Destined To Be

Сэм плохо себя чувствовал. В двенадцать лет он пережил первый из многих всплесков роста, который сделал его высоким, способным охотником, которым ему суждено было стать, но в тот момент он был бледным и слабым ребенком, и выглядел он совершенно несчастно. Джон покачал головой, наблюдая, как Дин возится с младшим братом, улыбаясь и взъерошивая волосы Сэма, пытаясь вывести его из такого состояния. С одной стороны, Джон был благодарен старшему за любовь и заботу о брате, но иногда он задавался вопросом, не мешает ли Дин, будучи курицей-наседкой, решать Сэму свои проблемы самостоятельно. — Ну же, Сэмми, — уговаривал его Дин. — Если тебя что-то беспокоит, расскажи. Что бы там ни было, все не может быть так плохо. — Со мной все в порядке, Дин. Я не могу постоянно улыбаться и прыгать вокруг как пасхальный кролик, только для того, чтобы ты был счастлив. — Эй, речь идёт не обо мне. Это ты выглядишь так, будто грузовик переехал твоего щенка! — Ну, этого не могло случиться со мной, не так ли? — Ребенок повернулся спиной. — Потому что у меня никогда не было собаки! Сказав это, Сэм раздраженно скинул руку Дина, и направился к Импале. Открыв заднюю дверь, он проскользнул на сиденье с видом овцы, которую тащат на бойню. Дин провел рукой по волосам. Он чувствовал на себе взгляд отца и он не хотел давить на Сэма. Его брат в конце концов расскажет ему, что его беспокоит, но только тогда, когда они останутся в одиночестве. — Давай, Дин, — позвал Джон. Его массивная фигура виднелась за рулем. — Это идеальный день, чтобы потренироваться в стрельбе. Хотя Дин все ещё был снаружи, он мог поклясться, что слышал недовольный вздох Сэма…или ему показалось, ведь он знал, что тот ненавидел любые тренировки. Не обращая внимания на переднее пассажирское сиденье, где он обычно сидел, когда отец был за рулем, он проскользнул на заднее, устраиваясь рядом с Сэмом. — Хватит быть таким занудой, — сказал Дин, толкая брата, чтобы он подвинулся на сиденье. — Сядь спереди, Дин. Мне не нужно, чтобы ты присматривал за мной, — проворчал Сэм. Но Дин проигнорировал его и обнял брата за тощие плечи. — Если ты будешь вести себя как ребенок, то так и будет! Сэм закатил глаза, но не отстранился, его голова в итоге оказалась на куртке Дина. Джон взглянул в зеркало заднего вида. Сэм почти сидел на коленях Дина, повернувшись лицом к его груди. Сначала Джон не заметил ничего неправильного в этой сцене. Старший брат заботится о младшем, но он нахмурился. Что-то было не так в том, как они выглядели, так «комфортно» друг с другом, так…на ум пришло слово «переплетенные»… Как будто физическая близость была чем-то драгоценным, настолько естественной, что не нуждалась в объяснении. Почувствовав, что отец смотрит на него, Дин медленно поднял глаза, взглядом встречаясь с ним в зеркале. Джон собирался отвернуться, он не хотел, чтобы сын подумал, будто он следит за ним, но Дин был непоколебим, как бы говоря «смотри сколько хочешь, отец, но ты не сможешь изменить то, что мы с Сэмом значим друг для друга». Джон моргнул. О чем, черт возьми, он думал, и ПОЧЕМУ он об этом думал? Его сыновья были слишком близки, нездорово близки, но это был уже перебор. Однако эта мысль не покидала его. Сэм ныл и жаловался практически все время, с того момента как встал утром и до тех пор пока не лег спать ночью. Но сейчас он прижимался к старшему брату как любовник к своей возлюбленной. Дин все еще пристально смотрел на него, и Джон наконец опустил глаза. То, что пришло ему в голову, было нелепым и оскорбительным по отношению к его сыновьям, но когда он снова бросил взгляд назад, то увидел, что Дин смотрел на младшего брата с улыбкой, настолько наполненной любовью, что у Джона перехватило дыхание. Это никак, к сожалению, не развеяло его сомнений.