушку бы склеить. Чонгук как-то слышал, что Чимин может соблазнить любую девушку за полчаса, и ему было интересно на это посмотреть, но вскоре Чимин скрылся из виду, оставляя его одного. Не зная, куда себя деть, Чонгук отходит куда-то в угол гостиной, подальше от грохочущей музыки и колонок. У Бёль действительно был огромный особняк, и настолько шикарный, что Чонгуку захотелось проверить подвал на наличие там иных жильцов. Войдя в дом, он словно попал в фильм про американских подростков. Кажется, на заднем дворе был даже бассейн. Сама хозяйка где-то потерялась, но, скорее всего, они с Сокджин-хёном и другими одногодками зависали где-то на улице: Чонгук видел мелькнувшую светлую голову Бёль и Намджун-хёна за окном. И как она не боится оставлять дом на эту толпу пьяных студентов? Нет, если быть справедливым — людей было не так много, чуть меньше двадцати, никто не громил вазы, не блевал в горшки с цветами, но от музыки и танцев сотрясались стены. — Вау, я всё-таки тебя вытащил, — перекрикивая музыку, говорит ему подбежавший с бутылкой пива Ыну. — А чего стоишь один, не пьёшь? Хёны закупили целую кучу алкоголя. Чонгук оглядывает друга с ног до головы и отмечает, что тот уже немного выпил. — Я пока не добрался до алкоголя, — улыбается он. — А ты как? Уже успел отшить пару-тройку девочек? Ыну лишь отмахивается. — Моя популярность сильно преувеличена. — Ну-ну, — скептично хмыкает Чонгук. — Я могу найти сейчас, по крайней мере, пять людей, которые не спускают с тебя глаз. — Ты же знаешь, что меня это не интересует. Чонгук лишь вздыхает и идёт за Ыну сквозь танцующую толпу к столу с алкоголем. Как хорошо, что хёны закупили не только пиво, но и шампанское, соджу и вино. Чонгук не особо любил кислые напитки, поэтому выцепил уже открытую бутылку шампанского и налил в пластиковый стаканчик. — Слушай, давно хотел тебя спросить, — начинает Ыну, внимательно посмотрев на Чонгука. — Со мной всё понятно, но почему ты ни с кем не встречаешься? Ты симпатичный, интересный и добрый парень. Ну, началось. Они с Ыну никогда не обсуждали личную жизнь, кроме одного раза, когда его друг признался в том, что его никто не интересует. Сам Чонгук ни разу не открывался ему, а тот и не настаивал. Но, видимо, его эта тема волнует, раз спьяну первым делом Ыну решает поднять именно её. Чонгук пытается слиться с вопроса и залпом выпивает алкоголь, но хитрость не сработала, и друг явно ждёт ответа. Чонгук вздыхает. Он не может вот так просто рассказать про свою влюбленность в Тэхёна. Конечно, не Ыну его осуждать, но всё равно было страшно вот так открываться. Он даже Сокджин-хёну не рассказал. — Мне кое-кто нравится, но я не думаю, что у меня есть шанс, — в итоге тихо говорит Чонгук, используя максимально нейтральные слова. Он ожидает, что его начнут расспрашивать, но Ыну понимающе кивает. — Безответная любовь это хреново. — И не говори. А ты когда-нибудь её испытывал? Ыну смотрит на него, приподняв бровь. — Ты же знаешь, что нет. Чонгуку нечего на это ответить, поэтому они молча чокаются и делают ещё по одному глотку. Где-то после второго бокала в поле зрения появляется Тэхён, который мило воркует с каким-то высоким парнем. Они стоят очень близко, а тот ещё и наклоняется, чтобы расслышать, что Тэхён ему говорит. И, сомнений нет, они флиртуют. То, как улыбается Тэхён, как касается своими длинными пальцами чужого рукава, как наклоняет голову — всё говорит о том, что это определенно флирт. Чонгук не замечает, как сжимает пластиковый стаканчик в руке, и остатки шампанского выплескиваются на его руку. — Блядь!.. — восклицает он, а Ыну ошарашенно смотрит на него. — Ого, впервые слышу, чтобы ты ругался. Чонгук чертыхается, выбрасывает стаканчик на стол и спешит в туалет, чтобы оттереть пятно с рукава белой рубашки. Закон подлости — ты можешь быть самым аккуратным человеком на свете, но стоит надеть что-то белое, и вся грязь мира окажется на тебе. Он вваливается в душевую и застает Хосок-хёна в обнимку с каким-то парнем. Когда тот поднимает голову, то Чонгук узнает Юнги-хёна. Ойкнув, он пытается закрыть дверь с той стороны, но Хосок выпускает Юнги из рук и подскакивает к Чонгуку. — О, Чонгукки, не знал, что ты здесь! Сокджин говорит, что ты не фанат вечеринок. — Привет, мелкий, — здоровается Юнги с каменным лицом. Чонгук кивает обоим и очень хочет то ли заржать от неловкости ситуации, то ли поскорее скрыться, но Хосок-хён ему не даёт, затаскивая обратно. — Не подумай ничего лишнего, я просто успокаивал Юнги-хёна. Мы определённо точно не собирались заняться тут сексом. Юнги шипит и пинает Хосока по лодыжке, а Чонгук во все глаза смотрит на хёнов. Нет, определённо точно они собирались это сделать. Это ясно, как божий день. Хотя бы потому, что у Юнги задралась толстовка, а ещё расстегнута ширинка. Не то чтобы Чонгук пялился на чужие ширинки, но не заметить трудно. Кажется, сегодня он узнал о Хосок-хёне чуточку больше, чем хотел. Он удивлен, потому что раньше хён увлекался только девушками и мог составить конкуренцию Чимину по количеству бывших, а тут — открытие. — А ты чего сюда пришёл? — наконец, подает голос раздраженный и явно смущенный Юнги. — А… я пролил на рубашку шампанское и хотел застирать пятно. — Можешь забыть про рубашку, — фыркает хён, незаметно пытаясь привести свой внешний вид в порядок. — Ты можешь её вообще снять, уверен, никто не будет против, — растянув губы в похабной улыбочке, говорит Хосок, но Чонгук тут же отрицательно мотает головой. Нет уж! Лучше он весь вечер походит с пятном на рукаве, чем прилюдно разденется. Попрощавшись, он выходит из ванной, напоследок крикнув, чтоб в следующий раз сняли комнату, и слышит заглушенный дверью смех Хосока и ругательства Юнги. Ему повезло, что он не зашёл чуть позже. Кто знает, какую картину он тогда бы застал. Жаль, что Хосока особо не подразнишь. Если бы он поймал в такой ситуации Сокджин-хёна, то делал бы мемы на эту тему до конца жизни. Он сочинил бы песню об этом и пел её на каждый день рождения. Да, жаль, что попался не Сокджин, но тот был слишком осторожен со своей личной жизнью. С мокрым пятном на рубашке и раздраженный, он возвращается обратно, намереваясь выпить как минимум три рюмки соджу. Без алкоголя он не вытерпит этот вечер. Ыну он не находит, зато видит Тэхёна, который, к удивлению Чонгука, стоит один. И, чёрт, как же он восхитительно выглядит в этих рваных джинсах и черной футболке. На Тэхёне самые обычные вещи всегда смотрелись восхитительно и дорого. Чонгуку немедленно захотелось сфотографировать его, но с собой был только телефон, который при таком свете не сможет выдать ничего вразумительного. Возможно, стоит послушать Сокджин-хёна и поменять уже свой телефон на более новую модель. Он мнётся, не решаясь подойти ближе, но Тэхён поднимает голову и замечает его. — Чонгукки, иди сюда, — перекрикивая музыку, зовёт он, и Чонгуку ничего не остается, как подойти ближе. Вспышка внезапной ревности прошла, оставляя после себя горькое послевкусие и испорченную рубашку. — Тебя не поймать, — не успев прикусить язык, выдает он. Тэхён растягивает губы в улыбке. — А может, ты и не пытался, — Тэхён подходит ближе и закидывает свою руку на чонгукову шею. Судя по всему, он уже выпил достаточно. Если приглядеться, можно заметить румянец на щеках. Не найдя, что ответить, Чонгук жмёт плечами и берет со стола капкейк. Тэхён следует его примеру и прижимается боком плотнее. — Шумновато для тебя, да? — спрашивает он, а всё, о чём Чонгук может думать — это какая горячая кожа у Тэхёна. Даже через два слоя ткани чувствуется. — Если честно, да. — Не хочешь выйти на улицу? Там прохладно и тихо. Чонгук кидает взгляд на дверь и, чуть помедлив, кивает. Тэхён без промедления хватает его за руку и тащит через толпу к выходу. И откуда он только знает планировку этого дома? Краем глаза Чонгук успевает заметить Чимина, который выпивал на брудершафт с какой-то девушкой, Намджуна с Сокджином, активно играющими в настольную игру, и Юнги, который судорожно опустошал бутылку соджу. На секунду он задумывается, куда делся Хосок-хён, но его выталкивают на улицу, и Чонгук наконец-то вдыхает полной грудью. Он даже не догадывался, насколько было душно, пока не оказался снаружи. Они вышли на задний двор с бассейном, и на удивление он оказался пуст. Пара бутылок и чьи-то ботинки указывали на то, что здесь кто-то был, но в данный момент вся территория принадлежала им одним. — Вау, — пораженно выдыхает Чонгук, садясь на траву. — Тут так здорово. — О да, — таким же тоном отвечает Тэхён. — Я тащил тебя наугад и совсем не ожидал, что нас ждёт такой шикарный вид и бассейн в придачу. — Надеюсь, сюда никто не придёт, — честно признается Чонгук, а Тэхён в ответ тихо смеется. — Уверен, что, пока в доме есть алкоголь, мы в безопасности. К тому же они, вроде, собирались смотреть выступление с прошлогоднего фестиваля. Тэхён скидывает кроссовки, закатывает штаны, оголяя щиколотки, а потом садится на край бассейна и свешивает ноги. Чонгук и рад бы последовать его примеру, но на нём совсем узкие джинсы, поэтому он просто садится чуть позади, скрестив ноги. В голове вертятся десятки вопросов: почему Тэхён сейчас с ним, а не на вечеринке, почему так странно смотрит, почему продолжает общаться. Но, конечно, Чонгук их не задаёт. Тэхён болтает босыми ногами в воде и чему-то улыбается, а потом откидывается назад и прислоняется макушкой к чонгуковой груди. Сердце тут же пропускает удар и начинает колотиться с удвоенной скоростью. Чонгук пытается себя убедить, что ничего такого в этом нет, что Тэхён со всеми так себя ведёт, но всё равно нервничает, тело тут же напрягается, и он замирает, боясь даже на сантиметр отодвинуться. — Я столкнул бы тебя в воду, но мне жаль твою потрясающую рубашку, — вдруг говорит Тэхён. — Она всё равно испорчена, — чуть помедлив, тихо отвечает Чонгук, демонстрируя рукав с пятном. Тэхён усмехается и проводит пальцами по руке Чонгука до локтя, вызывая мурашки. — Если бы мы были здесь только вдвоем, ты бы…искупался? Чонгук молчит, обдумывая ситуацию. В родном Пусане он часто плавал, но одно дело плескаться в море, а другое — в маленьком бассейне чужого дома. — Нет, наверное, — в итоге отвечает Чонгук. — Но я хотел бы поплавать в море. Съездить на Чеджудо или в родной Пусан. — Я никогда не был в Пусане. — Там здорово. — Я знаю. Чимини тоже из Пусана. — О, вот как, — удивляется Чонгук. — У него совсем нет акцента. — Слышал бы ты его на первом курсе! Они ещё некоторое время обсуждают родные города, любимые места и диалекты. Чонгук смеется над пародиями Тэхёна, рассказывает свои истории, вспоминает любимую домашнюю еду. — Давай сыграем в две правды и одну ложь, — внезапно предлагает Тэхён, вытащив ноги из воды и скрестив их идентично Чонгуку. — Я говорю три факта о себе, один из которых — ложь. Чонгук, конечно же, соглашается, но в голове у него сейчас пусто. Когда просят рассказать что-то о себе, то забываешь абсолютно всё. Ты можешь иметь тысячу хобби, но стоит кому-то спросить тебя о них, то единственное, что удастся выдать: «ну, я люблю дышать». — Я начну. Первый факт — я амбидекстр. Могу работать обеими руками одинаково, — Чонгук тут же переводит взгляд на его руки, словно они могут дать ему подсказку. — Второе — я не переношу крепкий алкоголь и сразу вырубаюсь, — Тэхён изображает кому, высунув язык. Чонгук хихикает в ожидании третьего факта, но собеседник молчит. Тэхён хмурится, видимо, вспоминая что-то ещё, а потом кусает губу и смотрит по сторонам, прежде чем, наконец, выдать: — Третий факт — я однажды поцеловал парня. На спор, конечно! Услышав это, Чонгук на мгновение подвисает, а потом начинает беситься. Это происходит моментально, и краем сознания он понимает, что не имеет права на ревность, но ничего не может с собой поделать. Они взрослые люди, очевидно, что у такого красивого парня, как Тэхён, были отношения, поцелуи и что-то большее, но одно дело предполагать, а другое — услышать это от него самого. — Надеюсь, что враньё — это третий факт, — поддавшись эмоциям, шипит он, а Тэхён ошарашенно смотрит на его лицо. — Почему? — его голос по-прежнему звучит мягко, но в глазах совсем нет прежней игривой радости. Чонгуку тоже уже совсем не весело, он думал, что научился справляться с эмоциями, но с Тэхёном его истинная натура всегда обнажалась слишком легко. Тэхен пытливо смотрит, ожидая ответа, но Чонгуку на помощь приходит вывалившаяся на улицу толпа, в которой он тут же обнаруживает Сокджин-хёна и подрывается к нему. Жутко стыдно за свою вспышку ревности. Тэхён ему ничего не должен, он взрослый парень, все к этому возрасту имеют опыт, но представлять, как он целуется с каким-то другим мужчиной… Чонгук протискивается мимо пьяной толпы обратно в дом, намереваясь уйти, но возле самого выхода его перехватывает Чимин. — О, как дела, Чонгукки? Ты был с Тэхёном? Он уже тебе сказал? — повиснув на его плече, весело спрашивает Чимин, но Чонгук высвобождается из чужих рук. — Ничего он не сказал, — раздраженно говорит он и выходит за дверь. Вечер испорчен. Лучше бы он не ходил на эту вечеринку. До общежития он добирается на такси, потратив последнюю наличку. Возле крыльца он видит Юнги, сидящего на корточках с сигаретой в руке. Удивившись, как он успел так быстро добраться обратно, Чонгук надеется проскользнуть мимо, но хён выглядит слишком расстроенным, поэтому он подходит ближе. — Привет снова, — тихо подает он голос, заставляя Юнги вздрогнуть. Видимо, тот был настолько сильно погружен в свои мысли, что не заметил чужих шагов. — О, а ты рано вернулся, — затушив сигарету об асфальт, говорит Юнги. — Вечеринка отстой. — Мне казалось, что тебе было весело. — Не так весело, как тебе, — усмехается он, не успев прикусить язык, и моментально об этом жалеет, потому что Юнги окидывает его таким злобным взглядом, что Чонгук делает шаг назад. — Ни слова об этом, — шипит он и, пнув окурок, встает на ноги и быстро скрывается за дверью общежития. Чонгук ошарашенно смотрит ему вслед. Видимо, что-то случилось на вечеринке. Не то чтобы Чонгук имел право лезть в чужую жизнь, но Юнги выглядел так потерянно… Чонгук испытывает чувство вины за то, что вовремя не прикусил язык и обидел ни в чём не повинного хёна. Что за вечер такой сегодня? Побродив вокруг общежития, Чонгук возвращается в свою комнату. Сил на стирку совсем нет, поэтому он просто ложится в кровать и следующие сорок минут играет в PUBG на телефоне, пока не разряжает его в ноль. Да уж, его вечер вышел совсем не таким, как он ожидал.