Восприятие

— Ты слишком доверяешь своим глазам, забывая про другие органы чувств. И в итоге постоянно запинаешься, когда засматриваешься куда-то. — Как будто ты никогда не запинаешься. Подумаешь — пару раз споткнулась, с кем не бывает.       Спор между Сони и Джисоном длился уже некоторое время и являлся совершенно обычным делом. Несмотря на то, что познакомились не так давно — всего месяц назад — они уже успели сдружиться и теперь сидели с чашками чая на полу в комнате Сони, обсуждая всё подряд уже пару часов. — Ты же даже с магазинной тележкой толком пройтись не можешь, постоянно кроссовки свои мараешь о колеса. — И что ты предлагаешь? Всё время смотреть только под ноги? — Сомневаюсь, что тебе это поможет.       Сони вздохнула и подняла голову в сторону открытого окна. Оттуда периодически доносилась легкая прохлада, заставляющая кожу покрываться мурашками даже под теплым худи. Шел ливень, ломавший все планы на прогулку, и изредка где-то вдалеке мелькала молния. Но вся эта атмосфера уже вступившего в свои права сентября нравилась им обоим. Не было желания сходить с ума, веселиться и смеяться во весь голос. Каждому хотелось спокойно поговорить о чем-то простом, попивая горячий напиток, отдающий какими-то фруктами. Периодические паузы из-за погружения в свои мысли никого не смущали. Вот и сейчас они просидели некоторое время в тишине, прежде чем Сони продолжила беседу. — Тогда я просто продолжу ходить, как ходила. Всё нормально. — Мне сейчас в голову пришла идея. Давай тебя потренируем? — Что ты имеешь ввиду?       От удивления Сони оторвала взгляд от водной глади чая и своего отражения в нем и посмотрела прямо в горящие от интереса глаза Джисона. Парень поставил кружку на пол перед собой. — Ты видела фильмы, где были полностью слепые люди, но с развитым слухом или нюхом? Давай тебе глаза закроем, будешь по комнате ходить — развиваться.       Джисон обвел взглядом комнату, прикидывая в уме, хватит ли здесь пространства для свободного передвижения. Места оказалось вполне достаточно, поэтому он встал, параллельно захватывая свою кружку с уже давно выпитым чаем и кружку Сони, где чая было еще на пару глотков. Сони ничего не оставалось, кроме как подняться с нагретого места вслед за другом и вздохнуть. — Я тут всё вдоль и поперек знаю. — Вот и проверим, так ли это.       Джисону невероятно нравилась его затея. Поставив кружки на одну из полок, он ещё раз задумчиво осмотрел комнату и разочарованно выдохнул. — А чем завяжем?       Сони представила, как стоит с завязанными глазами рядом с Хан Джисоном, после чего засунула руки в карманы худи, где начала слегка давить ногтем большого пальца на подушечку указательного. — А это обязательно? Я могу просто их закрыть. — Ты мухлевать будешь. — Зачем? Мне самой стало интересно, так что в этом нет смысла. — Я тебе не верю.       Джисон сделал вид, что не замечает неловкость Сони, а сам задумался над природой тревоги девушки: было ли это из-за недоверия к нему, смущения или какой-то иной причины? — Ты вредный и недоверчивый. — Я-то? Возможно… Давай моим шарфом завяжем?       Не дождавшись каких-либо комментариев Сони, парень вышел из комнаты за вещью. Девушка вздохнула. В ней боролось любопытство со страхом. Она не понимала, из-за чего именно волнуется. Только Сони решила погрузиться в размышления по этому поводу, попутно закрывая окно, от которого уже откровенно дуло холодом, как Джисон зашел в комнату и неторопливо подошел к ней, становясь прямо перед девушкой. Хан вопросительно взглянул на Сони, но так и не найдя сопротивления или отказа в чужих глазах, аккуратно и неторопливо начал завязывать шарф на лице девушки. Погрузившись в темноту, Сони почувствовала мягкость от изделия, а через какое-то время еле уловимое, но теплое дыхание около шеи. — Нормально?       Голос Джисона сквозь материал шарфа искажался и был очень тихим. Если бы не ощущение тяжести от рук на своих плечах, Сони было бы трудно понять, где он находится. — Шарф пахнет твоим парфюмом.       Джисон смотрел на стоящую перед ним Сони с завязанными глазами, и думал о том, что идти на риск стало его привычкой. Подойти на вечеринке общей подруги, поздороваться, найти в социальных сетях, написать первое сообщение, позвать гулять под каким-то глупым предлогом и продолжать делать это почти каждый день, прийти в гости… Он так часто рисковал. — Не нравится запах? — Да нет, мне всё нравится. Нормально.       Любопытство Сони возобладало над страхом. — Так что я должна делать? — Можешь немного покрутиться, чтобы запутать себя. Я буду молчать, чтобы не давать тебе какие-либо ориентиры. Просто ходи и постарайся меня сильно не смешить.       Плечам резко стало легко. Похолодало. Сони стало некомфортно. — Если я врежусь в шкаф, то выброшу твой шарф из окна. — Крутись уже.       Поворот… второй… третий. В другую сторону. Сони хватило и первого поворота, чтобы полностью дезориентироваться в этой глухой темноте, но она продолжала, будто желая посильнее запутать себя. — Ладно, у меня уже кружится голова.       Тишина. Не было слышно ни уличных звуков, ни тем более Хан Джисона. — А, ты же молчишь. Это даже хорошо, можно будет сосредоточиться и не отвлекаться на твои шутки.       Но Сони снова встретилась с тишиной. Ей никто не желал отвечать. — Не думала, что это может быть так напряжно.       Тишина. Волнение усиливалось, становилось дискомфортно в этой пустой и беззвучной темноте. Тогда Сони сделала шаг. Ей показалось, будто она сейчас шагнет в пропасть. Но это всё ещё была её комната. Тогда Сони сделала еще шаг и неуверенно протянула руку вперед, встречаясь с воздухом. — Ладно, это немного страшно. А еще слишком тихо, я даже не понимаю, где окно. Твой шарф вообще звуки не пропускает? Ты его для этого купил? Хотел отгородиться от остального мира?       Даже шутки не помогали избавиться от тишины. Хватило бы даже еле уловимого смешка, чтобы понять местонахождение Джисона и успокоиться. — Будет странно, если ты куда-то ушел, а я тут одна брожу.       Если бы он издал хоть один звук, такого бы волнения не было. Всё тело покрылось мурашками от неизвестного холода, хотя окно было давно закрыто. — Хорошо, мне всего лишь надо дойти до какой-нибудь стены. Дальше будет проще. Но моя комната всегда была такой большой?       Решив изменить направление, Сони повернулась и сделала шаг, а за ним еще один, попутно снова вытягивая руку. Но вместо ожидаемой пустоты, холодной древесины шкафа или не менее холодной стены, она встретилась с мягкой тканью толстовки. От неожиданности девушка рефлекторно отдернула руку, будто притронулась к горячей плите. Джисон тем временем сделал шаг и обнял Сони. Оба почувствовали чужое тепло, которое им самим чужим не показалось. — Поймал. С прибытием.       За время наблюдения Хан продрог так, будто его засунули в морозильную камеру. Ощущая под своими объятиями тепло Сони, он желал остаться и продолжить так стоять. Однако вместо этого он отпустил девушку. — Сейчас шарф развяжу. — Нет, подожди, не развязывай.       Пауза. Ей хотелось, чтобы он вернул тепло. — Почему?       Сони погрузилась во внутреннюю борьбу смущения и желания. Сердце сильно застучало. Казалось, будто оно пробьет сейчас ребра и куда-нибудь ускачет. — Ты чего притихла?       Предрассудки начали уходить, уступая место желанию оказаться снова в теплых объятия. Чем больше Сони думала о стоящем напротив Джисоне, тем быстрее исчезали мысли отступить, сделать шаг назад и всё закончить. — А что сказать? Я врезалась в тебя.       Хану пришла мысль, что шарф ей подходит больше, чем ему. Он перестал ориентироваться во времени и не понимал, сколько они простояли так. Но несмотря на это, Джисон чувствовал себя как никогда комфортно. — Неожиданный факт. Но могла, кстати, в шкаф. Я решил поберечь тебя, а заодно и свой шарф. Не хотел, чтобы ты выкидывала его в окно. — Он тебе нравится? — Шарф? Нравится, наверно.       Сони решилась. — А я? — Что ты?       Сони опустила голову: от раздражения или остатков смущения. Вдохнув уже ставший привычным запах мужского парфюма, Сони сделала еще один, но уже более уверенный, внутренний шаг. — Нравлюсь ли я тебе? — Почему ты голову опустила? Смутилась? — Да. — Почему?       Если раньше Сони нравились неторопливые разговоры за кружкой чая на полу под звуки дождя, то сейчас в ней всё кипело от желания поскорее узнать, чем всё закончится. — Ты ответишь на мой вопрос?       Джисон был спокоен. Его глаза не закрыты плотным шарфом, поэтому он ясно всё видит: девушку перед собой, её шаги и финал истории. Но он ждал, давая Сони, окутанной темнотой и погруженной глубоко в себя, время. — Так ты подними голову и задай его четко. Мне неслышно твоего бормотания. — Ты ведь прекрасно всё слышал. — Да, но хочу, чтобы ты спросила это у меня, а не у паркета. — В третий раз? — Да.       Ей просто надо было сделать последний шаг. Но это был и последний шанс повернуть назад. — Ну и? Сони, не спи.       Решение было принято, а голова резко поднята. — Я тебе нравлюсь?       Шарф мог помешать, но не сделал этого. Немного наклонившись, Джисон прикоснулся губами уголка губ Сони. Находясь таком близком расстоянии от лица, наполовину закрытого шарфом, Хан подумал, что поцелуй получился слишком мягким и мимолетным. Настолько, что его будто и не было, и Сони его не почувствовала. — Значит, нравлюсь?       От поцелуя, а теперь и от теплого дыхания Джисона у своего лица девушка начинала ощущать себя снова комфортно. Холод исчез, а парень тихо рассмеялся. — Ты глупая или просто хочешь, чтобы я повторил? — И то, и другое.