Мальчики не плачут

Каеде медленно убиралась в классе, вытирая попутно слезы. Она уже сдвинула все парты, чтобы помыть пол и подобрать мусор. Девочка всегда добросовестно относилась к своему дежурству. «Шуичи… я так переживаю за тебя…» - обратилась к другу девушка в мыслях и наклонилась, чтобы подобрать мусор, - «что с тобой происходит? Ты не заслуживаешь такого обращения. Кокичи Ома… страшный человек». Выпрямившись, она подошла к мусорному баку и смяла бумажки, кинув их туда. «Как он узнал о том, что я неровно дышу к Шуичи? Как он… пренебрежительно говорил об этом утром», - Акамацу вспоминала утренний диалог с хулиганом, пока отвлекала внимание от Шуичи. - Эх… - девушка решила пройтись по полу еще раз и проверить, весь ли мусор убрала. «А этот сталкер? Представляю, что Шуичи чувствует. Только больной человек мог написать такие гадости о том, кого любит. Я не считаю это любовью... Надеюсь, завтра мы с Шуичи можем спокойно поговорить», - продолжала размышлять пианистка, пытаясь погасить огонь чувств. Неожиданно раздался скрип двери. Каеде уже обрадовалась, что это Шуичи. Но девушка удивилась еще больше, когда увидела на пороге класса Кокичи. - Убираешься? – тихо спросил он. Ома был весь запыхавшийся, красный и потный. Будто бы долго бежал. «Что он делал?» - в недоумении смотрела на маленького одноклассника девушка. - Кокичи, что тебе нужно? – сохраняя ровный тон, обратилась Каеде. Между ними повисло молчание. Акамацу заметила, что хулиган напрягся и замер. - Хочу… сказать тебе кое-что… - прорычал он, глядя вниз. - Что такое? Это про Шуичи? Я знаю, что ты с ним сделал сегодня, - Каеде нахмурилась и сжала покрепче метлу в руках. - Я никогда не прощу тебя, Кокичи, - добавила она. Снова пауза. Внезапно раздался смешок: - Нишиши. Мне не нужно твое одобрение. Мне нужно, чтобы ты исчезла с моего пути. Только сейчас Каеде обратила внимание, что Ома держит одну руку за спиной. - Что ты… - она попятилась назад, почувствовав неладное. - Правильно понимаешь, убегая. Но… ты не спрячешься, вникаешь, Каеде? Ты, сука, никуда не денешься! Потому что он МОЙ! – мгновение. И Ома ринулся, словно дикий маленький зверь, в сторону Акамацу. Каеде вскрикнула, а Ома набросился сверху, повалив ее на пол. Девушка брыкалась и глазами в панике искала предмет поблизости, которым могла защититься. Но швабра упала и откатилась по полу слишком далеко. Над головой блеснуло лезвие ножа. Кокичи широко улыбался до ушей, прищурив глаза. Одной рукой он держал оружие, другой прикрывал Каеде рот, усевшись на нее сверху. - Мой… Шуичи мой… слышишь меня? Он мой! И только мой! Ты загораживаешь мне обзор каждый раз, когда я смотрю на него… – бормотал хулиган, наклонившись ниже к Каеде, - открой-ка рот. Он открыл его силой, несмотря на то, что Каеде брыкалась и пыталась укусить одноклассника за пальцы. Кокичи ловко держал ее за челюсть небольшими белыми пальцами. - ААА! – кричала Акамацу, открывая лишь рот шире. Одно движение лезвием ножа. И она ощутила себя странно. Укол боли в области языка. Горячая кровь наполнила рот, а звуки превратились в мычание. - Нишиши, отрезал часть! Ты сильно брыкаешься, Каеде! – пока Кокичи хихикал и сидел сверху, пианистка вертелась на месте, приложив ко рту ладонь. Она в панике смотрела на кусок собственного языка у одноклассника в руке. Ей стало нехорошо. Глаза закатывались от резкой потери крови. Неожиданно боль прорезала грудь. Ниже, в районе желудка. Живот. Пах. Собирая остатки сил, девушка посмотрела вниз. Кокичи Ома наносил ей удары ножом, впивая его все глубже в плоть. Каеде мычала в агонии. Изо рта лилась кровь, а из глаз – слезы. «Шуичи… это он… он сталкер…» - метались мысли умирающей девушки. - Как бы хорошо, если бы тебя не было! Твоих мерзких желтых волос, огромной груди, вечно доброй улыбки! Твоих пальцев! Я бы отрезал каждый… потому что ты касалась ими ЕГО!.. Думала, я слепой? Не вижу, как ты его пытаешься потрогать лишний раз! Как на него смотришь! Получи, дрянь! Получи, тварина! Сайхара-чан принадлежит только мне! Скотина! Мразь! Сука! Вот тебе! – рассмеявшись в истерике, Кокичи устроился удобнее и нанес удар прямо в шею. Кровь брызнула и попала ему на лицо. Он вытер слезы с глаз и успокоился. Еще пара ударов по груди. Каеде умерла. Глаза девушки застыли в ужасе, сердце перестало биться. Кровь образовала большую розовую лужу прямо под ней. Еще один истерический короткий смешок. Кокичи поднялся. Неожиданно его взгляд поменялся. Он стал хладнокровно заметать следы, достав из запасной сумки кучу тряпок и мешок. «Наконец мой набор из шкафчика пригодился. Убийство в школе осуществить куда сложнее», - размышлял мальчик, - «я должен действовать быстро». «Уф… тяжелая… кх…» - кряхтел Кокичи, стараясь не произносить звуков вслух. Его всего трясло, но он уже привык к этому. Когда труп оказался в мешке по шею, Кокичи достал из сумки тесак. Звонкий звук удара о плоть. Кровь хлынула опять. «Дурак! Прежде чем отрезать голову, должен был постелить что-то… дурак!» - винил себя Кокичи. Парень взял голову Акамацу за волосы и кинул в еще один плотный мешок. После вновь принялся убирать кровь. Кокичи переоделся. Грязная одежда, как и оружие, отправились в сумку. «Вроде чисто. Осталось самое сложное», - он кинул взгляд на спрятанное в мусорный пакет тело пианистки. Ома прошептал: - Мне нужно добраться до печи как можно скорее. По черному ходу. Сайхара-чан может вернуться, получив мою записку. Я сделаю это. Ради него. Еще раз, осмотрев класс и прибрав его, Ома понес мешок и сумку к выходу. «Главное не оставить кровавого следа. Вроде я крепко его затянул», - размышлял Ома, не замечая, что маленькие капли крови все равно оставались на полу коридора. Завернув за угол, Кокичи услышал, что кто-то бежит. «Наверное, Сайхара-чан», - предположил лидер Dice. Он был прав. Ома услышал, как его любовь с криком «Каеде!» врывается в класс и… уже ничего там не находит. «Я еле успел. Но я должен был убить эту суку, Сайхара-чан! Надеюсь, ты меня поймешь!», - обращался к однокласснику Кокичи. Он стал спускать тело по пожарному ходу. На безлюдной улице мальчик дотащил труп до большой печи для мусора и попытался запихать его туда. «Ну же… ползи… тварь… давай-давай!» - ему пришлось приложить много усилий, чтобы полностью погрузить труп в разыгравшийся огонь. Он встал рядом и смотрел, как пакет разлагается вместе с одеждой и плотью Каеде. Улыбка сама появилась на губах. - Ах. Хорошо. Одной преградой меньше. Ммм… Сайхара-чан… - Кокичи обнял себя и прикрыл глаза, - хорошо сегодня поиграли, да? Я коснулся твоего члена своим ботинком. Интересно, когда я смогу сделать это без? Ох… я опять возбуждаюсь, Сайхара-чан… - Скоро мы будем вместе, - шепнув заветные слова, Ома поместил увесистую сумку на плечи и, как ни в чем не бывало, отправился домой. *** Шуичи вернулся домой заплаканный. Он позвонил в полицию сразу, как только получил записку. Детективы нашли в коридоре капли крови Каеде и быстро опросили Сайхару как последнего, кто с ней общался. Ему же было ясно, что произошло. И кто это мог сделать. - Мы найдем убийцу, не сомневайтесь, - полиция говорила так и в случае с Кайто. Мальчик присел на постель и замер в одной позе. Он чувствовал, как дрожали губы, как наполнялось тянущей болью сердце, как тряслись руки. - Каеде… я не выдержу этого без тебя… что происходит… Кайто… Каеде… - бормотал Шуичи, прислонив ладони к губам. Ему не хотелось жить. Упав на кровать, Сайхара прижал к себе подушку и заплакал в нее в голос. Было так одиноко. Холодно. Больно. Еще один удар. «Господи… за что… я… я не вынесу этого. Все тело болит. Сердце болит. Глаза болят», - упивался горем Шуичи, смотря на побитые руки. - Каеде, - шепнул он, обращаясь к подруге, - я сказал полицейским о том, что сделал Ома со мной за столовой. Но толку? Они сказали, что смерть Момоты-куна и тебя важнее… Не знаю… Каеде, я не знаю, как справиться с этой болью. Стиснув крепко подушку, Шуичи прикрыл мокрые глаза. Он лежал так несколько часов, пытаясь заснуть. Разбудил его звонок в дверь. Парень резко подскочил с постели, вытирая слезы. - А? Я никого не ждал… может, полиция, - сгибаясь от боли, детектив встал с постели и пошел вниз к входной двери. За ней никого не было. Только белый конверт лежал на пороге. - О нет… опять… - прошептал Шуичи и резким движением взял письмо. Он тут же закрыл дверь на ключ и завесил окна шторами. Вернувшись обратно в комнату, Сайхара долго смотрел на конверт. Он не знал, стоит ли добивать себя сейчас и читать его. Лучше сделать паузу. Ему хватает боли на сегодня. Но любопытство взяло верх. Открыв письмо, Сайхара усталыми глазами пробежался по строке: «Шуичи. Как ты? Я знаю, ты ошарашен. Но… пойми, я убил ее ради нас! Видишь?! Я признаюсь! Я сделал это, чтобы быть ближе к тебе. Ты все равно меня не найдешь, какой смысл скрывать правду? Зато есть и хорошая сторона. Теперь никто не помешает мне все время быть неподалеку и наслаждаться тобой в одиночестве. Твоя жизнь больше никому не принадлежит. Никто больше не загораживает мне обзор. Шуичи, я так хочу тебя крепко обнять, вцепиться в тебя с ногтями. Я не хочу сегодня вырывать тебе глаза. Хочу пощадить тебя. Великодушно пощадить. Ох, Шуичи… ты такой милый. Когда плачешь. Когда сохраняешь серьезный вид. Пытаешься скрыть взгляд под козырьком кепки. Ты лучший. Твой разум истязается, я знаю. Ты страдаешь. Я тоже это знаю. И вот чего и добиваюсь! Ты в итоге приползешь ко мне, ища поддержки… А я великодушно приму тебя и избавлю от одиночества, которое я и создал. Я потихоньку творю идеальный мир для тебя. Где будем только ты и я. Представь, мои руки на твоем теле. Ах. Да. Я возбуждаюсь от одной лишь мысли об этом. О том, что больше твои пальцы никого не будут касаться. Никакой Каеде. Никакого Кайто. Никого нет. Повторяюсь. Я буду продолжать убивать всех, пока на свете не останемся только ты и я. И тогда уже у тебя не будет выбора, только принять мою любовь. Если ты откажешься… что же, может, я и не буду щадить тебя. Выбор за тобой. Люблю, Шуичи Сайхара. Осторожней с окнами и дверьми». - Черт… что он пишет… - Шуичи сжал письмо в руке и заплакал. Он уже не понимал, какой по счету раз за день льет слезы. Ему было все равно. Отбросив лист бумаги, брюнет упал на постель и зажмурился. Всё это было невыносимо. Вся эта ситуация. Его жизнь. Голова шла кругом, пока разум потихоньку разваливался. Шуичи хотелось убежать, хоть куда-нибудь, хоть где-нибудь скрыться, где он почувствовал бы себя в безопасности. Но теперь даже собственный дом казался чужим, отвратительным местом. Очередное мерзкое воспоминание о туалете. Глаза Кокичи, его властный взгляд. - А может… - предположил шепча Шуичи, - нет. Это не он. Ома-кун слишком меня ненавидит. Здесь же человек буквально одержим мною… Он схватил письмо и осмотрел его на свету. Никаких следов. Почерк все тот же. Написано черной ручкой. - Никаких ответов. И все только запутаннее. Я не смогу продержаться долго. Мне нужна помощь. Шуичи пытался обдумать план действий, но ничего не приходило в голову. Она гудела, болела и пульсировала от произошедшего. Сайхара заснул на постели в чем был от усталости. Он опоздал в школу, но никто ему ничего не сказал. *** Весь день Шуичи слышал от одноклассников слова соболезнования. - Мне так жаль… Шуичи-кун… - староста класса Цугуми, приложив руки к груди, стояла рядом с его партой. - Все нормально. Я просто проклят, - грустно улыбнулся Шуичи. Широгане заметила, какие огромные у него были мешки под глазами. - Ты не спишь? – обеспокоенно спросила она. - Нет. Не могу. Слишком много проблем, - в уме Сайхары опять возникло письмо, которое он получил вчера. Там опять нет зацепок. Ничего. Неясно, кто убил Кайто и Каеде. - Это сделал один человек, - неожиданно рядом появилась Маки. Вид у нее был поникший. - Откуда ты знаешь, Харукава-сан? – уточнил Сайхара, переведя на нее взгляд. - Одинаковый почерк. Возможно мотив. Он хорошо заметает собственные следы. Он намеренно это сделал, - говорила она ровным и тихим голосом. - Ты… можешь помочь мне его найти? – решился просить детектив помощи у одноклассницы. - Я? – Маки вскинула бровями, - я не могу тебе помочь. Нет улик. - Есть кое-что… - тихо сказал Шуичи, - я… могу показать тебе. Но лучше наедине. - Что это? – прямо спросила девушка, поправляя хвостики. Она смотрела на Сайхару, не моргая. - Письма… от поклонника. Он болен. И одержим мной, - прошептал Шуичи. - Ты думаешь, это он сделал? – продолжала прямолинейно спрашивать Харукава. - Я предполагаю. В последующих письмах были явные намеки, - потер ушибленный затылок Сайхара. - Хорошо. Тогда нам нужно вычислить ублюдка. С этого дня я хожу рядом с тобой. И буду следить за окружением. За твоими вещами, - решительно произнесла девушка. «Что? Она так легко предложила помощь? Обычно Маки-сан трудно даже разговорить на простую тему» - удивился Шуичи. - Я признателен тебе, - он слегка улыбнулся, - но почему ты решила помогать мне? - Из-за Кайто и Каеде. Я не позволю им умереть напрасно. Ты можешь стать следующим, - произнесла Маки, смотря исподлобья. У Сайхары застрял комок в горле. Он сглотнул и задумался. - Как мы планируем действовать? – спросил он вслух. - Я буду ходить рядом с тобой в школе. По возможности охранять твои вещи, шкафчик. Заодно уберегу от Омы, - Маки кивком головы указала на детектива, - плохо выглядишь. Вчера досталось? - Да… последствие неудачного плана, - прислонил руку к щеке Шуичи и нахмурился. Все еще болело. - Ладно. Подробности сейчас не важны, - Маки встала рядом и выдохнула, - на перемене старайся всегда ждать меня. Я буду даже охранять дверь в уборную. Нужно обеспечить тебе полный надзор. - Харукава-сан… Маки… спасибо, - выдохнул Сайхара. На секунду ему стало спокойнее. Вдруг присутствие одноклассницы и правда заставит сталкера успокоиться? Или он совершит ошибку? Благодаря этой мысли Шуичи смог спокойно закончить учебный день. *** Кокичи сразу понял, в чем дело. Он видел Маки каждый раз, когда Шуичи выходил на перемену. Она, словно охранник, следовала за ним и никого не подпускала. «Твою же мать. Только не она», - Оме стало по-настоящему страшно, ведь Маки – опасный противник. На перемене парень был на лестнице с участниками Dice. Иногда они просто проводили время вместе, обсуждая школьные новости или выбирая новую жертву. - Босс, - небольшая девушка с русыми волосами обратилась к Кокичи, - вы в порядке? - В порядке, Ая, просто задумался, - скучающим голосом произнес мальчик, прислонившись щекой к согнутой в колене ноге. - О чем? – поинтересовалась школьница. - Как избавиться от одной надоедливой фигуры на столе, - буркнул он. - Размажь по стенке! – сказал тучный, выглядящий по-взрослому паренек с почти лысой головой. - Отравите ядом, - добавила девушка с пшеничными высокими хвостиками. - Обманом заведите на крышу и скиньте, - сказал брюнет с подвеской клоунской маски. «А вот это хорошая идея», - подметил Кокичи, поджав губы. Его банда не знала обо всех тех убийствах, что совершил Ома. Некоторые догадывались, что это мог быть их лидер. Но они в жизни бы не признались полиции. - А может, Вы опять думаете о нем? – хихикнула Ая. Кокичи зажмурился и будто провалился в дрему. О Шуичи? Да. Он всегда о нем думал. Каждую секунду, каждую минуту. Вся эта игра была только ради него. Ради того, чтобы на доске остались только он и Ома. Когда это началось? Кажется, в первом классе старшей школы. Шуичи был таким нелюдимым и странным, держался в стороне от всего класса. Кокичи сразу заприметил его длинную черную челку, под которой прятались желтые испуганные глаза. «Что за милашка. Такой невинный», - подумал тогда Ома, только еще становясь хулиганом и местным проказником. Но постепенно односторонняя невинная влюбленность в одноклассника начала перерастать в нечто большое. Сильный интерес. Гиперфиксацию. Желание увидеть и контролировать. Быть рядом. Никого не подпускать. Узнавать все больше и больше. «Сайхара-чан такой умный. Его можно читать и читать, словно огромную энциклопедию…» - размышлял Кокичи, наблюдая за ответами Шуичи и доски. «Сайхара-чан красивый. Бледный и стройный, но при этом высокий…» - Кокичи мечтательно следил взглядом за детективом в столовой. «Сайхара-чан слишком много общается с Каеде и Кайто. Устранить!» «Сайхара-чан… не достоин этого общества. Сайхара-чан должен быть только со мной. Личные вещи Сайхары-чан лучшие! Хочу себе их все! Вот бы раздобыть его слюну или прядь волос, его крови… Сайхара-чан! САЙХАРА-ЧАН! САЙХАРАН-ЧАН, Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!» Кокичи помотал головой, приходя в себя. Сколько раз он ублажал свое тело, думая о Шуичи? Не сосчитать. Один лишь только взгляд из-под кепки, звук тонкого голоса мог возбудить его. Нужно было срочно придумать способ стать ближе. Ома не нашел ничего лучше, чтобы сделать Шуичи своей жертвой травли. Теперь он мог касаться Сайхары, изучать его, находиться непристойно близко и шептать ему все, что в голову придет. Идеи с письмами и воровством вещей возникли позже. Кокичи стал голоден до Шуичи. Ему мало просто толчков и язвительных «Сайхара-чан» в адрес детектива. Хотелось почувствовать его. Говорить абсолютно все мысли. Вкусить то же, что и он. Если бы только его друзья не мешались постоянно под ногами. Стоило начать любоваться Шуичи, как подсаживался Кайто с его радостными воплями. Потом Каеде, пытавшаяся найти повод, чтобы взять руку мальчика в свою. Как же Ому тошнило от них. Как же ему хотелось, чтобы их не стало. Они как пятна на глазу, не люди. - Ты когда-нибудь расскажешь нам, кто твой избранник? – тихо спросила девушка со светло-сиреневыми волосами, чуть склонившись к Оме. Ее вопрос заставил Кокичи вздрогнуть от внезапности. - Нишиши, скорее всего, вы не поймете, правда, это или нет, - игриво ответил лидер Dice и встал, подпрыгнув на месте, - так, мне пора по делам. Вы тут без меня, хорошо? Хулиганы тепло попрощались с Кокичи. На первый взгляд даже неясно было, что это банда местных задир. Казалось, что это просто компания по интересам. Все свободное время Ома проводи с Dice. Но все же было кое-что важнее всех этих людей вместе взятых. Кокичи ловко прыгал по ступенькам, выслеживая Шуичи в коридоре. Опять рядом с ним Маки. «Это становится опасно. Устранить срочно! Надо написать ему! Спросить, боится ли он меня? Это заденет его гордость? Нишиши, возможно. Ох, Сайхара-чан, ты вынуждаешь накалять атмосферу еще больше», - мечтательно размышлял Ома, глядя из-за стены на профиль детектива. Парень решил написать письмо, но не знал, с чего начать. Обычно ему нужно было войти в возбужденное состояние, чтобы выплескивать на бумагу все, о чем он думает в данный момент. Требовалось срочно побыть рядом с Шуичи. Кокичи решился на опасный шаг. Невзначай идя по коридору, Ома внезапно упал прямо в метре от Шуичи. Хоть тот и не успел его поднять, но все же обеспокоенно подошел к Кокичи. - Ома-кун. Ты в порядке? – спросил Сайхара, стараясь сделать вид, что не помнит вчерашней односторонней драки. - Сайхара-чан! – Кокичи рассек себе лоб, но чувствовал себя хорошо. Ведь сейчас он смотрит на него. Обращается к нему. Маленькое тело лжеца трепетало. - Не подходи к нему, - неожиданно в их разговор вмешалась Маки, - он не заслуживает твоего внимания. - Маки-ролл, не убивай доброту Сайхары-чан, - надул щечки Кокичи, делая вид, что не испугался, - он беспокоится за своего хулигана! Шуичи, не слушая Харукаву, коснулся ладони Омы и помог ему встать. - Спасибо! Один день без побоев! – радостно произнес Кокичи, разведя руками. В этот на него угрожающе посмотрела Маки, и парень ринулся прочь. Он спрятался за углом, запыхавшийся и возбужденный. «Коснулся меня. Назвал «Ома-кун». Пора срочно писать письмо! Или поласкать себя? Письмо или…» - задумался с широкой улыбкой на губах Кокичи, - «почему бы не совместить, нишиши?» Вприпрыжку парень побежал в один из неработающих классов. Это стало его любимым местом для написания записок любимому. Он легко взломал замок с помощью отмычки и устроился за пыльной партой. - Упс, - Кокичи, сидя на стуле, приспустил брюки и погладил себя внизу, - так… нужна бумага… Он достал из папки в рюкзаке лист, перчатки и ручку. «Ой. Не хочу делать это в перчатке. Ладно, надену одну и буду аккуратен!», - ладонь в перчатке взяла ручку, между тем как вторая направилась вниз. «Сайхара-чан…» - заскользила ручка по белому листу. Было уже привычно подделывать этот почерк, хоть и требовало большое количество тренировок. Вечерами Ома дублировал одни и те же слоги, лишь бы выходило совершенно противоположное по виду письмо. «Я чувствую, что подбираюсь к тебе все ближе. Хотя… ты, кажется, боишься меня? Чего же ты так, Шуичи?» Кокичи начал письмо. Как бы ни хотелось, он не мог называть в письме своего избранника любимым обращением «Сайхара-чан». Он был не настолько глуп. Поэтому все ограничивалось именем и фамилией. «Они тоже звучат миленько в своем сочетании. Шуичи Ома. Кокичи Сайхара. Что за прелесть!», - лидер Dice пискнул и погладил себя внизу. Он высунул язык от старания, периодически всхлипывая и подергиваясь на месте. Мальчик чувствовал, как половой орган напрягается в руке от одной только мысли о детективе и главной жертве Dice. Ома стал более уверенно и настойчиво ласкать себя, продолжая строчить. Он начал писать по-настоящему непристойные вещи. «Интересно чередовать доброту и демонстрацию своих истинных желаний в письме. Тебе хоть немного приятно осознавать, что кто-то желает тебя настолько сильно, Сайхара-чан?» - выдохнул в нетерпении Кокичи, погладив себя пальцами по голове. После он смочил их слюной и продолжил, не желая останавливаться. Член становился все чувствительнее, Кокичи покраснел. Его ноги немного не доставали до пола, поэтому он ими болтал. Бедра ерзали на стуле. Письмо продолжалось. - Ах… ух… - тонко простонал Кокичи и в руку в перчатке и облизнулся. Оставалось совсем немного до пика, - Сайхара-чан… люблю… люблю! - А что если… - прошипел он и наклонился к бумаге. Письмо вышло короче обычного, но было полно истинной страсти лидера Dice. Немного погодя, мальчик напрягся и был готов подвести себя к высшей точке наслаждения. Он активно ласкал кончик органа и все основания, ускоряя движения и слушая хлюпающие звуки. Влажная кожа соприкасалась с органом. Ома заерзал на стуле, все его хрупкое тело задрожало. Кокичи кончил прямо на письмо. - Фух… ах… это что-то… - прошептал он и смотрел, как капли семени стекают по бумаге вниз. Буквы были различимы. Ома отложил листок и откинул голову назад. Он творил истинное безумство, но знал, что остановиться уже не сможет. Шуичи Сайхара занял все пространство в голове, больше не хотелось ни о ком думать. Кокичи еще немного побыл в пустом классе, оделся и направился на уроки. Оставалось незаметно подкинуть письмо. Сделать это получилось лишь на последнем уроке физкультуры. Стоило всем покинуть раздевалку, как Ома вооружился перчаткой и просунул письмо в карман сумки Шуичи. Он тихо хихикнул и побежал следом за классом. Опять же оставалось лишь ждать реакцию своего возлюбленного, его недоумение от содержания. *** - Что это? – Шуичи почувствовал конверт в боковом кармане сумки и вытащил его. Он осмотрел помятый сверток и нахмурился. - Очередное письмо, - Сайхара присел на постель и открыл содержимое. Странно запахло. Бумагу будто обмакнули во что-то и высушили. Детектив осмотрел ее на свет. Явно виднелись некие бесцветные разводы и кляксы. «Выглядит странно. И оно какое-то короткое…», - недоумевал Шуичи, надеясь на очередную улику. Ему хотелось верить, что следы на бумаге смогут привести его к отправителю. Он напрягся и начал читать. «Я хочу тебя. Очень хочу тебя, Сайхара. Прямо сейчас и здесь. Ты не представляешь, как мне хочется связать твои тонкие кисти, соединить их вместе. Обхватить твою изящную шею и плечи. Зацеловать и закусать твои бледные губы. Кончить в твой невинный рот. Шуичи, ты заставляешь меня изнемогать. Я видел твою постель. Мне хотелось бы лечь рядом и забыться. Я бы не дал тебе пойти в школу. Я бы никуда тебя не пустил. Я так люблю твою фигуру. Ты самый потрясающий парень в школе. Ты самый возбуждающий и манящий. Ты словно маленький зверек, а я хищник. Мне хочется схватить и порвать твою одежду. Мне хочется сделать это прямо в школе. Что, ты ведь уже понял, что это кто-то из школы? Зачем скрывать? Я часто наблюдаю за тобой. А вот ты меня боишься. Поставил рядом с собой телохранительницу. Она не поможет. Не спасет тебя. Когда-нибудь я обязательно овладею твоим телом. Поверь, тебе понравится. Шуичи. Я хочу тебя P.S. Бумага с небольшим сюрпризом. Если угадаешь, что это, будешь хорошим мальчиком~». Шуичи потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что за бесцветные «кляксы» он увидел на свету. - АХ! – Сайхара откинул бумагу от себя с отвращением и смотрел на нее как на источник опасности. Письмо же приземлилось прямо на пол. Шуичи весь вспотел. Ему стало противно и одновременно жарко. - Больной… извращенец… - прошептал он и решил избавиться от письма сейчас же. Парень встал и наклонился к бумаге, только сейчас заметив, что его тело чувствует себя не как обычно. Детектив опустил глаза вниз. Между ног поднялся холмик. «Нет… нет! НЕТ!», - мысленно умолял Шуичи и сильно до боли сжал пах, - «как я мог возбудиться от письма этого извращенца? От факта, что он покрыл бумагу своей… черт возьми! Да что со мной не так?» Сайхара так и не поднял листок с пола. Он уселся на постель и обвил ноги руками. «Я болен… я точно болен. Такая реакция ненормальна. Неужели я подсознательно симпатизирую ему? Нет. Если его наконец посадят, я и ухом не поведу. Он не достоин моего внимания», - убеждал себя Сайхара. «Это как тот случай с Кокичи… я чувствую себя отвратительно до сих пор. И эти письма лишь усугубляют ситуацию. Я точно не в себе. Мне срочно нужна помощь, я не могу противиться…» - мысли метались в голове детектива. Он устало рухнул на постель и прикрыл глаза. Руки сами поползли вниз вдоль по телу. - НЕТ! – прикрикнул Шуичи и одернул собственные ладони, - дурак! Я не могу этого сделать. Я НЕ ДОЛЖЕН этого делать! Это ненормально, мерзко! Непристойно… Сайхара закусил нижнюю губу и снова прилег на подушку. В голове возник образ… Кокичи Омы. Он снова ощутил на себе слабую тяжесть его обуви, маленькие руки, что щипали и колотили его. Детский нахальный смешок, игривые фиолетовые глаза. Шуичи повернулся на бок и свернулся в клубок. «Почему… он… почему в голове именно он? Хулиган, который меня задирает… нет… я не хочу симпатизировать ему…» - умолял Сайхара. Одним движением детектив спустил с себя брюки. Он хотел этого, хоть разум и противился. Хотелось подумать о Кокичи. Все внизу ныло. Шуичи жаждал этого. Спустив боксеры, Сайхара стал ласкать свой орган и думать о хулигане. Он представил себе, что все эти непристойные письма пишет одноклассник. Он хотел, чтобы это было так. Он был рад, что в глубине души Кокичи Ома желает его. Хулиган, который никому не по зубам, желает лишь его. Шуичи сходил с ума. Он обнажил головку и стал ее аккуратно ласкать, между тем как другая рука прошлась между ног и добралась до сфинктера. Детектив облизал палец и поводил им около тугого входа. - Стоило ли мне делать это… - простонал он и резким движением ввел в себя палец. - АХ! – по комнате с небольшим эхом раздался его крик. Сайхаре было больно, но останавливаться не хотелось. Лежа на боку, он ласкал себя с двух сторон и закусывал губу. Ему хотелось снова ощутить Кокичи рядом. Почувствовать его дыхание. Услышать голос. В моменты рядом с ним он чувствовал себя живым. Ощущал боль настоящего человека. У Сайхары закатились глаза. Казалось, что он сходит с ума. Пот стекал по лбу, пока глаза слезились. Движения в анальном проходе стали быстрее, Шуичи ощутил приятное покалывание. Спереди он же водил рукой вверх и вниз, стимулируя член. Шуичи метался по измятой постели, постанывая и поскуливая от того, что делал с собой. Наконец, он представил рядом Кокичи. Как бы он это делал? Шуичи задрожал. Ему все еще было мерзко от себя, но он хотел продолжать. Хотел хоть раз в жизни низко упасть. Посмотреть, что с ним будет. Детектив почувствовал, что подходит к концу. Он продолжал стимулировать свой проход и тяжело дышать. Член чувствовал напряжение. Еще пара интенсивных движений… Шуичи кончил прямо на постель. Он был ошарашен тем, что сам творил. Его желтые глаза от удивления распахнулись. Парень лишь в недоумении хлопал длинными ресницами. Он перевернулся на спину и почувствовал, что плачет. «Это уже мое обычное состояние…» - подумал Сайхара, вытирая слезы. Он чувствовал себя самым последним похотливым идиотом на земле. Он чувствовал, что сходит с ума. Кажется, ситуация со сталкером вынуждает его принимать это, наслаждаться этим. - Черт возьми… - всхлипнул Шуичи и встал с постели. Шторы в комнате были плотно задернуты, дверь закрыта на замки. Никто не мог его увидеть. Никто не узнает, что он делал и о ком думал. Но от этого Сайхаре не становилось легче. Он схватился за голову и продолжил винить себя в том, что творил. Ему не хотелось появляться в школе на следующий день и смотреть в глаза одноклассникам. Он решил прогулять, предварительно позвонил Харукаве. Не хотел видеть Кокичи. Не хотел возвращаться к нему и чувствовать еще больший стыд. Хотелось вообще не рождаться, лишь бы не быть центром такой абсурдной, больной ситуации. *** - Шуичи заболел? - Так он мне передал. Маки и Рантаро Амами, еще один одноклассник детектива, разговаривали на следующий день на перемене. Кокичи же сидел за своей партой и грел уши. - А что с ним? Простыл? – уточнял парень с зелеными волосами. - Не знаю. Наверное, температура. Думаю сходить к нему после уроков, - ответила тихо Харукава, опустив глаза. «Ох, Сайхара-чан… надеюсь, ты так подавлен не из-за моего вчерашнего письма. Нужно и мне тебя проведать. Ты ведь сейчас совсем один… нет ни Кайто, ни Каеде. Кто тебе поможет?», - подперев щеки руками, рассуждал Ома про себя. Его взгляд был зациклен на Маки. Кажется, он выбрал себе следующую цель. Но другая мысль не давала покоя. Может, пора прекратить? Открыться? Сознаться? «Возможно, мне пора», - размышлял Ома, напрягшись, - «мне пора признаться, кто я. И уничтожить Маки. Я должен придумать план». В голове Кокичи постепенно выстраивался порядок действий. Оставалось лишь выполнить его.