100 причин чтобы жить

      Утро началось с будильника. Одна из любимых мелодий проскользнула сквозь пелену сна, вынимая сознание из дремоты. На часах 7 утра, а это значит, что Бек проспала всего лишь пару часов.       После ночного разговора они с Алексом долго гуляли по городу, вспоминая все моменты, связанные с их дружбой. Обсуждали, что будет, когда Роуди приедет на отгулы, кто чем будет занят на Рождество и Новый год. Разговор наконец-то перестал быть монологом, парень включился в диалог и в своей манере начал шутить.       Споры, вечные спутники таких посиделок, присутствовали тоже. Любая тема, будь то прослушанная недавно музыка или просмотренный фильм, становилась дискуссией с множеством аргументов.       Улыбка самовольно появилась на лице девушки. Но нужно было вставать и ехать домой, завтра ожидался первый день стажировки, а значит, надо было подготовиться. Алекс мирно спал на диване в гостиной. Ребекка знала, что будить его нет смысла, проснется лучший друг только ближе к полудню.       Быстро собравшись, она вышла из квартиры Лайта и поехала домой. На улице стояло «бабье лето». Температура была как летом, но время года выдавали деревья, которые понемногу меняли яркую зелень на более блеклую, чтобы затем окраситься в красные и желтые оттенки.       Морально девушка ощущала себя намного лучше, чем вчера. Разговоры по душам присутствовали в её жизни, но те, которые она вела с Алексом, приводили в чувство абсолютно всегда. Настроение не было хорошим, но оно определенно было спокойным, если так вообще можно охарактеризовывать подобное состояние.       Дома была тишина. Даже собаки, видимо, спали, поэтому когда девушка зашла, она сразу же направилась в свою комнату, стараясь пройтись как можно тише. На глаза попалась лишь пустая бутылка из-под вина. Отец явно не радушно среагировал на новости о разводе, но не так плохо, как ожидала Ребекка.       «С утра меня ожидает разговор о том, какая я непутёвая дочь, раз в такой момент уехала в клуб, а не осталась дома. Хотя… что я могла сделать? Папа бы всё равно не стал это обсуждать. Эль уже взрослая, она сама прогнала гулять, так что тут вопросов и не возникнет. Так, ладно, надо немного выспаться.» И именно в момент размышлений Рэбэ заметила, что хозяйка вернулась и устроила маленькую истерику. Собака начала топтаться на месте, но к счастью на этом её радость и ограничивалась, поэтому подхватить йорка и подняться к себе не составило труда.       Комната встретила тишиной, незаправленной кроватью и относительным порядком. В углу стоял чемодан. Ему было уже много лет, он был розовый с принтом в крупный цветочек. Мысль его купить появилась когда Бек была девятилетней девочкой и у родителей наметилось путешествие в Европу. Яркий цвет и оригинальный рисунок были главными в предпочтениях Бек, когда отец покупал чемоданы. Зато, вещь прослужила долго и до сих пор была на ходу.       Путешествия были неотъемлемой частью всей подростковой жизни Ребекки. Италия, Испания, Франция, Словакия… и еще множество мест, куда ездила она с семьей. Некоторое время семья даже жила во Франции. В пригороде Парижа. Это было одно из самых сложных и одновременно прекрасных времен в жизни девушки. Абсолютно без знания языка миссис Моттс и три ее дочери жили там целых два года.       Школа была очень сложной. Это был испанский колледж, где все предметы преподавались на французском и вдобавок было изучение испанского языка. Как Бек перешла в следующие классы до сих пор оставалось загадкой.       Ребекке повезло, через пару месяцев она уже бегло владела разговорным языком, поэтому жизнь облегчилась. Именно поэтому мать стала брать старшую дочь на свои деловые встречи в роли переводчика. Компаньонов матери это забавляло и умиляло, что стало причиной многих удачных контрактов. Конечно, львиная доля заключалась в письменных соглашениях, где работали уже профессионалы своего дела, но личные встречи никто не отменял.       Именно во Франции Бек впервые задумалась о своей детской мечте- стать дизайнером рекламы, иначе говоря маркетологом или SMM-щиком. Девочку всегда впечатляло, как люди умудрялись оформлять привычные всем продукты, товары и услуги так, что создавалось впечатление, что если сейчас ты это не приобретешь- потеряешь смысл данного дня.       Два года прошли незаметно, но мышление юной Ребекки Моттс уже было кардинально изменено, как и вкус к жизни и стиль в одежде. Французы впечатлили девушку настолько, что она по нынешнее время старалась не забывать, каково это — пить размеренно кофе утром в кафе, наслаждаясь днем и мимо проезжающими и проходящими людьми, замечая ту красоту спокойствия, которая отсутствовала на родине.       Чемоданы так и остались в углу комнаты, даже бирки аэропорта Парижа не были сняты. Это было небольшим напоминанием о тех временах, о радости и мечте переехать. Цель сменить страну проживания была еще одной причиной чтобы жить.       Дом начал потихоньку просыпаться. Отец вышел из комнаты, зазвучали звуки из ванны. Затем начал проигрывать звук будильника Эль, какая-то рок-мелодия из сериала. Музыка, кстати, не менялась уже несколько лет, что забавляло старшую сестру и очень раздражало папу.       Итак, момент-икс. Бек спешно ополоснула лицо в раковине, надела чистый спортивный костюм и спустилась вниз, начиная заваривать чай. Вся семья обожала чай. С самого детства сестер приучали к хорошему утреннему пойлу, как выражался мистер Моттс. Сам он заказывал чай благодаря знакомым, которые во время путешествий привозили из Китая целые коробки.       Чай был готов, на стол выложены вчерашние рулеты с лимоном и оставалось только ждать разговора с папой.       Дэниэль Поттс спустился в своем обычном костюме-двойке, готовый к рабочему дню в своем новом офисе.Лицо мужчины не выражало ( как обычно ) ни единой эмоции. Будто ничего не произошло.       -Как провела вечер, Ребекка?- о, именно этого Бек боялась больше всего. Сейчас любой ответ послужит механизмом для зарождающейся ссоры.       -Вяло. Встретились с девочками, Нат беременна, у Дари появился молодой человек, в принципе больше особо нечего и рассказать.-плечи Ребекки сразу же опустились по привычке, ожидая новой фразы-укола.       Мистер Поттс не был плохим отцом, просто он...не умел выражать любовь. Забота всегда присутствовала, поддержка тоже, но его характер и уверенность в том, что лучшая мотивация это отсутствие хвальбы, делали жизнь вместе немного сложнее.       Один из самых ярких примеров являлось то, что комплимент от отца Ребекка получила впервые в восемнадцать лет, собираясь на выпускной в школе. И то, это было что-то вроде: «прическа конечно не очень, но мне нравится целый образ».       -Понятно. Ты сегодня куда?-и снова этот чертов ничего не выражающий взгляд.       -Никуда, я дома, готовиться к первому рабочему дню.- кажется, ссору удалось свести на минимум, что не могло не радовать.       Отец спокойно кивнул, допивая свой чай и забирая кейс со стола и явно не желая продолжать разговор.       Дэн не воспринимал ни одного друга или подругу Бек, ему постоянно на собственном опыте казалось, что предают намного чаще, чем нужно. Поэтому несмотря на столько лет общения с Алексом, родители ни разу в жизни не видели лучшего друга дочери. Мама была совсем не против, ей симпатизировал Алекс, она считала его «умным молодым человеком», но вот отец не воспринимал никак.       Что говорить, если первого и единственного бывшего молодого человека Дэн даже не хотел пускать на порог дома.       Даррел Бойд не был плохим парнем, он был «недостаточно хорош». Познакомились они с Бек в колледже, он на курс старше, популярный женский угодник со светлыми волосами и ярчайшими зелеными глазами.       Их знакомство произошло за счет общих знакомых. Ребекка откровенно не могла вспомнить, как она влюбилась. Вот, они с Бойдом общаются, вот общие тусовки и… вот они вместе.       Отношения были с первого момента странными. Сначала практика Бойда на все лето, далее практика Бек осенью, практика Дарелла и вновь отъезд Бек. То есть, по факту, из тех двух лет что они встречались, полноценно вместе они провели год. Дарелл был милым, очень общительным и его отношение к другим девушкам было откровенно флиртующим ( что дико бесило Роуди и Алекса), но когда он ТАК смотрел на Бек, она успокаивалась. Да, он мог общаться с кем-то, но приходил целовал со всей своей юношеской любовью он только Ребекку Моттс.       В какой-то момент они решили перейти на новый уровень отношений, что еще больше укрепило уверенность Бек по отношению к молодому человеку. Непонятно почему ( ведь все бывшие девушки Дарелла были очень спортивными миниатюрными блондинками) парень откровенно восхищался чуть полноватой фигурой Бек, отсыпая столько искренних комплиментов, что Ребекка в какой-то момент и сама поверила, что её полнота это не ужасно и что она красивая. Это были интересные отношения. Он — популярный, но искренне любящий парень. Она- рассудительная и заботящаяся о личном пространстве девушка. Казалось бы, история как в половине подростковых романов, но были нюансы.       Бойд любил внимание и был готов всем и везде показывать, что они с Бек вместе. Поцелуи, обнимания, хождения за руку и так далее. Но Моттс всегда знала для себя, что она ненавидит, искренне ненавидит, когда кто-то прилюдно показывает свои отношения, какими бы они ни были. То есть, ей искренне было всё равно, будь то девушка с парнем, парень с парнем или девушка с девушкой — не надо показывать на людях то, что лучше бы оставить дома. Особенно в общественном транспорте.       На этой почве начались первые скандалы. К Бек была претензия, что та не показывала свои отношения потому, что была неверна. А к Бойду были высказывания по типу « мы на людях, прекрати, это неприлично». Сначала это, далее бытовые проблемы, ревность к Алексу ( о, у Дарелла был отдельный пунктик по поводу дружбы парня и девушки), ревность к флиртующими с Бойдом девушками. Так прошел еще год. И Бек не выдержала. Они расстались тогда, когда Бек всё же узнала о измене, что было выше предательства.       Перед началом отношений Ребекка искренне попросила, что если парню кто-то понравится или же она полюбит кого-то другого, честно рассказать друг другу об этом, без утаивания, тайных встреч и тому подобного. Дарелл Бойд не смог сдержать обещания, что ударило поддых втройне.       Расставание было бурным. Были крики в присутствии друзей, дошло даже до того, что Бек дала парню пощечину, чтобы он прекратил на неё кричать, на что в ответ парень просто схватил девушку за руку настолько сильно, что на следующий день остались синяки.       И тогда это стало абсолютно непоправимым.       Дарелл еще пару месяцев пытался вернуть Бек, но та была непреклонна.       Про рукоприкладство Бек не рассказала никому, кроме Дари и Алекса, которые сошлись во мнении, что Бойд тварь та еще и он недостоин Бек. Хотя, что еще можно ожидать от друзей.       Кстати, мистер Моттс, как и миссис Моттс искренне обрадовались расставанию дочери. Правда, выглядело это по типу « мы говорили, что так будет, сейчас ты осознала это сама».       Мужчина вышел из дома, вновь не сказав во сколько будет дома и надо ли будет что-то сделать по дому сверхординарного. Привычно.       Стоило выгулять собаку и, наверное, убраться в итак убранном доме. Руки нужно было занять чем-то, чтобы волнение не накрыло полностью с головой.       Что можно было ждать от нового коллектива в популярной компании? Как примут девушку, характер которой нельзя назвать легким? Сможет ли Бек там ужиться и быть «своей в доску» или же вновь все закончится на том, что кто-то искренне возненавидит новенькую, но будет пара человек, с которыми общение наладится?       О, нет, точно стоит занять руки и голову, поэтому Ребекка включила музыку на своей колонке и начала готовить. Это дело не было легким, но готовила Бек в двух случаях: когда надо отвлечься, или же, когда никто этим дома не хотел заниматься. Эль в свои шестнадцать лет готовила уже очень хорошо, но в основном она делала это только на себя. Отец редко ел дома, деловые ужины заменяли ему домашние посиделки, а Бек только - только вернулась с колледжа, поэтому семейные завтраки и ужины еще не были налажены.       На завтрак ожидался закрытый испанский омлет, одно из любимых блюд младшей, состоявший из буквально всего, что есть в холодильнике.       Со второго этажа послышался шум, что означало о новом дне и просыпающейся семье, точнее её главной части для Бек — сестра встала и спускается вниз.       -Бек, доброе утро. Как он?-без определения было понятно, что речь об отце. В ответ Ребекка лишь пожала плечами и продолжила взбивать омлет.       -Так, понятно. Сегодня кто-то выпьет.-средняя Моттс лишь с улыбкой спустилась, сразу же залезая в холодильник за своей маленькой любовью — кусочком торта со вчера.       -Какие планы, Эль? Можем съездить искупаться на озеро, если хочешь.       -Да, поехали,- Элаиза с удовольствием всегда ездила с сестрой.       Завтрак был прикончен и девушки поехали расслабиться и отвлечься от очередных семейных проблем. Вернулись они только поздно вечером, вдоволь насмеявшись и наплескавшись в озере недалеко от города.       Так и не дождавшись отца, Ребекка легла спать с улыбкой. Завтрашний день должен был стать не таким уж плохим.       Будильник вырвал девушку из прекрасного сна, где она на побережье наслаждалась легким бризом и смотрела на город с горы. Почему-то это был не первый раз, когда Бек видела такое место в своем сне. Она всегда была в белом платье, позади был лес и перед ней расстилался спокойный океан. Город был небольшой, Ребекка точно знала, что она в этом сне живет в одном из тех белых домов у подножья и четко ощущала кого-то рядом. Кого-то, кто любил её и на кого она могла положиться.       Да, Бек любила романтику, но всегда думала, что это лишь от недостатка в жизни отношений. Ну, иметь всего лишь одни более-менее серьезные отношения за двадцать четыре года не было чем-то предрассудительным, но все равно давало некоторые нюансы в желаниях девушки.       Вяло открыв глаза Ребекка поняла, что её явно нужно вставать, но не могла понять почему.       Буквально через пару минут девушка резко встала с кровати, вспоминая, что ей на работу и опаздывать в первый день она явно не хотела.       Тело немного ломило после вчерашних купаний с сестрой, это было нормальной реакцией организма на незапланированную нагрузку, но заставляло задуматься о возвращении в спортзал или хотя бы к регулярному бегу ночью.       Наскоро умывшись, Бек просто откровенно разрыла свой гардероб, перебирая вещи и не понимая, что надеть.       В регламенте компании не было четких указаний по поводу рабочего стиля, но в пижаме тоже не стоило идти. Почему-то решив, что свободный прямой черный сарафан подойдет, Бек быстро завязала волосы в пучок и выбежала из комнаты. Нужно было успеть перед автобусом еще погулять с Рэбе, которая явно была в недоумении из-за раннего подъема хозяйки.       На улице уже ощущалась осенняя прохлада рано утром, но днем явно станет жарко, поэтому кардиган был откинут в сторону за ненадобностью.       Утром Бек редко выходила гулять, предпочитая просто выпустить собаку на участок. Сейчас же девушка явно удивилась количеству людей, спешащих на работу или же на пробежке с собаками.       Ребэ с удовольствием останавливалась у каждого приглянувшегося ей куста, из-за чего Ребекка пожалела, что не взяла поводок, понадеявшись на воспитанность своей собаки.       Наконец добравшись обратно до дома, Бек наскоро выпила уже готовый кофе и наклеила на холодильник записку, сообщая сестре, чтобы та не волновалась и что вернется около семи вечера.       «День, привет. Ты будешь прекрасным» - словно мантру повторяла Моттс, включая музыку в наушниках и направляясь к остановке.       Автобус к неприятному удивлению приехал быстро к пункту назначения, до работы был целый час а офис пока что был закрыт. От нечего делать Бек зашла в кофейню напротив, намереваясь еще раз проверить свое портфолио на ноутбуке и выпить уже вторую ( что скажет папа?) чашку кофе за утро.       Кофейня встретила тихой фоновой музыкой и просто прекрасным ароматом грядущего рабочего дня.       Заказ был сделан очень быстро и выдан Бек, что заставляло задуматься о ироничном настроении Вселенной сегодня, ведь если девушка будет слишком долго ожидать своего захода в офис, она полностью изведет себя.       Такое было перед каждым экзаменом, особенно если Бек усердно готовилась. Ожидание убивало любую уверенность, подготовка заставляла думать что к экзамену студентка не готова от слова совсем, поэтому примерно со второй сессии Бек забила и просто перестала накручивать себя и в принципе открывать учебник перед сдачей любого предмета, где оценивалось знание теории. И именно поэтому Бек одной из первых заходила в аудиторию, чтобы просто напросто не ждать.       Кофе закончился за постыдные пять минут, файлы были так же быстро скинуты в облако и сохранены на всякий случай на почту ( ну перестраховалась немного, ну с кем не бывает). И вот, в окне стало видно, как охранники открывают главные двери офиса A&Co, сонно зевая и готовясь принимать работников.       Час настал.       Бек резко вскочила с места, чуть не уронив чашку и ноутбук на пол, поспешно собирая свои заметки и технику в сумку и выходя из кафе.       Сегодня, в солнечных бликах, здание казалось во много раз страшнее, чем когда Бек проходила собеседование. Оно было огромным, с большим количеством стекла. Внутри здание было отделано бетоном с деревянными вставками, что напоминало о норвежских домах. Как читала Бек, основатели компании- скандинавы, так что они привнесли в своё детище немного культуры северных европейских стран. Это должно было выглядеть уютно, но именно сегодня это смотрелось особенно отталкивающе и напрягало итак рассеянный взгляд.       На рецепшн вышла милая девушка, готовая ответить на любой ваш вопрос, но только после начала рабочего дня.       И вновь это гнетущее ожидание, но уже того, когда можно будет задать интересующий вопрос по поводу места работы. Точнее, местоположения рабочего места девушки, другими словами, компьютера для стажировки.       «Как к ней обратиться? Просто здравствуйте? Или посмотреть имя на бейдже? У неё вообще есть бейджик? Да почему так сложно-то. Соберись, тряпка!»- мысленно дав себе пощечину, девушка смело подошла к стойке регистрации.       Одной из положительных черт Ребекки было то, что она умела вовремя собраться в кучу. Это создавало некий шарм характеру, хотя часто людям казалось, что Бек черствая и непробиваемая. Хотя всё было как-раз наоборот. Просто жизнь не раз и не два заставляла поменять свое отношение к людям и правила личного поведения в различных ситуациях.       Это началось еще в средней школе, когда дети начинали становиться теми еще гадами, разделяя класс на слои, а именно популярные подростки и фрики.       Угадайте, к какому отнесли добру доверчивую болтушку-Бек? Правильно, к изгоям. Не нравилось буквально всё. От увлечения архитектурными энциклопедиями до манеры разговора. И вот тогда-то Бек и поняла, что добрыми стоит быть не со всеми, но каждый раз давала самым гадким детям второй и третий шанс. Обжигалась, становилась закалистее и вновь по кругу, пока не пришла к тому, что её искреннюю знали лишь небольшое количество людей.       Школа во Франции не стала исключением, там вообще была сложная ситуация с детьми-заграничниками. К ним относились с недоверием и в принципе улыбались, но общение не поддерживали.       Старшие классы в Америке не были такими адовыми, как средняя школа, но на прочность Ребекку проверяли не один и не два раза, получая в ответ уже или игнор или колкие ответы, из-за чего некоторое уважение уже присутствовало, но было недостаточным, чтобы полностью отстать.       После выпуска Бек лишь укрепилась во мнении, что никто не должен видеть её слабой или доброй.       -Здравствуйте, извините что отвлекаю, но я Ребекка Моттс, новый стажер в рекламном отделе. Подскажите пожалуйста, на какой этаж мне отправиться? - улыбка была хоть и искренней, но натянутой, поэтому Джесс ( так было написано на все же имеющемся бейджике) просто удивленно вскинула брови, на автомате отвечая:       -Вам на пятый, но там пока что никого нет. Вы можете подняться и посидеть в зале ожидания.       Дело было сделано и быстро поблагодарив, Бек просто-напросто убежала ( несерьезно, конечно) к лифту, поднимаясь на нужный этаж.       Серый интерьер встретил абсолютной тишиной. Только в глубине этажа гудел какой-то прибор, скорее всего это был кондиционер. Ноутбук тут же был поставлен на колени и Бек, чтобы успокоиться, открыла соцсети.       Как обычно, сообщений было много. В основном это просьбы о помощи с рисунком или вроде того, но такое девушка игнорировала. Было сообщение от Алекса, он благодарил за то, что она не разбудила его и рассказ о том, как он вновь что-то там проспал. Новостная лента пестрила фотографиями бывших сокурсников с пляжей, сезон отпусков закончился и основная часть жителей Гаррисберга с удовольствием демонстрировали или европейский или южноамериканский загар.       И вот, случилось. Двери лифта открылись и оттуда вышла зевающая женщина средних лет в простых джинсах и рубашке. В руках у неё были макеты, очевидно, предстоящего проекта. Выглядела она настолько усталой, что Бек стало её жаль. Пройдя мимо Бек, неизвестная уронила один из макетов, громко матернувшись и опускаясь на колени, чтобы поднять упавший лист.       Бек всегда старалась незначительно помочь людям, поэтому тут же встала, наклоняясь и пытаясь поднять макет. Когда рука Ребекки коснулась кожи девушки, прозвучал громкий вскрик.       - Кто ты, мать твою? Я вызову охрану! Я тебя не вижу, но на работу я прихожу первая, так что тебя явно тут быть не должно! - Крик был настолько оглушительным, что Бек поморщилась. Женщина явно была не из пугливых, так что слова про охрану были скорее для уточнения, что она тут есть, а не для того, чтобы действительно напугать.       - Здравствуйте! Не кричите, пожалуйста,, я ваш новый стажер, девушка внизу сказала мне на ваш этаж. Позвольте помочь?- наконец забрав пару листов, Бек увидела изучающий взгляд собеседницы.       Назвав её женщиной, Бек сильно ошиблась. Это была милая девушка на пару лет старше самой Ребекки. Но отсутствие макияжа и наличие сильно выделяющихся мешков под глазами явно старили её.       - А, это ты. Лерт предупредил нас о твоем приходе, но я явно не ожидала раннюю пташку. Извини за крик. Ты не подумай, сюда не вламываются, точнее никогда не заходили на этот этаж левые люди. Поэтому я немного напряглась. Я Даниелла, но ты можешь звать меня Дани или Дани, как тебе будет удобно. - улыбка убрала лишние года с лица новой коллеги.       -Бекк. Ребекка Моттс. На документах пиши имя как хочешь, в любом случае не ошибешься. - девушки пожали друг другу свободные руки и с вещами направились к рабочим местам.       Этаж представлял собой разделенный на секции офис, даже присутствовала небольшая зона для фотографирования.       - Смотри. Этаж четко делится на зоны. Мы с тобой работаем в одной, поэтому просто следуй за мной, покажу стажерский комп. - Дани подмигнула и быстро направилась к зоне в пастельных тонах, находящуюся около панорамного окна почти во всю стену. - Высоты не боишься? - задорно улыбнувшись коллега положила свои макеты на один из столов, жестом показывая на другой. - Вот это твое место. Вид был шикарный. Это была другая от главного входа сторона, поэтому было видно и главный парк и остальные бизнес-здания района. Совсем внизу пролегала дорога, по которой с каждой минутой проезжало все больше машин, начинался час-пик.       Бек всегда мечтала о красивом виде из окон своей комнаты или будущей квартиры. О большом подоконнике, на который можно поставить искусственные цветы, живые не нужно, они не выживут. О закатах и рассветах в огромных панорамных окнах и о ночном мегаполисе, на фоне которого сон становился слаще и насыщеннее в разы.       Мечты пока что оставались мечтами, но работа подарила шанс ощутить каково это, когда перед тобой не сильно видно границы здания и высоты.       - Это же шикарно, Дани. - фраза вышла сама собой, на выдохе.       - О, на рада что тебе понравилось Прошлый стажер оказался тем еще трусом, через неделю переехал на другой стол и этот остался для тебя. Располагайся, есть еще минут пятнадцать пока основная часть криля не приедет. Я люблю коллег, но сама ощущаю, что мы — криль на раскормку главного кита этого здания. Так мы называем начальство. - девушка с ухмылкой удалилась, напевая какую-то известную мелодию и включая оставшиеся кондиционеры.       Бек только успела выложить часть своих вещей, как зоны начали гудеть и заполняться всё большим количеством народа.        «Океан» оживал.